54.~Давай попрощаемся~
— Попрощаться, — ответил он. — Думаю, буду жалеть, если уеду, не попрощавшись. Мы ведь столько времени провели вместе... Надо хотя бы счастья тебе напоследок пожелать.
— А далеко едешь? — тихо спросила Соль, почти шёпотом.
— А что, начнёшь умолять остаться, если это так? Не отпустишь?
— ...Нет.
Парень только теперь за весь разговор отвёл от неё глаза, и лёгкая ухмылка коснулась его губ.
— Ну да, как же я мог забыть? Цеплялась за меня, просила не уходить именно маленькая Чон Джинсоль. В нашу первую встречу со взрослой я, кажется, назвал её "госпожой камнем". Но теперь, я думаю, ей больше подойдёт "госпожа обыденность", — он тихо расмеялся, но тут же сник, когда увидел, что девушке особо было не до смеха. — Молодец, что выросла.
— Да иди ты со своими прощаниями знаешь куда? — процедила Соль, выдохнула, а затем сказала: — Не знаешь? А я подскажу, Ли Минхо! К Сказочнице, новой Самджан.
— Ого, — протянул тот, — а я ведь совсем забыл, что ты теперь обычный человек. Злее, чем когда-либо!
Смотря на него, хмуря брови, Джинсоль подумала: "Ещё одно слово — и ты поймёшь, что некоторые люди в гневе некоторых демонов пострашнее будут".
Но вместо того, чтобы сказать это, поправила тяжёлую сумку на плече, откинула волосы назад и развернулась, чтобы направиться к рабочему столу. Уселась на кресло и равнодушно бросила:
— Да, обычный человек, поэтому прошу принять, что устаю я теперь сильнее обычного, — она серьёзно взглянула него. — Уходи.
— Больше я был бы удивлён, если бы не уставала, — неожиданно произнёс он. — К тебе ведь дух прицепился.
— Опять врёшь?
— Да я серьёзно! Не избавишься от него — так и будешь уставать.
Девушка тут же оглянулась по сторонам, обернулась назад — ничего. Действительно, неизвестность пугает даже больше, чем когда ты видишь это "что-то".
— Чего так смотришь на меня? — спросил Минхо. — Будешь просить убрать его? Расплачешься?
— Не нужно, — твёрдо ответила она. — Обычные люди их просто не замечают. Сделаю вид, что не знаю. Уходи.
Делая глубокий вдох, парень резко выпустил весь воздух через один смешок.
— Хорошо, — согласился он. — Живи счастливо, Чон Джинсоль.
Устремился уже к двери, но взглядом поймал лежащего на диванчике Сухо, у которого слегка взлохматилась шёрстка на макушке. Сунул его в охапку и только тогда ушёл.
— Слышал? — глядя в глаза-пуговки игрушке, произнёс он, когда уже оказался в приёмной-кабинете Джисона. Самого парня здесь не было. — Ни умолять остаться, ни помощи просить не хочет. Отступаем.
Вздохнув, он только хотел повернуть за угол, как оттуда послышались громкие мужские голоса. Он остановился, и тут же перед ним появилось двое мужчин. Одним из них был, собственно, секретарь Джинсоль. Вторым — Сэён.
У первого в руках лежала упаковка с пиццей, запах которой просачивался даже сквозь плотный картон. У другого — пакет с баночками газировки и воды.
Останавливаясь перед преградой, которой на их пути стал демон, те двое переглянулись.
— О, — удивился Хан Джисон, — вы же уволились, телохранитель Ли! Пришли попрощаться?
Минхо ничего не ответил. А мужчина с тёмными волосами, завязанными в низкий хвостик, сказал:
— Мы не успели должным образом познакомиться, — и протянул руку. — Им Сэён, Им Джейкоб, как удобно.
Здесь демон тоже ничего не сказал. Кинул взгляд на игрушку в своих руках, выдвинул руку с ней вперёд, будто хотел также пожать руку мужчине. Но затем покачал головой, словно говоря: " Уж простите, у него рук таких длинных нет, только лапки".
Сэён намёк уловил: тут же убрал руку и с менее счастливым выражением лица бросил:
— Понял.
Джисон кинул взгляд на него, потом на Минхо. Лучшего способа, как разрядить обстановку, он сразу не нашёл. Так что лишь произнёс, похлопывая по плечу демона:
— Хоть мы с вами и не смогли особо сдружиться, я всё равно был рад с вами познакомиться.
