15 глава.
Питер встретил необычайной красотой зданий, но мне было так все равно, внедорожник притормозил у дома, недалеко от набережной на Неве и я, вцепившись в свою сумку вылезла из машины.
Квартира была дорогой, даже роскошной, лепнина, золото, меховые шкуры вместо ковров и чучела несчастных животных на стенах.
- Вот твоя комната, - Вадим открыл одну из дверей, - с тобой всегда будет мой охранник Леня.
- Жить он тоже со мной в комнате будет? - с раздражением спросила я, - или там в туалет ходить?
- Чепуху не мели, - дернулся он, - за дверью будет.
Оставив меня с огромным молчаливым Леней, Вадим уехал из дома, от чего даже стало легче дышать.
Разбирая свою сумку и складывая вещи в шкаф я заметила коробку, в которой лежала куча пошлого, отвратительного белья с бирками, от мыслей, что однажды, он захочет чего то большего меня передернуло.
Две недели было спокойно, Вадима почти не было дома, Леню я просто не замечала, но была еще домработница Валентина.
Однажды, я решилась с ней заговорить, но каково было мое удивление, когда женщина достала из передника блокнот и начертила на листке бумаги то, от чего у меня пошли мурашки от ужаса "у меня нет языка, отрезали, мне тебя жаль девочка".
Как только я прочла эту надпись она наспех вырвала из блокнота лист и съела его.
- У него тоже нет? - шопотом спросила я показывая глазами в сторону Лени и она кивнула.
Шок. Страх. Паника.
Кто же он черт возьми такой этот Вадим. Я скрылась в своей новой комнате прячась в спасительный сигаретный дым.
Сегодня у Полины день рождения и я долго крутив в руках трубку мобильного, который дала мне Валентина решаюсь позвонить, что бы поздравить, на дворе уже поздний вечер.
- Кристина?- голос Полины чуть хриплый, уставший.
- С днем рождения, - выдохнула я, глядя в узкое окно на реку.
- Спасибо, - после недолгого молчания отвечает она, - не думала, что ты позвонишь, как ты?
- Можешь радоваться, - усмехаюсь я в трубку, - отвратительно, хуже пока еще ни когда не было.
- Все на столько плохо? - искренне удивляется она.
- Тут у всей прислуги языки вырезаны, - шепотом сообщаю я, - они не говорят, просто смотрят и подчиняются.
- Господи, - вздыхает она.
- Как он? - вырывается у меня.
- Плохо, - честно говорит Полина, - молчит, пьет много, с отцом ругаются и пропадают постоянно, со мной вскользь общается, как ты уехала в твоей комнате ночует.
- Значит и правда любит, - я закусила губу до крови, все внутри заныло.
- Любит, - она тяжело вздыхает, - не меня.
- Я не знаю, что тебе сказать, - я прижимаюсь лбом к стеклу и закрываю глаза.
- Хочешь фотографии с дня рождения отправлю, как пленку проявим? - переводит тему сестра.
- Хочу, - усмехаюсь я.
- Завтра же в салон схожу и на почту, - отвечает она, - будь осторожна.
Полина кладет трубку, а у меня в душе остается неприятный осадок в перемешку с пустотой. Я так сильно по нему скучаю.
Вадим приехал домой и без стука войдя в комнату кинул на кровать пакет.
- У тебя пол часа на сборы, - он посмотрел на наручные часы засекая время, - едем к моему товарищу на юбилей.
Я молча кивнула и открыла пакет, а он скрылся за дверью. Внутри лежало вульгарное короткое платье.
Я оделась, не давая себе времени на размышления, он сказал, что у меня был всего час, и я знала, что если опоздаю, то последствия будут хуже, чем просто моральное унижение.
Быстро накинув куртку, я взглянула в зеркало и вышла из своей комнаты, на удивление он уже ждал в коридоре.
- Не опозорь меня, - открывая двери сказал он, - хуже будет всем.
Юбилей оказался не простым, тут собралась вся бандитская шушера Питера и демонстрировали они своих женщин, словно мы на какой то витрине.
- Тебе че Петя даже сраного брюлика не задарил? - рыкнул он рассматривая чужих женщин на пальцах которых, было по нескольку колец, - как лох с тобой теперь.
Я молча пропустила все это мимо ушей.
Все друг друга знали, смеялись, обсуждали дела, которые лучше бы никогда не становились словами. Вадим держал меня за талию, как трофей не девушку, не человека, а собственность.
- Улыбайся, - прошептал он сквозь зубы, когда к нам подошел мужчина с сединой на висках и голосом прокуренного авторитета, - это мой крестный, не облажайся.
Я отстраненно улыбнулась сжимая в руке фужер с шампанским.
- Хорошенькая, - сказал крестный, - с характером?
- Ох еще с каким дядь Гриш,- ухмыльнулся Вадим, - но я быстро исправляю ситуацию.
Мужчина прошелся по мне взглядом и взяв за запястье, хищно улыбаясь, поцеловал тыльную сторону ладони, а после слился с толпой.
Весь вечер Вадим пил, смеялся, рассказывал, как приручил меня, а я играла роль молчаливой куклы.
