6.
Утром они договорились вместе пойти в школу. Точнее, это предложила Чеён, а Юнги быстро согласился, хоть и сам собирался это сделать.
И, как обычно, встретившись во дворе их домов, они на минуту остановились, понимая, что ничего уже не будет обычным, как раньше. Чеён не хотелось идти в полной тишине, так как надеялась, что их молчанка вчера закончилась, но почему-то все обычные темы для разговора напрочь выбились из головы.
— Думаю, нужно что-то делать с Ри, — первым тишину нарушил Юнги, понимая, что этот разговор должен был произойти ещё неделю назад. — Надо всё-таки найти её родителей, мы же не можем её вечно держать в подвале. Это неправильно.
— Наверное, ты прав, — кивнула Чеён, не желая перечить другу, когда реально согласна с ним, хотя в любой другой момент она из вредности попыталась бы доказать его неправоту. — Займёмся этим на выходных. Развесим объявление и фотографию у торгового центра. Или можем обратиться в органы...
— Ты же занята на выходных, — перебил её Юнги, резко остановившись на полпути.
Он вспомнил переписку, показанную ему Чимином, а потом и лицо одноклассника, отчего стал опять злиться.
— В смысле? — непонимающе спросила девушка, уже думая, что друг теперь просто ищет повода поссориться с ней на пустом месте.
— Чимин вчера мне показал, как пригласил тебя к себе домой на выходных ... с ночёвкой, — ответил он, и в качестве ответа получил сильное возмущение на лице подруги.
— Это очень классно, что вы с ним побратались и показываете друг другу свои переписки, но вчера я даже на его долбанное «Привет» не ответила, — нервно проговорила Чеён, поражаясь фантазии парня.
— Ну зачем ты мне врёшь? Просто ответь мне честно, — Юнги был уверен, что девушка не хочет признаваться в правде.
— Я тебе говорю, как есть. Блин, тебе проще обвинить меня в том, чего я не делала, чем поверить фактам, — злобно крикнула она на него и быстрым шагом направилась в сторону школу.
Юнги стоял на месте, тяжело вдыхая ртом воздух, и уже жалел, что вообще согласился утром на её предложение пойти в школу вместе. Они же и пяти минут не могут провести без ссор.
Но Чеён этого было недостаточно и, как бы она ненавидела оправдываться, особенно в том, в чём не виновата, вернулась обратно, тыча в лицо другу экран телефона, доказывая, что оставила приветствие Чимина проигнорированным.
— Доволен?
— Но я видел...
— Ты видел моё имя в той переписке? — требовательно поинтересовалась Чеён, уже злясь не на Юнги, а на своего бойфренда, что он посмел так подло её подставить перед другом.
Мин задумался на секунду, осознавая, что после прочитанного сообщения и быстрого согласия, даже не поднял глаза, чтобы понять, с кем вообще была эта переписка. Боль в животе неожиданно дала о себе знать, и Юнги, посмотрев в лицо подруги, понял, как сильно сейчас облажался перед ней.
— Но вчера в кабинете директора он... — бормотал себе под нос парень и, увидев удивлённо поднятые брови девушки, понял, что ещё дальше падает на дно.
— В кабинете директора? Ты и Чимин? Блин, Юнги, что вчера произошло? — требовательно спросила Чёен, уставившись ему в глаза, и боялась, что у парня сейчас начнётся паническая атака, уж слишком растерянным был его взгляд.
Но Юнги просто уже не хватало сил терпеть боль от огромного синяка в животе, который он разглядывал каждый раз, когда оказывался наедине с зеркалом. И сегодня утром его цвет был ещё темнее, чем вчера.
— Неважно. Пойдём в школу, а то опоздаем, — ответил он, торопливо зашагав, хоть и понимал, что Чеён ещё успеет повторить свой вопрос и обязательно добьётся ответа.
Им обоим было сложно зайти на урок. Юнги было трудно, так как Чимин нагло ухмылялся ему в лицо. Мин был уверен, что у одноклассника на него есть кукла вуду, иначе никак не объяснить, почему боль в животе становится с каждым разом всё невыносимее.
