14
Осмотр в кабинете Майки
Кабинет был залит серым светом из высоких окон. Майки опустил Т/и на диван, небрежно, но осторожно - словно ставил на стол хрупкий, но опасный артефакт.
Врач уже ждал - пожилой, с безразличным лицом, привыкший к чужим тайнам. Он подошёл с портативным аппаратом УЗИ, жестом попросил Т/и приподнять платье.
Она не шевельнулась.
- Руки убрал, - холодно сказала она, глядя на врача, но обращаясь к Майки.
Майки стоял у стола, скрестив руки, и не двигался.
- Ты упала с лестницы. Я должен убедиться, что наследник жив.
- Ты должен спросить моего разрешения, прежде чем кто-то прикоснётся к моему телу.
Он шагнул к ней. Без спешки. Без эмоций. Опустился на корточки перед диваном - так, чтобы их глаза были на одном уровне.
- Твоё тело теперь носит мою кровь. - Его голос упал до шёпота, но в нём звучал металл. - Поэтому либо ты даёшь врачу осмотреть себя, либо я буду держать тебя сам, пока он делает это. Выбор за тобой, Скудери.
Она смотрела на него несколько секунд. Воздух в кабинете стал вязким. Потом она медленно, с ледяной усмешкой, приподняла подол - ровно настолько, чтобы врач мог поставить датчик.
- Запомни этот момент, - сказала она тихо, почти не шевеля губами. - Ты победил сейчас. Но каждая твоя победа приближает твоё поражение.
Он не ответил. Только чуть склонил голову, принимая её угрозу как данность.
---
Осмотр
Врач работал молча. Холодный гель, скольжение датчика, мерное гудение аппарата. Т/и смотрела в потолок, сжав зубы. Каждое прикосновение чужих рук к её животу вызывало в ней глухую, животную ярость.
- Всё в порядке, - наконец сказал врач. - Сердцебиение стабильное. На втором месяце - хороший тонус, матка в норме. Падение не навредило.
Т/и выдохнула. Она не показывала облегчения, но внутри неё будто разжался кулак.
Врач собрал аппарат, поклонился и вышел, закрыв за собой дверь.
В кабинете остались только двое.
Т/и медленно села, поправляя платье. Её руки дрожали - от боли, от злости, от унижения.
- Теперь ты доволен? - её голос был как лёд, но в нём слышались трещины. - Я цела. Он цел. Твоя инвестиция сохранна.
Майки подошёл ближе, остановился у дивана. Не сел. Просто смотрел на неё сверху вниз.
- Ты злишься.
- Я в бешенстве, Манджиро. - она подняла на него глаза, и в них горел настоящий огонь. - Ты сделал меня мишенью. Ты запер меня в своём доме. Ты спишь рядом со мной, как сторожевой пёс. Ты позволяешь посторонним трогать меня без спроса. А я должна быть благодарна за то, что твой ребёнок жив?
Она встала, пошатнувшись, но удержалась.
- Я не вещь. Я не инкубатор. Я - глава клана Скудери. И если ты не перестанешь обращаться со мной как с собственностью, я сделаю так, что твой наследник родится в мире, где тебя уже не будет.
Тишина. Долгая, как вечность.
Майки сделал шаг - и оказался перед ней. Его ладонь легла ей на затылок, пальцы скользнули в волосы. Движение было мягким, почти нежным - но в нём чувствовалась сила, готовая сжать в любой момент.
- Ты права, - сказал он тихо. - Ты не вещь.
Он чуть наклонил её голову, заставляя смотреть прямо в глаза.
- Ты - единственная женщина, которая посмела укусить меня до крови и остаться живой. Ты - мать моего наследника. И ты не просто часть сделки. Ты - часть меня теперь.
Она попыталась вырваться, но он не позволил.
- Я не буду извиняться за то, что держу тебя рядом. Я не буду извиняться за то, что хочу убедиться в вашей безопасности. Но я обещаю: больше никто не прикоснётся к тебе без твоего согласия. Кроме меня.
Его вторая рука легла на её живот - медленно, как будто он прикасался к чему-то священному.
- Слышишь, Скудери? Ты - моя. Но и я - твой. Мы в равной степени принадлежим друг другу, пока этот ребёнок не родится. Привыкай.
Она смотрела на него с ненавистью и восхищением одновременно. В её груди клокотала буря, но она не могла отрицать: он сказал это именно так, как она хотела услышать. Не как приказ. Как признание.
Т/и медленно выдохнула, отводя взгляд.
- Ты всё равно идиот.
- Знаю, - ответил он с лёгкой усмешкой.
- И я всё равно тебя ненавижу.
- Знаю, - повторил он. - Но пока ты носишь мою кровь, ты никуда не уйдёшь.
Она фыркнула, но не отодвинулась. И впервые за долгие дни позволила себе просто постоять в его руках - не как враг, не как союзница, а как женщина, уставшая от борьбы.
Всего на секунду.
Потом она оттолкнула его ладонь и направилась к двери, шагая твёрже, чем пару минут назад.
У порога остановилась.
- Если хочешь спать со мной, - бросила она через плечо, - хотя бы перестань храпеть.
И вышла, оставив его в кабинете - стоящего, застывшего, и впервые за долгие годы - растерянного.
---