Глава 1. pt.6
Тэхван едва заканчивает с прописями, как вдруг дверь в его покои снова открывается и на пороге показывается все та же придворная дама Чхве с таким же не очень довольным лицом, как и вчера. Смотрит свысока и говорит довольно надменно, но Тэ приветственно кланяется ей. Все же воспитание никто не отменял.
– Вас ждет император. Я провожу, – коротко отрезает она и кланяется тоже, но нехотя. Выдохнув, Ким откладывает бумагу с выписанными на ней иероглифами и поднимается на ноги, отряхнувшись.
Они долго виляют по коридорам и в итоге выходят на улицу. Тэхвана это смущает, поскольку... император ведь только вчера лежал бледный и выглядел болезненно. Может ли он находиться на улице в данную минуту и не опасно ли это? Как оказалось, может. В этом парень убедился, когда увидел знакомую светлую макушку в беседке.
Ждать долго не приходится. Мужчина, все это время сидящий с чашей чая в руках, замечает замаячившие на тропинках фигуры, среди которых четко и безошибочно узнает прекрасного юношу. Улыбка вновь трогает губы императора, пока он неотрывно смотрит на приближающихся людей. Тэхван еще на подходе к ступенькам, ведущим в деревянное сооружение, поклонился.
– Оставьте нас, – сразу же отдает приказ Юджон, едва дама Чхве подводит Тэхвана к нему. Император рукой указывает парню на подушку рядом с собой. – Как твое самочувствие? Я ведь не заразил тебя?
Усаживаясь рядом с правителем, Тэ осознал, что волнуется. И хоть волнение в такой момент абсолютно нормально, после всего, что произошло, Ким заметил за собой, что он размышляет об императоре как о мужчине: смотрит на его профиль, думает о том, что бы они делали, если бы вчера все состоялось, если бы болезнь не спутала карты. Ведь именно ко вчерашнему дню Тэхван уже был мысленно готов, убедил себя в необходимости того, что им нужно попробовать. А сейчас, он снова растерян. То, что вчера не получилось, снова сеет зерно сомнения.
«А, может, и не нужно было? Может, судьба нас так предостерегает от ошибки?» – вертится в голове Тэ, пока он не слышит вопрос от Юджона.
– Все в порядке, Ваше Величество. Я чувствую себя нормально, – отвечает Ким, слегка улыбнувшись. – Спасибо, что... выделили мне учителя. Я уже стараюсь выписывать черты и мне объясняют смысл и написание некоторых иероглифов.
– Я очень рад, что ты усердно занимаешься. Надеюсь, это в скором времени принесет плоды, – мужчина довольно хмыкает и делает глоток уже почти остывшего чая.
Тэ тоже очень надеется, что сумеет довольно быстро освоить письмо и чтение. Хотя бы для того, чтобы прочесть ту самую фразу, что дал ему Юджон. Интерес, не более, так ведь...?
Взволнованный всем происходящим Тэхван не сразу даже понимает, что вообще-то надо бы спросить о состоянии самого императора.
– Вы здесь не замерзнете? Вам стало лучше?
В голове у Юджона внезапно щелкает одна интересная мысль, пока он делает очередной глоток напитка. Он залпом допивает свой чай и, налив в ту же чашку еще порцию, протягивает ее Тэхвану.
– Выпей.
Парнишка смиренно принимает чужих руку пиалу. Кажется, там ароматный чай. И кто такой Тэхван, чтобы в такой мелочи отказать? Конечно, он пьет и приятно жмурится.
– Очень вкусно, – улыбается Ким и отставляет чашу в сторону.
Юджон не может перестать улыбаться. И лишь когда Тэ ставит чашу на стол, император подает голос.
– Непрямой поцелуй, – Тэ непонимающе смотрит на повелителя, а Юн берет в руки чашку и касается губами того места, которого только что касались губы Тэ. – Это называется непрямой поцелуй.
Внутри у парнишки что-то сжимается, а потом резко так екает.
– Ах... Да, наверное, – все, что может сказать Тэ. Растерян. Взволнован еще сильнее. Но нет, конечно, в тот раз поцелуй был прямой и определенно это... было приятнее, чем соприкосновение с бездушной фарфоровой вещицей. Конечно, парень не признается в этом, но внутри будто что-то начало оттаивать. Вот только Ким не верит самому себе. Отрицает все равно. Пока что.