А Чеён, зайдя в класс, узнала, что у неё новое прозвище. Теперь она рыжая бестия, и одноклассники в каждом слове умудрялись использовать это. Даже когда она попросила ручку у сидящего рядом парня, тот отшутился со словами: «Бери весь пенал, но только не бей». За такую тупую шутку ей стоило бы реально избить его этим самым пеналом, но она лишь закатила глаза, притворяясь, что её отнюдь не задевают эти издевательства.
Девчонки из класса теперь боялись с ней общаться, и Чеён впервые за школьные годы ощутила себя одинокой. И если утром ей было плевать на отношения одноклассников, так как Пак думала, что они с Юнги помирились, то теперь она уже не была уверена, что сможет осилить ещё несколько уроков, не сорвавшись на слёзы или очередную драку.
Юнги откровенно не понимал, почему Джису опять села к нему в столовой, так как был уверен, что вчера выглядел, как настоящий лузер. Увидев улыбающееся лицо девушки, он вспомнил её слова о том, что она заинтересована в нём. И если бы она сказала ему об этом хотя бы неделю назад, то улыбка днями напролёт не слезала бы с его лица.
Но он, кажется, забыл вообще, как ощущать радость, так как все мысли заняты были лишь одной рыжей бестией. Это дурацкое прозвище он услышал, когда одноклассницы обсуждали, что слышали, как кто-то плачет в кабинке туалета для девочек. И Юнги надеялся, что плакала не Чеён, а просто какая-нибудь другая девчонка, которую его подруга задела колким словом. В этот момент он даже поражался самому себе за подобные мысли, но не мог ничего с собой поделать. Ему было больно от одной мысли, что Чеён опять плачет, и стыдно, что сегодня утром нечестно обвинил её в том, что, в принципе, его и не должно касаться.
— Как дела? — как ни в чём не бывало интересовалась Джису и даже не замечала, что взгляд парня направлен не на неё и даже не на еду.
Он смотрел, как в столовую заходит Чеён, и был не единственным, кто словно в замедленной съёмке следил, как девушка подходит к очереди за едой, старательно игнорируя обращённые к себе взгляды.
Со стороны столов были возгласы парней, зовущих рыжую бестию к себе за стол. И это слышал Юнги, который схватившись за свой поднос с обеих сторон, готов был встать на ноги и ударить в лицо тому, кто это орёт.
Парень уже вставал на ноги, на сто процентов готовый это сделать, наплевав на все последствия, но остановился на месте, когда услышал крик подруги в конце линии раздачи еды.
Рядом с ней стоял Чимин, улыбка которого медленно сползала с лица, заменяясь недоумевающим выражением лица.
— Что ты ему вчера сказал? — громко спрашивала она у парня, и Юнги быстро понял, что они говорят сейчас о нём.
Чеён поражалась его наглости. Она взбесилась тому, как спокойно он, приобняв её за талию, шептал на ухо: «Привет, детка», и ругала себя за то, что так поздно поняла правоту Юнги об этом напыщенном индюке. Мысли о друге напомнили ей причину, по которой они утром опять поссорились, так до конца и не помирившись, поэтому она решила прямо сейчас выяснить отношения, от злости не замечая сердитый взгляд поварихи и любопытные глаза сидящих в столовой учеников.
— Чеён, чёрт возьми, — прошептал под нос Юнги, кладя поднос обратно на стол, и поражался тому, как эта девушка умудряется так быстро привлекать к себе внимание.
— Юнги, подожди, — остановила его Джису, схватив его за запястье.
Она понимала, что парень помчится к своей подруге, и хотела ещё раз напомнить ему о себе. По словам Дженни, Чеён была влюблена в Юнги, но даже сама этого не понимала. А значит, если Джису хочет привязать Юнги к себе, то ей стоит заставить его меньше волноваться о выходках подруги.
Однако Ким не учла одного.
Парню была важна Чеён, даже если он заранее знал, что своей привязанностью к ней отпугивает всех хоть как-то в нём заинтересованных девушек. Поэтому молча отцепившись от хватки Джису, он побежал в сторону громко кричащей Пак.