Позже, когда мы вернулись, я зашла в ванную и просто включила воду, не для того, чтобы помыться, а просто что бы поплакать, что бы позволить себе хоть мгновение слабости в безопасной тишине.
Успокоившись я все же приняла душ и натянув спортивный костюм залезла под одеяло, меня било ознобом, словно от холода. Отвратительное, мерзкое ощущение от того, что я просто разменная монета не дает покоя.
Ночью сквозь сон я слышу как щелкает язычок на ручке двери, но не открываю глаза, прислушиваюсь. Тихие шаги и звук промятого матраса где то рядом, остро чувствую запах пота и перегара.
- Спишь? - я молчу, - да ни хуя ты не спишь.
Вадим рывком стягивает одеяло, а я на уровне инстинктов, резко встаю с кровати отходя от нее.
Он улыбается и перекатывается на кровати в мою сторону, вставая с нее так, что я по просту загнана в угол.
- Не надо, - тихо говорю я, - пожалуйста, ты пьян.
- Ты все таки моя невеста, - говорит он подходя ближе, - будь покорной.
Он схватил меня резко, я не успела ничего сделать, в его руках не было ни сострадания, ни уважения.
Он действовал как хозяин стягивая спортивные штаны вниз так, что я слышала звук рвущейся ткани, он тот, кто всегда привык добиваться своего.
- Пусти меня, - закричала я так сильно, что в ушах зазвенело от собственного голоса.
- Сука, - он размашисто бьет меня с пощечины по лицу и я чувствую металлический привкус крови во рту.
Дверь открылась, а в нее вбежал Леня, парень быстро схватил Вадима за плечо разворачивая к себе, но что может сделать обычный парнишка против своего хозяина, особенно когда тот, достает пистолет.
- Пошел вон, щенок, - рычит Вадим, - Валя забери его.
Валентина появляется в дверях и приложив руку к губам от испуга бросается к Лене, женщина хватает его за предплечья таща на себя, кидает на меня взгляд полный сожаления и выводит парня.
Мы остались втроем.
Я, Вадим и пистолет.
- Раздевайся, - командует он, направив на меня оружие.
Я медленно стягиваю с себя кофту, руки дрожат.
Все происходящее словно стало частью какого то кошмара, где я не могла найти выхода, где мои силы и сопротивление таяли, как снег под жарким солнцем.
- Да че ты телишься? - он рывком дергает за бюстгальтер и тот с треском рвется, - под Петей посговорчивее, да поласковее была наверняка?
Он заломил мне руки и резко вошел, дуло пистолета в его руках, которыми он держал меня, упиралось прямо между лопаток, а я молилась, что бы он случайно нажал на курок, в голове больше не было ни каких мыслей, лишь противная жалость к себе и жгучий стыд перед человеком, которого я люблю.
- Ты моя будущая жена сука, - с гадким стоном говорит он.
Я не могла сдерживать слезы. Они не были от боли, а от чувства глубокого разочарования в себе, что я не смогла остановить Вадима.
Толчок за толчком и рваные всхлипы приближали его к завершению, казалось, он наслаждается этими слезами.
В этот момент мне казалось, что я потеряла все. Моя свобода, мои мечты, мои чувства, все это превратилось в пустоту, в нечто, от чего невозможно убежать.
Закончив на спину он швырнул меня на кровать, рядом кинул какую то коробку из ювелирного и вышел из комнаты, к горлу подступил неприятный ком тошноты.
Стало мерзко.
Сегодня он окончательно сломал меня.
***
Три дня я не видела Вадима в доме, Валентина избегала моего взгляда, а Леня пропал после той ночи. Его комната пустовала, охранять меня больше никто не приходил и это настораживало, нас просто запирали в квартире.
Вечером приехал один из людей Вадима передав мне письмо из дома, отправителем была Полина, я закрылась в комнате и аккуратно раскрыла конверт, несколько фотографий с ее праздника.
Все счастливые, улыбаются, столы ломятся от еды, все как всегда, кроме одного.
Петя на каждом снимке мрачнее тучи, всегда в стороне, нет ни единой фотографии где он с Полиной рядом, за то сестра вложила снимок, где он запечатлен один. И этот ее жест явно не для того, что бы сделать больно, тогда бы она напихала полный конверт фотографий где они вместе.
- Сделай уже что нибудь, - шопотом сказала я и кончиками пальцев провела по его лицу на этой картонной бумаге, - пожалуйста.
Я очередную ночь не могла уснуть, боялась, что придет Вадим и все повторится.
Я сидела на подоконнике, курила, выпуская дым в открытое окно и всматривалась в фотографию Пети.
На рассвете я услышала, щелчок входной двери, быстро отбросила окурок в пустую чашку, а фото спрятала под матрас и прильнула к щели в двери.
Это был Вадим, выглядел он помятым, рукава рубашки закатаны, руки грязные, наверняка были какие то разборки.
Он не зашёл ко мне, закрылся у себя и послышался шум воды из душа, а после глухая тишина.
Я не знала, что это, затишье перед бурей или просто в этот раз ему не до меня, но была этому рада.
Говорят, что со временем привыкаешь ко всему.
Но я не хочу привыкать.