On Her Majesty's Secret Service | h.s. [rus]

На следующий день я просыпаюсь от того же самого оглушительного свиста. И снова я вскакиваю и хватаюсь за нож, прежде чем осознаю, где нахожусь. Нет никакой необходимости в оружии.

Я ещё не постирала свой спортивный костюм, поэтому спала в другой одежде для тренировок, которую с собой взяла. И снова я готова начинать, прежде чем кто-нибудь ещё встанет с постели. Я пробегаю пять кругов, и генерал приказывает мне подождать в спортивном зале, пока закончат другие новобранцы. Мне пришлось прождать двадцать минут, прежде чем ко мне вернулись остальные. Конечно, последним вошёл Гарри.

— Сегодня мы тренируем боевую подготовку, — информирует нас Генерал Сандерс. Я чувствую лёгкий намёк на беспокойство, проникающий в мой мозг. Все испытания я прошла на ура, но я прекрасно знаю, что бой – не моя сильная сторона. В Оксфорде было немного занятий, где у меня была возможность по-настоящему потренироваться. Очевидно, что у меня нет никакого реального жизненного опыта – я не часто начинаю драки вне соревнования. Это значит, что у меня есть слабое место. Слабое место, которое сейчас будет проверено.

Конечно, за эти годы я выучила несколько приёмов, но не уверена, что знаю достаточно, чтобы противостоять некоторым из этих людей. Они большие, и у меня возникает такое чувство, что некоторые из них часто участвовали в боях.

— Первыми идут, Сара и Мак, — зовёт генерал. Мои глаза на долю секунды расширяются от шока. Я не знала, что девушки и парни будут драться друг с другом. Задача кажется сложной, но я знаю, что она служит определённой цели. Когда я стану настоящим агентом, у людей, пытающихся меня убить, не будет никаких гендерных предпочтений. Я должна знать, как победить и мужчин, и женщин.

Сара и Мак выходят на ринг. Остальные наблюдают за происходящим со стороны. Я сжимаю руки вместе и резко их потираю – нервная привычка.

Сара наносит удар, но Мак быстро делает выпад и хватает её за талию, придавливая к земле. Она дёргает ногами, пытаясь замахнуться, но вскоре его рука обвивается вокруг её шеи, и она стучит рукой по мату. Это едва заняло у Мака тридцать секунд, и я чувствую, что знаю не намного больше, чем Сара. Это плохо кончится.

Ещё три пары выходят на ринг. К счастью, меня поставили с Викторией, а не с Адамом или одним из других четырёх парней, кроме Мака. Драться с Гарри было бы немыслимо, а остальные трое, хотя я ещё не запомнила их имён, довольно крутые ребята.

Мы с Викторией выходим на ринг. Я отстраняюсь от неё и пытаюсь изменить свою позицию, как меня учили в Оксфорде. Я поднимаю руки вверх в защите, готовая блокировать любые приближающиеся удары. Я жду некоторое время, но удар сбоку, который Виктория наносит в течение доли секунды, является для меня полной неожиданностью. Моё колено подгибается, и я вскрикиваю от боли, но прежде, чем она успевает схватить меня с воздуха, я откатываюсь в сторону и наношу ей сильный удар в живот.

Я слышу, как Виктория издает хриплый звук – очевидно, из неё выбили весь воздух. Я пытаюсь встать на ноги, но она выставляет ногу и подставляет мне подножку. Я приземляюсь на задницу и всё, что успеваю сделать, – это вытянуть руки перед собой, прежде чем она набросится.

Она зажимает мои колени ногами и затем наносит прямой удар в челюсть. У меня начинает звенеть в ушах, а зрение затуманивается. Не успеваю я опомниться, как её рука уже держит меня за шею и сжимает так крепко, что мне кажется, я сейчас взорвусь. Я стучу по земле, прежде чем потерять сознание.

Я слышу, как Виктория хихикает, когда встаёт и покидает ринг, но я не упускаю из виду, как она хромает и поглаживает свой живот, куда я её ударила. По крайней мере, я нанесла один солидный удар.

Я поднимаюсь с пола ринга, стыдливо опустив голову. Теперь другие новобранцы знают, что есть кое-что, в чём они могут меня побить. И когда они побеждают меня в этом конкретном занятии, мне больно. Очень.

