ты - мое сердце

/«Она хотела чтобы, ты жил»/

Прошла неделя.

Семь дней без неё. Семь рассветов, где её не было. И каждый вечер — без прощания, без поцелуя на прощание, без того, чтобы услышать: «Доброй ночи, Винни».

Но он не плакал.

Потому что всё уже выгорело внутри. Пепел не болит.

Он жил.

Просто жил — как будто по инструкции. Вставал утром, умывался, шёл в колледж. Садился на пары, отвечал на вопросы преподавателей, даже смеялся над шутками Пейтона. Автоматически. Механически. Как будто бы он — это просто оболочка.

А внутри... внутри был только её голос. Эхо её смеха. Воспоминания.

Иногда он говорил с ней. Не вслух. Просто в голове. Иногда, когда проходил мимо того самого кафе, где она заказала клубничный милкшейк и морщила нос, потому что он оказался слишком сладким. Иногда, когда листал плейлист и случайно натыкался на их общую песню.

Он не нажимал «play». Он просто замирал. И слышал её голос — как будто она рядом.

Однажды ночью он не выдержал.

Он вышел на улицу. Было холодно. Лёгкий ветер трепал его волосы, а на небе — ни единого облака. Только звёзды. Сотни, тысячи звёзд.

Он встал прямо посреди дороги. Просто встал и посмотрел вверх. Глубоко вдохнул.

— Привет, — прошептал он. — Я знаю, ты не слышишь. Или, может, слышишь? Чёрт... я не знаю.

Ветер качнул его куртку.

— Хотел сказать, что я скучаю. Не как в песнях. А по-настоящему. Знаешь, как будто ты — это моя правая рука. Как будто без тебя я не умею держать чашку. Не умею дышать.

Он замолчал. Потом снова заговорил:

— Ты ведь помнишь, как я говорил, что ты будешь со мной навсегда? Я всё ещё в это верю. Ты внутри. Я просто... не знаю, как дальше. Но я попробую. Обещаю. Ты ведь всегда хотела, чтобы я не сдавался.

Он посмотрел на небо, и в ту же секунду пролетела звезда. Как знак.

Он стоял так ещё долго. Потом вернулся домой. Молча лёг. Молча заснул.

⸻

Прошла неделя.

Он шёл по кампусу. В наушниках — пустота. Ни одной песни. Только ветер в ушах.

Пейтон догнал его.

— Винни! — он хлопнул его по плечу. — Ты вообще живой?

— Ага, — коротко кивнул он.

— Ты как?

Винни пожал плечами.

— Как будто меня нет.

— Слушай... я не знаю, что сказать, — Пейтон замолчал. — Просто... если хочешь поговорить — я рядом.

— Я знаю, — Винни кивнул. — Спасибо.

⸻

Позже в тот же день он наткнулся на Райли в библиотеке.

— Вин, — тихо сказала она. — Прости, что не писала.

— Всё нормально.

— Я... — она опустила глаза. — Я тоже скучаю по ней.

Он сел рядом.

— Она была как солнце, — сказал он. — Даже когда молчала — освещала всё вокруг.

— Она тебя правда любила, — прошептала Райли. — Очень.

Он улыбнулся. Первый раз за эту неделю — искренне.

— А я её. По-настоящему.

⸻

Спустя день он набрал её маму. Не знал, зачем. Просто почувствовал — должен.

— Алло? — ответил дрожащий голос.

— Это Винни... простите, если я...

— Нет, Винни, всё хорошо. Спасибо, что позвонил.

— Я просто... хотел сказать спасибо. За неё. За всё.

Женщина всхлипнула.

— Она... много рассказывала о тебе. Говорила, что ты тот, кто может вылечить любую боль. И, знаешь, даже после... мне кажется, она бы хотела, чтобы ты жил. Продолжал.

Он кивнул, не в силах говорить.

Иногда молчание говорит больше слов.

⸻

Так шли дни.

Он не писал ей писем. Не ставил свечей. Не делал ничего пафосного. Просто жил.

Но каждый вечер — выходил на улицу.

Смотрел на звёзды. Шептал:

—Клэр... я помню. Не забуду.

И в этот момент — как будто где-то внутри снова вспыхивала искра. Слабая. Но тёплая.

Он не плакал.

Он жил. Ради неё.