Глава 8 Сереброцвет.
Солнечные лучи танцевали по комнате, то и дело заглядывая в глаза Кахрата. Жмурясь и попытавшись укутаться с головой под одеяло, он почувствовал, что ему что‑то помешало. С трудом оторвав голову от мягкой подушки и прищурив глаз, Кахрат обнаружил, что на углу кровати сидит Дарина и, мило улыбаясь, смотрит на него.
— С добрым утром, эрма’ал.
С трудом оторвавшись от тёплой постели и сев на кровать, зевая и протирая заспанное лицо рукой.
— И тебя с во’ам ураан.
Дарина посмотрела на него, покраснела и быстро отвела взгляд.
— Оденься, — смущённо пробубнила она.
— Я так‑то спал.
— Вот именно! А я сижу и жду тебя тут уже три утры.
Она, надув губки, вновь посмотрела на него своими изумрудными глазами, но, опомнившись, спрятала лицо за прядями волос и встала.
— Я пошла завтракать, а ты одевайся и тоже выходи.
Дарина спрыгнула с кровати и лёгкой походкой вышла из комнаты.
Кахрат улыбнулся и тихо посмеялся, натягивая тунику. Одевшись и заправив кровать, он вышел в зал.
Оглядевшись, он заметил Дарину, сидящую в компании Эрвиса с красным отёкшим лицом, державшегося за голову, туго перевязанную лентой.
— Доброго утра, старейшина. Как вы себя чувствуете? — подойдя к столу, поинтересовался Кахрат.
— Да перебрал он вчера. Доброе утро, — вмешался в разговор Логральф. — Ваш завтрак.
— Не кричи ты так, и так голова раскалывается.
— А я вам говорила, что не надо так налегать.
— Нахлынули воспоминания, что я мог поделать.
Логральф промолчал, возвращаясь к стойке. Дарина лишь вздохнула, а Кахрат понимающе покачал головой:
— Да. Порой нам одиночкам. Просто не остаётся другого. –Подчеркнул он в голове.
— Когда вы отправляетесь?
— Сейчас позавтракаем и будем отправляться.
– В таком случае. Да благословят Хо’оры ваш путь. Пойду я, вопрос у кузнеца решать.
— Спасибо вам. За всё.
— Спасибо, дядюшка Эрвис! — воскликнула Дарина, вставая из‑за стола и обнимая старейшину.
— Да не за что. Берегите себя.
Он в последний раз посмотрел на Кахрата и Дарину намокшими глазами и пошёл на выход.
— А почему именно на север? — обратилась Дарина уже к Кахрату.
— Скоро обо всём узнаешь. Пойдём.
Он встал, махнул на прощание Логральфу, и вместе они вышли из таверны.
На улице было прохладное утро шестого дира луры, последних лучей. Дарина поёжилась:
— Вот и сезон жёлтого дождя подходит к концу.
— Ага. Ну что, ты готова?
— Да! На встречу северу?
— Да, пойдём.
Они шли вдоль оживлённой улочки. Селяне мели около своих домов, конопатили стены, готовясь к предстоящему сезону холодной земли. Никто, как будто, не замечал их.
— Вот хорошо, можно будет тихо и спокойно…
Не успел закончить мысль Кахрат, как сзади кто‑то вцепился в подол его плаща. Обернувшись и посмотрев вниз, он обнаружил, что это Элинда.
— Вы уже уходите, дяденька?
Она глядела на него тоскливым взглядом.
Встав на одно колено, Кахрат потрепал её за волосы:
— Так нужно. Возможно, когда‑нибудь мы ещё встретимся.
— Обещаешь?
— Нет. К сожалению, нет.
Её глазки наполнились слезами. В этот момент подбежала Ванка и подхватила её на руки.
— Прости, Карат…
— Ничего страшного, — перебил её Кахрат. — Нам пора, так что мы пойдём.
— Да‑да, конечно. Счастливой дороги.
Кахрат и Дарина кивнули и направились дальше.
– зачем обещать то что врятли сбудется. -Гонял мысли по голове Казрат.