— Чеён, прекрати, — тихо пробормотал он, пытаясь увести девушку в сторону, но та отталкивалась от друга, требовательно смотря на Чимина. Тот, увидев одноклассника, расплылся в едкой ухмылке.
— Ну что, пожаловался мамочке? — спросил он, несильно толкая парня в плечо. Юнги мужественно держался на месте и сжимал кулаки до побеления костяшек. — Сильно болит? — говорил Чимин, не замечая широко раскрытые глаза девушки, и, уже не жалея сил, толкал Юнги в место вчерашнего удара, в который он вложил всю свою злость, накопившуюся больше на отца, чем на одноклассника. Пак понимал, что это зрелище не останется незамеченным, но хотя бы сейчас он должен был унизить Юнги.
— В смысле? — вмешалась Чеён. — Ты что, ударил его вчера?
— Не надо, Чеён, — Юнги умоляюще посмотрел на подругу, не желая показывать перед школой, каким жалким он вчера был и какой он сейчас неудачник, что не может сам за себя постоять.
Но девушка этого не понимала. Она знала, что бы между ними вчера не случилось, она была в этом виновата. И теперь точно убедилась, что тут обошлось не просто шишкой от падения.
Чеён уже замахивалась, чтобы устроить очередную драку, и была даже готова на исключение, но её запястье было резко сжато чужой ладонью, что мигом ослабило кулак.
Юнги тянул подругу в сторону выхода, что та от удивления даже не успевала среагировать. Парень не переставал поражать её своими силами, ведь у неё даже не получалось сопротивиться ему и отцепить руку.
Уже когда они вышли из столовой, ей пришлось послушно пойти за парнем. Обычно это она была той, кто тянул его куда-нибудь за собой, поэтому сейчас было непривычно и по-странному приятно идти за другом, хоть и Чеён не знала, куда он её тащит.
Они зашли в один из пустых классов этажом ниже, и, закрыв за собой дверь, Юнги сердитым взглядом уставился на девушку. Та сделала несколько шагов назад, впервые видя его в таком состоянии, но упёрлась копчиком в парту, поэтому просто застыла на месте.
Парень тяжело дышал носом, не зная даже, на кого злиться. Его определённо бесило то, что Чеён считала своей обязанностью защищать его. Ему совсем не хотелось казаться в её глазах ребёнком или слабаком. Теперь он точно знал, что она видит в нём мальчишку со двора, который в момент опасности бегал к мамочке. И считал, что просто обязан убрать этот образ из её головы.
Одним шагом он приблизился к девушке и опёрся ладонями за край парты по её бокам. Он был настолько близок к ней, что Чеён пришлось прижаться ладонями к его груди, чуть сжав пальцами его рубашку. А расстояние между их лицами можно было измерить в миллиметрах, и она без стеснения вдыхала воздух, который он учащённо выдыхал губами.
Наверно, за последние два дня он себе раз сто представлял, как целует лучшую подругу, хоть и не мог признаться в этом даже самому себе. И сейчас боялся, что если сделает неправильный шаг, то может навсегда попрощаться с лучшей подругой. Но страх того, что если сейчас Чеён поцелует его первой и даже здесь покажет свою превосходство, заставил его небрежно прижаться к её губам, аккуратно двигая ими в поцелуе.
Его первый поцелуй был ещё, когда он жил в приюте, и это был последний его опыт, поэтому ладони потели в волнении, скользя по парте, а ноги еле подкашивались. Но когда Чеён задвигала губами ему в ответ, закрывая глаза, Юнги смог расслабиться, продолжая поцелуй в более уверенном направлении. Он надеялся, что это не сон, так как не был уверен в том, что смог бы повторить подобную наглость по отношению к лучшей подруге.
Чеён же, в свою очередь, думала, что сошла с ума, раз активно целует друга детства, и ещё даже умудрилась закрыть глаза, откровенно наслаждаясь мягкими губами парня. Но ей было сложно остановиться, и она уже не отдавала себе отчёта, с трудом успевая дышать. Сердце стучало в безумном ритме, а спина была покрыта потом от волнения. Она вспомнила, как два года назад предложила другу попрактиковаться в поцелуях, на что он обозвал её извращенкой, и они навсегда закрыли эту тему. Поэтому её определённо интересовало, где он успел так хорошо натренировать свои навыки.
