Игра Королей. Первый Том. Карта Джокера

  Перенесёмся в Фелицию. А конкретно в день перед планируемой атакой отряда из Курограда. Франц, информатор Феликса, но ныне уже неуверенный, что занимает прежний пост, двигался по пустым коридорам когда-то солнечного и дружелюбного за́мка. Больше в замке почти не осталось прислуги. Только он, Фелиция (младшая помощница Франца и пожалуй единственная, кто не вызывал у него в нынешнее время отвращения), и может быть в замке осталась ещё горстка слуг вроде поваров, горничных, охранников из Полиции "Счастья". Сегодняшним утром Франц не направлялся к королю Феликсу. Это было не бессмысленно, но кроме того потенциально опасно. В последний раз посещая его величество, Франц получил короткий разряд магической молнией. Явно он был больше похож на удар статического электричества, чем на настоящую молнию. Но Франц отчётливо видел перед глазами картины того, как много раз он становился свидетелем жестоких расправ, учиняемых Полицией "Счастья". Полномочия Полиции были очень велики́. Полиция могла использовать электрошокеры, носимые при них, в качестве "усмиряющего" фактора, а порой они использовали оружие серьёзнее, без суда и следствия расправляясь с любым, кто по их мнению противился новым порядкам в "солнечной" Фелиции. Они оказались хуже бандитов якудза¹ из реального мира, но новая политика Фелиции была слепа и глуха к призывам народа прекратить жестокость. Дворецкий Франц никак практически не мог повлиять на их деятельность. Они действуют от лица короля Феликса и контролировать их всех было просто невозможно. Задумавшись над этим однажды, Франц вдруг понял одну вещь. По кратким рассказам Курона о его доме, Франц понял, что все в Курограде действуют от лица председателя, то бишь короля треф, но при этом ничего подобного на памяти Франца в рассказах Курона не упоминалось, а в своих повествованиях тот был беспристрастен и объективен, рассказывая всё, как оно есть. При общении с Альфой время о времени они выдавали фразы по типу: "во имя нашего народа", "от лица нашего господина", "от лица всего народа Курограда" и многое другое. Он помнил, как Курон говорил:

"—Я прибыл, как посол от моего народа, говорю от его лица и лица товарища Куромаку. Моё имя Курон, я старший информатор товарища Куромаку, короля трефовой масти."

  Франца порой так и подмывало со страшной силой. Подмывало желание по окончании тяжёлого дня сесть за стол, достать листок и конверт, снова написать своему серому другу. Другу… Но теперь он понимал, что это не имеет смысла. Он предатель. Пусть явно Курон сам прекрасно понимал, почему это было сделано, ведь работа есть работа, но Франц не мог отделаться от мысли, что Курон отныне не будет тратить своё время, чтобы писать ответы или хотя бы читать его письма. Величественная легенда, знаменитый воин, беспощадный, но безоговорочно верный своему королю, потому скажут убить - убьёт, скажут стереть в порошок - сотрёт. И как уже Франц сказал, работа есть работа. Убивать врагов входит в рабочие обязанности старшего информатора. Что он непременно сделает, как не сомневался Франц. Именно таким он впервые предстал перед ним. Франц до этого самого момента никогда не видел в своём друге того "великого война", каковым его описывали. То, что его величали таковым было принято к сведению, но Франца только сейчас посетило осознание, что это значит. Курон - профессиональный убийца, которого ныне ничего не останавливает. "Если он получил приказ, то ни мольбы, ни просьбы, ни молитвы не спасут светлейшую Фелицию от его гнева. У нас нет тузов в рукаве. У нас нет настолько же великих войнов", — думал Франц. Но тут его посетила мысль: "Нет же. Был один. Был один, кто когда-то произвёл впечатление талантливого фехтовальщика". Но Франц даже удивился, что вспомнил о нём. Знаменитый спортсмен и воин - Феникс, названный по имени легендарной птицы Феникса, что известна способностью на смертном одре сжечь себя, переродиться, символизируя триумф жизни над смертью. Феникс - фехтовальщик шпаги. Но Франц тут же осёк себя: "Бесполезно. После объявления короля Феликса по изменению политики Фелиции, Феникса видели среди движения "Фелицийского Сопротивления". После учавствовал в крупном революционном движении, когда горожане попытались осадить замок. Он был там… Бился за отряды сопротивления… Ныне заключён в темницу по обвинению в государственной измене…" — повторил про себя Франц, — "но даже не будь он заключён в темницу, он ничего не сможет сделать против сильнейшего фехтовальщика в мире".

