7.
— Ну как спалось? — поинтересовалась Чеён, целуя парня в щёчку, и он с улыбкой отмахнулся от неё. — Не падал сегодня с кровати? — рассмеялась она и, увидев нахмуренный взгляд Юнги, побежала в сторону школы.
— Готовься, я сейчас буду тебя затыкать, — с игривой угрозой прокричал он, последовав за ней.
В здание школы зашли они, держась за руки, что, конечно же, не могло не привлечь внимание. И если Чеён уже третий день была на ушах у половины школы, то вчера и Юнги после конфликта в столовой сумел так же привлечь внимание большинства старшеклассников, одним словом усадив Чимина на место. Поэтому школьники не смогли оставить проигнорированным то, что между Пак и Мин происходит не простая дружба с детства.
Сначала Юнги не хотел сильно распространяться об их зародившихся отношениях, так как считал, что никто не имеет права вмешиваться в их дела, но Чеён была бы не Чеён, если в один миг не испортила бы все его планы, поцеловав парня прямо во дворе школы, а потом довольно улыбаться его надутой моське.
Поэтому у Юнги не оставалось выбора, как давать положительно ответы на вопрос одноклассников, встречается ли он с рыжей бестией. А также попросить их больше не называть её так, хоть и понимал, что его просьбу вряд ли кто-либо послушает. Но её-то они точно боялись, поэтому приходилось иногда пользоваться авторитетом своей девушки.
Словно неожиданный вихрь, девушка ворвалась в кабинет одиннадцатого класса, чуть не упав на повороте. И стала искать взглядом своего парня, но вместо этого встретилась с широкой грудью Чимина, который пытался загородить ей дорогу.
— Пошёл нахрен, придурок, — Чеён сильно толкнула парня, а тот лишь покачался на месте, решив напоследок поиграть с нервами девушки, раз она ему не досталась.
Но Пак сейчас было не шуток, так как произошло чрезвычайное положение, к которому они с Юнги совсем не подготовились.
— А то что? — усмехался Чимин, надеясь, что новоиспечённый бойфренд девушки ещё надолго задержится.
Парню совсем не хотелось связываться со своим одноклассником, уж слишком неприятны были ему жалкие взгляды, которые он вчера получил после того, как всему классу открылась больная для него рана.
— А то... иди нахрен, сказала! — крикнула Чеён, со всей силы ударив коленом парню между ног.
Её совсем не волновало, что они вполне вероятно лишила его наследства, и даже на секунду скривила довольную улыбку при виде сморщенного от боли красного лица Чимина, реально напоминая ей своим видом индюка.
— Чеён? — услышала она за своей спиной.
Девушка сразу подошла к парню, не давая ему времени насладиться зрелищем, и, схватив за ладонь, потащила в сторону выхода из здания школы.
— Нас спалили, Юнги, всё очень плохо, — тараторила она на ходу, но парень уже начинал догадываться, что могло произойти, поэтому даже не стал останавливать её.
Проигнорировав то, что они сейчас убегают из школы посреди учебного дня, они быстрым шагом выходили за ворота.
— Сначала должен сказать, что нас спалила мать, — произнёс он, тяжело дыша на ходу.
— Нет, я не про вчерашнее...
— Я тоже, — перебил он её. — Я только что говорил с ней по телефону. Она зашла в мою комнату, чтобы... ээ... ну чтобы оставить презервативы, — на этих словах он готов был провалиться сквозь землю, — и включила мой компьютер, чтобы... ээ... — Юнги мысленно молил небеса, что хотя бы на следующих словах он исчезнет и ему не придётся ей это говорить, — чтобы открыть для меня обучающие сексу видео...
— Что? — девушка резко остановилась на месте, явно не ожидая подобного воспитания от родительницы Мин, поэтому, опустив голову вниз, пыталась холодными ладонями остудить загоревшие от смущения щёки.
— Короче, она нашла недописанное мною объявление о пропавшей девочке, и теперь требует знать, кто это, — за раз протараторил он и, теперь сам стал тянуть Чеён в сторону их домов.
— Нас ещё спалили Манобан, — предупредила она парня, давая знать, что идти им в сторону их дома.
