Глава 9 Снег, тепло и пепел.
Ему снился сон. Он стоял на холме. У подножия холма полыхал огонь. А рядом с ним стояла маленькая девочка.
Его кто‑то окликнул, и, обернувшись, он увидел фигуру, закутанную в чёрный плащ. Лица было не видно, но возле неё парила фиолетовая сфера с глазом. Фигура явно что‑то говорила, но Кахрат никак не мог услышать, что именно. Как будто сам воздух и сон не хотели чтобы он услышал.
Вдруг резкий порыв ветра поднял припорошенный снег вверх. Когда он осел, фигуры уже не было — и в этот же момент на небе появился красный серп Луны…
Кахрат не увидел, что было дальше. Кто‑то тряс его за плечо, пытаясь разбудить.
— Просыпайся, брат! Мы уже прибыли в порт.
В каюте было темно. Только белый лунный свет, падавший через маленькое окошко, наполнял каюту.
За спиной стоял Кавас с растрёпанными и мокрыми волосами. Его местами порваная одежда была промокшей до нитки.
— Ну вы оба спать, конечно! Такая буря! А вы даже глазом не повели!
— Который час, Кавас?
— В районе 21 вар 7го дира. Мы сильно отклонились к западу из‑за бури, поэтому и задержались.
— Понял, — хриплым после сна голосом ответил Кахрат, разминая затекшие плечи и шею.
— Ладно, просыпайтесь, собирайтесь. Я буду на палубе.
— Хорошо.
Кавас вышел из каюты, и звук его тяжёлых сапог постепенно затих. Кахрат опустил голову, схватился за неё руками. Его тело мелко дрожало, а на лбу выступил холодный пот.
— Что это был только что за сон? Что за фигура в плаще? Та же, что и в подземельях? И что за девочка рядом со мной была? Слишком много вопросов…
От мыслей его отвлёк звук шороха перед ним. Подняв голову, он увидел Даорину, которая сидела на кровати поджав ноги и оперевшись на руки, закутанная в его плащ.
— С добрым утром, — зевая, сказала она. — Или уже ноор?
— Уже ноор. Мы сбились с курса, из‑за этого сильно задержались.
— Понятно.
Она уставилась на него.
— Что‑то не так?
— А ты ничего не замечаешь?
Кахрат огляделся по сторонам и заметил её одежду, сложенную на углу кровати. Подняв бровь, он посмотрел на неё.
Даорина покраснела и выпрямившись попыталась отвести взгляд, но от этого плащ соскользнул, на мгновение обнажив стройную шею, тонкую линию плеч и край груди. Она прижала его в последний момент. Вцепившись своими тонкими пальцами в ткань.
Кахрат не сразу понял, что смотрит. И не сразу вспомнил что нужно отвернутся. Она покраснела и тихо прошептала:
— Выйди.
Кахрат тихо улыбнулся и вышел из комнаты. Его щёки, которые мгновение назад были холодными, теперь горели. Выйдя, он прикрыл дверь и опёрся спиной о неё.
— Всё как и тогда…
Было слышно, как в висках шумит кровь, а сердце бешено стучит.
Спустя утру ему в спину ткнулась дверь. Сделав шаг, он обернулся. Из‑за двери, растирая лоб, вышла Даорина с забранными в хвостик волосами, держа в руках его плащ.
— Ну вот, из‑за тебя я ударилась. Куда дальше? — спросила она, протягивая плащ.
— Извини, я не специально, — на его лице появилась непроизвольная улыбка. — Для начала — в таверну «Морской бриз». Там переждём ноор, а потом двинемся дальше на север.
— А почему не отправимся сразу?
— Слишком опасно. Да и ветер снаружи воет — значит, буря пришла и сюда.
— Стало быть, идём в таверну.
— Да, пойдём.
Они вместе направились к лестнице в конце тускло освещённого коридора. Даорина то и дело подскальзывалась; Кахрат пропустил её вперёд и ловил, когда она в очередной раз теряла равновесие.
Поднявшись к выходу на палубу, они подошли к двери. Даорина поежилась и закуталась в подол своего плаща. Придержав её за плечо, Кахрат первым подошёл к двери и открыл её.