Отставив чашку, император поднимается на ноги, пусть и сто́ит ему это не малых усилий. Тело еще слабое. Он жестом подзывает даму Чхве и стражников.
– Проводите Тэхвана до его покоев.
Отдав приказ, Юджон уходит в свои покои, по пути любуясь восходящей луной. Она сегодня отчего-то выглядит очень притягательно.
После ухода императора, поклонившись ему вслед, мальчишка тоже собирается к себе в компании сопроводителей, которые не особенно горят желанием. Но Тэ это уже не волнует, он думает об императоре. Его изнутри раздирают сомнения.
Сон сражает Юджона сразу. Проснувшись утром, мужчина уже почти не ощущает в своем теле следов болезни. Интересно, дело в эликсирах лекаря или все же в чем-то другом? В чем-то конкретном, в том, что имеет имя... Вернее, кто.
После завтрака императора осматривает лекарь, который удовлетворенно хмыкает.
– Вы практически здоровы, Ваше Величество. Ваш организм молод и силен. Поэтому простуда прошла так скоро. Думаю, через пару дней у Вас не останется и следа от этого.
– Спасибо, очень радостная весть.
Юджон прощается с лекарем и, переодевшись, решает посвятить сегодняшний день делам, которые были отложены из-за плохого самочувствия. Как оказалось, дел накопилось столько, что и последующие два дня приходилось разгребать их. Юджон садился за свой «рабочий стол» сразу после завтрака и заканчивал глубокой ночью.
В следующие несколько дней после встречи в беседке Тэ чувствует себя отлично, даже горло не болит и не саднит. Соответственно и переносить занятия с учителем не было смысла. А потому он усиленно занимается каждый день, учится, пишет, узнает значение иероглифов. За все эти дни он ненавязчиво пытается узнать у учителя смысл каждого иероглифа из данной Юджоном бумаги. И когда, наконец, узнает все, то пытается соединить, понять логику послания. Но ввиду своей неосведомленности о существовании устойчивых фраз, которые имеют особый смысл, не всегда сразу понятный, лишь тратит время.
Утром четвертого дня император и правда чувствовал себя полностью здоровым. Словно вся сила вернулась в тело в двухкратном размере. Поэтому, после утренних водных процедур, Юн просит советника отправить человека за Тэхваном. А завтрак на двоих подать в его, императорские, покои.
С самого утра Тэхван сидел и пытался выводить эту фразу, написанную почерком императора, много раз в надежде, что это поможет понять смысл, но пока все было без толку. Он вглядывался в черты, ища какой-нибудь намек на внешнюю схожесть вида самого иероглифа и его смысла... Тщетно. Все же не грамотей. Тяжело вздохнув, Тэ прикусил губу, погружаясь в свои мысли, из которых его резко вырывает посторонний звук.
– Ким Тэхван, – дверь отворилась, показывая взору стражника. Вот только не одного их тех, что были приставлен к Тэ. – Вас ожидает император, – после этих слов мужчина удаляется, а Ким почти подскакивает, оставляя кисть и бумагу на своем месте. Только переодевается быстро в свой ханбок.
Завтрак приносят довольно быстро. Слуги уже начинают расставлять блюдца и тарелки, когда двери в императорские покои отворяются. Стражник придерживает дверь перед парнишкой, пока тот заходит внутрь, глубоко поклонившись. Сердце в груди Юджона приятно ухает, а на губах проступает легкая улыбка. Мужчина жестом показывает сесть за стол. Тэ приказу повинуется, подходя ближе и, с разрешения императора, садится напротив него.
Юджон терпеливо ждет, когда закончат приготовления к завтраку, чтоб начать беседу, вот только юноша его опережает.
– Доброе утро, Ваше Величество. Вы хорошо спали? Больше не болеете? – с чего-то первым начинает разговор Ким.