На краю деревни рос большой сереброцвет: листья которого имели причудливую форму капел, а в лур ранних цветов на нём распускались цветы серебристого цвета. Под его кроной стоял привязанный конь.
— Какой красавец. Прям под стать тебе, — Дарина подошла ближе и, гладя шею коня, кокетливо посмотрела на Кахрата. — Как его зовут?
— Ворон.
Подойдя ближе, он подхватил её за тонкую талию и посадил перед седлом.
— Ты готова?
Она утвердительно кивнула. И, прыгнув в седло, Кахрат пришпорил Ворона направив его в путь.
Ворон мчался по залитым солнцем полям с уже пожухшей травой. Ветер бил в лицо. Дарина крепко держалась за Кахрата, прижимаясь к его груди.
— Куда мы так спешим?
— Надо успеть попасть в город до темноты.
— Понятно.
Она слегка поёжилась. Замедлив Ворона, Кахрат снял с себя плащ и накинул его на Дарину.
— А что ты мне сказал там, в комнате, утром?
— Просто пожелал доброго утра, — он мило улыбнулся.
— А почему ты решил взять меня с собой?
— За тобой ведь гоняется орден, так?
Дарина на секунду задумалась.
— Да, гоняется. А причём тут они?
— Они и за мной охотятся. Вот я и решил, что вместе нам будет безопаснее и легче справляться…
Между ними повисла пауза, ритм которой отбивал стук копыт Ворона. Первым её прервал Кахрат:
— Ты ведь лесная эльфийка?
— А ты глазастый. Да, моя бабушка, и мама, и папа были лесными эльфами. Одними из последних…
— А что ты мне сказала, когда я уходил из деревни в прошлый раз?
Она хитро улыбнулась и нежно провела рукой по его щеке, от чего он вздрогнул:
— Придёт время — и узнаешь. А почему орден гоняется за тобой?
— Да так, перешёл им дорогу по незнанию.
— Да ты прямо мастер находить неприятности.
— Этого мне не занимать, к слову об этом.
Дарина подняла вопросительный взгляд и похлопала ресницами.
— Когда был в Ливендуре, я ходил в подземелье, где меня и отделали. Там был сумеречник, который что‑то сказал. И, как мне кажется, это был язык лесных эльфов.
— А что он сказал?
— Хм, вроде: «Мэор лааэр иэ инарэо. Мэор лааэр рэиа».
Дарина на мгновение задумалась.
— Да, это наш язык. А ты хорошо запомнил фразу.
— Ну так, одна языковая группа. Как иначе‑то?
— Твоя правда. А переводится это как «хозяин будет недоволен. Хозяин будет зол».
— Интересно.
— Да, кому бы он мог это говорить?
— Не знаю, — ответил ей Кахрат, а в голове продолжил: «Стало быть, фигура в плаще действительно хозяин, которому он это говорил».
Дарина зевнула и сильнее прижалась к нему, положив руку и голову на грудь.
— Нам ещё долго ехать?
– К закату уже будем в городе. Так что поспи пока.
— Так и сделаю, а то из‑за кое‑кого я встала рань при рань.
— Извини, извини.
Дарина мирно заснула, а Кахрат вновь пришпорил коня.
Проезжая мимо сторожевой вышки, он заметил смену караула. Мужчина, с которым он говорил, вновь стоял у могил. Услышав стук копыт, он обернулся и помахал рукой. Кахрат кивнул:
–Все уже давно сказанно. Да и надо поторапливатся.
Не сбавляя скорости, и устремился дальше.
Солнце уже скрылось за городскими стенами, когда Кахрат отдал Ворона конюху и, взяв Дарину на руки, пошёл в город.
— Стой! — крикнул ему стражник. — Вход в город только по пропускам.
— Да, конечно, вот наши пропуска.
Кахрат достал из кармана два свитка. Стражник, внимательно просмотрев каждый, и вернув их крикнул:
— Открыть ворота!
Ворота медленно, с тяжёлым гулом, открылись, и Кахрат прошёл внутрь. В нос ударил спёртый воздух и смесь запахов: специй, рыбы и нечистот.
— Вот и снова я в своей тарелке. Только вот теперь не совсем.
