Глава 38
Я подошла ближе, не торопясь. Женщина, на которую пару минут назад летел автобус, всё ещё стояла, будто не веря, что жива. Осторожно коснулась её плеча. Через ладонь пошло лёгкое, едва уловимое дрожание — моё "Мурлыканье Успокоения". Оно не просто вибрация — будто тёплая волна прокатилась внутри. Я знала, что оно сработает. Ненадолго, но хоть что-то.
— Всё нормально, — пробормотала, она почти себе под нос.
Старатель же не стал тянуть.
— У вас двоих будет общее домашнее задание, — он глянул на Бакуго и Тодороки.
Я даже не удивилась, когда Кацуки тут же вспыхнул, как обычно:
— Почему меня всё время с ним парой лепят?!
Шото — как всегда спокойный, даже с капелькой ленивого безразличия:
— Это связано с огненным кулаком?
— Именно. Учитесь накапливать силу и освобождать её, не теряя концентрации. Повторяйте, пока это не станет автоматическим, — отрезал Старатель. У него не было настроения на споры.
— Каччан, звучит, как твой бронебойный выстрел! — вставил Мидория.
— Ты откуда это знаешь, идиот?! И вообще, держись от меня подальше! — вспыхнул Бакуго. Его голос был как грохот, от которого хочется прикрыть уши.
Я попыталась сосредоточиться на дыхании. Удержать фокус. Но...
Урррр... — организм так и требовал еды. У меня критические, а утром я не успела позавтракать.
— Простите
Старатель посмотрел спокойно, без единого лишнего слова.
— Все за мной.
Он повёл нас в ближайшую пекарню. Без слов. Просто зашёл, попросил всех выбрать, и заплатил. Всем по булочке. Как будто мы просто группа уставших ребят, которым нужен перерыв. Без геройства. Просто люди.
Ели на крыше. Над нами — небо. Вокруг — город. Огоньки, мигалки, движение. А мы — просто сидим, жуём и сидим в дозоре.
Я выбрала корокке пан — булочка с мясом, крокетом и кукурузой. Она была тёплая, с хрустящей корочкой, как надо. Вообще хотела дораяки, но Кацуки успел щёлкнуть меня по боку и буркнуть:
— Возьми нормальную еду, дура.
Грубо, но на самом деле забота — в этом весь он.
— Деку, Миу, вы можете высвобождать силу без задержек? — вернулся к теме Старатель.
Они кивнули. Я тоже:
— С полным преобразованием — да. Но если отвлекусь... Всё, трансформации не будет. Просто не срабатывает.
— Тогда доводите до автоматизма. Миу — учись у Тодороки, как сохранять холодную голову.
— Может, мне ещё и выйти за него? — фыркнула. — Справлюсь сама.
— Союз между детьми героев номер один и три. Было бы сильно, — задумчиво сказал Мидория, будто это не он только что получил от меня косой взгляд.
— Даже не думайте, я уже в отношениях. — мой голос прозвучал жёстче, чем я хотела. Но так даже лучше. Чтобы не лезли.
Сделала шаг назад — в фигуральном смысле. Атмосфера стала плотнее, и я сменила тему:
— А параллельные действия? Мы будем это отрабатывать?
Старатель глянул вниз. Машины, сирены, люди — обычный город. Только мы теперь в нём как часть чего-то большего.
— Люди учатся делать сложное, как простое. Как вождение. Сперва по одному действию, потом всё вместе. Ошибки — нормально. Главное — двигаться.
Я кивнула. Его слова застряли внутри, как шипы. Немного больно, но честно.
К концу дня всё слилось в один длинный кадр. Свет от фонарей, уличный шум, мы — измученные, тихие. Даже говорить не хотелось. Кто-то сел, кто-то просто смотрел в асфальт. Я стояла. Пыталась оставаться в сознании.
— Возвращаемся в агентство, — Старатель был как всегда чёткий и спокойный.
Сделала шаг. Ноги будто ватные. Но я всё равно шла. Я устала, и живот черт возьми болит, но надо.
— Залезай, — бросил Бакуго. Голос у него был сухой, почти раздражённый.
— Ты сам устал. Я справляюсь, — сказала. И правда так думала. Не из упрямства. Просто... мне важно было это сделать.