  Франц поднял голову к небу, стоя на балконе и глядя на то, как над Фелицией собирается гроза. Ночное небо стало ещё темнее. Вот так весь день он слонялся без дела, ощущая приближающуюся угрозу, но король Феликс пугал его гораздо больше, чем месть бывшего друга. Он ничего не сделал за сегодня. Да и неважно оно было. Он прекрасно понимал, что последнее восстание сильно ослабило Полицию "Счастья". Это была крупная стычка у стен замка, что привела к жертвам. Это было последней каплей. Франц не мог уйти от короля, будучи слишком верным своему королю, но и не желал более видеть страдания, что несёт Фелиция, начинающая потихоньку не столько бояться своего создателя, сколько поносить его самыми бранными выражениями, одним словом, на чём свет стоит.

   Уже наступила ночь. И гроза собирается над Фелицией. Франц поднимает голову к тёмному небу. Начинает люто выть волком ветер, предвещая ливень с грозой. Возможно, он будет хотя бы в половину так же силён, как тот шторм, что бушует в сердце принца-солнца. Как-то странно заворачиваются облака, а внутри этого чёрного моря роятся молнии звенящей стаеей. Информатор смотрит в центр урагана, стоя на самом высоком балконе замка, как будто сам зазывая бурю сюда. Тут в свете и рёве молний показался силуэт. Пусть он явился меж молний всего на какое-то мгновение, но Франц не мог списать на игру воображения фигуру в небе. Крылатое существо как будто принесло бурю на собственных крыльях. Мгновение и вновь этот силуэт засветился двигаясь на замок. И в этот раз Франц понял точно, что это вторжение. Но вместо предупреждения о нём, информатор лишь вознёс руки к небу, ловя уже непрерывный поток ливня и будто бы прося бурю не переставать трепать его одежду и волосы. Он чувствовал, как холодная вода закатывается в рукава, но игнорировал. Он сказал:
—Мы обречены… Я знаю, что ты здесь, дорогой друг. Просто закончи это поскорее, — и он был прав. На секунду информатор услышал короткое клацанье металла, перемешанное со взмахами огромных крыльев в потревоженном воздухе, находящемся во власти ветров и бури. А после обернулся и увидел, как в свете тусклых ламп из замка на балконе кроме него на балконе есть кто-то ещё. Он приземлился сюда абсолютно бесшумно, как будто филин, летающий бесшумно, атакующий внезапно. Одетый в кофейную полу-мантию в тон с формой, с серебряными наплечниками в рисунке знака треф, увенчанный фуражкой комиссар-паладин. В его руках властно над жизнью других блестит голодная катана Когеки. На спине - круглый щит со знаком треф, как герб рыцаря. Франц понял: "Он здесь. Они здесь, чтоб забрать своё. Господин трефовый король был прав. Фелиция сама себя сожрёт участвуя в бессмысленной войне. Они не враги… Они помогут нам переродиться, начать сначала. Так вы говорили, Феникс?" Неожиданно Курон обратился к нему, и его голос так легко перекричал шторм, что Францу показалось, будто сам шторм затих, позволяя информатору говорить, не надрываясь.
—Звал меня, принц-солнце? — сказал старший информатор в своей обычной манере, в которой Франц помнил его в последний их товарищеский разговор. Помолчав наконец Франц отважился ответить:
—Изо дня в день…
—Так зачем звал? — спросил информатор, не оборачиваясь. У него ещё есть время, чтобы поговорить. Немного поговорив с Куроми с глазу на глаз, Куроми убедила информатора поговорить с информатором Францем о случившемся. Теперь Курохико разбирается с полицией, будучи успешной в технике телекинеза и энергетических волн. Дакимакуро и Куроканши прямо сейчас направляются к Феликсу, а Куроми и Макуро отключили камеры, предоставляя возможность товарищам разгуливать по замку и городу не будучи замеченными камерами. Куроми прямо сейчас забрала Макуро и возвращается с ним к безопасному месту. Там есть ещё один член королевской гвардии, специально чтобы обеспечить безопасность Макуро, пока остальные разбираются со своими ролями. Можно было отправить на захват Фелиции и больше карт, но зачем, когда всё должно закончиться в одночасье и желательно малой кровью?