Брови Юна ползут вверх от удивления. Он что, все еще болен? А может у него галлюцинации? Это впервые, когда Тэхван проявляет инициативу. Ситуация во время второй их встречи не в счет, потому что тогда мальчишка еще не знал, что Юн – император Чосона. Тэ видит это неподдельное удивление на лице императора и понимает его. Сам от себя не ожидал, однако молчание было бы куда более гнетущим в их случае. Да и Ким решил стать чуть ближе ко двору. Понять, как здесь все устроено, чтобы в будущем не попасть впросак, когда снова захочет сбежать. Иначе не сносить ему головы.
– Доброе утро, Тэхван. Я абсолютно здоров. Надеюсь, и ты тоже, – слуги выставляют последние блюда и, откланявшись, удаляются, оставляя мужчин наедине. – Пожалуйста, кушай.
Юджон первым берется за приборы и уже почти начинает есть, когда замечает чернила на ребре чужой ладони.
Поблагодарив мужчину легким поклоном, Тэ начинает кушать. Ест медленно, скромно, не хочется привыкать к хорошему – потом ведь не отвыкнет. И пока отправляет порцию риса в рот, замечает, что взгляд Юна падает на его руку. Мягко перехватив ее, император берет салфетку и вытирает краску с кожи. Мальчишка от такого вздрагивает. Тэхван везде чуял подвох, настороже был, пусть этого сразу и не скажешь. Все-таки натворил он много, а такое обычно не прощают. Кто бы знал, что сейчас все куда безобиднее.
– Практиковался с утра с писанием? – закончив свое дело, Юн вновь возвращается завтраку.
– А... Это... – Тэ поспешно пытается уже очищенную императором кожу на руке снова оттереть. Немного стыдно за свою нечистоплотность. – Да, Вы правы. Я тренировался в написании иероглифов. Меня это очень увлекает, – и ведь не врет. Ему очень хочется обучиться грамоте, пусть это может занять годы. Но прежде чем сбежать, он хочет хотя бы частично иметь представление о грамотности.
Утолив немного первичный голод, мужчина решает все же продолжить беседу. Не вечно ж им в тишине сидеть. Да и хочется узнать мальчишку поближе.
– Тэхван, ты когда-нибудь катался на лошади? – император смотрит внимательно, не сводит взгляда с чужого лица.
Вопрос правителя несколько ставит в тупик, и Тэ с пару секунд задумчиво хмурится, словно пытаясь что-то вспомнить.
– Кажется... лет в пять меня катали на маленькой лошади. Тогда наши соседи неподалеку каким-то чудом купили лошадку. Это было событие, – слегка улыбнулся Ким с ноткой грусти.
– Я хотел бы сегодня прокатиться по лесу. И надеюсь, что ты составишь мне компанию.
Тэхван еще больше удивляется, вытянув губы в форме буквы «о».
– Я... Вы хотите взять меня с собой? – он неловко теребит полы ханбока. – Это... будет честью для меня, – вот уж не думал Тэ, что ему позволят выйти так далеко за пределы дворца после того, что он натворил. А, может, это еще один шанс? Нет, конечно, нет, бежать сейчас очень глупо. Тэхван не сделал того, что хотел бы. Он не подготовлен, да и в лесу, даже среди деревьев, его увидят обязательно. Как бы ни казалось удобно, действительно скрыться в таком месте не получится. Как минимум одну стрелу в спину схлопочет.
– Это будет полезным навыком для тебя. Конечно, я мог бы одарить тебя, как прочих наложниц в моем дворце. Шелка, украшения или прочие подарки. Но не думаю, что все это подходит для тебя. Все же ты мужчина. Поэтому я стараюсь найти к тебе особый подход. То, что понравилось бы тебе.
Юджон делает глоток травяного чая, а после с такой внезапно прошедшей по телу нежностью, что осела во взгляде, смотрит на Тэхвана. И сам же пугается того, что чувствует. Черт, он даже на Черён, свою жену, никогда так не смотрел. Но этот парень... Этот мальчишка слишком много чувств в нем вызывает. Слишком много того, что молодой император никогда не испытывал до сего момента.
Тэхван не на шутку удивляется, а еще напрягается, когда он снова слышит это слово. Наложницы. Он ведь тоже один из них, пусть и другого пола. Но узнав о том, что им дарит император, Ким даже несколько опешил. Разве это имеет смысл? Шелка, драгоценности... Наверное, он никогда не поймет женщин, потому что для него украшения это совсем бесполезная вещь, особенно если идти на охоту или рыбалку. Можно звоном побрякушек рыбу распугать, да и других зверей тоже. Так что парень рад, что Юджон позволил ему обучаться грамоте в качестве своего подарка. Это более ценно.