Он молча посмотрел на спящую Дарину и, петляя меж прохожих, облачённых в тёплые одежды с плащами, пошёл в порт.
Вскоре он вышел на одну из трёх портовых зон Ливендура, залитую последними лучами солнца. У дальнего пирса стоял корабль с собранными серыми парусами.
«А вот и мой счастливый билет», — подумал он и двинулся к нему.
У трапа стояли двое и о чём‑то беседовали.
— Серой земли, братья! — окликнул их Кахрат.
Они обернулись.
— О, Кавас, смотри‑ка, кто пожаловал! И тебе серого солнца, — произнёс Кадрас из них.
Кавас мгновение помолчал, глядя на эльфийку:
— Да уж, Кадрас… Сколько я его не видел. Тёплого ветра и тебе, Карат!
Кахрат легонько кивнул в знак благодарности.
— А ты, как я погляжу, всё‑таки решил прихватить её с собой, а? — глядя на спящую Дарину, съязвил Кадрас.
— Вместе веселее.
— Ну, конечно, конечно, — продолжил язвить уже Кавас. — Что тебя привело к нам в этот раз?
— Да я на север собираюсь. А через друга узнал, что ты как раз туда отправляешься.
— А, вон оно как. А я‑то думал, пришёл навестить старого друга. А ты сэкономить на нём решил. Эх…
Кавас махнул рукой, а на лице Кадраса появилась улыбка.
— Ну что ты, брат, мы же все такие. Где можем, так и экономим. Вспомни сам, сколько раз я тебе помогал?
Повисла короткая пауза, после которой все трое негромко рассмеялись.
— Ладно, шутки шутками. На самом деле ты как раз вовремя. Поговаривают, что сюда идёт сильная буря с юга, и я хотел отправиться сейчас, а не завтра, как планировал.
— Братья, вынужден вас покинуть. Мне надо тоже подготовить караван к буре, если она придёт.
Не успел Кадрас попрощаться, как на пирс обрушился сильный порыв ветра, который быстро стих. Все трое посмотрели на юг. Где‑то далеко на горизонте виднелась тоненькая полосочка побережья Забытых земель, тишину нарушали тихие раскаты грома, а в их сторону двигалась большая чёрная туча, в которой то и дело сверкали молнии.
— Так, всё, я побежал. Пусть пепел хранит вас, — махнул рукой Кадрас, уже удаляясь от пирса.
— И тебе тоже! Эй, дармоеды, поднимайте паруса! Мы выходим в море! — на палубе послышались выкрики, скрипы канатов и шелест распускающихся парусов. — Давай на палубу, я покажу тебе вашу каюту.
Они быстро взбежали по трапу и нырнули в рангоут.
— Вот твоя каюта. Располагайся и прочее‑прочее, а я побежал — надо выводить корабль в открытое море.
Не успел Кахрат ответить, как Кавас стрелой умчался наверх.
В небольшой каюте пахло солью и сырым деревом. В углу стояла двуспальная кровать, а рядом — столик со стулом. Положив Дарину на кровать, Кахрат уселся на стул, откинулся на спинку и закрыл глаза ладонью. Руки, налившиеся свинцом, мелко дрожали.
— Где мы? — раздался сонный голос.
Раздвинув пальцы и посмотрев одним глазом на кровать, он увидел растрёпанную эльфийку, приподнявшуюся на руках и оглядывающую каюту.
— Мы уже на корабле. Плывём на остров Эвендет в Север‑стоун.
— А как мы очутились на корабле?
— Ты уснула. И пока спала, я приехал в город, пронёс тебя к порту и погрузил на корабль.
Дарина упала обратно лицом на подушку.
— Глупый, я ведь тяжёлая.
— Ничуть. Ладно, спи. Впереди ещё дорога долгая.
— Угу, и ты тоже ложись.
— Ага. Сейчас только посижу маленько.
— Хорошо, до…
Она не закончила, как тут же засопела. Кахрат, повернувшись к столу, положил голову на руки.
— Сейчас посижу немного и лягу, — прошептал он, но так и уснул, сидя за столом.