И снова тот молчит, окидывая людей перед собой странными взглядами.
— Пока? — юноша неловко помахал рукой. А затем, прокашлявшись, слегка отодвинул парня рукой. — Нам пройти надо.
Тут же, обойдя "препятствие", те двое снова заговорили о чём-то и начали смеяться. Минхо о причине смеха, конечно, ничего не знал. А ему, честно говоря, хотелось бы знать обо всём, что они сейчас будут обсуждать, слышать их диалог. Не потому, что ему были интересны до скуки бытовые разговоры этих людишек. А потому, что там была... она.
Двери кабинета остались слегка приоткрыты — осталась небольшая щёлочка. Так что, посадив плюшевого кота на стол Джисона под таким углом, чтобы он мог с высоты наблюдать за тем, что происходит внутри, серьёзно наказал игрушке:
— Смотри и не отвлекайся.
И ушёл.
***
— Ну вот, пока стояли там, пицца остыть успела! — расстроился Джисон, делая первый укус.
— Don't worry, — улыбнулся Сэён. — Мне кажется, пицца и так хороша. Хотя... я и дома её ем часто. Но вот токпокки нигде не найдёшь в Америке. Купим в следующий раз? Не ел, наверное, с детства!
Парень, который совсем недавно возмущался температурой пиццы, уже уплетал её за обе щеки. Покачал головой и, запивая всё сладкой газировкой, невнятно произнёс:
— Обязательно!
Так они и сидели, трапезничая, обсуждая то да сё, пока Джисон не произнёс, оборачиваясь назад:
— Директор, вы кондиционер включили?
— Что? — Джинсоль тоже почувствовала лёгкое веянье ветерка. — Нет, и так ведь холодно.
"Раз уж не включала, то можно продолжить есть", — так можно было бы подумать.
Но сделать это не удалось, ведь сразу после вопроса Сэёна о том, не хочет ли Джинсоль сходить вечером на мюзикл, пластиковый стаканчик с газировкой, всё это время стоявший ровно на столе, сам по себе упал. Упал так, будто бы кто-то уронил его. Но кто? Не призрак же?..
Им Сэён резко подскочил с места, а Джисон тут же протянул ему пару салфеток, чтобы липкая жижа не успела сильно впитаться в его светлые джинсы.
— Ну что, директор, — продолжая набивать рот едой, произнёс юноша, — пойдёте на мюзикл?
И бац — его стаканчик с напитком тоже упал на бок, пачкая уже джинсы Джисона!
— Да ну что такое! — воскликнул недовольно тот, начиная быстро вытирать розовое пятно с колена.
"Не может же это быть его рук дело, да?" — неожиданно поймала себя на мысли девушка. Но тут же, вспоминая, что теперь она обычный человек, так что ни о злых духах, ни тем более о демонах думать не должна, обратилась к мужчине рядом:
— Я не против.
Может, дело было в том, что Сэён снова широко улыбнулся, как и в предыдущий раз перед тем, как его стаканчик с напитком упал, но это повторилось снова. Что интересно, говорила теперь Соль, а досталось... ему.
Девушка уже не сомневалась, что всё это были проделки Минхо.
К сожалению, наблюдения Сухо оказались безрезультатны. Демону пришлось воспользоваться услугами первого встречного духа, которому за помощь он обещал сохранить его никчёмную жизнь. Выбора у того всё равно не было. Когда дело было сделано, дух отправился в полёт смачным пинком — куда подальше от этого места. Подальше от Чон Джинсоль. Чертовски милосердно, не так ли?
— Я на минутку! — тут же воскликнула Соль и бросилась к двери, оставив двух парней наедине друг с другом и холодной пиццей.
***
В здании, где находился офис Джинсоль, был выход на большую террасу. Первым делом она побежала именно туда. Оглядываясь по сторонам, девушка искала кого-то взглядом, ещё не успев отдышаться.
— Меня ищешь? — спросил из-за спины Минхо, и она тут же обернулась. — Теперь есть, что сказать?
— Давай попрощаемся, — внезапно предложила она.
Прищурившись, Минхо окинул её странным взглядом:
— Попрощаемся?
— Да, сделаем это как следует, — лицо демона потемнело. — Спасибо тебе за всё, — искренне произнесла Джинсоль. И её тёмные длинные волосы, собранные в хвост, растрепал по плечам и спине ветер. — Удачи тебе. Насладись этой поездкой, не беспокоясь ни о чём.
"Ни о чём?!" — еле сдержался он, чтобы не выплюнуть это.