Юнги слышал, что где-то на верхнем этаже прозвенел звонок на урок, но никак не мог остановиться. Ему начинало казаться, что они проведут остаток дня, целуясь в этом пустом кабинете, в который, слава небесам, никто не заходил, и он был бы совсем не против. А когда пальцы Чеён стали быстро расстёгивать пуговицы его рубашки, он резко открыл глаза, поражаясь скорости подруги.
— Ты же не собираешься... — начал было он, решив, что Чеён хочет сделать это прямо здесь.
— Твою мать, какой синющий! — воскликнула она, увидев место удара, и подняла голову на парня, который сглотнул слюну и давал себе мысленные подзатыльники за пошлые фантазии.
Чеён знала, что добровольно он не признался бы в том, что у него растёт чёрная дыра на животе, поэтому позволила себе подобную хитрость. И взяв его за руку, потянула в сторону выхода.
— Идём в медпункт, — твёрдо произнесла девушка, ставя Юнги перед фактом, но он не сдвинулся с места. Чёен вопросительно посмотрела на него. — Мы обязательно продолжим, когда чем-нибудь помажем твой мини-космос.
— Можно, я сначала застегнусь? — смущённо спросил он, стараясь не показывать свою улыбку на слова девушки, и, высвободив руку, стал застёгивать пуговицы рубашки.
Опустив голову, он кусал опухшие губы, думая о том, что Чеён готова повторить поцелуй. Но когда посмотрел на неё, ощутил, как неловкость холодной лавиной упала на него. Он только что несколько минут без остановки целовался с лучшей подругой, и это было не какая-нибудь тренировка.
Обычно Чеён редко поддерживала бзики друга, но сейчас знала, насколько смущён был Юнги, и его чувства было как некстати заразными. Девушка облизнулась и быстро повернулась к нему спиной, выходя из кабинета.
Юнги категорически запретил Пак заходить за ним в медпункт и даже смог убедить её вернуться в класс на урок, на который они оба опоздали и вряд ли смогут сегодня вообще учиться. Им обоим оставалось два урока до конца дня, и, даже заранее не договариваясь, они оба знали, что домой пойдут сегодня вместе. В
ернувшись в класс после медпункта, Юнги никак не мог скрыть свою довольную улыбку, поэтому выглядел подозрительно, когда заходил в кабинет посреди урока. Учитывая то, что ушёл он во время ссоры с Чимином.
Пак же оставшиеся уроки испепелял затылок одноклассника ненавистным взглядом, так как лишился из-за него сегодня девушки и после обеда к нему подошла Джису, отчитав за то, что тот продолжает вести себя, как придурок. Чимину хотелось узнать, почему этого слабака защищают такие девушки, но по затылку это сложно было бы понять, поэтому в конце дня он планировал хорошенько побеседовать с одноклассником.
Быстро вскочив на ноги после окончания последнего урока, Пак встал перед партой Юнги. Тот, сидя на месте, поднял на него голову, и чувствовал себя героем американского фильма про буллинг в школе. К концу фильма ему должна была достаться девушка его мечты, которой для него раньше являлась Джису, но так как жизнь Юнги уже пошла поперёк каноничного сюжета, он понимал, что суперспособности у него точно не появились, а значит, не стоит опять ссориться с этим парнем. Тем более, когда он знает, что Чеён теперь тоже терпеть его не может.
— Чего тебе? — спокойным тоном спросил Мин, осторожно вставая на ноги, и заметил, что, несмотря на звонок, одноклассники продолжали сидеть на своих местах, внимательно следя за продолжением конфликта в столовой.
— Ты думаешь, мы с тобой закончили? — проговорил Чимин, уставившись на парня решительным взглядом. Его вторая нога так и норовила повторить вчерашний триумф первой.