– Для меня это много значит. Спасибо. И да, Вы правы, Ваше Величество. Я не тот, кто может оценить золото и шелка по достоинству. Мне достаточно просто быть одетым. Излишества мне ни к чему, – он прикрывает глаза и снова в легком поклоне голову склоняет.
Завтракать они заканчивают довольно быстро. Отложив приборы и протерев губы салфеткой, Юджон уже хочет позвать слуг и приказать подготовить Тэ к прогулке, одеть его в соответствующие одежды, пока не вспоминает кое о чем.
– Тэхван, – император поднимается на ноги, обходя небольшой столик и опускаясь на пол возле юноши. – В тот вечер мне так и не посчастливилось попробовать то, что хотел, поэтому я прошу тебя о поцелуе сейчас.
Растерянный паренек на радостях кивает быстрее, чем мозг обрабатывает информацию, и только потом Ким понимает, на что согласился. Увидев ответную положительную реакцию на свои слова, мужчина позволяет себе придвинуться вплотную к юноше. Широкие ладони мягко ложатся на талию, потом переползают на спину. Император склоняется к чужим губам медленно, осторожно. И когда их губы, наконец, соприкасаются, Юн испытывает нежный трепет в груди, а следом словно фейерверки разлетаются.
Насколько же это чувство приятно и одновременно до одури неправильно. Кажется, будто Тэхван придается греху, но отказать правителю он просто не в силах. Мальчишка расслабляется, закрывает глаза, старается погрузиться в эту эмоцию, в мысль о том, что все, что они делают, не противоречит никаким кодексам. Это просто поцелуй. Что-то новое, приятное... Для Тэхвана так это вообще первый опыт. Так странно понимать, что Юджон может стать во всем первым для него, и от этого Тэ немного резковато отстраняется от губ мужчины с неожиданно звучным причмоком. Юджон, кажется, даже теряется во времени, вот только его резко выдергивают из омута ощущений на поверхность. Он глубоко, чуть раздосадовано вздыхает, но все же отступает.
– Простите... Может, нам стоит выдвигаться? – Ким снова неловко сминает свою одежду, комкая ее пальцами на коленях. Волнуется. До конца даже не понимает, что за волнение его окутало. Теперь оно кажется больше приятным и от этого только страшнее.
– Хорошо, ты можешь идти.
Удивительно, но парень даже стал чувствовать какое-то превосходство над императором. Тот не стоял на своем полностью, возможно, даже действительно в какой-то степени задумывался о комфорте Тэхвана. И Кима это не могло не подкупать.
– Стража, – чуть громче привычного говорит Юджон. Дверь в покои тут же отворяется и на пороге появляется стражник, сразу склоняя голову. – Проводите Тэхвана до его покоев. И передайте мои слова придворной даме, что приставлена к нему. Пусть подберут удобную одежду для поездки верхом.
Стражник кланяется и, дождавшись юношу, удаляется вместе с ним. Император остается в покоях один. Правда ненадолго, потому как вскоре появляются слуги, что сразу же уносят посуду.
Откланявшись, Тэ удалился к себе. Конечно, в покоях вокруг него сразу начали сновать несколько слуг и сама придворная дама. В итоге ему подобрали простой наряд пыльно-синего цвета и сделали совсем другую прическу, ту к которой Ким не привык и никогда не носил. С одной стороны он был счастлив, потому что два чертовых пучка уже до одури приелись, но жениться только ради смены прически Тэхван не собирался. А сейчас... ему отчасти повезло и, кажется, эта прическа идет мальчишке намного больше. Он успел оценить себя в небольшом зеркальце, что одолжила ему придворная дама.
Чуть меньше чем через полчаса Юджон выходит во двор, где уже ждут две готовые лошади, а еще шесть стражников во главе с Джуном, стоящим возле императорского жеребца, придерживая его за узду.
– Ваше Величество давно не ездил верхом. Что сподвигло Вас?
И словно ответ на вопрос к ним во двор выходит Тэхван. Юноша одет просто, но одежда из дорогих, приятных тканей придает его лицу особую красоту. По настоянию императора волосы юноши собраны в высокий хвост и обрамляют острые черты лица, придавая ему еще больше очарования.
