Песок
Небо на востоке уже светлело, окрашиваясь в нежные оттенки розового и золотого. Ночь отступала, но солнце ещё не поднялось над горизонтом – этот короткий промежуток между тьмой и днём, когда мир замирает в предвкушении света.
Элис, сидя на руках у Ньюта, зевнула и потёрла кулачками глаза.
—Я больше не могу...
— Знаю, солнышко, знаю — Ньют осторожно опустил её на песок, всё ещё тёплый от вчерашнего зноя. Ребята как раз решили передохнуть перед самой удачной часть дня - обедом. — Поспи немного.
Он снял свою потрёпанную кофту и свернул её, подложив под её голову. Элис тут же свернулась калачиком, как маленький зверёк, ищущий укрытия.
— Ты... не уйдёшь?
— Никуда, — он провёл пальцами по её спутанным волосам, смахнув песчинки.
Рядом устраивались остальные: Минхо растянулся на спине, закинув руки за голову, Томас сидел, обхватив колени, а Фрайпан и Уинстон копошились в рюкзаках, доставленных из торгового центра.
— Чёрт, — Фрайпан вытянул ноги, — я думал, снаружи будет... ну, зелень. Реки. Хотя бы один проклятый кактус.
— Дженсен говорил, что мир мёртв, — пробормотал Уинстон, щурясь на горизонт.
— Дженсену верить нельзя, — резко сказал Томас.
— Но пустыня-то настоящая.
— Это не значит, что он сказал правду обо всём.
Ньют молча смотрел, как первые лучи солнца касаются песка, превращая его в золотое море. Красиво. И смертельно. Они нашли одежду, но воды почти не было. Если не найдут её в ближайшие часы...
Элис во сне сморщила носик, и он автоматически провёл пальцем по её бровям, разглаживая морщинку.
— Мы найдём воду, — Томас словно прочитал его мысли. — Сегодня. Пока солнце не стало палить как следует.
Минхо поднялся, отряхнув песок.
— Тогда пошли. Пока малышка спит, осмотрим окрестности.
Они оставили Элис под присмотром Уинстона и Фрайпана, а сами двинулись вдоль каменистой гряды.
Солнце поднималось быстро, и уже через час тень от камней стала короткой, а воздух – обжигающим.
— Эй, вон там! — сказал Минхо, указывая пальцем на какую-то машину.
Грузовик оказался старым военным транспортом, его кузов проржавел насквозь, но кабина ещё держалась. Минхо первым добрался до двери и с силой дёрнул ручку.
— Чёрт! — он отскочил, обмахивая ладонь. — Раскалилась как сковорода.
Томас поднял с земли обломок трубы и разбил уцелевшее боковое стекло. Внутри пахло пылью, бензином и чем-то затхлым.
— Ничего полезного, — Ньют провёл рукой по панели приборов, смахивая слой пыли.
Минхо тем временем залез в кузов. Раздался грохот — он скидывал на землю пустые ящики.
— Эй! — вдруг крикнул он. — Кажется, нашёл что-то!
Томас и Ньют подошли к заднему борту. Минхо держал в руках металлический ящик с полустёртой надписью «Аварийный запас». Замок был заржавевшим, но поддался после нескольких ударов камнем.
Внутри четыре армейских сухпайка, срок годности которых истёк 3 года назад. Две фли с водой, аптечка и складная лопата.
— День удачный, — Минхо встряхнул флягу. Вода плескалась прозрачная, без запаха.
Томас уже вскрывал один из сухпайков:
— Галеты, тушёнка, растворимый кофе... На один приём пищи.
— Берём всё, — Ньют сложил находки в рюкзак. — Возвращаемся к остальным.
Они обыскали остатки других машин (два джипа без колёс и что-то похожее на бронетранспортёр), но больше ничего полезного не нашли.
— Странно, — Томас вытер пот со лба. — Машины вроде бы брошены недавно, но следов людей нет.
— Может, военные эвакуировались? — предположил Минхо.
Ньют молчал. Он смотрел на бескрайнюю пустыню, где в мареве дрожали очертания разрушенных зданий. Где-то там должен быть ответ.
Но сейчас главное было вернуться к Уинстону, Фрайпану и Элис с водой и едой.
Солнце поднималось выше, превращая песок в раскалённую сковородку. Они шли обратно, оставляя за собой чёткие следы, которые ветер стирал за считанные минуты.
Следы привели их к небольшому каньону, где в тени скал Уинстон развел микроскопический костерок из сухих кустарников. Заспанная Элис сидела, свернувшись калачиком, и рисовала палочкой что-то на песке.
— Нашли! — Минхо торжествующе поднял фляги, когда они подошли.
Уинстон вскочил, чуть не опрокинув импровизированный очаг:
— Вода? Настоящая?
— Армейский запас. — Томас опустил рюкзак, доставая сухпайки. — И еда. Правда, просроченная.
Элис потянулась к ближайшей фляге, но Ньют остановил ее:
— Подожди, солнышко. Сначала прокипятим.
Он достал найденную в грузовике металлическую кружку и поставил на огонь. Вода закипела быстро — настолько сухим был воздух.
— Вот теперь можно. — Ньют осторожно подул на кружку, прежде чем передать Элис. — Маленькими глотками.
Она послушно кивнула, затем широко улыбнулась:
— Вкусно!
Минхо тем временем вскрыл сухпаек:
— Меню дня: тушенка с галетами. Бонус — пакетик сахара. — Он бросил пакетик Элис. — Для нашей принцессы.
Томас разложил карту на плоском камне:
— Здесь отмечен военный лагерь в 15 километрах к северо-востоку. Если он сохранился...
— Если. — Уинстон хрустнул галетой. — Но альтернативы у нас нет.
Ньют изучал горизонт. Где-то там был лагерь. Возможно, вода. Возможно, ответы. А между ними — километры раскаленной пустыни.
— Отдохнем до вечера, — решил он. — Идем с закатом.
Элис уже засыпала, прижавшись к теплому камню. Ньют накрыл ее своей кофтой. Они не говорили вслух о главном — о том, что будет, если лагерь окажется таким же мертвым, как и все вокруг. Но эта мысль висела в воздухе, как марево над песками.
Минхо доел последний кусок тушенки и бросил банку в костер:
— Лагерь. Потом — город. Потом — океан. — Он ухмыльнулся. — Я там никогда не был.
— Никто из нас не был, — пробормотал Уинстон.
Но они пойдут. Потому что назад дороги нет.