Я прихрамываю к краю ринга, и Гарри оказывается рядом с одним из безымянных парней. Хотя незнакомец для меня, должно быть, всего на дюйм ниже Гарри ростом, поединок, кажется, заканчивается в мгновение ока. Я не совсем понимаю, что происходит, но вижу, как Гарри вытягивает руку, затем ногу, а затем он борется с другим парнем на земле. Он хватает парня за горло, и жертва Гарри мгновенно стучит рукой. То, что заняло у Мака тридцать секунд, занимает у Гарри пять.

Мои глаза расширяются, и впервые с тех пор, как я его встретила, я чувствую, что немного его боюсь. Сомневаюсь, что он начал бы со мной драться, но если бы он это сделал, то я наверное была бы мертва. Я громко сглатываю, но пытаюсь не показывать своего удивления. Где, чёрт возьми, он научился так драться?

Рукопашные бои продолжаются. К моему ужасу, впереди у каждого ещё по две схватки. Во второй раз я спаррингуюсь с Адамом, который надо мной возвышается. Хотя сначала я наношу ему сильные удары по почкам и носу, он с чистой силой меня поднимает и швыряет на землю. Я не могу двигаться около тридцати секунд, так как шок от удара меня парализует.

В следующий раз я стою в паре с Ислой. Я вижу чувство вины в её глазах, когда мы начинаем, но знаю, что она не будет сдерживаться. Я её не виню. Если бы у меня были правильные навыки, я бы тоже не стала их преуменьшать. Опять же, всё сводится к чистому размеру. Мне удаётся забраться ей на спину и обхватить рукой за шею, но она так высока, что легко поднимает меня с пола, переворачивает и снова швыряет на землю. Если мои рёбра еще не сломаны, они будут сломаны через несколько дней.

Во 2-ой и 3-ей схватках Гарри не требуется много времени, чтобы победить своих противников. Адам держится около десяти секунд, а Мак, как ни странно, около пятнадцати. И всё же никто не может сравниться с Гарри.

Когда нас отпускают обедать, я, как всегда, в плохом настроении. Мало того, что я была унижена перед всеми новобранцами, так ещё и Гарри фактически победил меня на этом тесте. Как, чёрт возьми, я могу стать агентом, если даже не умею драться? Я думала, что мои навыки были в норме, но я явно ошибалась.

Так что я не удерживаюсь от унылого вздоха в свой суп, ложкой отправляя его в рот. Моя голова низко опущена, и я сижу неподвижно. Я боюсь того, что увижу, когда разденусь. Конечно, моя кожа больше не одного цвета.

— Не унывай, Рози. Всё станет лучше. Тебе просто нужна практика, — Сара пытается меня успокоить. Всё, что я позволяю, – это угрюмый взгляд и самое благодарное гудение, которое могу выдавить. По какой-то причине тот факт, что Гарри меня победил, стал самым тяжёлым ударом. Даже те синяки, что украшают моё тело не могут сравниться с болью, которую я испытываю, проигрывая ему.

Проходит час, и нас снова вызывают для тестирования. Моё тело болит, как всегда, но я не могу позволить себе проявить слабость. Генерал Сандерс уже видел, что я достаточно провалилась во время боевой подготовки. Ему больше не нужно видеть, как я терплю неудачу.

Он ведёт нас в общую комнату и идёт через дверь, которую я раньше не замечала. Она всегда была закрыта и так хорошо сливалась со стеной, что я даже не подозревала о её существовании. Мы все одиннадцать проходим по короткому коридору и попадаем в огромный зал. В самом центре находится бассейн олимпийского размера. Сбоку я вижу дверь в раздевалку.

— Мы проверяем, как вы умеете плавать. Соберите всё необходимое, переоденьтесь и будьте готовы через пять минут, — Генерал Сандерс даёт указания. Никто из нас не колеблясь подчинился и бросился обратно через общую комнату в спальню, чтобы забрать свои вещи. Я хватаю свой сплошной купальник и полотенце, прежде чем приготовиться.

Конечно, последним, кто пришёл переодетым и готовым к плаванию, был Гарри, хотя на этот раз его самоуверенное поведение, кажется, исчезло. Скорее всего, он опаздывает, потому что нервничает. Я никогда не видела, чтобы Гарри нервничал. Я знаю его всего ‪три дня‬, но за это короткое время мне стало казаться, что Гарри просто не может нервничать. Очевидно, что я ошибалась.