– Пожалуй, теперь я могу понять Ваше Величество, – едва слышно говорит вставший чуть ближе начальник дворцовой стражи. – Этот юноша действительно красив.
И почти сразу же Джун ловит на себе гневный взгляд императора, поэтому поспешно отступает назад, чуть склоняя голову. Императорский стражник лучше прочих осведомлен о ревнивости своего правителя.
Тэ выходит во двор, сразу отмечая про себя, что все готово к их поездке. Парень смотрит на стоящих рядом, чуть отдельно от остальных, двух лошадей. Надо же, Ким подумал, что они должны будут ехать на одной. Но так даже лучше. Подойдя ближе к императору, он снова кланяется.
– Тебе идут такие одежды, – с легкой улыбкой на губах подмечает Юджон, когда Тэхван останавливается возле него.
– Спасибо, мне приятно слышать это от Вашего Величества.
– Сможешь забраться на лошадь? Или тебе помочь?
– Думаю, я справлюсь сам, – Тэхван бросил краткий взгляд на лошадь. Забраться на нее кажется заданием легким, парнишка не сомневается. От такого решительного ответа император лишь удивляется, но кивает, позволяя парню сделать все самому. Кто знает, чем еще он его удивит.
Ким довольно уверенно подходит к лошади и, только когда берется за седло, понимает... что прыгать-то очень высоко, а руки у него хоть и не слабые, но силы не хватает. К такой нагрузке нужно привыкнуть, научиться ей. Этого Тэхван не знал. Не умел. Мальчишка старается присесть, чтобы как следует запрыгнуть на лошадь, но в итоге только без дела тянет ее в сторону, на себя. Та звучно фыркает, будто и сама выказывает свое «фи» неудавшемуся наезднику, но стоит почти смирно, дернуться сама лишний раз не пытается. Брови императора ползут вверх от изумления, пока губы растягиваются в улыбке. Причем настолько широкой, что даже щеки болеть начинают. Юджон едва сдерживает смех, смотря на пытающегося забраться на лошадь Тэхвана. А вот стражники, не сдерживаясь, тихо хохочут в кулаки, переглядываясь. Осознав тщетность чужих попыток, Юн подходит ближе. Как раз в тот момент, когда Тэ (после нескольких неудачных попыток) все же умудряется зацепиться за круп лошади ногой. Вот только толку от этого мало, потому что он начинает сползать. Именно в этот момент Юджон мягко подхватывает парня под попу, легко закидывая в седло.
– Спасибо... – тихо срывается с губ Кима. Он устремляет взгляд на слуг и щеки сразу пунцовеют, и он отворачивается немного в сторону, не смотря на императора. Снова стыдно. – Я переоценил свои силы.
– Не страшно, если это в первый раз, когда ты садился на лошадь. Но в том, чтоб попросить помощи, нет ничего страшного, Тэхван. А теперь поставь ноги сюда, – мужчина, взяв чужую ногу за щиколотку, сам вставил ее в кожаную петлю, висевшую с этой стороны седла. – С другой стороны так же.
Тэ прекрасно слышал, как смеялись слуги и стража, пока он пытался залезть в седло. Из-за этого он даже не понял, кто его подсадил. Император, конечно, успокаивает его, и уже за это Ким благодарен. Он растерялся, будучи белой вороной среди вельмож. И истинным удивлением было то, как Юджон помогал пареньку понять, куда поставить ноги и даже сам помог! Все это правитель делал так аккуратно, что Тэхван невольно завис. Первый плохой звоночек.
Император ласково похлопал лошадь по шее, а потом направился к своему коню. Вставив ногу в кожаное стремя, он в одну секунду запрыгнул в седло. Легонько ткнув животное пятками в бока, Юн направил его на выход.
Тэ постарался перевести взгляд на лошадь и аккуратно похлопал ее так же по шейке, как минуту назад это сделал правитель. Нужно же было как-то отблагодарить животное за то, что оно терпело так стойко его недопопытки залезть.
– Выдвигаемся, – командным голосом рявкнул Джун. Начальник стражи больше прочих подхихикивал над неумелым парнем. Однако стоило императору подойти к тому, как улыбка сразу сошла с лица стражника, уступая место привычной серьезности.