Внутрь ворвался холодный ветер. Снежинки кололи лицо.
Щурясь от ветра и снега, летящего в лицо, Кахрат взял Даорину за руку — и они вместе вышли на палубу, где к ним подошёл Кавас.
— Ну что, отчаливаете от нас?!
— Да! Спасибо, что помог добраться!
— Не за что! Осветит холодное солнце ваш путь!
— Спасибо! Пусть и тебя ветра приведут в Пепельные земли!
Попрощавшись, Кавас побрёл в рангоут, а Кахрат и Даорина пошли в таверну.
На улицах Север‑Стоуна никого не было — лишь редкие патрули дворфов проходили мимо, по пояс в снегу. Даорине снег был по колено; она быстро выдохлась. Кахрат, щурясь от ветра и снега, летящего в лицо, подтащил её ближе к себе и взял за талию. Она вздрогнула, но потом крепко вцепилась в его плащ.
— Уже почти пришли — вон свет таверны!
Она не ответила, лишь сильнее прижалась к нему. Он из последних сил ускорил шаг.
— Ну и погодка у вас тут, — заходя внутрь и отряхивая капюшон и плечи, сказал Кахрат.
В просторном зале было пусто. Лишь за стойкой стояла черноволосая женщина и протирала посуду, а за одним из крепких еловых столов сидел бородатый дворф с пером в руках.
— Да, в этом вире миай будет суровой, — не отвлекаясь от книги, сказал дворф.
— Нам бы со спутницей поужинать да комнату снять.
Дворф обернулся и внимательно посмотрел на них поверх очков.
— Да, конечно. Но у нас осталась только одна большая комната с одной кроватью.
— Ничего страшного, нам подходит. Да, и ещё — есть ли у вас тёплые вещи?
— Да, есть. Проходите за столик у камина. Мила вам подготовит комнату и одежду. А я приготовлю ужин.
— Спасибо, — ответил Кахрат и, пропустив вперёд Даорину, пошёл к столику.
— Я пальцев не чувствую, — сев за стол, Даорина съёжилась и стала дуть на свои маленькие ладошки.
— Да уж. Да и щёчки у тебя розовые.
Кахрат дотронулся до её щеки кончиками пальцев. Но не успел убрать руку, как она вцепилась в неё своими ледяными пальцами.
— Какой ты тёплый! Почему?
— Я же саат. Нас ещё называют пепельными людьми. Мы невосприимчивы ни к жаре, ни к холоду.
— Завидую. Ну зато теперь могу греться о тебя.
Кахрат лишь посмеялся и подвинулся ближе к ней.
— Карат… — хотела было начать Даорина.
Но Кахрат прервал её:
— Даорина, послушай… — Он почувствовал, как по её телу пробежали мурашки, когда он назвал её по имени. Но закончить ему не дали.
— Ваш ужин, господа. Мясо лося и каша из зёрен квариса и отвар из иголок железнососен.
— Да, спасибо, — ответил Кахрат, принимая поднос.
— Ваша комната готова. Вещи, про которые вы спрашивали, лежат в шкафу. После трапезы Мила вам всё покажет.
— Сколько с нас?
После его вопроса Даорина потянулась к поясной сумке, но Кахрат остановил её мягко дотронувшись до руки.
— С вас 50 медных торренов.
— Вот, держите. И ещё раз спасибо.
— За сим откланяюсь. Приятного вам вечера.
— Да, и вам тоже. Спасибо ещё раз.
Дворф поклонился и пошёл обратно к книге и перу.
— Ну что, налетай. А то у тебя уже слюнки текут, — улыбаясь и глядя на голодные глаза Даорины, сказал Кахрат.
Они вместе принялись за еду.
Допивая свой отвар, Кахрат почувствовал, как кто‑то аккуратно постучал его по плечу. Обернувшись, он увидел женщину:
— Господин, госпожа, ваша комната готова.
— Хорошо. Тогда пойдёмте.
Встав из‑за стола, они проследовали за женщиной.
Дверь в комнату находилась под лестницей. Но, несмотря на это, внутри оказалась просторная комната с камином и стоящей у стены большой кроватью, сделанной из железнососны. Постель была аккуратно заправлена, а у камина стояло кресло‑качалка. В комнате стоял запах хвои и смолы.