—Ты убьёшь меня? За то, что я сделал. Если да, то я даже пойму… — спросил Франц. Но когда он снова обернулся, заметил, что на балконе он один. А ещё проход заблокирован каменной стеной и теперь балкон ему никак не покинуть.
—Что? Он ушёл? — Франц тяжело вздохнул, осознавая, что это именно то, что следовало ожидать от старшего информатора. Он не то что письма читать, он даже слушать не будет.
—И теперь он запер меня на балконе, наедине со стихией. Забавно. Максимум, что произойдёт теперь - я заболею и умру. Он даже не будет пачкать свой клинок в моей крови, — в слух заметил Франц, медленно опускаясь на пол, облокотившись об стену:
—Он просто ушёл… — подумал Франц, не совсем понимая находит ли он это огорчающим, или же наоборот, он рад, что Курон сам избавил его от необходимости оправдываться. Но он ошибался. Курон не ушёл. На несколько секунд задержался за стеной, прекрасно слыша, что сказал информатор Франц. Но как бы то ни было, Курона не посетило желание освободить Франца. Запереть его на балконе в ливень было не садистской наклонностью Курона, скорее просто внезапным решением. Информатор снова отметил про себя, что его никогда не посещало чувство жалости к врагу или противнику при любых обстоятельствах. Теперь ему нужно быстрее присоединиться к группе захвата, чтобы убедиться, что всё пройдёт успешно. В лучшем случае они захватят Феликса во сне и драться не придётся, но как сразу же подумали они, это было бы слишком просто. Тем более, как сообщил им трефовый король, у Феликса невероятно хорошо развито чутьё на потенциальных врагов, как и у большинства правителей. Наиболее мощным чутьём из всех обладает Король Император Пик, как самый опытный боец, но чутьё Феликса тоже очень острое. Всё нужно будет делать очень быстро.

  Тем же временем Куроми оставила Макуро под надзор охранника, не забывая напомнить лишний раз, что если у них что-то случится, они могут через рацию связаться с ней и она поможет им по первому зову. Куроми поднялась в небо, которое разыгралось не на шутку. Лететь в такой шторм было бы опасно, лети она на старой версии Гарпии. Но эти крылья были мощнее. "У мастеров с каждым разом получается всё лучше и лучше. Они молодцы", — отметила про себя Куроми. Её печать не активна. Ведь сейчас её ящик находится у Курона. А это значит, она не сможет почувствовать Красного Джокера издалека и судя по всему она даже не заметит его до атаки. Без своей печати, которая как вы помните имеет форму глаза и располагается на лбу Куроми, она не сможет предсказывать его атаки, а значит действительно рискует погибнуть. И только сейчас это показалось такой потерей. Ливень хлестал по её крыльям и спине, а ветер так и норовил беспощадно швырять её в воздухе, но лишь смахнув мокрый локон волос с левой стороны лица, Куроми продолжала облетать город, кружа недалеко от замка специально, чтобы откликнуться на зов о помощи, если у команды захвата появятся проблемы. Сжимая руки в кулаки и готовясь в любой момент броситься в бой, она взглядыапдамь до боли в глазах и использовала команду zoom через каждые 5 секунд, чтобы высмотреть Джокера. Но тут как будто вокруг прошлась волна энергии и всё проибрело зеленоватый оттенок. Буря остановилась. Нет. Это как будто само время замерло. Капли ливня так и застыли в воздухе.
—Что? Что произошло? — спросила Куроми. Но ответ на вопрос тут же всплыл в сознании.
—Он схватил меня в ловушку!

  Куроми огляделась по сторонам. И город, и замок казалось были пусты.
—Это не другое измерение. Это просто иллюзия. Что же там говорил господин? Чтобы выбраться из иллюзий… — но не успела она это сказать, как тут на секунду как будто всё вернулось. Как будто запись убрали с паузы, но потом снова поставили.
