14 глава.
Петя все утро, пока мы неспешно собирались, был молчалив, лишь изредко подходил целуя в висок или на мгновение прижимался со спины вдыхая запах волос. Я не знала, что было в его голове.
- Вызовешь мне такси? - крикнула я вглубь квартиры, - я собралась почти.
- Вместе поедем, - он подошел оперевшись на дверной косяк и смотрел, как я заплетаю косу в отражении треснутого зеркала, - один хуй, все всё знают.
Я молча пожала плечами и вышла в коридор натягивая шубу, которую ночью Петя повесил на вешалку. Мы вышли из дома в мороз, а я жадно хватала этот холодный воздух в перемешку с сигаретным дымом, пока грелась машина.
Петя был загруженым, о чем то думал, стучал по рулю и бесконечно переключал волны радио пока мы ехали.
Впереди показался наш дом и я тяжело выдохнула, когда мы заехали в ворота.
- Пойдем, - припарковав машину он выходит не дожидаясь моего ответа, я делаю несколько глубоких вдохов и выхожу следом.
В дом мы вошли когда часы в прихожей показывали без пяти десять утра. Петя перед тем как открыть входную дверь взял меня за руку, под мой испуганый и удивленный взгляд, он лишь сильнее сжал мои пальцы.
Нас ждали.
Отец сидел опустив голову на банкетке, которую использовали, что бы проще обуваться, мать бледная стояла посредине прихожей, обнимая себя за плечи, Полина привалилась к косяку, выглядела она крайне паршиво, ее совершенно не спасали прическа с макияжем.
- Я все решил, - громко говорит Петя, - я устал скрываться, я хочу быть с Кристиной.
В крохотной прихожей возникла гробовая тишина, мать побледнела еще сильнее, отец поднял на Петю усталый взгляд, Полина поджав губы, сдерживая слезы, резко развернулась и через одну ступеньку убежала наверх. А я не верила своим ушам.
- Браво, - хлопая из гостинной вышел Вадим, - себя не жалко, так девчонку пожалей.
- Мы просто переиграем эту чертову сделку, - глухо ответил Петя.
- Нет друг мой, - Вадим достал из за спины пистолет направляя на меня, - девочка мне приглянулась и если я не буду с ней, то прямо сейчас вышибу ей мозги, на твоих глазах, как тебе идея?
Все словно в замедленной съемке, Петя заводит меня за спину, но во входную дверь за нашими спинами входят четверо, один из них хватает меня, а трое удерживают Петю.
- Бегом иди и собирай свои вещи, мы уезжаем, - ледянным тоном говорит Вадим и парень, что держал меня, резко толкает в спину к лестнице.
Я оборачиваюсь, а Петя едва кивает мне, как бы говоря, что обязательно, что то придумает и я ему верю, однако в голове созревает безумный план.
Влетев в свою комнату я кинулась к балкону, мысль, что я переломаю ноги прыгая со второго этажа даже не пришла в голову, хотелось сбежать, но ручка была откручена.
Я срываюсь в комнату Полины, как в самую ближайшую, но и тут нет ручки на двери.
- Они выкрутили их по всему дому, - сестра ухмыляется размазывая по лицу слезы вместе с косметикой, - тебе не уйти от судьбы, это расплата за то, что ты спишь с моим мужем.
- Полин, у нас все началось еще задолго до того, как он стал твоим мужем, - я обессилено сажусь около нее, - он любит меня, я его, просто мы все родились не в то время ну или не в тех семьях.
- Я тоже его люблю, - Полина шмыгает носом, - он единственный, кто не пытался меня изменить, не шпынял и даже иногда слушал.
- Ты встретишь еще того, кто полюбит тебя, - мой голос слегка дрожит, мне ее жаль, - а ты его и вы будете счастливы.
- Родители все решили, их нельзя ослушаться, - отвечает она.
- Ты мне не поможешь, да? - спрашиваю я и она отрицательно машет головой.
Я впервые искренне обнимаю сестру, если меня родители просто сразу не любили и для меня все происходящее не является шоком, то она живя в иллюзорном мире не настоящей родительской любви, выдрессерованая матерью до двадцати двух лет, просто сломалась и даже не пытается принять очевидное.
Даже если ей приставят к виску пистолет, она встанет на их сторону.
Выбора сейчас нет. Я иду обратно к себе и закидываю в дорожную сумку джинсы, спортивный костюм, пару кофт с футболками и белье, кто знает, на сколько меня увезут и сколько Пете потребуется времени, что бы, что то решить.