Чеён пыталась успокоить ревущую подругу, которая крепко обнимала девушку и пыталась как-то объяснить то, почему Ри сейчас сидит в гостиной в присутствии её родителей.
— После вчерашнего разговора с вами, мне очень захотелось выйти на улицу и с кем-нибудь поболтать. Я просто... просто... забыла крем от солнца. И не думала, что если позову нашего семейного врача, он позвонит сначала моим родителям, — бормотала Лиса в шею подруги, ощущая боль по коже, но понимала, что заслужила всё это. — Я не успела спрятать Ри, и мама увидела её, когда спустилась сюда.
— Это всё моя вина, — прошептала Чеён, настороженно посмотрев на парня, делающего круги по подвалу.
Девушка понимала желание тайки выйти в свет, поэтому совсем не винила её в этой оплошности и хотела поскорее отправить её наверх, чтобы врач осмотрел её кожу.
— Нет, — Лиса резко посмотрела на Пак, быстро покачав головой, — нет, нет, это не твоя вина.
— Не волнуйся, нас рано или поздно спалили бы, — утешал её Юнги, погладив по плечу, и хотел уже подняться наверх, так как волновался за девочку.
— Ага, благодаря тебе, — добавила Чеён, наконец, выразив свою реакцию на то, что теперь придётся ещё рассказать его матери про объявления.
Юнги знал, совсем неприлично будет заходить в гостиную чужого дома через дверь в подвал, но времени на формальности не было. Поэтому подойдя к чете Манобан, он вежливо поклонился им и взял Ри за маленькую ладошку, показывая, что он рядом. А когда вслед за ним появилась Чеён, они оба сели на диван и постепенно рассказали о том, кто эта девочка.
Юнги в первый раз виделся с родителями Лалисы, поэтому было очень неприятно, когда они сразу же попросили их позвать своих родителей. И если его мать примчалась к нужному дому чуть ли не в считанные секунды, Чеён всячески отказывалась звонить тёте.
Поэтому Юнги, прекрасно знающий, какие у неё отношения с родственницей, пытался взять всю вину на себя, которая, в принципе, и была изначально на нём. Обстановка в гостиной этого дома стала ещё более накаленной, когда они все сидели, а в отдалённом углу семейный врач ставил Лисе капельницу.
— Чем вы вообще думали? — первой тишину нарушила мать Юнги, понимая, что вчера поторопилась с мыслями о том, что хорошо справляется с воспитанием.
— Мы бы обязательно нашли ей хороший дом, — отвечал парень, совсем не веря в свои слова, так как до последнего не знал, что будет с Ри.
— Да, наш дом, — тихо подметила мать Лисы, которая злилась на её друзей за то, что её дочери пришлось им врать.
И хоть она смотрела на то, как та сидит с девочкой и широко улыбается, о чём-то разговаривая с ней, ей сложно было принять тот факт, что её дочери не хватает общения.
— Ты мог бы принести её к нам, — отвечала сыну женщина, осознавая, что им двигало чувство потерянности, которое он, скорей всего, ощущал во время своего проживания в приюте.
— Вы бы первым делом сообщили бы полиции, разве не так? — вмешалась Чеён, стараясь хоть как-то оправдать их совместный поступок, и не позволяла Юнги брать всю вину на себя.
Женщине пришлось неуверенно кивнуть, и, посмотрев на родителей Манобан, она увидела такой же взгляд, направленный на их дочь. Она не знала, какая у их дочери проблема, как и они не знали о том, что Юнги ей не родной, но, кажется, чувство родительской заботы у них было одинаковым, поэтому никто из них уже не посмел обвинить детей в сложившейся ситуации. И когда в гостиной повисла полная тишина, они услышали голос девочки.
— Магазин канцтоваров, — медленно, но отчётливо проговаривала Ри, широко улыбаясь на резко повернувшимся к ней взрослым.
Юнги первым подбежал к девочке, не веря своим ушам, но реакция других явно говорила, что ему это не померещилось.
— Она разговаривает! — восхитилась Лиса и даже немного расплакалась от счастья.