Но вслед за этим Соль, будто специально желая добить его, с лёгкой улыбкой на губах произнесла:
— Прощай, Ли Минхо.
И двинулась прочь, но успела сделать всего пару шагов, как он окликнул:
— Чон Джинсоль! — и она послушно остановилась. — Я ведь столько всего для тебя сделал... А достоин теперь только жалкого "спасибо" напоследок?
Минхо рассмеялся, закидывая голову назад, перевёл взгляд на неё и продолжил со смесью истинного непонимания и злости в голосе:
— Да у меня сердце столько раз из-за тебя чуть на части не разрывалось! А ты что, мне счастья желаешь? Даже не попыталась уговорить остаться и говоришь "прощай"?!
Не отводя от демона мокрого взгляда глаз, Соль замотала головой:
— Ты уже настрадался со мной, хватит.
— А ты? Что насчёт тебя? Тебе совсем плевать, что наша любовь закончится?! — воскликнул он, указывая на неё пальцем.
— Она была ненастоящей, — напомнила девушка, сама чувствуя, как к горлу снова подходит ком. Ком жалких чувств: тоски, боли и разочарования. — Нашего контракта больше нет. Ты можешь быть свободен, слышишь? Ты должен быть рад! Так почему так смотришь на меня?!
Он сделал шаг ближе, так что девушке оставалось только впиться руками в перила, чтобы не упасть назад.
— Да просто гляжу, что ты, кажется, рада, что от контракта избавилась.
— Ты прав! — не в силах сдерживать чувства, вскрикнула она. — Из-за кого, скажи на милость, я стала Самджан? Из-за кого мне пришлось пройти столько страданий?!
— Поздравляю! — согласно закивал Минхо, разводя руками. — Поздравляю, что больше не должна звать такого демона, как я, сильного и жестокого! Иди и дальше ешь пиццу с этими людишками, наслаж... Соль!
Прежде он никогда так с ней не разговаривал. Джинсоль, сбитая с ног таким напором, невольно распустила руки, которыми держалась за перила, и чуть не перевернулась назад, отступая. Но он поймал её за плечи, среагировал очень быстро. Может быть, ей показалось, но на несколько секунд его выражение лица слегка смягчилось. В глазах читался скорее испуг, нежели гнев.
Поняв, что держит руку на её плече, он тут же отдёрнул её, как от прокажённой. Кинул быстрый взгляд на девушку, развернулся и ушёл. У Джинсоль вконец сбилось дыхание, а глаза были на мокром месте. И всё-таки она была рада, что сдержалась, не разревелась прямо перед ним и не призналась, что... правда не хочет отпускать.
***
Небольшое кафе с приятным запахом свежей выпечки, витающим в воздухе. Окна здесь витражные, уходят практически в пол, так что хорошо видно, что происходит на улице.
Делая глоток горячего кофе, что слегка обжигал язык, Джинсоль отвела задумчивый взгляд в окно. Она всё ещё думала о том разговоре с Минхо, который произошёл около часа назад.
— Может, сходим вместо мюзикла сегодня просто погулять? Погода замечательная, — улыбнулся Сэён, когда, следуя примеру девушки, тоже взглянул на улицу.
— Тот мальчик... — пробормотала она, словно не слушая его. — Сказочница ведь не станет его преследовать?
Парень вздохнул, догадываясь, что мысли девушки заняты сейчас не им. Улыбнулся и сказал:
— Если у тебя есть дела, можешь идти.
Соль, резко выходя из своих мыслей, обернулась на Сэёна.
— Нет, я уже никак не смогу ему помочь.
Неловко кивая, Сэён только подумал про себя: "О чём она? Снова что-то, что я не могу увидеть, или же дело в другом?.." — а сам заметил:
— Ты сегодня без зонтика.
— Он мне больше не нужен.
— Но в детстве ты без него никогда не выходила гулять, — мужчина улыбнулся, когда его нахлынули приятные воспоминания, — даже если дождь не обещали.
— Зонт защищал меня не от дождя.
Даже странно как-то было сейчас это вспоминать с тёплой грустью в груди, когда ещё пару дней назад этот зонтик был при ней постоянно.
— Однажды ты раскрыла его, чтобы защитить меня. До сих пор не верю, что, будучи такой маленькой, ты совсем не побоялась чего-то, что... — парень усмехнулся, так и не закончив фразу. — Была на несколько лет меня младше, а уже была такой смелой!