— Чё сказала, придурошная?!
И ударил. Не в полную силу, но достаточно, чтобы я оказалась на коленях. Это было неожиданно. Он сам это понял. По его лицу было видно: не планировал. Но уже поздно. Просто отвернулся и пошёл прочь.
— Хакамата, ты в порядке?! — Мидория тут же рядом. — Каччан, она же девушка! Так нельзя!
Но я даже не взглянула на него. Только на Кацуки. И пошла за ним. Схватила его за руку. Без страха. Без стыда.
— Я принимаю твою доброту, — и тут же превратилась в кошку.
Он ничего не сказал. Просто поднял меня и устроил у себя под воротником.
— Не выпади по дороге, — буркнул он. Я слышала. Конечно слышала.
После ужина осталась пустота. Не тяжёлая, а какая-то... нужная. Мы вдвоём. Коридор. Тишина.
— А где твоя комната? — спросила я просто, чтобы не молчать.
— Этажом выше. Деку достал. И Тодороки тоже.
— Вы в одной комнате? Ну, хоть не скучно.
Он промолчал. Не захотел отвечать? Или просто не нашёл слов?
— Спасибо, что попробовал накричать. Если хочешь — переезжай ко мне. В комнату.
— Пятнадцатилетняя девчонка и шестнадцатилетний парень. Ты не боишься, что я на тебя наброшусь?
— А ты бы не стал. А если и стал — я не против.
Он усмехнулся.
— Хочешь проверить?
— Пошли, — сказала. Без задней мысли. Или как раз с ней. Но было уже всё равно.
Его уши покраснели. Совсем чуть-чуть. Но я заметила. И это было мило.
В комнате я первым делом плюхнулась на кровать. Я хлопнула ладонью по кровати рядом.
— Можешь делать что хочешь. Я тебе доверяю.
Он сел. Навис. Рука скользнула по плечу — через ткань школьной рубашки, но мне хватило. Дыхание чуть сбилось.
Он просто поцеловал в лоб. И лёг рядом.
— Всё же ты не такая уж смелая, — сказал и усмехнулся.
— Эй!
— Я слышал, как ты сказала, что у тебя уже есть отношения. Приятно было. Не думал, что услышу.
— Я люблю тебя, Кацуки. А ты — меня. Разве нужно что-то ещё?
— Хочу, чтобы ты сама сказала это всем. Но пока не скажешь — буду ждать. А пока... что же ты со мной делаешь...
— Даже не знаю, — ответила тихо. И просто осталась рядом.
Я уснула первой. Глядя на него. Он остался. Лежал и размышлял.
Когда-то он был обычным пацаном. Хотел играть, бегать, смеяться. Но слишком быстро понял, как устроен мир: слабых топчут. Поэтому стал тем, кто бьёт первым. Кусает, пока не укусили его.
Я не хотел лезть в чужие проблемы. Но увидел ее. Девочку, у которой мама умерла в пять лет. И отец с которым у нее были не самые лучшие отношения. Ужин — деловая встреча.
Он понял. Без слов. Просто был рядом.
Проснулась не от будильника и не от солнца, а от лёгкого прикосновения к волосам. Оно было настолько осторожным, что в первое мгновение я даже подумала, что мне это приснилось. Но нет — тепло и лёгкий запах его одеколона тут же выдали, кто это.
— Доброе утро, — сонно пробормотала я, даже не открывая глаз, и машинально улыбнулась. Это было... спокойно.
— Доброе. Приводи себя в порядок, пойдём завтракать, — голос у него был уже собранный, как будто он встал часа на два раньше меня, но без привычной утренней резкости.
Я поднялась, привела себя в порядок почти на автопилоте. Но как всегда, на этапе с галстуком начался отдельный утренний квест. Попробовала раз, второй, третий... В итоге просто швырнула его в сторону, потому что нервы не железные. И как будто в этот момент организм решил добить меня — резкая боль в животе заставила присесть на корточки и обхватить себя руками. Прекрасное утро, ничего не скажешь.
— Часто болит? — он подошёл, поднял мой брошенный галстук и, пока я сидела на корточках, аккуратно завязал его прямо на мне. Руки уверенные, движения точные. Никакого лишнего смущения. Просто сделал.