—Грхм! Что это было? — спросила Куроми. В это мгновение, ей показалось, что она видела силуэт в шутовском наряде, который летел на неё сбоку, потому даже если сейчас она ничего не видит, она отклонилась назад, перестроив крылья так, чтобы был о отклониться назад, оттолкнувшись ими от воздуха. Таинственный противник всё равно ухитрился её задеть. Удар прошёлся по животу, но это была царапина, которая показывала, что он всё же промахнулся. Мгновение и снова Куроми как будто увидела настоящий мир краем глаза. Размыто, но эта тёмная фигура со сверкающими, будто фары, глазами бросилась на неё снова, выставив руки с длинными, худощявыми пальцами перед собой, будто орёл когти. Куроми не удалось уклониться. Нечто схватило её за плечи и с силой потащило прочь от замка. Он вцепился в её плечи с таким остервенением, что Куроми показалось, что эти длинные пальцы впиваются в её плоть через одежду. Боль вывела её из иллюзий всего на секунду. Ветер и ливень хлестали по её лицу, а Джокер, продолжающий тащить беспомощную Гарпию прочь от замка, прочь от её союзников, в темноту штормящего неба. Тут он замахнулся и с силой ударил лбом в лоб Куроми, разбивая её умные очки шлема в дребезги. В это мгновение ей удалось разглядеть лицо Джокера. Он… Смеялся… Ухмылялся беспомощности Куроми в этой ситуации. Но что более важно - Куроми столкнулась с ним взглядами. Лазурные глаза Джокера с узким, как у гадюки зрачками, впились в неё. И вдруг Куроми поняла, что видит перед глазами не только всю свою прожитую жизнь, но и то, чему вероятно было так и не суждено случится. Возвращение домой, где ждут убитые горем родители. Отец, мать, Элен. Втроём и такие счастливые. Впервые за последние несколько месяцев она видела так чётко их лица. Она не увидит их больше. Не увидит и своего брата. Прямо сейчас Джокер убьёт её. Эти иллюзии были слишком жестокими. Но он медлил.
—Никакой ты не Ястреб. Маленький птенец. Птенец, что так и не научился летать! — рявкнул он, вцепившись в крылья Куроми. Послышался хруст металла и короткое позвякивание электричества, вырвавшегося из проводов. Усилие Джокера и одно из крыльев оказывается сломано. Гибкий, но не такой прочный экспериментальный механизм ещё не предназначен для того, чтобы его так ломали в бою. В отместку Куроми с оставшимися силами вцепилась в горло Джокеру длинными стальными когтями. Тут же глотку Джокера стала заполнять изумрудная кровь. Она полилась из его рта, заливая рукава Куроми. Но та не разжигала когтей. Куроми продолжала сдавливать его шею, процедив сквозь зубы:
—Я не дам тебе зализать раны, клоун! — она знала, пока она держит его за шею и её когти погружены в его плоть, он не сможет регенерировать и остановить кровотечение. Тут он начал захлёбываться в собственной крови, потому отпустил её. Он раздал свою хватку и они начали падать. Теперь Куроми держала его за горло, продолжая рвать его плоть. В свете молний она видела, как его тело восстанавливает раны.
—Нельзя дать ему придти в себя! — поняла Куроми, — я разорву тебя!

  Тем же временем Курон, Куроканши и Дакимакуро пробираются по коридорам. Дакимакуро присоеденился только сейчас с докладом:
—Докладываю, Полиция "Счастья" выведена из строя. Стража отозвана и заперта в восточной башне. Персонал с ними. Замок пуст. Члены королевской гвардии во главе с Курохико сейчас держат их там. Всё происходит в соответствии с планом, — Куроканши ответил:
—Они справятся. Вперёд! — они перешли на бег. Покои короля Феликса, как и ожидаемо были особо отмечены. Белые двойные двери с изображением улыбающегося смайла. Курон вытащил из сумки на боку Ящик Пандоры и со вздохом отворил двери в тёмные покои. Дверь была открыта, что сразу насторожило "троих мушкетёров". Глаз на ящике мерцал в ритм, отвечая тусклым светом на шаги в темноту. Куроканши спросил:
—Где тут свет включается? — но тут из темноты блеснула молния и Куроканши получил по носу.
—Ауч! Больно же! — он отклонился назад, а молнии заблестели то тут то там. То у потолка, то у пола, то совсем рядом. Курон открыл ящик.
—Он здесь, — Дакимакуро начал приподниматься с пятки на носок, готовясь к забегу. Сражение не будет лёгкии. Резкий выпад и Дакимакуро нашёл выключатель. Свет зажёгся и они увидели, что Феликс даже не останавливался. Он будто мячик-попыгун отскакивал от стен, пола и потолка, постепенно увеличивая свою скорость. Дакимакуро пару раз дёрнул ногой и присел. Вокруг него заискрили тёмно-серые молнии.
