13 глава.
Ночь была беспокойной и практически бессонной, я прислушивалась к звукам за окном в ожидании, что Петя вернется, но он так и не приехал.
Я собралась, оделась и спустилась вниз. В доме царила тишина, было слышно лишь как отец кашляет в своем кабинете.
Застегивая шубу я услышала голоса за входной дверью, внутрь вошла мать с Полиной, а за их спиной тот самый Вадим Дмитриевич.
- А ты куда собралась? - улыбаясь спросила мать, - давай раздевайся обратно, Вадим с нами позавтракать приехал.
- Мне нужно по делам, - пальцы задрожали и я не могла попасть в выемки для пуговиц.
- Не нужно, - с напором сказала мать подходя ближе и начала расстегивать пуговицы, с которыми я успела справиться до их прихода, - Полин иди папу позови на кухню, а мы сейчас.
Полина покорно ушла за отцом, а мы втроем стояли посреди коридора.
- Вадим иди в кухню, прямо и направо, - смотря на меня сказала мать, - мы сейчас подойдем.
Он улыбнувшись скинул пальто на вешалку и последовал по маршруту указаному матерью.
- Кристина, веди себя как подобает, - подхватив меня за подбородок начала она, - ты же не хочешь, что бы Петра нашли где нибудь мертвого в канаве, ведь так?
- Ты угрожаешь? - я дернулась в ее руках и сделала шаг назад.
- Я предупреждаю, - улыбнулась она, - к столу иди.
Я вешаю шубу на вешалку и иду в кухню, туда же уже пришел отец, он сидит с Вадимом Дмитриевичем и что то обсуждает. Полина лениво ковыряется в тарелке с кашей, но вдруг поднимает взгляд на меня, за ее безупречным макияжем скрывались красные, отечные глаза, видимо она всю ночь плакала, но она выдавливает из себя улыбку смешаную с насмешкой. Мать подтолкнула меня в лопатки в глубь кухни, я села за стол взяв себе только кофе.
- Как ты выросла и похорошела, помню тебя совсем маленькой, - начал Вадим Диитриевич, его шершавая, огромная рука с тремя золотыми перстнями легла поверх моей, от чего я дернулась и схватилась обеими руками за чашку с кофе, - ты не бойся, не обижу.
- Кристина немного нервничает, все таки сразу повзрослеть и стать женой немного неожиданно, - улыбается мать.
- Да ты не переживай, Кристин, - ухмыляется он, - а где Петр кстати?
Я напряглась от одного его голоса, его манера говорить, будто он уже считает себя хозяином в этом доме, а меня своей собственностью навеяли ужас. Пальцы крепко сжали чашку, чуть не пролив горячий кофе, Полина уставилась в свою тарелку, мать продолжала улыбаться, отец что то бурчал в ответ.
- Петька уехал по делам, -ответил он, даже не взглянув в мою сторону, - когда приедет, неизвестно.
Я напряглась еще больше, неужели отец тоже обо всем узнал, хотя то, как Петя вчера вылетел из дома думаю, всем стало все понятно, но интересно, Полина молчит потому, что не поняла или ей запретила мать.
- Надеюсь, не возражает против свадьбы, - усмехнулся Вадим.
Полина тихо положила вилку и встала, пробормотав, что ей нехорошо, мать ей в ответ кивнула, ни намека на сочувствие, ни капли тревоги. Ей важнее было, чтобы все шло по плану, а я вдруг поняла, что ни кого из нас родители не любят, Полина просто поддатливый пластилин из которого лепили все, что было нужно, а со мной им пришлось действовать более тяжелыми методами и запугиванием.
- Я тоже пойду, - я отставила чашку с едва выпитым кофе и быстро вышла с кухни.
Влетев в свою комнату я вытряхнула все содержимое сумки в поисках сигарет и выйдя на балкон закурила, наполняя легкие едким дымом.
Спустя пару минут балконная дверь скрипнула, я обернулась, в проеме стоял Вадим Дмитриевич. Просто вошел, без стука, без спроса, будто уже считал эту комнату своей.
- Ну что детка, не хочешь замуж? - я отрицательно качнула головой, - а зря, я не враг тебе, ваша мамаша продает вас как товар, за выгоду, за безопасность, у тебя просто нет выбора.
Я затянулась сигаретой, отвечать совсем не хотелось.
- Думаешь, я не знаю о том, что ты Петина любовница? - усмехнулся он, - мать твоя все рассказала.
- Зачем вы сюда пришли? - вздохнула я.
- Затем, что бы ты понимала, еще хоть одно сбегание, один поцелуй с этим красавчиком и он труп, я в этом городе имею вес больше, чем твой отец с Петром вместе взятые, поняла? - он произнес это тихо, с уверенностью человека, который привык, что его слова не терпят возражений.
- Я человек, а не ваша марионетка, вы не можете решать мою судьбу, - бросила я.
- Я все могу, Кристинка и перестань называть меня на "вы", - он забрал из моих рук окурок и потушил в пепельнице, - завтра поедем выбирать тебе кольцо, ты мне прям понравилась такая, знаешь, с характером, но ты же умная девочка, не делай глупостей, после свадьбы на время уедем.
