Дьявольское пламя [18+]

Рикардо

Я стою у окна детской, глядя, как рассвет медленно окрашивает небо над садом в розовый и золотой. В руках чашка кофе, уже остывшая, потому что я забыл о ней минут десять назад. Всё моё внимание приковано к кроватке, где спит наш сын. Маленький Маттео.
Ему четыре месяца.
Четыре месяца крошечных пальчиков, которые вцепляются в мою рубашку так сильно, будто он уже знает: папа никуда не денется. Четыре месяца ночей, когда я хожу по комнате кругами, покачивая его на руках, потому что он плачет только тогда, когда хочет именно меня. Четыре месяца, когда я понимаю: вот оно то самое чувство, о котором я раньше думал, что оно для других.
Адриана спит в нашей спальне. Устала после ночного кормления. Я специально унёс сына в детскую, чтобы она хоть немного отдохнула. Она всё равно проснётся через час, материнский инстинкт сильнее любого будильника.
Я подхожу к кроватке, наклоняюсь.
Он лежит на спине, кулачки сжаты у щёк, губы чуть приоткрыты. Тёмные ресницы, как у матери. Зелёные глаза как у меня. А подбородок... упрямый, как у деда.
Я касаюсь его щеки кончиком пальца осторожно, будто он может разбиться.
Он вздыхает во сне.
И я улыбаюсь глупо, широко, как идиот.
Год назад я думал, что достиг максимума счастья: Адриана сказала «да» у алтаря, отец обнял меня без слов, дед плакал в платок, Иза родила свою принцессу.
Я ошибался.
Это было только начало.
Теперь у нас есть он.
Маленький человек, который уже перевернул мою жизнь с ног на голову. Он заставляет меня вставать в три ночи, но я не злюсь я благодарен. Он кричит так, что уши закладывает, но я готов слушать это вечно. Он смотрит на меня и улыбается беззубым ртом и я готов отдать за эту улыбку всё, что у меня есть.
Я сажусь в кресло-качалку рядом с кроваткой.
Смотрю на сына и думаю:
«Если бы кто-то сказал мне пять лет назад, что я буду вот так сидеть в пять утра и просто смотреть, как спит мой ребёнок... я бы рассмеялся ему в лицо.
А теперь я сижу. И мне это нравится больше всего на свете».
Дверь тихо скрипнула.
Адриана вошла босиком, в моей футболке, волосы растрёпаны, глаза сонные, но счастливые.
— Не спит? — прошептала она.
— Он только что зевнул. Это было... эпично.
Она подошла, села ко мне на колени, обняла за шею. Я прижал её к себе, уткнулся носом в её волосы.
— Ты счастлив? — спросила она тихо.
— Больше, чем думал, что умею.
Она поцеловала меня медленно, нежно, как в нашу первую ночь.
— Тогда всё правильно.
Мы сидели так втроём.
Она, я и наш сын, который спал, не подозревая, что стал центром всего нашего мира.
Я посмотрел на Адриану.
На кольцо на её пальце, то самое, которое я надел ей. На её живот уже плоский, но ещё помнящий, как носил нашего мальчика. На кроватку.
И понял окончательно: всё, через что мы прошли ненависть, бегство, кровь, страх, прощение, всё это было нужно.
Чтобы прийти сюда.
В этот момент.
В эту комнату.
К этому ребёнку.
Я поцеловал Адриану в висок.
— Черт ты даже не предстваляешь как я благтдарен судьбе— прошептал я.
— Да? За что именно?
— За то, что ты выбрала меня. За то, что не убежала навсегда. За него — киваю на кроватку.
Она улыбнулась той улыбкой, от которой у меня до сих пор сердце пропускает удар.
— Спасибо тебе. За то, что нашёл меня.
Я прижал её ближе.
Сын шевельнулся во сне, тихо вздохнул.
И я знал: это не конец истории.
Это только её продолжение.
Самое лучшее.
Потому что теперь у меня есть всё.
Любовь.
Семья.
Сын.
И женщина, которая сделала меня лучше, чем я когда-либо мечтал быть.
Я закрыл глаза.
И впервые в жизни почувствовал, что мне больше ничего не нужно.
Потому что всё уже здесь.
С нами.
Навсегда.