—Товарищ Курон, какой план? — спросил он. Куроканши сказал:
—Товарищ Курон, нам нужно работать вместе, — Курон ответил:
—Я на то именно вас и взял, — он задумался, следя глазами, где хоть блеснёт молния, где хоть силуэт мелькнёт: "Итак. Нам нужно скоординировать действия. Нужны глаза Дакимакуро и его скорость. Но гоняться за валетом было бы пустой тратой времени. Пока я могу за ним уследить, но нельзя дать ему разогнаться до сверхзвуковой. Иначе там его даже Дакимакуро не достанет. Я могу предсказать его атаки, но я не вижу его самого так же как и Дакимакуро. Дакимакуро не может предсказать атаку как я, а Куроканши не может направлять Дакимакуро с помощью вектора, чтобы увеличить точность удара". Тут Курон вздохнул и закрыл глаза приказав другим:
—Товарищи, не думайте, — Куроканши ответил:
—Ага. Только сейчас, я нос вправлю. — раздался хруст и мычание:
—Мгх. Вот так нормально, — Курон вздохнул. Дакимакуро ответил:
—Товарищ Курон, вы уверены, что хотите использовать это? — Курон ответил:
—Отвергаешь - предлагай, — Дакимакуро смолк. Курон, приняв это за ответ, сказал:
—Хорошо. Тогда, как репетировали. Раз… — Куроканши спросил:
—Погодите! Надеюсь, вы помните, что произошло, когда мы репетировали? — Курон ответил:
—Я не забыл. Не соберёшься сейчас, мы все погибнем. Два…

"—А что вы делаете? — спросила Куроми, сидя на турнике шведской стенки для подтягиваний. Только она была сейчас убрана повыше и Куроми оттуда наблюдала за своими товарищами. Дела у них шли не ахти. Только что они пытались использовать какую-то технику, которая по словам Курона должна была на краткое время объединить их в нечто похожее на колониальный организм. Их мысли, идеи и даже способности станут общими. Это не позволяет общаться мысленно, но их воля станет общей. Каждое их действие перестанет мешать действиям других. Эту технику называют "Тандем". И как заметили в Курограде эта техника работает только между жителями Курограда. Какая-то странная ментальная связь. У этой техники есть множество условий. Во-первых, все участники тандема должны быть хорошо знакомы между собой, во-вторых, их цели должны абсолютно совпадать, в-третьих, количество участников тандема ограничено. И до сих пор удавалось создавать тандем только из двоих участников. Первый в истории военного искусства тандем был составлен двумя первыми солдатами Курограда: Курон и Куроку. Они обнаружили технику абсолютного тандем абсолютно случайно, но потом стали регулярно пользоваться им, несмотря на весьма негативные последствия для менее устойчивых участников. Техника тандема может иметь разную степень. В слабом его проявлении участников может быть и больше, но такой тандем практически бесполезен. То, чего хотят добиться наши герои - тяжело, а то и невозможно. Они пытались создать абсолютный тандем втроём: Дакимакуро, Куроканши и Курон. Но пока что получалось из рук вон плохо. Курон должен был выступать мозгом мини-колонии, которую они хотели создать. Дакимакуро - глаза и оружие. Именно он будет атакующим. Куроканши - оружие. Он должен сделать удар Дакимакуро сокрушающим, а ещё он должен придать недостающую скорость, которая необходима, когда речь идёт о поимке Жёлтой Молнии, червового валета. Ни Куроканши, ни Дакимакуро до этого никогда не учавствовали в тандеме. Потому последствия были соответствующие. Они только что экстренно прервали тандем в связи с тем, что что-то явно шло не так. Курон, сдерживая штормящее головокружение медленно опустился на одно колено, пытаясь не рухнуть. У него было ощущение, что его мозг только что чуть не разодрали на три части. Примерно то же самое сейчас чувствовали Куроканши и Дакимакуро. Но Куроканши к тому же чувствовал, что мало того, что его мана полностью закончилась, так нечто забравшее её искало в нём что-то ещё. Потому ему казалось, что его сейчас вывернет наизнанку и он выплюнет свои кишки наружу. Он оказался тем самым слабым звеном в их трио. А Дакимакуро лежал на боку, откашливался и тёр ступню сквозь ботинок. Он только что по милости товарища Куроканши врезался в стену вместо того чтобы приземлиться и оттолкнуться ногами. Дакимакуро показалось, что что-то в его ступне неодобрительно хрустнуло. На стене, к слову, сейчас красовалась круглая вмятина с которой осыпались камешки. Куроми видела, что это действительно больно.