Спустившись, я вижу, что ни кого нет, кинув сумку на пол я иду в сторону кухни, на ней сидит отец и Вадим, на столе бутылка водки, соленья и пистолет.
- Присаживайся, - Вадим кивает на стул напротив, но я остаюсь стоять, - давай по хорошему, ты же не дура, должна все понимать, он женат на твоей сестре, ты моя невеста, все решено.
- Это не по хорошему, - отвечаю я, - не бывает по хорошему когда к чему то принуждают, особенно используя оружие и манипуляцию.
Он усмехнулся, налил водки себе и отцу, по хозяйски достал из шкафичка еще одну стопку и налил мне.
- Не пью в десять утра, - я отодвинула от себя алкоголь продолжая стоять оперевшись на стол.
- Ну дело твое, - они с отцом чокнулись и Вадим продолжил, - вот смотри, я тебя пока еще не трогал, ты мне нравишься, честно, не как телка какая то, как человек, характерная, таких сейчас мало.
- Кристин, - отец подал голос, - Вадим хороший человек.
- Но я то люблю Петю, - усмехаюсь я, - почему я должна играть в ваши игры?
- У тебя все равно нет выбора, - Вадим провел пальцем по рукояди пистолета, - я убью либо тебя, либо его, ну либо мы женимся.
- И куда ты хочешь меня увезти? - спрашиваю я.
- До свадьбы будем жить в Питере, - он пожимает плечами, - так ты будешь под контролем.
- Где Петя? - тихо спрашиваю я, - я же имею право попрощаться.
- Ночью не простились? - криво улыбается Вадим, я молчу, а отец прячет взгляд, - в кабинете у Сереги, у тебя пять минут.
Я быстро вышла с кухни и резко окрыла двери в отцовский кабинет. Петя сидел в кресле перед ним стояла початая бутылка виски, пустая кобура валялась рядом, значит у него забрали оружие, он лениво поднял взгляд, но тут же встрепетнулся.
Не ожидал меня увидеть. На лице несколько ссадин, две пуговицы оторваны от рубашки, а волосы сильно взъерошены.
Я за долю секунд подметила каждую мелочь.
Я подошла молча, он поднялся с кресла и сразу прижал меня к себе так крепко, что мне стало больно, но я не сказала ни слова, только уткнулась лбом ему в ключицу, вдыхая запах перегара и его парфюма, хотелось навсегда запомнить этот чертов запах дерева и цитруса.
- Я тебя не отдам, слышишь? - прошептал он в волосы, - что бы ни случилось, я что нибудь придумаю и заберу тебя.
- Не нужно геройства, Петь,- голос дрожал, - я не хочу, чтобы тебя убили из за меня.
- Пусть попробует, — сквозь зубы прошипел он, - этот ублюдок ляжет раньше меня.
- Это же не война, это грязная, вонючая сделка, нас купили и продали, как мешки с картошкой, - горько усмехнулась я.
Он взял мое лицо в руки и мы поцеловались. Быстро, жадно, будто знали, что в этот раз по настоящему последний.
Дверь открылась, и в проеме появился Вадим, не спеша, лениво, будто хозяин этой жизни.
- Все, хорош, пора, - ухмыльнулся он.
Петя шагнул вперед, но я прижала ладонь к его груди.
- Не надо, - прошептала я, - пожалуйста.
Я прошла мимо Вадима, даже не взглянув на него, просто шла к выходу, как на казнь, ощущая, как тяжелеют ноги, как душа медленно выскальзывает из груди, как я оставляляю там, в кабинете, всю свою жизнь.
Черный внедорожник быстро сорвался с места, как только мы с Вадимом в него сели.
- Правильный выбор, - сказал он, когда машина выехала за пределы города, - главное не выебывайся и все будет хорошо.
- Тебе ведь не нужна жена, - ответила я, - ты просто хочешь показать всем, что привык брать все, что захочешь.
- А ты думала бывает в наших кругах иначе? - усмехнулся он, - я вот из тех, кто сначала ломает, а потом гладит, привыкай, теперь ты моя, Кристин.
Я не ответила, слезы подступали к горлу, но я не могла плакать, он только этого и ждал, что бы я стала сломаная, покорная.
Я не знала, что ждет меня в Питере, но точно знала, все будет только хуже.