Адриана

Я просыпаюсь от того, что солнечный луч пробирается сквозь жалюзи и ложится прямо на лицо. Первое, что чувствую теплое дыхание сына у моей груди. Он уже не спит, просто лежит тихо, сосёт кулачок и смотрит на меня огромными зелёными глазами точь-в-точь как у отца. Только взгляд у него ещё совсем детский, доверчивый, беззащитный.
Я целую его в макушку волосы мягкие, чуть вьющиеся, пахнут детским шампунем и молоком.
— Доброе утро, мой маленький, — шепчу я, хотя знаю, что он меня не понимает. Но всё равно говорю. Каждый день говорю. Потому что боюсь, что если перестану, то забуду, как это быть мамой.
Рик уже встал слышу, как внизу на кухне работает кофемашина. Он всегда встаёт первым, когда Маттео просыпается ночью, всегда берёт его на руки и ходит по дому кругами, пока я пытаюсь досмотреть сон. Говорит, что хочет, чтобы я высыпалась. А сам потом ходит весь день с тёмными кругами под глазами и всё равно улыбается, когда видит нас.
Я поднимаюсь, беру сына на руки. Он сразу прижимается ко мне, издаёт тот самый звук смесь вздоха и довольного урчания. Я прижимаю его к себе и иду вниз.
Рик стоит у плиты, в одной футболке и спортивных штанах, волосы растрёпаны, на щеке след от подушки. Он оборачивается, видит нас и лицо его меняется.
Всегда меняется.
Как будто каждый раз заново влюбляется.
— Доброе утро, — говорит он тихо, подходит, целует сначала меня — долго, нежно, потом сына в лобик. — Как спали?
— Он почти всю ночь проспал. Только два раза просыпался.
— Молодец, мужик, — Рик гладит сына по спинке. — Уже тренируешься быть как папа крепко спать, когда мама рядом.
Я смеюсь тихо.
— Ты опять кофе не допил?
Он смотрит на чашку на столе, уже холодная.
— Забыл. Смотрел, как он спит. Не смог оторваться.
Мы молчим какое-то время просто сидим. Солнце поднимается выше, в доме пахнет кофе, свежим хлебом и детской присыпкой. Обычное утро.
Самое обычное на свете. А я думаю: как странно всё сложилось.
Год назад я ещё боялась, что этот дом слишком большой, слишком пустой, слишком «не наш».
А теперь он полон.
Полон нас.
Полон смеха сына, когда Рик подбрасывает его в воздух. Полон моих слёз, когда я ночью думаю, что могла потерять всё это. Полон тихих поцелуев Рика в мою шею, когда он думает, что я сплю.
Я смотрю на мужа он сейчас дурачится с сыном, строит рожицы, а сын улыбается так, что слюни текут.
— Рик...
Он поворачивается ко мне.
— Что, любимая?
— Мы справились, да? — шепчу я.
— Мы не просто справились, — отвечает он тихо. — Мы выиграли.
Я закрываю глаза. И понимаю: да.
Мы выиграли.
Потому что любовь — это не сказка.
Это ежедневный выбор.
Это ночи без сна, это слёзы, это смех до слёз, это страх потерять и радость находить снова и снова.
И это всё — у нас.
Здесь.
Сейчас.
Я открываю глаза, смотрю на Рика.
— Я люблю тебя.
Он улыбается — той самой улыбкой, от которой всё началось.
— И я тебя. Всегда.
И я знаю: это не конец.
Это только начало.
Нашей настоящей жизни.
С ним.
С нашим сыном.
С нами.
Навсегда.

______________________________

Тадааааммм да да да это именно то что вы подумали, ваш блудный автор со своим волшебным редактором добавили эпилог к истории Рика и Адрианы, хоть и не большой. Надеюсь эта варсия вам понравится больше, потому что в ней больше чувств, драйва, любви и секса.

Люблю вас, ваш блудный автор, очень надеюсь что порадую вас очень скоро.

Будет еще бонусна глава, не переключаем.