— Ты прав, ведь вчера в кабинете директора ты обещал передо мной извиниться, — ответил ему Юнги, стараясь сильно не улыбаться восторженным возгласам одноклассников позади. Эти слова не сильно задели Чимина, но уверенность его взгляда значительно поубавилась. — Я всё понимаю, бро, — Юнги сделал специальный акцент на ненавистном ему слове, — когда отец тебя избивает, сложно вырасти не психопатом, у которого вся кровь накопилась в одном маленьком половом органе. Но, бро, ты же понимаешь, что если я опять увижу тебя рядом с ней, то мы снова окажемся в кабинете директора. И тебе тогда придётся на коленях умолять директора не звонить родителям.
На этих словах Юнги скривил безразличную улыбку и, схватив рюкзак, вышел из кабинета. Он не верил, что сумел использовать вчерашний визит к директору в свою пользу, и поражался тому, что у него это более или менее удачно получилось. Потому что Чимин ничего ему не ответил, а одноклассники протяжно заохали ему вслед.
И когда он услышал настороженные расспросы друзей Пака, откуда Юнги это знает, то понял, что попал в самую точку.
Он определённо не собирался рассказывать Чеён о своём разговоре с одноклассником, хотя хотел бы похвастаться перед ней, что он всё-таки может сам за себя постоять.
Девушка встретила его на крыльце, уперев руки в бока, и её взгляд сейчас не внушал ничего хорошего. Мин остановился на полпути, резко перестав улыбаться себе под нос, и постарался сначала подумать, что не так могло случиться за два урока.
— Во-первых, если ты мне сейчас скажешь, чтобы я забыла то, что было в том кабинете, я тебе врежу, — начала она, подойдя к парню, и Юнги облегчённо выдохнул. Ему было безумно приятно слышать эти слова, поэтому что бы там не было у неё во-вторых, его это уже не пугало.
— Не скажу, — коротко ответил он, всё никак не веря тому, что между ними произошло.
— Во-вторых, как твой синяк? — тон девушки моментально изменился на настороженный, и она опустила взгляд к его животу.
— Надеюсь, ты не собираешься опять меня раздевать, — произнёс он, широко улыбаясь, и довольно вышел из здания школы, так как сумел заставить щёки девушки порозоветь.
— Я тебя не раздевала! — прикрикнула она ему вслед, привлекая внимание проходящих мимо младшеклассников, и смущённо закашлялась, подбегая к другу.
— Не умеешь же ты заткнуться, когда надо, — усмехнулся он, лёгкой походкой направляясь к воротам.
— А ты попробуй заткнуть меня, — ответила она, ехидно улыбаясь, и ощущала, как по телу проходят струйки теплоты от того, что они с Юнги опять язвят друг другу.
— Что, прям при всех? — спросил он с наигранным удивлением и демонстративно прикусил нижнюю губу.
От этого щёки девушки по второму кругу загорелись от смущения.
— Ах ты извращенец! — прикрикнула она, собираясь ударить друга рюкзаком по спине, но он быстро убежал от неё.
Лиса уже забыла, когда видела этих двоих, навеселе заходящих в подвал. И её больше удивляло то, что зашли они, держась за руки. Это почему-то ей это не понравилось. А Ри, наоборот, обрадовалась, и девочка побежала по очереди обнимать школьников.
— Как твой синяк?
— Как твоя шишка?
Одновременно спросили они и, посмотрев друг на друга, рассмеялись. Девочка широко улыбнулась им и потянула за руку, чтобы показать свой недостроенный замок из лего.
— Эй, ты чего? — поинтересовалась Чеён у Лисы, когда та, сидя за столом, не присоединилась к их постройке, которая по дизайну Ри почему-то сильно напоминала девушке здание торгового центра «Ри Парк».
— Вы помирились? — спросила тайка у подруги и сделала громкость музыкального центра повыше, чтобы он их не услышал.
— Ну да, — улыбнулась Пак, садясь рядом, — ты не рада?
Её удивило поникшее лицо подруги, ведь Манобан за эту неделю не раз пыталась их помирить.
— Рада, очень рада, — затараторила девушка и крепко обняла подругу за живот, но, подняв на неё голову, посмотрела обиженным взглядом. — Так вы теперь встречаетесь?
