Глава двенадцать
День выдался дождливым. Настроение с самого утра ни к черту.
Казалось, что хуже уже и быть не может. По крайней мере, моя фантазия не позволяла мне придумать финал еще хуже. Хотя я понимала, что я в данный момент нахожусь не в самых плохих жизненных условиях. И я, если считать это жизнью, живу. Ну да, у меня совсем скоро родится ребенок. Хм, радости никакой. Мне почему-то кажется, что он придет отомстить за тех, кого уже нет. Но хочу ли я этого? Меня, как мать, должны были спросить! Заставить пройти малолетнего ребенка через все это, через что прошла я и Гарри, - жестоко и не благоразумно.
Не могу точно сказать, когда последний раз разговаривала с Драко. Ну, я имею в виду нормально и в полном смысле этого слова. Сухой обмен новостями по утрам я в этот список не включала. Не знаю, кто из нас тосковал больше об Нарциссе. Я или он. Но мне казалось, что больше всех оплакивали потерю домовые эльфы, уж сильно они пришибленными казались. Их тут что, пытали круглые сутки напролет? Но, однако, все мы были... удивленны смертью хозяйки дома. А Люциуса, признаться, я даже и не припомню, когда видела в последний раз. В тот самый день, вроде бы, когда я проснулась после кошмара. Думаю, что это было предвестие какой-то беды. Только вот какой, я поняла только сейчас. Ну, или почти сейчас. Слава Мерлину, что муж так и не увидел загадочные порезы вен рук. Мне хватило и его той такой унижающей пощечины. И слов. Точнее только двух. "Грейнджер" и "Грязнокровка". Странно было слышать их от него вновь. Думалось мне, что этот этап развития наших отношений мы прошли. Уже давно, еще в Хогвартсе. От ненависти до любви всего один шаг. И между нами был именно он. Только с одним отличием, был он длиной в целый километр.
От недавнего снежного покрова не осталось и следа. Сейчас это больше походило на грязную воду. Грязь и сумрак. Так можно было описать вчерашний вечер, а сегодняшнее утро совсем другое. Почему-то.
Сегодня они. Эти чертовы похороны. Какое пышное слово с таким отрицательным резким характером. Даже тошно. Никогда бы не подумала, что буду грустить по кому-то из Малфоев. Никогда не могла даже в страшном сне представить, как все сложится далее. Да и, признаться, я никогда также не задумывалась, что будет после школы, когда вступлю в большую жизнь. Нет, разумеется, были идеи и цели, но не четкий план. Кто-то всю жизнь знал, за что борется, а кто-то, как я, резко окунулся в эту атмосферу и все. Мне, можно сказать, не дали выбора. Быстро рассказали приоритеты и общие правила этого мира, не вникая в подробности. А сложно это! Мой мир сломали сейчас уже во второй раз. Напрочь отмели все идеалы. Полностью разрушившая жизнь.
- Ты готова? - Вероника стоит рядом. Скоро ей нужно будет уйти.
- Да, готова. По-другому и быть не может.
Но у каждого человека есть своя жизнь, и каждый человек живет именно так, чтобы угодить ей. А на остальное ему глубоко плевать.
Это правда.
Можно выбрать разные пути. И не сказать точно, какой из них окажется хуже другого даже тогда, когда уже ступил на них. Права на ошибку в жизни, к огромному сожалению, нет.
Сегодня я вновь должна буду лицемерно улыбаться мужчинам и женщинам в дорогих одеждах. И буду получать такие же улыбки и в ответ. Но это не важно. Ведь будут речи! Громкие! Но без всякого смысла и содержания. Просто глупые слова от людей, которые, может, не видели эту женщину ни разу. Тупо и цинично. Только за ее имя и статус крови некоторые готовы в ноги упасть. Блек и Малфой. Это сильно.
Да, и я улыбаюсь, гордо идя под пытливыми взглядами чужих мне людей. Высокая шпилька, хоть это и вредно во время беременности. Но не думаю, что особо полезны и такие сборища, но что уж поделать.
Нал гробом стоит Драко, его губы плотно сжаты, лицо, кажется, стало еще бледнее. Рядом с ним находится Люциус, и я понимаю, что вижу его впервые с того дня. Его рука лежит на плече у сына, он будто успокаивает его. Но нет. Я уже довольно хорошо знаю эту семью, чтобы выяснить то, что тут любви достойна только мама. А все остальное просто блеф. Чистый, да, но именно он. Нет, разумеется, привязываешься к человеку, но любви тут никакой нет и быть не может. Мира слишком разные. Женский и мужской. Инь и янь.
Гроб роскошный. Черный и отполированной. Блестит от редких лучиков солнца. Они ее хоронить собрались или что? Слишком. Все просто слишком. Напыщенно, что ли. Ну, не привыкла я так. Всегда хотела, чтобы на усыпальне присутствовали только самые родные. Что же скрывать, я фантазировала, какой будет моя смерть и от чего она придет. От ножа или вражеской авады - была не важно. Главное, чтобы быстро. Но знать тогда хотелось. А сейчас не хочется. Хочется банально жить, и даже не важно где и как.
Да, что и следовало доказать. Громкие слова, громкие голоса, пропитанные тоннами нескрываемого блефа. Они будто издеваются, каждый раз повторяя то, как любили и ценили ее.