Уголки губ Джинсоль невольно приподнялись, но улыбка быстро померкла на её лице. Поворачиваясь в сторону улицы, она снова увидела мальчика, которого недавно спасла, когда он решил поджечь пару спичек...
Ребёнок стоял там уже несколько минут. Девушка думала, он постоит-постоит да уйдёт. Но тот был всё ещё здесь.
— У меня такое чувство, будто бы этот ребёнок сейчас стоит под дождём, который я не могу увидеть, — со вздохом сообщил Сэён.
Возможно, он просто привык к тому, что рядом с Джинсоль всегда происходило что-то необычное, необъяснимое. А может, его работа над сценариями художественных фильмов приучила искать вещи, скрытые от обычного взгляда. Как бы то ни было, мальчик явно хотел что-то сказать Джинсоль.
В итоге, когда Сэён ушёл, потому что ему срочно позвонили по делам, на его месте уже сидел тот ребёнок. Перед уходом мужчина купил ему молочный коктейль, к которому мальчик почти не притронулся.
— Тебе не нравится шоколадный? — спросила Джинсоль, видя, что тот не особо заинтересован в своём напитке. — Взять другой?
— ...Ты сможешь передать ей кое-что? — неожиданно вместо этого произнёс ребёнок, отчего Соль явно смутилась.
— Прости, у меня больше нет таких способностей, — честно ответила она, поджимая губы в кривоватой улыбке.
***
Чанбин не мог просто так оставить душу ребёнка, девочку, выпавшую из окна, одну. Чтобы не пугать малышку, он даже попросил брата оставить управление телом этой ночью за ним. А зачем, спросите вы, если лицо всё равно одно?
Дело в том, что, хоть они и были двоюродными братьями, ставшими со временем почти родными, отличались они разительно — как характером, так и стилем.
Чанбин, сколько Минхо его знал, всегда был немногословен и сдержан. Но, по словам Бан Чана, таким он был не всегда. Оставалось только гадать, почему Чанбина прозвали Генералом Морозом: за способность управлять погодой в холодные дни или за ледяной характер.
Бан Чан же был полной его противоположностью, словно отражение в кривом зеркале. Чего стоили одни только вечера, когда в бар приходила Джинсоль, и они, как две подружки-сплетницы, разговаривали обо всём на свете! Этот парень умел смеяться так заразительно, что устоять было невозможно. Таких людей обычной называют душой компании. Те, кто подбодрят одним взглядом, а если и прикрикнут, то только по делу.
Разница между ними бросалась в глаза даже в одежде: Чанбин предпочитал тёмные тона и плотные ткани — джинсу, хлопок. Чан же особо не заморачивался: мог нацепить и яркую толстовку с принтами, и простую белую водолазку — главное, что удобно.
Поэтому вполне логичным решением было привести малышку в бар Бан Чана — здесь определённо было теплее, чем в кафе-мороженом, — но пока оставить управление телом Чанбину.
— Как это не разговаривает? — удивился Минхо, переводя взгляд с друга на грустную девочку, что сидела на диване, прижимая колени к груди. — В прошлый раз ведь говорила!
Чанбин пожал плечами, вздыхая:
— Не знаю, может, у вас получится её разговорить? Мне просто нужно заглянуть ненадолго в кафе...
— Не хочу. С чего бы? — демон, облокотившись на барную стойку и подперев голову кулаком, усмехнулся. — Сколько заплатишь? — и, повернувшись к девочке, добавил с ухмылкой: — Даже за пять тысяч вон с тобой возиться не буду!
До этого, чтобы ни делал Чанбин, девочка хранила упорное молчание. А теперь ни с того ни с сего улыбнулась словам Минхо и подняла голову с колен на него.
— Э, — протянул демон, расплываясь в ещё более довольной ухмылке, — хитрюга какая!
— Раз уж вы так хорошо с ней ладите, то присмотрите, пожалуйста, пока я отлучусь в магазинчик, — произнёс Чанбин, и парень тут же возмущённо обернулся на него:
— Ну подожди ты! Генерал, мне ведь ещё вещи собирать нужно!
Но тот уже ушёл, не обращая никакого внимания на выкрики друга. Тогда Минхо снова посмотрел на девочку, длинные реснички которой то и дело поднимались, опускались, словно два веера, когда она моргала. Слегка сощурился, разглядывая её, и сказал:
— Что, думаешь, я тебя жалеть буду, раз ты призрак? — девочка непонимающе склонила голову набок, словно маленький щенок. — Я тут ненадолго за няньку, так что даже не думай клянчить всякую ерунду.