Он вышел из комнаты, а я скатилась по стене на пол, в висках стучало так сильно, что казалось, голова вот вот взорвется. Очередной скрип двери и в комнату вошла мать. Проходной двор.
- Собирайся, - властно сказала она, - едешь к Петру.
- Не поняла, - я встала с пола смотря на нее.
- Тебе нужно вернуть его домой, к законной жене, - начала она, - и наконец, поставить точку в вашей никчемной связи.
- Ты думаешь, я приду скажу ему Петь все кончено и он прибежит к Полине?
- Скажешь, что поняла, что не любишь его, что все было ошибкой, - ее голос был таким холодным, - если ты всего этого не сделаешь, ему просто не жить, пойми уже это.
- Он не поверит мне, - мой голос дрожит, а сердце и разум устроили борьбу между собой.
- Сделай так, что бы поверил, - она тяжело вздыхает и идет к выходу, - машина будет готова через десять минут, у вас время до десяти утра завтрашнего дня.
- Полина с отцом знают? - кидаю я вопрос ей в спину и она коротко кивает.
***
Машина привезла меня к их с Полиной квартире, но я знала, он не здесь. Отпустив водителя я пошла на Ленинский, внутри был мондраж, страх, тревога.
Идти было буквально десять минут, я не стала брать такси, хотелось идти по этому морозу освежая голову. Хотелось чувствовать, как под каблуками хрустит лед, как мимо проносятся троллейбусы, как редкие прохожие отводят глаза, будто чувствуют, что я иду хоронить себя живьем, а ведь я даже не знаю, что скажу ему.
Пальцы дрожали, когда я оказалась перед входной дверью вставляя в нее ключи. Внутри пахло перегаром, сигаретами, воздух был тяжелый и спертый, уже не было даже намека на наш парфюм всегда витавший в этой квартире.
Повсюду валялись бутылки, пустые, наполовину полные, с оторванными этикетками. На полу, на подоконнике, на пианино, даже в раковине, как будто он пытался напиться до забвения, но оно все не приходило.
На полу у дивана валялся его плащ, рядом с ним пепельница, полная бычков, телевизор тихо шипел фоном.
Он не вышел навстречу, значит, спал, или делал вид.
Я прошла дальше.
Каблуки глухо стучали по полу, в гостинной висело треснутое зеркало, дом перевернут.
Снова.
Я нашла его на кровати, он лежал раскинувшись, в одних брюках, босиком, с бутылкой в руке, не спал, просто смотрел в потолок и наверняка знал, что я приду.
- Ты пришла, — хрипло сказал он.
- Да, - я присела на край кровати и посмотрела на него, на того, кого люблю и на того, кого должна сейчас предать.
- И что дальше? - он приподнялся на локтях смотря на меня.
- Свадьба, - тяжело вздохнула я и решила не врать ему, - потом мы с ним уедем на какое то время, мать сказала, если мы не закончим с тобой и ты не вернешься к Полине, тебя убьют, она сдала нас Вадиму.
- Я тебя люблю, ты не можешь уехать, - он пропустил слова о собственной смерти мимо ушей.
- И я тебя люблю, ты видишь, я не сбегаю от тебя, я пришла к тебе за помощью, - по щекам покатились слезы, а Петя откинув бутылку в стену притянул меня к себе укладывая головой на колени, - отпусти меня.
- Я не могу, - гладя меня по голове прошептал он.
- Можешь, только ты можешь, прошу тебя..- я начала захлебываться слезами, - прости.
Он не ответил, лишь стянул с меня шубу швырнув ее в угол комнаты и тяжело дышал продолжая глядить меня по волосам. В этой тишине были мои всхлипы и ни чего больше.
Спустя десять минут я так и не успокоилась и Петя дотянувшись до початой бутылки виски стоявшей у кровати, приподнял мою голову давя на скулы, отрыв рот он влил в меня содержимое бутылки. Горло обожгло резко, алкоголь не опьянил, а отрезвил и я в моменте перестала плакать.
- Я что нибудь постараюсь придумать, - он берет мое лицо в свои руки и покрывает его короткими поцелуями, - я обещаю.
- В десять утра мы оба должны вернуться домой, - я хватаюсь за его губы, когда они касаются моих, - отец с Полиной теперь тоже вкурсе.
- Вот это конечно проблематичнее, - с грустью усмехается он.
- А еще Вадим сказал, что если он увидит или узнает о нас, о моих побегах к тебе, то ты труп, - я закусываю губу от горечи этой фразы.
- Ты знаешь, кто этот Вадим? - он резко останавливается в упор смотря мне в глаза, я отрицательно качаю головой, - он организатор покушения, где Полина потеряла ребенка, твой отец после встречи с ним, сказал, что откажет ему, но видимо, что то пошло не так.
Эта новость словно удар по голове, я тянусь к пачке Петиных сигарет лежащих прям на кровати и жадно закуриваю, в попытке переварить информацию.
Петя тяжело откидывается обратно на кровать, а я докурив, тушу бычок и подлазию к нему под бок, утыкаясь в него носом.
Он гладит меня по затылку останавливаясь лишь на короткие мгновения, видимо, когда в голову, что то приходит, но затуманеный алкоголем мозг не может принимать нормальных решений.
У нас есть только эта ночь.
Очередное утро разрушит всю нашу жизнь.