Кто-то проталкивается рядом, задевая меня плечом. Я пошатываюсь, но устоять на ногах успеваю, прежде чем приземлится на грязную землю. Проходящий мимо равнодушно на меня смотрит и бросает через плечо:
- Извините.
Но в этом «извините» не было и капли этого самого прощения. А потому следует, что это все не просто так. И не известно, что я имею в виду.
А дальше…
Я быстро поправляю одежду, обвожу взглядом людей и смеюсь. Громко. Неистово. Странно. Затем запрокидываю голову к небесам и безмолвно молю о дожде, чтобы он хоть как-то смыл кровь с этих людей. С чертовых Пожирателей. Но всем плевать! Никому нет до этого дела. Я одна. Глаза наполняются слезами, ноги начинают дрожать. А на лице лишь расцветает злобная ухмылка. А ноги все несут меня от этого места. И я иду, падая в грязь. Шагаю, гордо задрав голову. Ловлю взгляды, которые обжигают тело. Но иду. Драко тоже мне смотрит в след и решает, остаться тут или идти за мной. С секунду колеблется, а затем наклоняется к отцу. Что-то шепчет ему на ухо и, получая кивок, терпимо направляется за мной, расталкивая гостей. Как это не культурно! Пулей залетаю в дом, хлопая дверями, захожу на кухню, наливаю воды. И… замираю.
Но остаюсь. Мне банально не хватит решимости, чтобы уйти. Ну или просто совесть потом загрызет. Она может, твою мать. Смотрю на небо, мечтаю. Вижу, как далекие облака угрожают ливнем или снегом. Осматриваю людей. Девушки в черных платьях в пол, а мужчины во фраках. Все черное, траурное. Сетка на лицо, шляпка на голову. И я - одно большое исключение. Платье у меня не особо длинное и черное сетки на лицо нет. Стыдно даже. Я вижу Драко, его руки дрожат. Волосы уложены назад, почти прилизаны, как всегда, в общем, лицо скорбящее, грустное. Из глаз, похоже, готовы политься его серые слезы. И мои тоже скоро польются, я остаюсь одна, хозяйкой огромного дома и его территории. А это что-то значит!
Но мне нет никакой разницы. Я, все равно, не буду следить за этим. Не моих это рук дело, да и не справлюсь я. Ну и желание не особо огромно.
И вообще, в мои планы не входит жизнь. Родится наследник и все. Дальше меня не будет. Как рыба, черт подери, погибаю, произведя на свет потомство. Выбора-то нет.
Я уже не могу сказать точно, когда закончилась эта заунывная церемония. После того, как гроб опустили и все буквально пошли напиваться, мой мозг просто отключился. Я ходила, улыбалась. Вроде бы, даже позволяла потрогать и послушать животик. А на самом деле ничего не помню. Они бы еще Лорда сюда позвали! Тьфу, тьфу, а то мысль, бывает, материализуется. Мне оно не надо, так что лучше перестраховаться.
Драко, на мое удивление, оказался абсолютно трезвым. И тоже, по-моему, совершенно не получал удовольствие. Лицо осунулось. Да и вообще, признаться, он давно не выглядел на свои двадцать.
В это вечер я разминала затекшие ступни ног, когда вошел он. Драко оперся о дверной косяк и, видимо, пару минут наблюдал за мной. А я даже и не видела, ну как так можно?
Когда я подняла взгляд, то испугалась и резко отшатнулась. Это был не мой муж. Драко, но и не он. Он плакал, и не так, как в день смерти. А по настоящему, почти с истерикой. И мне было его серьезно жалко. Ведь я знаю, что такое потерять родителей. Знаю, какое это чувство. И совсем не исключено, что именно ему досталось задание оставить меня сиротой. Я даже почти уверенна, что это был он. Что мама и папа видели его перед смертью и знали, что я буду жить с ним. Что это, в скором времени, мой муж. Тот, с кем я буду по жизни идти рука об руку. Не думаю, что они хотели такого для меня. Но, повторюсь, выбора не было.
И сейчас я испытываю мучительное удовольствие. Приторный вкус холодной мести на кончике языка. Но также и жуткую боль, которая разрывает изнутри. Парадокс.
- Гермиона…
Его тихий надрывистый голос прозвучал невероятно громко в природные тишине комнаты. Но он пробрал до мурашек. Я посмотрела Драко прямо в глаза и будто утонула. Там был целый океан боли! Я не шучу, именно так. И тогда он подошел ко мне вплотную, взял лицо в руки и нежно прикоснулся своими губами к моим. По коже словно прошелся ток. Я задыхалась и таяла. Это не была вынужденная мера, а просто наивысшее наслаждение. И оно нужно было нам обоим. Одинаково.
- Я люблю тебя.
Эти простые слова слетели с его губ так тихо, что я засомневалась, серьезно ли они были. Но он ждал ответа, а я просто заплакала.
И, как последняя дрянь, сбежала с поля боя. Я не могла ответить ему взаимностью. Просто не могла. Слишком привыкла ненавидеть его. Между нами всегда была огромная пропасть, и даже время не смогло ее закопать. А знаете, как хотелось?!