Но я не испытываю к нему жалости. Вместо этого я мысленно ухмыляюсь, радуясь, что Гарри может разделить мои страдания. Не знаю точно, что у него за проблема с бассейном, но я чертовски уверена, что это не настолько важно, чтобы выяснять причину. Может быть, он утонет – теперь это будет просто удовольствием.

— Всем в воду. Выберите дорожку. Каждый пять бассейнов (Прим. перев.: 250 м), — командует генерал. Все немедленно подчиняются, хотя Гарри предпочитает идти к краю воды, а не бежать вместе с остальными. Я решаю отвлечься от темы странного поведения Гарри и сосредоточиться на текущей задаче.

Как только все оказываются в бассейне, я слышу фирменный свист генерала, а затем плыву быстрее, чем когда-либо прежде. Я даже не замечаю, как проходит время, пока двигаю руками и ногами на пределе своих возможностей. Новые синяки начинают формироваться по всему моему телу от ожогов боевой подготовки, но я игнорирую боль.

Довольно скоро я закончила свою дистанцию. Я выныриваю на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, и обнаруживаю, что я первая, кто добрался до финиша. Во мне снова вспыхивает маленький луч надежды. По крайней мере, я всё ещё могу выйти на первое место в одном из сегодняшних тестов. Я с любопытством наблюдаю, как все остальные плещутся к финишу через пару секунд после меня. Единственный аутсайдер остаётся на другой стороне бассейна, ему предстоит проплыть ещё пятьдесят метров. Не думала, что кто-то может плыть так медленно, но, похоже, Гарри совершил невозможное.

Мне приходится сдерживать смех, когда он приходит к финишу на целую минуту позже всех остальных. Я не совсем понимаю, в чём его проблема с водой, но благодарна ему за это. Ему нужно было сбить несколько колышков после его побед во время боя ранее.

Потом мы тренируем задержку дыхания. Я делаю всё, что в моих силах, и всплываю на поверхность предпоследней. Каким-то образом одному из неизвестных парней удаётся вывести меня из игры. Я напоминаю себе, что задержка дыхания – это навык, который я могу улучшить, и твержу себе, что в конце тренировки смогу продержаться дольше всех. Тем не менее, я не могу сосредоточиться на своей неудаче надолго, так как замечаю, что Гарри едва удерживает голову под водой на 10 секунд.

В то время как остальные из нас укладываются в минуту, даже полторы, я думаю, что личный рекорд Гарри составляет около двенадцати секунд. Этот факт меня ободряет. Несмотря на то, что я проиграла безымянному парню, я не чувствую себя полностью опустошённой.

Прошло ещё полчаса, прежде чем мы вышли из бассейна и обсохли, переодевшись в свою одежду. Генерал Сандерс сообщает, что на сегодня мы закончили.

События водной тренировки всё ещё свежи в моей памяти, я забываю о своём раннем неудачном бою. Полная неудача Гарри подняла мне настроение.

Когда приходит время, все уходят в столовую ужинать. Я ем и довольно разговариваю с Ислой и Сарой. Я не была в таком хорошем настроении с самого первого дня пребывания здесь.

— Что это на тебя нашло? — Сара с сомнением спрашивает.

— Просто у меня был хороший день, вот и всё, — сообщаю я. Исла и Сара с сомнением переглядываются.

— Даже после того, как тебя избили сегодня утром? Ты выглядела так, словно была готова убить Сандерса, — замечает Исла.

— Ладно... я хорошо провела день, — признаю я. Я бы не назвала своё утро обязательно «хорошим».

— Значит, ты любишь плавать?

— Ага! — восклицаю я, и на моём лице появляется широкая улыбка. Я съедаю остатки риса, и через час Исла, Сара и я возвращаемся в спальню. Некоторые тоже уже здесь, в том числе и Мак. Входя, я одариваю его дружеской улыбкой, и он отвечает мне тем же. Я решаю, что посижу с ним.

— Ещё раз привет, — восклицаю я, уверенно подходя и присаживаясь на край кровати Мака. Он выглядит удивлённым моей самоуверенностью, но достаточно приветлив.

— Похоже, ты сегодня в лучшем настроении, чем вчера, — хихикает он, оглядывая меня с головы до ног. Я смеюсь вместе с ним, и теперь, когда мы сидим так близко, я действительно могу рассмотреть его черты. У него светло-русые волосы, короткие и зачёсанные назад со лба, а глаза сияют ярко-синим цветом, которого я никогда раньше не видела.

— Знаешь, Сара и Исла сказали то же самое.