— Магазин канцтоваров, — повторяла Ри, что внушало Чеён недоверие. На вряд ли она услышала эту фразу в одном из мультиков, чтобы использовать в качестве своего первого слова. И словно в доказательство её догадкам, девочка продолжила говорить так, словно и не молчала, как немая: — Заходите в магазин канцтоваров на пятом этаже. Настарис! Настарис! — на этих словах она стала бегать по комнате и смеяться, что Лиса, подхватив её смех, стала хлопать в ладоши и, если бы не капельница, обязательно побежала бы вместе с ней.
Её родители уже не злились на дочь за то, что она прятала у них в подвале ребёнка, так как давно не видели её такой активной, понимая, насколько сильно та привыкла к незнакомой девчонке.
— Вы же говорили, что она немая, — пробормотала мать Юнги и, видя удивление в глазах Чеён, поняла, что они сами этого не ожидали.
— Магазин канцтоваров? — спрашивал Юнги, пытаясь сообразить, что девочка имеет в виду.
— Да, — Ри положительно ему кивнула и стала прыгать вокруг парня, кружа ему и так забитую мыслями голову. — Мама и папа там. Настари-и-ис, — протянула она, делая круги вокруг Лисы.
— Настарис! — Чеён резко вскочила на ноги, вспоминая, почему это непереводимое слово было для неё знакомым. — Магазин канцтоваров!
— Да, мы тоже это слышали, — ответил Юнги, подходя к ней, но радость в глазах девушки говорила, что у неё было прозрение.
— Магазин канцтоваров, — повторила она, рассмеявшись парню в лицо, и, совсем не стесняясь взрослых, крепко обняла его. — На пятом этаже торгового центра есть магазин канцтоваров, Юнги, — прошептала она, не выпуская из объятий. — Он называется «Настарис». Ты же нашёл её у «Ри Парка»? Там работают её родители, идиот ты недогадливый. Заходите в магазин канцтоваров на пятом этаже — эти слова звучат у них на входе.
— Дурацкий магазин канцтоваров, — проговорил он, рассмеявшись, и, обняв девушку в ответ, поднял, несколько раз покрутив по воздуху.
Взрослые определённо не понимали, что за сумасшедший дом сейчас творится у них в гостиной, но никому из них не хотелось сейчас это останавливать, даже несмотря на то, что они уже пообещали детям строгое наказание.
***
Возвращать девочку родителям они решили без взрослых, на что те долго отнекивались, но потом им пришлось согласиться, так как боялись, что они опять наломают дров. А Лисе удалось уговорить сделать это вечером, чтобы она так же смогла присутствовать.
— Ты уверена? — в который раз спрашивал девушку Юнги, так как всё ещё боялся, что девочка не просто так потерялась.
— За последний час Ри уже три раза просилась к маме, — напоминала ему Чеён и скривила девочке рожицу.
Она должна была сильно злиться на эту маленькую хитрюгу, которая за всю неделю не проронила ни слова, заставив всех считать себя немой.
— Мне кажется, она волшебная фея, — неожиданно проговорила Лиса, когда они поднимались в лифте на пятый этаж. — И её миссия заставить вас встречаться была успешно выполнена, поэтому она решила вернуться в родные края.
— Да, я фея, — Ри положительно кивнула девушке, заставляя её довольно рассмеяться.
Юнги удивлённо переглянулся с Чеён, понимая, что Лиса была в чём-то права, что даже немного его пугало. Ведь Ри сама его нашла в тот день, когда они в первый раз поссорились с девушкой. К концу вечера им пришлось помириться ради неё и в итоге даже в ссоре провести всю неделю вместе, опять же ради маленькой незнакомой девочки.
— Я не верю в мистику, — прошептала ему Чеён, уже зная, о чём тот успел подумать, но её настороженный взгляд говорил об обратном.
Когда дверцы лифта открылись, девочка взялась за их ладони и посмотрела на парня с девушкой снизу вверх. Лалиса первой вышла из кабинки и смелым шагом направилась на поиски того самого магазина канцтоваров. К её сожалению, поиски долго не длились, поэтому, обернувшись к друзьям, она кивнула им, прося разрешения зайти и всё самой объяснить. Те положительно кивнули, не веря, что уже пришло время прощаться с Ри. Девочка сама это понимала и грустно опустила голову.