Как только лошадь начала движение, Ким почувствовал себя необычно. Он будто бы шел сам, но при этом был абсолютно расслаблен и не двигался. Невероятно, но это было очень здорово. Он смотрел на землю с некоторой высоты, и уже это было чем-то необычным. В детстве это ощущалось по-другому, не было такого сильного отрыва от земли, да и ощущения того времени все равно как-то смазались.
– Держи поводья в руках и не отъезжай далеко от меня, – Юджон подводит своего коня ближе к лошади, на которой сидел Тэхван. Легкую нервозность и смущение мальчика можно было заметить без труда. Поэтому император старался не уезжать далеко, чтоб в случае чего мог подстраховать или поймать.
Спустя некоторое время, когда прошло первичное гипервосхищение, Тэ отметил, что они едут бок о бок с лошадью императора. Он слегка приподнимает голову и улыбается ему, держась за поводья.
Они спокойно едут, Юджон не дает своему норовистому жеребцу разогнаться, пусть и знает прекрасно, как тот любит бежать в галоп. Наверное, именно поэтому император приказал запрячь для Тэхвана кобылу. Рядом с ней и жеребец ведет себя посмирнее. Прямо как император рядом с Тэхваном сейчас. От этого сравнения Юн сам усмехается. И за своими мыслями он даже не сразу успевает понять.
– А как ее зовут? – Тэхван, увидев некоторое непонимание на лице Его Величества, кивнул на лошадь под ним, которая довольно мягко шла по земле, протаптывая тропинку. – Вашу лошадь?
– Это жеребец, – император чуть усмехается, гладя коня по шее. – Тэджон. Его зовут Тэджон.
И, почему-то, озвучив имя собственного любимца, Юн поминает, что имя его коня удивительно. Почему? Потому что оно образуется, если сложить имена Тэхвана и Юджона. От этой мысли внутри снова разливается тепло. На секунду даже хочется поделиться этой мыслью с юношей. Но в последний момент император решает промолчать. Мало ли, еще за сумасшедшего или помешанного примут. Хотя надо признаться, он не так уж и далек от этого на самом деле.
– Ах, вот как... Он очень красивый, – улыбается Ким, кивая, смотря на размеренно и изящно ступающего коня. И имя у него красивое.
Постепенно Тэ привыкает сидеть в седле, старается осанку держать прямо, как говорит правитель, и смотрит вперед, изредка поглаживая и своего жеребца, как думает сам парнишка, по гриве.
Заметив, что Ким немного освоился в седле, Юджон предлагает прокатиться немного быстрее. Он-то уже давно чувствует, насколько нетерпеливо семенит ногами его конь. Именно поэтому объясняет мальчику, как держаться в седле, чтоб не свалиться; как, в случае чего, остановить лошадь и прочие мелочи. Тэхван внимает каждому слову, так как это в его же интересах ради собственного здоровья, а еще... Ему, правда, очень понравилось. Однако лошадь – существо своенравное, и к ней нужно найти подход. Это животное, а не человек, которому можно приказать, и он поймет. Нужно выучить определенные жесты. Не то, чтоб парнишка боялся лошадей. Наоборот. Они ему очень нравились. Красивые, статные, умные. И немного забавные.
– Главное, не бойся. Будь уверенным. Лошади чувствуют страх. Да и я ведь буду рядом.
Подарив юноше теплую улыбку, император ударяет пятками по крупу коня, и тот тут же срывается с места, унося императора вперед. Тэхван остается один на секунды. Императорский конь быстро убегает вперед и почти теряется среди деревьев.
– Что ж, давайте попробуем... – словно сам себе говорит Ким. И уже громче добавляет: – Но, малыш! – он слегка пришпоривает пятками своего коня, чтобы тот пошел быстрее. И он действительно разгоняется. Тэхван поначалу входит во вкус и немного перебарщивает, отчего лошадь переходит на галоп. Ким вскоре нагоняет и даже проскакивает всех, в том числе и императора, оставляя далеко позади. Вот только через пару мгновений спустя он уже вынужден согнуться, прижаться к шее лошади. Животное не останавливается. Это начинает несколько пугать.