Тени между словами
Утро в Хогвартсе выдалось на удивление спокойным.
Гермиона проснулась от лёгкого стука дождя по окну. Серое небо казалось задумчивым, и в этой тишине что-то тревожило её изнутри. После разговора с Джинни вчера она так и не смогла до конца понять, что с Драко происходит. Он не злился, не избегал её, но... стал другим. Словно между ними встал тонкий, почти невидимый барьер.
Она долго стояла у зеркала, поправляя воротничок, потом взяла сумку и тихо вышла.
На лестнице столкнулась с ним.
Драко стоял у стены, облокотившись на перила, как будто ждал именно её. Его глаза, светло-серые и холодные, в этот раз были спокойными — слишком спокойными.
— Доброе утро, — сказала она с мягкой улыбкой.
Он посмотрел на неё, и уголки его губ дрогнули.
— Доброе, Грейнджер.
Она нахмурилась:
— Снова Грейнджер?
Драко приподнял бровь и чуть усмехнулся.
— Привычка. Не обижайся.
Он протянул ей руку, и, как ни странно, всё снова стало будто прежним. Он шёл рядом, говорил, шутил о погоде и уроках, тихо повторял, что она — единственная, кто делает его дни светлее. Но за всем этим Гермиона чувствовала что-то чужое, неуловимое. Как будто он старался слишком сильно, чтобы казаться нормальным.
⸻
В Большом зале они вошли вместе.
Драко отпустил её руку, но перед тем, как разойтись к своим столам, чуть наклонился к ней и прошептал:
— Не думай ни о чём. Я рядом.
Его слова будто должны были успокоить, но наоборот — заставили сердце сжаться.
Она присела к Гарри и Рону, поприветствовала их, начала наливать себе чай. И вдруг заметила — за столом Слизерина Драко резко встал, его лицо напряглось. Напротив стоял Блейз. Они говорили тихо, но жесты, выражение лиц, движение губ — всё выдавало спор.
Блейз что-то резко сказал, Драко сжал кулаки.
Несколько студентов обернулись, но через минуту Забини просто оттолкнул стул и вышел из зала. Драко остался стоять, стиснув челюсти, потом тоже сел, глядя в пустоту.
Гермиона замерла.
Что это было?..
Разговор:
Студенты уже начинали завтракать, и воздух был наполнен звуками чашек, разговоров и смеха. Но для Драко Малфоя мир будто замедлился. Он сидел за столом Слизерина, держа в руках нож и вилку, но едва коснулся еды. Его взгляд постоянно скользил к Блейзу, который сидел напротив, облокотившись на стол и явно настроенный на разговор.
— Драко... — начал Блейз тихо, так чтобы слова донеслись и до соседних слизеринцев. — Ты же понимаешь, что рано или поздно тебе придётся выбрать: семья или... то, что твоё сердце хочет.
Драко резко вскинул голову, глаза сверкнули.
— Ты опять начинаешь со своими моральными лекциями? — голос дрожащий, сдержанный гневом. — Я знаю, что ожидает меня отец. И что?
— А Гермиона? — не отступал Блейз, наклоняясь ближе. — Ты собираешься втянуть её в это? Она не принадлежит твоему миру, Драко!
Драко почувствовал, как тепло поднимается к лицу. С одной стороны — гнев на Блейза, с другой — болезненная правда.
— Я не собираюсь делать ей больно! — резко сказал он, хватаясь за край стола. — Но она... она моя. И я не позволю никому решать за меня.
— Ты слишком наивен, Малфой! — почти закричал Блейз, и некоторые студенты обернулись. — Ты не можешь просто игнорировать всё, что ждёт тебя! Ты наследник Люциуса Малфоя! И рано или поздно придётся стать Пожирателем!
Драко сжал зубы. Внутри всё горело.
— И что мне теперь, Блейз? Разрушить всё ради чёрного будущего? Я не хочу терять её! — его голос дрожал, но слова были твёрды.
Блейз откинулся назад, устало выдохнув.
— Ты выберешь либо семью, либо любовь. И это тебе придётся понять очень скоро.
Драко смотрел на него с обидой и злостью, ощущая, как кровь закипает в жилах.
— Не смей угрожать ей. Не смей говорить, что я её потеряю.
— Я не угрожаю. Я предупреждаю! — ответил Блейз, голос стал чуть мягче, но в нём звучала тревога. — Потому что если ты ошибёшься... — он замялся, глядя вокруг, — то не только ты пострадаешь.