Юнги сел на корточки, посмотрев на неё, а Чеён нагнулась и крепко обняла мелкую проказницу.
— Мы будем заходить к тебе, — пообещала она, даже не зная, как её родители вообще отреагируют на то, что они первым делом не обратились в полицию.
— Каждый день, — ответила девочка, вытирая капельки слёз в уголках глаз, и обняла Юнги, который сам готов был сейчас расплакаться.
Он думал, что она опять прилипнет к нему крепкой хваткой, и был совсем не против этого, но когда услышал, как сзади к ним бежит женщина, зовущая кого-то по имени Йери, понял, что пора.
— Спасибо, — прошептал он перед тем, как девочка побежала к матери.
— Её зовут Йери, — проговорила Чеён, смотря, как мать обнимает ребёнка, а следом за ней из магазина выбегает мужчина, который присоединяется к ним. — Думаю, мы всё-таки ошибались. Они её любят, и она их тоже.
— Да, — ответил он, поднимаясь на ноги, и продолжал смотреть на то, как спасшая его от толпы девочка воссоединяется с семьёй.
— Ладно тебе, сейчас расплачешься, как девчонка, — Чеён толкнула его плечом, и Юнги улыбнулся ей, взяв за ладонь.
Им определённо нужно было объясниться перед родителями, поэтому они подошли к Лисе, которая стояла у прилавка и вытирала слёзы. И пока тайка прощалась со своей, по её же словам, младшей сестрёнкой, которой всегда будут рады в её доме, Юнги и Чеён от своего имени объясняли родителям Йери, почему они не смогли сразу же найти их и причину, по которой они не обратились в полицию.
Юнги даже упомянул догадку Лису о том, что девочка появилась в их жизни ради определённой миссии, после чего получил лёгкий удар в бок от девушки. Но родители Йери отнеслись к ним с понимаем, поблагодарив их за заботу, так как видели, что девочка была привязана к троим подросткам. И хоть они всю неделю провели в поисках и изрядно перенервничали, они старались мыслить оптимистично.
А когда Чеён попыталась узнать причину, почему девочка неделю не говорила и случалось ли с ней подобное когда-либо, родители девочки честно не понимали, так как, по их словам, Йери — очень болтливый ребёнок.
Они, наверно, провели бы в этом магазине канцтоваров ещё один час, так как ни подростки, ни Йери никак не хотели прощаться. Но ожидающий в машине отец Лисы, который и без того скрепя сердце отпустил дочь, звал их обратно. И ребята, купив себе по молочному коктейлю, покинули торговый центр.
В дороге никто из них не решался что-либо сказать, так как без девочки в их компании ощущалась значимая пустота. И, когда господин Манобан довёз Мин и Пак до их двора, Лиса впервые не сказала им «До завтра», ведь и сама не знала, когда они опять встретятся вот так втроём.
Парень с девушкой сидели на качелях в игровой площадке их двора, где они и познакомились, и говорили о сегодняшнем дне. Им обоим влетело за то, что они ушли с уроков, но, к счастью, мать Юнги смогла оправдаться перед учителями за обоих детей.
Парень знал, что ему ещё предстоит обсудить всю ситуацию наедине с матерью, поэтому всячески пытался оттянуть момент возвращения домой. Да и ему хотелось ещё немного побыть рядом с девушкой, которая сильно сегодня вымоталась.
— Может, зайдёшь к нам? — неуверенно спросил он, когда часы стали показывать двенадцать ночи.
— Что, хочешь показать мне оставленные матерью презервативы? — ухмыльнулась Чеён, издеваясь над парнем.
— Как же много ты говоришь, — тяжело вздохнув, ответил он и поцеловал её в губы, не давая ей продолжить свои шуточки.
***
Через несколько дней привыкать к отсутствию Йери становилось проще, да и головы подростков уже были заняты другими вещами. Но они обещали себе, что в конце месяца обязательно навестят её в магазине канцтоваров.