***
Разузнать у Бан Чана о том, как активируется Кымганго, не составило для Хёнджина никакого труда: стоило лишь спросить, и парень, не подозревая об истинной цели вопроса, выложил всё, что прежде ему по секрету рассказывала Джинсоль. Теперь, вооруженный этой информацией, демон явился к Сказочнице. Оставалось лишь заключить контракт. Только вот...
— Есть одно условие, — произнес парень, обводя взглядом книжные стеллажи. — Освободи души детей, что заточила в книгах, и поклянись, что больше не будешь так делать, — женщина слегка напряглась, но улыбка с её алых губ не сошла. — Ли Минхо совершил дело похуже твоего, но встал на путь исправления под моим началом, зарабатывает мне очки и, в конце концов, когда-нибудь обретёт полное искупление и свободу!
Сынмин, стоявший за спиной начальника, прикрыв рот кулаком, едва слышно усмехнулся: ради этого контракта Хёнджин был готов петь дифирамбы даже столь ненавистному сожителю.
— Поверь, ты тоже так сможешь, — демон указал взглядом на бумагу перед собой.
— Не смогу, — без тени сомнения ответила Сказочница. — Не собираюсь выпускать детей.
Хёнджин сначала подумал, что ослышался. Оглянулся на секретаря, удивленно приподнял брови и, оперевшись рукой о стол, наклонился ближе к женщине:
— Шутишь? — не поверил он.
— Этим детям пришлось испытать столько боли. Я позволила им уйти из плохой жизни в хорошую, где нет страданий и несправедливости. Что же в этом плохого?
Демон опешил: такая наглость поразила его. У неё есть шанс получить сердце сильнейшего демона, управлять им, а она предпочитает отказаться? Ради чего? Держать детские души в заточении, быть просто злым духом?
Немыслимая глупость!
— Зачем им возвращаться в этот мир? — продолжала она всё с той же улыбкой, но в глазах её читалась неподдельная тоска и грусть. — Почему бы им не остаться там, где они счастливы?
Тупик.
Возвращаясь в компанию, Хёнджин всё ещё раздумывал над словами Сказочницы. Отведя взгляд от окна машины, за которым мелькали высотки, он посмотрел на макушку Сынмина, сидевшего на переднем сиденье. А тяжело вздохнув, произнес с досадой:
— Да она просто сумасшедшая! Такая сделка — подарок судьбы, считай.
— А мне кажется, она искренне хотела помочь детям, — отозвался через плечо парень спереди.
— Не смеши меня! Мир подобен аду, поэтому в нём и появляются такие злые духи, — демон, нахмурившись, приложил ладонь ко лбу. Спустя какое-то время заметил, нехотя признаваясь: — Хорошо бы вернуть прежнюю Самджан. Но как это организовать?
— Согласен, — тут же отозвался его секретарь. — Так и Чонджа продолжит существовать, если Чон Джинсоль вернёт себе силы.
Хёнджин насторожился: он, как и обещал Феликсу Ким Сынмин, до сих пор ничего не знал о её состоянии.
— Чонджа? А что с ней?
— Простите, забыл доложить, — слегка склонив голову, демон продолжил: — Когда Чон Джинсоль потеряла силы, с зомби начались некоторые проблемы... Но вы не беспокойтесь, Феликс обещал всё решить.
Не добавь Сынмин последнюю фразу, Хёнджин, возможно, и остался бы спокоен. Но он был не настолько глуп, чтобы не понять, о каких "проблемах" шла речь. Да и Феликс уж слишком привязался к зомби в последнее время. Хёнджин был знаком с ним не так долго, как с Сынмином или Минхо. Но точно знал: если его заставляют что-то делать из-под палки, он будет делать это неохотно, пытаясь от выполнения задачи отвертеться. Но если дело касалось того, чем он по-настоящему горел... тут уж его было не удержать.
— Что же ты раньше не сказал?! — воскликнул Хёнджин, хватаясь за голову. — Чонджа сейчас как никогда опасна!
***
Феликс не мог оставить всё как есть: он обещал Чондже, что обязательно найдёт выход в её ситуации. Он не мог её подвести...
Юноша первым делом решил зайти в галантерейную лавку, где встретил внука её хозяйки. Но, к сожалению, единственное, что тот мог предложить — консервант, способный замедлить разложение. Замедлить, но не предотвратить.
Нет, не то.