— Не извиняйся. Это нормально. Если станет хуже — скажи, — произнёс спокойно, но в голосе всё же была эта едва уловимая мягкость, которую он всегда прячет.
— Спасибо, — выдохнула я, чуть приподняв голову. Его ладонь оказалась на моей макушке, и на секунду мне показалось, что боль в животе стала меньше.
В столовой уже сидели Мидория и Тодороки.
— Каччан, где ты был? — сразу же начал Деку, даже не успев взять палочки. Шото молча ел свою собу, в разговор явно не собирался вмешиваться.
Бакуго сел за стол, даже не глядя на них, оставив право отвечать мне.
— Мы встретились в коридоре, — сказала я коротко, опустив взгляд в тарелку.
Он что-то прокручивал в голове, но виду не подавал. Когда принесли завтрак, просто пододвинул мне рисовую кашу и молоко. Без слов, но этот жест был красноречивее любых комментариев.
— Спасибо, — тихо повторила я. Забота от него стала чем-то... привычным.
— Так где же ты был? — не отставал Мидория.
— С местными бомжами кентовался, — ответил Бакуго, даже не поднимая взгляда. У Деку случился нервный смешок.
— Остался у знакомого, — добавил он уже серьёзнее и под столом тихо сжал мою руку. Никто не видел, но для меня это значило больше, чем любые слова.
— А мы уже подумали... — начал Деку, но Бакуго сразу оборвал:
— Чё вы там напридумывали, а?
— Н-ничего, — Деку быстро уткнулся в тарелку.
— Уже скоро начало рабочего дня, — спокойно заметил Тодороки.
— И без тебя знаю, — буркнул Бакуго, но руку мою так и не отпустил.
Рабочий день начался с крика:
— Вор! Зовите героя! — мужчина с чемоданчиком бежал за каким-то типом, разрывая воздух голосом.
Толпа расступалась, как вода перед лодкой, а Старатель уже летел вперёд.
— Как только решили — уже действуйте! — крикнул он, оставив нас позади одним рывком.
— Мы же первыми его заметили, — недовольно сказал Шото.
— Проклятье! — Бакуго ускорился, но расстояние только росло.
Я успела подхватить чемоданчик, который Старатель отбил у вора. Вернула мужчине:
— Всё ещё носите с собой наличку? Осторожнее надо.
Он только кивал, всё ещё задыхаясь.
— Старатель, побег с места преступления, — донеслось из рации.
— Выступаю, — и он снова исчез из нашего поля зрения.
Мы рванули за ним. Ноги горели, сердце било в висках, но всё равно... когда добрались, преступника уже грузили в полицейскую машину.
— Опять... — выдохнула я. Да, мы стали быстрее, сильнее, но этого всё ещё мало.
— На сегодня хватит. Возвращайтесь в комнаты, — сказал Старатель, отдавая задержанного полиции.
— Я ещё не устал! — возмутился Бакуго.
— Каччан... — Деку покосился на него с опаской.
— Завтра рано вставать. Отдыхайте, — Старатель ушёл, даже не оборачиваясь.
Утро следующего дня началось с энергетического взрыва:
— Доброе утро! — Горящая буквально влетела в зал, как будто её кто-то подзарядил на максимум.
— Зачем так орать? — буркнул Бакуго, потирая глаза.
— Да ладно тебе, — я улыбнулась и слегка подтолкнула его локтем.
— Как вам вчерашние попытки обогнать Старателя? Ой, простите, больная тема, — Горящая явно дразнила нас, но с теплом. — Мы-то знаем, как это непросто.
— Почти получилось, нужно запомнить то чувство,— сказал Шото.
— Сегодня превзойдём его, — добавила я.
— Это только у меня почти получилось, — Бакуго мгновенно разрядил момент своей самоуверенностью. — Вы трое — тормоза.
— Я всё ещё не освоил точные удары, — спокойно сказал Тодороки.
— Слушайте сюда! — перебил нас Бакуго, уже готовый рвать и метать.
— За мной, — коротко бросил Старатель. И мы пошли. Новый день, новые попытки догнать того, кого догнать почти невозможно.