—Парни, может передумаете? Мне на вас смотреть больно, — спросила Куроми. Курон откашлялся и сказал нарастающим в силе голосом:
—Без тандема нам не одолеть Феликса даже если ты поможешь нам, Куромико. Бог появится там и тебе нужно думать сейчас скорее о своей битве, чем о нас, — Куроми ответила, лёжа на турнике:
—Может быть. Однако, я не строю планов. Я действую по ситуации. Да и как мне не думать о вас? Вы же мои дорогие товарищи, — сказала она по-детски обиженным тоном. Курон снова откашлялся и сказал:
—Куроми, думай, как будешь драться с богом. На тебе наше главное прикрытие, — Куроми ответила:
—Я помню, вы что, сомневаетесь во мне, ваше высочество? — спросила она, перевернувшись и повиснув на турнике вниз головой на ногах, как летучая мышь, при этом демонстративно раскрыв свои крылья. Куроканши посмотрев на Куроми, подумал: "Чёрт. У неё задание так-то опаснее нашего. Но ведёт она себя уверенно. Я бы может и позволил себе валяться умирающим на земле, но не когда она рядом.". Куроми подтянулась и снова уселась на турнике, встретившись взглядами с капитаном гвардии. Куроми улыбнулась и подмигнула ему с коротким посылом: "Ты справишься". Он ответил:
—Ладно. Собрались, парни! — Курон поднялся на ноги и обратился к Дакимакуро, который тоже начал подниматься:
—Товарищ Дакимакуро, уверен, что можешь продолжать? — спросил он. Дакимакуро выровнялся и поправив очки с деловитым видом, обиженно сказал:
—Спрашиваете ещё? — он отряхнулся и сказал:
—Ещё раз!"

—… Два… — объявил Курон, — три! — тут же глаза троих засветились пятиконечными и звёздами.
—Вперёд! Дакимакуро!
—Понял, — ответил тот и сделал выпад в сторону стены. Он оказался на верном пути. Феликс оттолкнулся и как раз летел на то самое место, куда сейчас рванул Дакимакуро с ящиком в руках. Валет подумал: "Что? Откуда? Как он увидел меня? И почему он такой быстрый?" Но потом Феликс ухмыльнулся: "Всё в порядке. Он не такой же быстрый, как и я. Помнишь, Куромаку? Я самый быстрый, ты сам это сказал". Феликс резко развернулся и уже хотел было огреть посла по шее с ноги, но тут тот как-то неестественно резко упал на пол. Это был Куроканши. Он на секунду увеличил силу земной гравитации, действующей на Дакимакуро, чтобы спасти его от удара. Дакимакуро присел, готовясь снова взлететь в прыжке. Он оттолкнулся и взлетел вверх с неестественной скоростью. Пол под ним захрустел. Он взлетел и схватил Феликса за шею. Всё случилось в одно мгновение. Дакимакуро приложил ящик к Феликсу. "Что? Как он оказался так близко ко мне? Я… Не успел? Нет! Как это? Я и "не успел"? Как такое возможно? Как он оказался быстрее меня?!" Феликс оттолкнулся и мельком оглядел всех троих. Куроканши уже поджидал внизу, готовясь схватить Феликса. Он выставил руку. Феликс начал анализировать: "Так. Очкарик атакует. Почему только он? И почему Курон стоит на месте? Думает, что со мной разберутся эти двое? Нет, это на него не похоже". Он заметил звёзды в глазах всех троих: "Что за звёзды? Что это значит? Они объединились, чтобы одолеть меня? Но они же не переговариваются. Как они предсказали мои движения?" Валет извернулся в воздухе и ударил Куроканши ногой. Тот отлетел назад. Феликс приземлился и отпрыгнул к стене, но заметил, что Дакимакуро уже спешит туда. Ящик в его руке затягивает даже свет в комнате в чёрную бездну. "Курон не сводил с меня глаз всё это время? Наверное, это он направляет очкарика. Ну конечно! Но каким образом. Он не даёт ему команд. Ладно, не важно", — Феликс с разворота ударил Дакимакуро. Пусть тот и заблокировал удар, но его обросило плечом к стене.
—Всего-то 7-ка. Небольшая проблема. — сообщил Феликс, обращаясь к Курону. Он понял: "Он направляющий. Разберусь с ним и эти двое разорвут связку".