На отказ Феликса подросток только пожал плечами, говоря ненароком, что в таком случае, даже сожри зомби человека, конец её будет тем же. И мог ли он знать, что демон после этих слов тут же исчезнет, чтобы опробовать этот способ?
Так что не было ничего удивительно в том, что, когда Джинсоль вернулась в офис, её встретил не только секретарь, но и этот парень. Она застыла на пороге, окидывая демона настороженно с ног до головы взглядом. Джисон подскочил к ней, едва не сбив с ног.
— Вы не поверите! Сам Феликс! Он такой простой, совсем не как другие звезды... — Джисон восторженно тряс перед её носом двумя листками с автографами. — Для Хаын и Сэтбёль!
Джинсоль перевела взгляд на Феликса. Тот стоял чуть в стороне, и только едва заметная дрожь в руках, спрятанных за спиной, выдавала его напряжение.
— Чонджа хотела с тобой увидеться, — уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. — Поехали?
Приехали. Остановились они на парковке здания компании. Выходя из автомобиля, Соль огляделась по сторонам и удивлённо спросила:
— Чонджа здесь?
— Да, ждёт в машине. Вон, — Феликс указал пальцем на чёрный фургончик позади неё, — иди к ней быстрее. А я пока за напитками схожу.
Честно говоря, всё это выглядело очень странно. Почему нельзя встретиться внутри, в самой компании? И почему Чонджа не могла написать Джинсоль, что хочет встретиться, а попросила Феликса сообщить об этом и забрать её?
И всё-таки, немного помешкав, девушка всё-таки мотнула головой, соглашаясь, и неспешным шагом направилась к автомобилю. Посмотревшись в своё отражение в тонированных окнах фургончика, она уже поднесла ладонь к его ручке, как...
Воздух разорвал резкий визг тормозов, от которых у Джинсоль зазвенело в ушах. А Феликс вместе с тем заметно занервничал. Вернее сказать, запаниковал!
— Хёнджин приехал! — воскликнул он и тут же рванул в сторону Джинсоль. Она не успела даже ничего толком понять, как он силком запихнул её в машину. — Быстрее! Времени нет!
Ему было плевать, что станет с ней. Для него была важна только Чон Чонджа. Даже если ничего не выйдет, он сделал всё, что мог. Состояние последней было сейчас едва ли лучше, чем когда её впервые нашёл Ли Минхо: впалые синяки под глазами, окоченелые мышцы, едва способные двигаться суставы, невнятная речь, потрескавшиеся губы и лопнувшие сосуды.
От одного взмаха руки Феликса волна тьмы разом поглотила свет ярких ламп. Слышен был только звук колёс, несущихся между рядами и длинными колоннами с номерами парковочных мест. Феликс стоял, прижавшись спиной к двери чёрного, слегка покачивавшегося фургончика. Не прошло и минуты, как автомобиль уже остановился в паре метров от юноши, а оттуда вышел Хёнджин. Его силуэт в свете фар выглядел угрожающе. Щелчком пальцев он заставил вновь заработать лампы на парковке, что включались одна за другой с тихим скрипом. Впиваясь в Феликса прожигающим взглядом, он рыкнул:
— Ты что делаешь? Совсем спятил?!
Юноша расправил плечи, загораживая собой фургон.
— Она больше не Самджан! Нечего её защищать, Хван Хёнджин! — воскликнул он, мотая головой.
Глаза его начальника окрасились в ярко-алый. Такого же цвета вырос в его ладони за мгновение и шарик пламени, язычки которого ритмично танцевали, словно предвкушая скорую битву.
— С дороги, — понижая голос, произнёс тот.
— Чонджа будет жить, если съест человека! — хотя капелька пота всё-таки скатилась рядом с виском на правой части лица Феликса, он не думал отступать.
— Петух ты глупый, — вскрикнул Хёнджин, — она ведь тогда злым духом станет!
Может быть, хоть теперь Феликс задумался бы над словами Хёнджина и отошёл, ведь становление Чонджи злым духом стало бы не лучшей перспективой и для него. Но не успел он толком даже обдумать это, как из машины, которая тряслась и ходила ходуном так, что, казалось, сейчас перевернётся, раздался истошный женский крик.
Фургончик тут же перестал шататься, и всё затихло. Пламя в руке Хёнджина дрогнуло и погасло. Два демона так и замерли, не смея пошевелиться.
_________________________________________
Следующая глава вам, уверена, понравится)
Всех люблю💝