Юнги сидел напротив девушки, уплетая в обе щёки свой обед, и видел, что у неё не было настроения. Завтра в школу должна вернуться Дженни, и что-то ему подсказывало, что между ней и Чеён ещё не всё решено. Парня это настораживало, ведь он боялся, что Ким наведёт весь класс против неё.
— Может, если ты извинишься, вы опять станете подругами? — предположил парень и с трудом проглотил кусок омлета, из-за злобного взгляда своей девушки, отрицательно отвечающим на его вопрос.
— Вообще-то, мы с ней никогда не были подругами, — недовольно буркнула она себе под нос, поражаясь аппетиту своего парня, так как ей самой совсем не хотелось есть из-за мыслей о том, что ей придётся в одиночку терпеть Дженни в классе.
— Да? Я думал, что только подружки обсуждают между собой парней, — ответил Юнги и на вопросительный взгляд девушки, продолжил: — Я знаю, что вы с ней говорили обо мне.
— И я сказала ей, чтобы Ким Джису не смела к тебе подходить! — сердитым тоном добавила Чеён, вспомнив тот самый разговор, и даже чуть приподнялась на месте, но быстро села обратно, когда поняла, что Юнги сейчас просто подшучивает над ней.
Пак и так старается незаметно следить за тем, чтобы Джису на переменах не общалась с её парнем, всячески отвлекая его внимание на себя.
Она даже не призналась ему, что единственная причина, по которой она поцеловала его посреди школьного двора, была в Джису, стоявшая тогда неподалеку от них. Чеён тем самым хотела показать старшекласснице, что этот парень принадлежит ей, а с рыжей бестией ни одна девушка не захочет связываться.
— Ого, — взгляд Юнги застыл на месте, — Пак Чеён, ты меня ревнуешь что ли? — предположил он, чувствуя, как горят уши от смущения.
— Да, — честно отвечала девушка, решив заранее предупредить парня, который и без её ответа уже догадывался, почему между Чеён и Дженни завязался конфликт. И хоть он не хотел бы быть причиной этому, но всё равно не смог скрыть своей улыбки от того, что сумел вызвать в девушке такую бурю.
На следующий день он решил самому сходить в класс к девушке, надеясь, не увидеть очередную девчачью драку после первого урока, но застыл на пороге. Причиной его удивления была не Дженни Ким, на которую даже Чеён не обращала внимания, а тайка, сидевшая рядом с его подругой.
— Лалиса Манобан, — громко позвал он девушку, не веря своим глазам, и зашёл в класс.
— Родители разрешили ей ходить в школу, — радостно произнесла Чеён, когда Юнги сел рядом с ними и широко улыбался тому, что теперь его девушка не будет одна в классе.
Краем глаза он заметил стоящую у окна Дженни, которая говорила со своими подругами, и мог уже не волноваться.
— Да, история с Йери заставила родителей по-другому реагировать. И когда я в очередной раз попросила их разрешить мне посещать школу, а я прошу их об этом каждую неделю, — навеселе говорила Манобан, своим звонким голосом и заливистым смехом привлекая внимание одноклассников, — они неожиданно сказали, что можно. Только мне теперь приходится всё время мазаться кремом от солнца и выходить на улицу только с зонтиком, — добавила она, но даже это не могло огорчить девушку.
— Если нужна будет помощь в нанесении крема — обращайся, — произнёс сидящий рядом одноклассник, который внимательно следил за новенькой, и двусмысленно подмигнул ей.
— Хорошо, — девушка положительно кивнула парню и, посмотрев на подругу, шепнула ей: — Так вот какие они, мальчики.
— Это не мальчик, это Ким Тэхён, — Чеён отрицательно покачала головой, надеясь, что блеск в глазах тайки не говорит о том, что она заинтересовалась им. — Эй, заткнись ты там, — безразлично бросила она Тэхёну в сторону, начиная продумывать план по защите подруги от хищных глаз мальчиков их школы.
Юнги заметил реакцию девушки, на что тихо рассмеялся и, взяв её за ладонь, еле слышно произнёс, чтобы только она смогла его услышать:
— Я обожаю тебя, Пак Чеён.