— Ну, теперь ты должна сказать мне, почему, — настаивает Мак. Я не совсем уверена, уместно ли говорить другим новобранцам, почему я в таком хорошем настроении.

— Хороший день, — я пожимаю плечами, пытаясь скрыть ухмылку, когда вспоминаю расстроенное выражение лица Гарри.

— Не очень-то понятно.

— Я правда не могу тебе сказать. Это же секрет, — заговорщически шепчу я, прежде чем снова разразиться смехом. Мак поднимает брови, но не продолжает допрос.

— Ну, какова бы ни была причина, тебе идёт.

— Что идёт?

— Улыбка, — беспечно заявляет Мак. Я не могу остановить румянец, заливающий мои щёки, и отвожу взгляд.

— Тебе тоже, — отвечаю я, пытаясь хоть немного разрядить напряжение. Я, мягко говоря, сбита с толку, но, может быть, это и к лучшему. В конце концов, я не чувствую полного отвращения к комментарию Мака. Конечно, так и было, если бы Гарри сказал это, но Мак – совсем другое дело.

Мы с Маком немного посидели и поговорили, но через час мне нужно было воспользоваться ванной комнатой. Я выхожу из спальни и направляюсь прямо туда. Закончив свои дела, я выхожу из кабинки и иду мыть руки. У другой раковины чуть ниже стоит Гарри. Его руки погружены под воду, и я не знаю, что на меня находит. Моё хорошее настроение только улучшилось благодаря разговору с Маком и тот факт, что ещё один человек, по-видимому, на моей стороне, даёт мне заряд уверенности. Так что я не удерживаюсь от того, чтобы заговорить.

— Осторожнее, Гарри, там слишком много воды. Если ты не будешь аккуратен, то можешь утонуть, — поддразниваю я его, пытаясь скрыть улыбку. После всех его грубых комментариев, большинство из которых я, конечно, даже не слышала, мне приятно над ним пошутить.

Вместо того чтобы отпустить какое-нибудь ехидное замечание в ответ, Гарри выключает воду и хлопает ладонью по столешнице. Раздаётся звук удара кожи о металл, и я не могу поверить, что Гарри не кричит от боли. Я подпрыгиваю от шума, и моё сердце начинает бешено биться.

— Не смей так со мной разговаривать, — Гарри закипает, выражение в его глазах тёмное и опасное. Я шокирована его реакцией, но вместо страха, я просто чувствую больше злости. Кто он такой, чёрт возьми, чтобы указывать мне, что говорить, а что – нет, когда он сам трепет каждому новобранцу о том, как сильно меня ненавидит?

— Значит, ты можешь смеяться надо мной, а я нет? — обвиняю я, уперев руки в бока и подняв брови. По тому, как Гарри делает паузу, я могу сказать, что он удивлён, что у меня хватило смелости ответить. Вскоре это удивление сменяется гневом.

— Да, вполне, — говорит он холодно, его тон полон отвращения. Я усмехаюсь и смотрю, как он отступает в душ в нескольких футах от меня. Он закрывает дверь кабинки, но я знаю, что он всё ещё меня слышит.

— Не забудь свой надувной круг, придурок! Не хотелось бы, чтобы со всей этой водой случилось что-нибудь плохое! — кричу я, прежде чем выскочить из комнаты. Я ухожу прежде, чем Гарри успевает ответить.

Моё хорошее настроение испарилось. В чем, чёрт возьми, его проблема? Знаю, что дразнила его, но он слишком остро отреагировал. Я не могу поверить, что он настолько груб. Как он мог так со мной разговаривать, не говоря уже о ком-то другом?

Я плюхаюсь на кровать и без лишних слов натягиваю на себя одеяло. Я даже сейчас не в настроении разговаривать с Маком. Я уже переоделась в свою тренировочную одежду на завтра, просто на всякий случай, и поэтому пытаюсь мгновенно заснуть. К моему ужасу, я слишком зла, чтобы сразу же отключиться. Тихая болтовня других новобранцев, смешанная с биением моего сердца, не даёт мне уснуть.

Я приоткрываю глаза и вижу, как Гарри входит в спальню. Я отворачиваюсь к нему спиной. Не могу поверить, что мне приходится спать с ним в одной комнате. Не могу поверить, что мне придётся провести ещё два месяца с кем-то настолько отвратительным. Надеюсь, он скоро вылетит из программы. Если нет, то я не знаю, как мне выжить.