24 глава
Утро после того вечера на пирсе встретило Диану не солнечными лучами, а странным, звенящим внутренним спокойствием. Она проснулась до будильника, и первое, что почувствовала, — это легкая, почти детская улыбка на своих губах. Память о вчерашнем поцелуе была свежа и реальна, как запах моря за окном.
Она лежала и смотрела в потолок, прокручивая в голове каждую секунду, каждое слово, каждый взгляд. Его рука на ее щеке, его неуверенность, сменившаяся решимостью, его тихое «вот черт, Гозылева». От этих воспоминаний по телу разливалось тепло.
Милена еще спала, разметавшись на кровати и улыбаясь во сне. Видимо, ее свидание тоже прошло более чем успешно. Алиса мирно посапывала на соседней кровати. Все было мирно и совершенно.
Но по мере того как лагерь просыпался и привычные звуки — шаги в коридоре, голоса, хлопанье дверей — нарушали утреннюю тишину, в ее идеальный мир начали закрадываться первые ростки беспокойства. А что, если он пожалеет? Что, если утро принесет не вчерашней нежности, а возвращение к старой, колючей маске? Что, если этот поцелуй был для него минутной слабостью, о которой он предпочтет забыть?
Она старалась гнать от себя эти мысли, но они упрямо лезли в голову, отравляя радость.
За завтраком она старалась вести себя как обычно — смеяться шуткам Алисы, поддакивать восторженному отчету Милены о вчерашней прогулке с Антоном («Он такой начитанный, Дикс! И оказывается, обожает старые комедии! Мы полчаса говорили про «Операцию «Ы»!»). Но ее взгляд то и дело непроизвольно скользил к двери столовой.
Он вошел одним из последних. С ним были Игорь и Антон. Антон сиял, как новогодняя елка, и при виде Милены покраснел и заулыбался. Игорь что-то оживленно рассказывал, жестикулируя.
А Рома... Рома был обычным. Нет, не колючим и не мрачным. Он был таким, каким стал в последние дни — спокойным, немного отстраненным. Он посмотрел в их сторону, его взгляд скользнул по Диане, задержался на ней на долю секунды дольше, чем на других, и он кивнул. Обычно, нейтрально. Как соседу по столу. И прошел дальше, к своему привычному месту.
Ледышка страха тронулась у Дианы в груди и начала медленно таять, сменяясь легким недоумением. Неужели это все? Кивок? После вчерашнего?
Милена, заметившая этот беглый взгляд, подмигнула Диане.
— Видала? Кивнул. Это у него как признание в любви. Не жди от него сонетов под окном.
Диана попыталась улыбнуться в ответ, но внутри все защемило. Ей не нужны были сонеты. Но ей нужно было что-то. Хоть какой-то знак. Взгляд, улыбка, наконец! Что-то, что подтвердило бы, что вчера было не сном.
Но знаков не поступало. Завтрак прошел, как обычно. Они вышли из столовой. Рома с друзьями пошли в одну сторону, они — в другую. Он не обернулся.
Тревога снова начала подниматься в ее душе, холодной и липкой. Может, он правда пожалел? Может, ему стало стыдно за свою слабость? Может, для него это была просто случайность, не стоящая внимания?
Она пыталась убедить себя, что это просто его способ — быть сдержанным, не выставлять чувства напоказ. Но голос сомнения шептал: а если нет? Если ты все неправильно поняла?
Тренировка в бассейне прошла впустую. Она механически выполняла указания тренера, ее мысли были далеко. Она то и дело смотрела на дверь, не ожидая, но надеясь его увидеть. Но он не пришел. Вчера он пришел. Сегодня — нет.
После тренировки, когда они с подругами шли обратно в корпус, они столкнулись с ними нос к носу у самого входа. Игорь что-то громко доказывал Антону, а Рома шел чуть сзади, уткнувшись в телефон.
Игорь, увидев их, сразу же оживился.
— О, наши прекрасные дамы! Как поживаете? Готовы к новым подвигам?
Антон смущенно улыбнулся Милене, и они сразу же отошли в сторону, погрузившись в свой собственный, только им понятный разговор.
Диана и Рома остались стоять друг напротив друга. Воздух натянулся, как струна.
— Привет, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал естественно.
— Привет, — ответил он, поднимая на нее глаза от телефона. Его лицо было невозмутимым.
Завязался неловкий разговор Игоря и Алисы о предстоящем футбольном матче, но Диана его почти не слышала. Она смотрела на Рому, пытаясь поймать его взгляд, найти в его глазах хоть каплю вчерашнего. Но он упорно смотрел куда-то мимо нее, на стену, на небо, на проходящих мимо ребят.
Ее сердце сжималось все сильнее. Это было хуже, чем его злость. Это было безразличие. Пустота.
Вдруг его телефон завибрировал. Он взглянул на экран и нахмурился.
— Мне надо, — бросил он, обращаясь скорее к Игорю, чем к ней. — Дела. — И, не глядя на Диану, развернулся и зашагал прочь.