—Зря ты не умер в Пиковой Империи! — сказал Диктатор. Тот молчал. Лишь метнул взгляд в сторону Куроканши, который уже поднялся. Феликс совершил ошибку. Чтобы ударить Дакимакуро, Феликс остановился. А это и было нужно, чтобы Курон мог прицелиться.
—Гравитация, — сказал Курон, выполнив жест. Тут же валета прибило к земле. Дакимакуро поднялся и подошёл к валета, который теперь не мог поднять и пальца лёжа на животе.
—Грх! Вы обманули меня! — завыл Диктатор. Курон присел рядом с ним:
—Может быть. Но мы победили, — сказал он. Феликс взглянул в глаз информатора, отчётливо видя светящиеся пятиконечные звёзды.
—Ненавижу тебя… — сказал валет и для Феликса всё провалилось во мрак Ящика Пандоры - самого тёмного из измерений. Трое вздохнули и их глаза погасли. Курон снова откашлялся и сказал, хлопнув в ладоши:
—Дело сделано, джентльмены, — сразу же после этих слов, Куроканши и Дакимакуро рухнули на пол, корчась, как и на репетиции. Куроканши сказал:
—Наконец-то! Теперь я могу упасть в обморок! — но Курон ответил:
—Если плохо, оставайтесь здесь. Я получил тревожный сигнал от Штормовой Гарпии. Кажется у неё всё не так хорошо, — Дакимакуро проскулил, потирая ноги:
—Ничего страшного. Это Куроми. Она и не из такого выбиралась, — Курон смерил посла строгим взглядом:
—Ей нужно помочь. Связь с ней прервана, — тут же Куроканши поднялся:
—Что?! Что случилось? Она в порядке? — Курон ответил:
—Не уверен. Это мы и должны проверить. За мной.

  Группа покинула замок, постоянно поглядывая на небо. Но не успели они выйти за ворота, как они заметили, что через открытые ворота ковыляет фигура. Прихрамывает на обе ноги, за спиной тянутся будто мантия повреждённые крылья. Одежда изорвана и вся в крови. Не только в её крови. В руке она сжимает обломанное перо, острое, как бритва и предназначенное, как дополнительный кинжал, тоже всё в зелёной крови. Но что больше всего пугало - её рот и лицо были в этой крови. Трое застыли в ужасе глядя на Куроми. Ящик исчез. Куроми опустилась на колени и рухнула на мокрую землю не в силах больше передвигаться. Куроканши первым вышел из оцепенения.
—Товарищ Куроми! — он подбежал и сел рядом. Куроми была в сознании и услышав его голос попыталась приподнялся. Он помог ей сесть. Курон опустился рядом и коротко спросил:
—Где он? — Куроканши спросил:
—Это действительно единственное, что вас сейчас интересует? Она еле дышит! — Курон ответил:
—Это ещё не показатель близости смерти, когда речь идёт о Куромико. Её не так легко убить. Мне нужно знать не решит ли добить нас, если мы сейчас обратимся к врачу. Мы будем уязвимы, — Куроканши сглотнул ком в горле вместе со своим ответом. Но в ответ Куроми ответила еле шевеля губами:
—Он… Сбежал… — Куроми рукавом утёрла рот и хрипло хохотнула с горькой усмешкой:
—Он, собака, сломал все мои ножи. Я почти разорвала его… Я пыталась его добить. Я, чёрт возьми, зубами вцепилась ему в глотку, — Куроканши с Дакимакуро переглянулись, хваля небеса за то, что не могут этого представить. Теперь то, что её лицо было измазано в зелёной крови было объяснимо.
—Я откусила ему часть шеи и съела, когда он решил, что ему достаточно, он приложил меня об землю и сбежал… — тут трое солдат заметили, что по её щекам текут слёзы:
—Моих сил оказалось не достаточно… Я дала ему уйти… — Курон тяжело вздохнул и ответил, кладя руку на плечо Куроми:
—Не смей говорить, что этого было не достаточно. Ты прогнала его прочь. Мы бы сейчас не смогли биться с ним. Ты молодец, ты справилась со своей задачей, — Куроми только сплюнула в сторону порцию зелёной крови и ответила хрипло:
—Спасибо…

(1 Яку́дза — форма организованной преступности в Японии, группировки которой занимают лидирующее положение в криминальном мире страны. В литературе и прессе якудза или её отдельные группировки нередко называют «японской мафией»)