— Ты что, нет, — Чеён неестественно рассмеялась, посмотрев на Юнги, который в этот момент встретился с её взглядом, и сама не понимала, врёт ли сейчас или нет. — Только не говори, что он тебе нравится?
Пак поражалась, скольким, оказывается, девушкам был симпатичен её лучший друг, и она в их числе.
— Я не знаю, Чеён. Как мне это вообще понять, если о мальчиках я узнаю по фильмам и видеоклипам? — ответила Лиса и снова прижалась к подруге.
Чеён была единственным ребёнком, который несколько лет назад, не испугался, увидев покрасневшую кожу тайки, когда та, после приезда в Сеул, впервые вышла во двор поиграть на игровой площадке. Другие дети мигом обозвали Манобан вампиром и с криками убежали по сторонам, а Чеён крепко обняла незнакомую девчонку, скрывая её лицо от палящего солнца, под которым Лисе категорически запрещено гулять больше двух часов.
— Поверь мне, я тоже совсем в них не разбираюсь, — произнесла Пак после долгой паузы, ощущая несправедливость по отношению к подруге за то, что ей приходится проводить подростковые годы в четырёх стенах.
И даже многочисленные игры и музыка не заменят ей тех чувств, которые она могла бы испытать, находясь в окружении сверстников. Чеён опять посмотрела на Юнги, который пытался убедить Ри, что её замок нуждается в динозавре, сидящим на верхушке, и не могла сдержать своей улыбки, умиляясь этому парню.
— Могу только точно сказать, что он мне очень нравится, — прошептала она, признаваясь в этом больше самой себе, чем подруге.
— Я так и знала! — воскликнула Лиса, поднимая голову. Она знала, что ею одолевала необъяснимая ревность, хоть и не была уверена, к кому именно, но уже догадывалась о чувствах подруги.
— Нет, ты не могла знать. Я сама не знала, — рассмеялась Чеён и отрицательно качала головой.
— О чём говорите? — к ним подошёл Юнги, любопытно посмотрев на смеющихся девушек.
— Тебя это вообще не касается, — ответила Пак, игриво показывая ему язык, отчего Лалиса прыснула от смеха.
Лиса ещё долго не хотела их отпускать, понимая, что с ними веселее, когда они встречаются, а не в ссоре. Но широко зевающая Ри говорила, что уже время для сна. И когда Манобан предложила друзьям сегодня тоже остаться на ночь, они неуверенно переглянулись.
Вчера за них решала девочка, и поэтому сегодня они так же дали ей право решать, на что она отрицательно покачала головой и самостоятельно укуталась в одеяло.
На самом деле, школьники и сами не хотели оставаться сегодня на ночь в подвале, так как им определённо есть что сегодня обсудить. И поэтому для этого места они выбрали комнату Юнги.
Чеён сидела на диванчике, листая в телефоне галерею в поисках хорошей фотографии Ри, а парень печатал текст для объявления, которое они планировали развесить в торговом центре и в соседних районах.
Юнги казалось, что девочка хотела им что-то сказать, когда они вместе строили замок из лего. А после вчерашнего падения Чеён волновалась за её здоровье. Они знали, что Ри хорошо проводит с ними время, а Лиса души в ней не чает, что они даже не решились ей рассказать о своём плане. Но стоило признать, что ребёнку нужны родители, ну или, как минимум, более ответственные взрослые для опеки.
— Не двигайся, — приказала парню Чеён, встав возле него, и стала лёгким касанием наносить гель на его шишку на затылке.
Он хотел было у неё спросить, когда она вообще успела взять тюбик геля, но увидел аптечку на диване, которую с того дня он так и не положил на своё место.
— Думаю, надо выбрить эту часть, чтобы легче было наносить гель, — задумчиво проговорила девушка, из-за чего Юнги резко вскочил на ноги.
Она издевательски рассмеялась, радуясь тому, что он всё ещё ведётся на её шуточки. А потом потянула его за футболку в сторону кровати. В голову парня опять приходили пошлые мысли, и он боялся, что они уже никогда его не покинут. Юнги уже готовил губы к долгожданному поцелую, но девушка одним ловким движением снимала с него футболку.