Она стояла как вкопанная, чувствуя, как по щекам разливается жар обиды и разочарования. Он просто ушел. Даже не взглянув на нее.
— Не обращай внимания, — похлопала ее по плечу Алиса, закончив разговор с Игорем. — У него, наверное, и правда срочное дело. С директором там или что-то еще.
— Да, конечно, — ответила Диана.
Но внутри она уже не верила. Дело? Или просто удобный предлог избежать разговора? Избежать ее?
Весь день прошел в этом странном, тягучем напряжении. Она видела его еще пару раз — на обеде, где он снова ограничился кивком, и на футбольном поле, где он играл с каким-то ожесточенным, не свойственным ему упорством, словно вымещая на мяче какую-то злость.
Он явно избегал ее. Не грубо, не открыто, но очень четко. Не давая ни единого шанса заговорить с ним наедине.
К вечеру Диана уже почти убедила себя, что совершила огромную ошибку. Что она все придумала, все неправильно истолковала. Что его поцелуй был минутной слабостью, о которой он теперь горько сожалеет.
Она сидела на своей кровати и смотрела в окно на темнеющее небо. Вчерашняя эйфория окончательно сменилась тяжелым, тоскливым камнем на душе.
Вдруг в дверь постучали. Алиса, сидевшая напротив, вскочила и открыла.
На пороге стоял Антон. Он выглядел взволнованным и немного растерянным.
— Привет, — сказал он, заглядывая в комнату. — Милена тут?
— Нет, она ушла в столовую, что-то помочь нести, — ответила Алиса. — Что-то случилось?
Антон переступил с ноги на ногу.
— Э-э-э... нет. Просто... передай ей, что я ее искал. — Он сделал шаг назад, чтобы уйти, но потом его взгляд упал на Диану. Он заметил ее подавленный вид и задержался. — Диана? Ты в порядке?
Она попыталась улыбнуться.
— Да, все хорошо.
Антон помолчал, потом вошел в комнату и прикрыл за собой дверь.
— Это... это насчет Ромы, да? — тихо спросил он.
Диана опустила глаза. Алиса внимательно смотрела на них обоих.
— Он сегодня какой-то... странный, — пробормотала Диана.
Антон вздохнул.
— Он не странный. Он... он просто Рома. — Он подошел ближе и сел на край кровати напротив. — Слушай, он мне ничего не говорил, понимаешь? Но я его знаю. Он не пожалел. Совсем наоборот.
— Тогда почему он меня избегает? — вырвалось у Дианы, и в ее голосе прозвучала вся накопившаяся боль.
— Потому что он напуган, — просто сказал Антон. — Ему страшнее, чем когда-либо. Раньше он контролировал все. Свои эмоции, ситуацию, тебя... А теперь он этого контроля лишился. Он не знает, что делать дальше. Как себя вести. Он боится сделать что-то не так и все испортить.
Диана смотрела на него, и камень на душе понемногу начинал таять.
— Правда?
— Клянусь, — Антон улыбнулся. — Он сегодня весь день как на иголках. Ходит, бубнит что-то себе под нос. На Игоря огрызается. На футболе чуть не подрался... Это классическое поведение Ромы, когда он не знает, как справиться с чувствами. Он не избегает тебя. Он избегает себя.
Эти слова прозвучали так искренне и так точно объясняли все его странное поведение, что Диане стало почти смешно от собственной глупости. Как она могла не понять? Как она могла подумать, что он пожалел?
— Спасибо, Антон, — прошептала она. — Я... я не подумала об этом.
— Он придет в себя, — заверил он ее. — Дай ему немного времени. Он просто должен сам во всем разобраться. — Он встал. — Я пойду, maybe найду Милену.
Он ушел, оставив ее одну с Алисой.
— Ну что, — сказала Алиса. — Немного полегчало?
— Да, — улыбнулась Диана, и на этот раз улыбка была настоящей. — Гораздо.
Она поняла, что их история — это не романтическая комедия, где после поцелуя сразу наступает хеппи-энд. Их история — это реальная жизнь. Со всеми ее сложностями, неловкостями и страхами. И ему, такому сильному внешне, было так же страшно, как и ей. Maybe даже страшнее.
Она решила дать ему время. Не лезть к нему, не требовать объяснений. Просто ждать. И верить.
Перед сном она вышла на балкон. Ночь была такой же ясной, как и вчерашняя. Она посмотрела в сторону мужского корпуса и улыбнулась.
Где-то там он сейчас боролся сам с собой. Ругался. Искал ответы. И, может , думал о ней.
Она не была больше напугана или обижена. Она была спокойна. Потому что знала — это всего лишь очередной этап. Этап, который они обязательно пройдут. Вместе.
И когда она легла спать, то была уверена, что завтра будет новый день. И он принесет что-то новое. Может не признание в любви и не цветы. Но какой-нибудь другой, маленький шаг. И она была готова его ждать.
тгк фининки