На лице Драко мелькнула смесь злости и страха. Он оперся локтями на стол, кулаки сжаты. В голове бурлили мысли: «Как я могу быть сильным и любить её одновременно? Как быть Малфоем и не предать её?»
Несколько слизеринцев наблюдали молча, ощущая напряжение, а Гарри и Рон, сидящие за своим столом, переглянулись, заметив, что спор становится личным.
Драко резко поднялся, стукнув кулаком по столу.
— Я выберу её. Я выберу то, что хочу сам!
Блейз нахмурился, взгляд смягчился, но серьёзность осталась.
— Тогда готовься, Малфой. Потому что мир, в который ты входишь, не прощает слабости.
Драко молча сел, сжав руки в кулаки под столом, сердце колотилось, но внутри он знал: он уже сделал свой выбор.
⸻
После завтрака был урок зельеварения.
Северус Снегг, как всегда, хмуро осматривал учеников, а в подземельях пахло дымом, травами и чем-то едким. Гермиона, зайдя одной из первых, машинально поискала взглядом Драко. Он уже сидел — на том же месте, где они обычно варили зелья вдвоём.
Он поднял на неё глаза.
— Будем вместе варить? — спросил тихо.
Она кивнула, села рядом.
Работали молча. Только редкий звон ножа о доску, шёпот пузырящегося котла и мягкий шелест страниц учебника.
Иногда их пальцы случайно соприкасались, и тогда Гермиона ловила на себе его взгляд — нежный, но какой-то далёкий. Не тот, к которому она привыкла.
Когда урок закончился, и профессор Снегг отпустил их, Драко коротко коснулся её руки:
— Я найду тебя после. Хорошо?
Она улыбнулась.
— Конечно.
Он ушёл первым. А Гермиона, собирая вещи, вдруг заметила в коридоре Блейза. Он стоял у стены, разговаривал с кем-то из слизеринцев, но при виде её замолчал и отвернулся.
Она глубоко вздохнула, решившись.
Подошла.
— Блейз, можно тебя на минуту?
Он обернулся.
В его взгляде мелькнуло что-то настороженное, даже усталое.
— Что?
— Я видела, вы сегодня с Драко спорили, — тихо сказала она. — Что случилось? Он не хочет говорить, но я вижу, что-то не так.
Блейз сжал губы, словно боролся с самим собой. Потом коротко ответил:
— Это не твоё дело, Гермиона.
Она опешила.
— Что?
— Просто... не вмешивайся. — Голос его стал резким. — Поверь, так будет лучше.
Он развернулся и пошёл по коридору, не обернувшись.
Гермиона осталась стоять, стиснув книги. В груди кольнуло — не от злости, а от боли. Она ведь просто хотела помочь.
Блейз, уходя, на секунду остановился у лестницы и тихо выдохнул. Его глаза потускнели, губы дрогнули.
— Прости, — прошептал он, но слишком тихо, чтобы она услышала.
⸻
Вечером Драко пришёл за ней.
Он был в светлом свитере, волосы чуть растрепаны, но в глазах — то самое тепло, которое Гермиона знала и любила.
— Пойдём прогуляемся? — предложил он.
Они вышли из замка. Снег уже начал падать — лёгкий, искрящийся. Под их шагами он мягко хрустел.
Они молчали, но молчание было добрым. И только у замерзшего озера Драко остановился, повернулся к ней и взял за руки.
— Знаешь, — начал он тихо, — иногда всё вокруг кажется таким... сложным. Но потом я смотрю на тебя — и понимаю, что ради этого можно пройти через всё.
Он провёл пальцами по её щеке.
— Ты — единственная, кто мне нужен, Гермиона. Всегда.
Она посмотрела в его глаза — и впервые за день почувствовала, что в них снова тот Драко, которого она знала. Без тени, без лжи. Просто он.
Она улыбнулась, коснулась его щеки ладонью.
— Я с тобой.
Драко притянул её ближе, и их губы встретились — мягко, спокойно, как будто время остановилось. Ветер трепал её волосы, снег падал на их плечи, но им было всё равно. Только они двое, где-то между дыханием и сердцем.
Когда они отстранились, Гермиона прижалась к нему, слушая, как ровно бьётся его сердце.
Драко наклонился, поцеловал её в лоб и тихо произнёс:
— Я не отпущу тебя. Никогда.
⸻
Позже, когда они вернулись в замок, Гермиона всё ещё чувствовала лёгкую грусть из-за странности утренних событий. Но рядом с ним всё это будто растворялось.
Она не знала, что скрывал Блейз, не знала, что случилось после встречи Драко с отцом, — но чувствовала, что буря ещё впереди.
—————