Глава 4
Кедролапка вышла из лагеря, следуя за Яркоглазом, Белолапой и Мышехвостом. Прошло уже 3 рассвета с того утра, что пропала Пестролика. На Лисозвёздную напала какая-то неизвестная болезнь. Листочек простыла, а у Хвоелапы загноилось плечо. Зернушка была в отчаянии. Словом, в Грозовом племени все было ужасно.
Сейчас рассветный патруль шел в сторону Нагретых камней. Мышехвост клевал носом, ведь всю ночь сидел рядом с Орехогривкой, в последнее время плохо себя чувствовавшей. Яркоглаз брел, опустив голову, а Белолапа медленно плелась за ним.
Кедролапка раздраженно зарычала и вышла вперед потеснив Яркоглаза. Кот удивленно вскинул брови, но промолчал. Зато Мышехвост не стал держать язык за зубами:
– Что это ты творишь?! Патруль возглавляет Яркоглаз, а не маленькая домашняя киска, возомнившая себя воительницей!
– Закрой пасть, а то шмель залетит! – язвительно фыркнул Яркоглаз.
– Я тебе уши оторву, наглец, если еще раз назовешь меня домашней киской! – рявкнула ученица.
– Ты? – глумливо спросил серый кот. – Ну! Попробуй!
– Дамы вперед! – смешливо осклабилась Кедролапка.
– Ну, теперь тебе не сдобровать! – взвизгнул Мышехвост и прыгнул на Кедролапку. Последняя, быстро скользнула в сторону и с победным воем кинулась на воителя, растянувшегося на земле.
– Какой благородный поступок: напасть на оруженосца!
– Кедролапка!! – рявкнул Яркоглаз.
Кошечка смущенно потупилась и отпустила несчастного Мышехвоста.
– И так, патруль возглавляю я. Кедролапка, идешь рядом со мной, мне надо с тобой серьезно поговорить. Мышехвост, отправляйся в конец патруля! – приказал черный кот.
– Но... – заспорил младший воитель, но его перебили:
– Это не обсуждается! Живо в конец!!
Мышехвост раздраженно хлестнул себя хвостом.
– Как вам угодно! – процедил он сквозь зубы.
– Еще я доложу Желтоглазке о твоей боевой подготовке, – пригрозил Яркоглаз.
– Пожалуй, я сама займусь этим воякой, – раздался сверху насмешливый голос.
Кедролапка подняла голову. На землю скользнула шустрая бело-рыжая тень. Сверкнули зеленые глаза, и перед патрульными оказалась Пестролика.
– Великое Звездное племя, Пестролика, это ты?! – раздался изумленный вопрос Белолапы. Остальные были так поражены, что не смогли вымолвить ни слова.
Кедролапка опомнилась и помчалась на встречу воительнице. Пестролика перекувыркнулась в воздухе и приземлилась за спиной ученицы.
– Тебе еще учиться и учиться! – фыркнула пестрая воительница.
Кедролапка стала носиться за Пестроликой. Последняя запрыгнула на дерево, но её когти соскользнули и кошка грохнулась в заросли ежевики.
Шипя от боли и выплевывая изо рта колючки, Пестролика выползла из куста. Её лапы подогнулись, она легла на землю и, вздохнув, стала вытаскивать из шерсти ежевичные шипы. Яркоглаз, Белолапа и Кедролапка бросились на помощь кошке.
Бурая ученица яростно вылизывала шерсть Пестролики, пока не почувствовала на языке соленый привкус крови. Посмотрев на спину кошки, она вскрикнула:
– Великое Звездное племя, что это?!
На рыжей спине кошки красовались два аккуратных ряда шрамов от чьих-то зубов.
Пестролика повернула голову и в панике стала вылизывать свою шубку.
– Это? Ничего... Ничего особенного! Просто подралась... – невнятно лепетала пестрая кошка.
– С кем? – стала допытываться Белолапа.
– Гммм... – замялась глашатая. – С собакой, – беспечно отозвалась она.
– С собакой?! – поперхнулся шерстью Яркоглаз.
– Н-да, с собакой, – взмахнула искалеченым кривым хвостом глашатая.
Но Кедролапка видела, как тяжело ей дается эта беспечность: вот бегают её глаза; вот она втягивает и вытягивает когти; вот она облизывает губы.
– Как же ты выбралась из этой мясорубки? – поинтересовалась Белолапа.
На этот вопрос Пестролика долго-долго молчала. Потом смущенно поскребла лапкой по земле и ответила:
– Меня спасли, – улыбнулась она.
– Кто? – пододвинулся ближе Яркоглаз.
Повисла долгая мучительная тишина. Наконец, Пестролика открыла рот, чтобы ответить что-нибудь, но замерла на полуслове. Она посмотрела куда-то в сторону. Её глаза превратились в две зеленые щелочки. Она задумчиво покусала нижнюю губу и произнесла:
– Вы, двое! Выходите!
И ничего не произошло.
– Выходите, если не хотите, чтобы я сбросила вас в реку!
В тот же миг раздалось раздраженное шипение и из куста ежевики вылезли два котенка.
– И так, что вы здесь делаете? – спросила Пестролика, неторопливо приглаживая свою шерстку за ушами.
– Это она предложила! – тут же выкрикнула ярко-рыжая кошечка, тыкая мягкой лапкой в свою сестру. Вторая кошечка возмущенно зашипела:
– Я? Я? Да ты... Да ты просто лгунья!
– И у тебя ещё поворачивается язык называть меня лгуньей?
– Да! Это была твоя идея!
– Да я просто...
– ТИХО!!
Две кошечки тут же умолкли и пристыженно опустили головы.
– Если вы не поняли, – холодно отрезала Пестролика. – то я повторю свой вопрос еще раз. Что вы здесь делаете?
Кедролапка почувствовала раздражение, волнами исходившее от шерсти пестрой кошки. Бурая кошечка всхлипнула, подняла свои чистые зеленые глаза и проскулила:
– Это все Кремогривка! После того, как ты ушла, я сказала, что нам будет очень грустно без твоих игр! А она сказала, что мы можем уйти с тобой, ведь мы ей не нужны, потому что мы – не её дети!
Раздражение Пестролики сменилось нежностью и грустью. Она притянула котят хвостом к себе и нежно лизнула каждую в макушку. В её глазах промелькнуло некое понимание. Кедролапка вспомнила, что когда-то глашатая попала в такую же ситуацию.
– Тогда чьи? – спросила Белолапа.
Пестролика долго всматривалась в котят. Ярко-рыжая малышка сердито повернулась к ней, сверкая желтыми глазами и смешно морща носик. Пестролика аж подавилась. Она несколько раз судорожно втягивала в себя носом кислород, словно не могла вдохнуть. Потом повернулась к Белолапе и тусклым, глухим голосом обронила:
– Нет, я не знаю.