— А теперь этот кошмар на животе, — спокойно произнесла она, прекрасно зная, о чём он думал, и продолжала довольно улыбаться.
— Не надо, я сам, — Юнги попытался отобрать у подруги тюбик, так как совсем не готовился к тому, что она будет касаться его тела.
— Да если бы не я, ты и не знал бы, что в день три раза надо наносить гель, — Чеён усмехнулась и продолжила потуги коснуться пальцами парня.
Юнги скрестил руки на груди, старательно скрывая свою наготу, из-за которой уже начинал смущаться, и передвинулся подальше на кровати, не позволяя девушке к нему притронуться.
— Да и я знаю, что тебе только повод дай оставить этот синяк. Все мальчики любят похвастаться боевыми шрамами.
— Не смеши меня, Чеён, я ж не «все мальчики», — отвечал Юнги, чуть ли не умоляющим тоном, и начинал понимать, что это очередная игра девушки.
Поэтому когда она взобралась к нему кровать, продолжая угрожающе двигать пальцами, он резко пошёл в атаку и схватился обеими ладонями за её запястья. И прижав её спиной и руками к кровати, навис сверху, победно улыбаясь Пак в лицо.
Девушка ослабила пальцы, выпуская тюбик из рук, и уже перестала ухмыляться, так как совсем не ожидала подобного манёвра от стеснительного и неуверенного в себе друга. Юнги определённо нравилось взволнованность в глазах девушки, поэтому опустив голову, он наклонился, чтобы поцеловать её, но Чеён никогда не проигрывала.
Поэтому собрав все свои силы воедино, она перекатилась в бок, тем самым толкая парня с кровати на пол, и упала к нему на грудь.
— Теперь ты мой мальчик, — произнесла она перед тем, как крепко прижаться к его губам.
И Юнги совсем не был против того, что девушка опять одержала победу. Он совсем не чувствовал как запульсировала шишка на затылке, а упирающееся колено девушки в синяк у него на голом животе не причиняло никакой боли. Так как все мысли теперь были в совсем другом измерении, в котором он надеялся, что толстая ткань джинсов удачно скроет реакцию его тела на поглаживающие его нагую грудь пальцы Чеён.
— Ты опять... — в комнату резко вошла мать парня и застыла на пороге, не опуская ручку двери, — упал во сне... — медленно проговорила она, видя, как дочь её погибшей подруги сидит на её полуголом сыне и целуется с ним.
— О Господи, мама! — прокричал Юнги, одновременно смущаясь перед родительницей и злясь на то, что она прервала их в такой интимный момент.
Чеён быстро отсела в сторону, скрывая покрасневшее лицо в распущенных рыжих волосах, а Юнги пытался найти футболку, но вряд ли она теперь спасла бы его от неловкого разговора с матерью.
— Простите, простите, — затараторила женщина, не зная, куда спрятать взгляд. — Клянусь, что больше никогда не зайду в эту комнату без стука, — сказала она, ощущая себя виноватой перед сыном, хотя понимала, что не должна позволять детям так рано заниматься подобными вещами. — Вы только, пожалуйста, попросите меня сначала купить вам защиту, — добавила она и быстро вышла из комнаты, закрывая за собой дверь.
Женщина хотела быть современной матерью, ребёнок которой будет с ней делиться подобными желаниями, поэтому посчитала обязанным произнести последние слова.
— Это было безумно неловко, — Чеён решила первой нарушить пятиминутную тишину, в которую Юнги торопливо одевался и открывал окно в комнате.
— Надеюсь, у тебя не отпало желание заниматься сексом, пока не стукнет тридцать, а то у меня, кажется, да, — ответил Юнги, вдыхая ртом свежий воздух, и старался не смотреть на девушку.
— Наоборот, — усмехнулась она, и, когда парень повернулся к ней, чтобы окинуть вопросительным взглядом, Чеён прижалась к нему, крепко обнимая.
Юнги знал, что если девушка напросится сегодня остаться у него на ночь, он сразу согласится, а потом всю ночь не будет спать, но, к счастью, она и сама понимала, что после встречи с его матерью, стоит повременить с совместными ночёвками, даже ради общего дела. Они договорились продолжить завтра после школы.