— Вещи, о которых вы просили, лежат в шкафу слева от двери. Если что‑то понадобится, то обратитесь ко мне или к хозяину.
— Да, спасибо, можете идти.
— Всего вам доброго.
Мила вышла, закрыв за собой дверь.
Кахрат пошёл к камину, стягивая с себя плащ и промокшую от снега тунику. А Даорина, скинув плащ и кожаные сапоги, повалилась на кровать.
— Какая мягкая!
— Да, каюта у Каваса ни в какое сравнение не идёт с этой комнатой.
Даорина посмеялась и внимательно посмотрела на Кахрата, севшего в кресло. В её больших глазах отражалось пламя, танцевавшее в камине. Посмотрев в них, Кахрат застыл, не в силах оторвать взгляд.
— Красивая? — игриво спросила она.
Он вздрогнул и перевёл взгляд на огонь.
— Да… Очень.
— Я знаю.
— Ты хотела меня о чём‑то спросить?
— Ах, да, точно. Карат, а почему…
Он снова не дал ей закончить:
— Моё имя — Кахрат. Моё. Настоящее имя.
Даорина вновь сидела на кровати в промокшей одежде и внимательно глядела на Кахрата.
— Я вор. Я украл кольцо у инспектора. Если ты скажешь, что…
Даорина спрыгнула с кровати, подбежала к нему, схватила его за щёки, повернула к себе и крепко поцеловала в губы. Кахрат положил свою ладонь поверх её и сильнее прижался к её холодной руке, от которой чувствовал тепло. После она медленно отстранилась и уверенно сказала:
— Не смей так говорить! Понял меня?! Я сейчас с тобой, и мне совершенно не важно, кто ты и кем был раньше!
Они молча смотрели друг другу в глаза. У Кахрата вертелась мысль в голове:
– За что она так со мной? Разве я заслужил это?
Он уткнулся носом ей в грудь и тихим, дрожащим горохом прошептал:
— Спасибо тебе.
— Вместе мы сможем преодолеть всё, что встретится на нашем пути, — устраиваясь у него на коленях, сказала Даорина.
Кахрат, обхватив её за талию и положив руку на её бедро, откинулся на спинку кресла.
— А почему Орден гоняется за тобой?
— Не совсем гоняется, — играя с его волосами, начала она. — Скорее ищут. Я не сбегала от них специально. На мой отряд напали сумеречники, когда мы были в экспедиции в старом городе. Я сбежала. А дальше ты знаешь.
— Просто не захотела возвращаться.
— Угу. А что ты делал в подземельях Ливендура?
— Искал это.
Кахрат потянулся к плащу, валявшемуся на полу, и достал из внутреннего кармана фрагмент.
— Это же!.. Тот самый фрагмент, за которым орден охотится уже несколько сотен вир!
— Да, он самый. Ладно, давай спать — завтра дир будет тяжёлый.
— Опять посидишь?
— Ага.
Вставая с кресла и беря Даорину на руки, ответил Кахрат. Он положил её на кровать и, укутав тёплым шерстяным пледом, вернулся в кресло, погрузившись в свои мысли:
— До Полярных рудников рукой подать. Но… — он вновь достал фрагмент манускрипта. — Где же искать остальные, возможно…
Сидя, погружённый в раздумья, он не заметил, как прошло несколько вар. Из потока мыслей его выдернул шорох, раздавшийся с кровати.
Обернувшись, он увидел Даорину — она стояла позади, укутанная в плед, щурясь от огня, с растрёпанными волосами.
Невольно улыбнувшись, Кахрат встал, подошёл к ней, обнял и наклонился. Она ответила, подняв голову и приподнявшись на носочки, дотронулась его губ своими.
— Ты чего ещё не спишь?
— Да так, всё думаю.
Он подхватил её на руки и сел на край кровати. Её тонкие руки обвили его шею, словно удавка.
— И о чём же ты думаешь?
— О том, как нам дальше поступать, и о том, где искать остальные части манускрипта.
Она ничего не ответила, лишь покивала ему в ответ и снова уснула. Посидев на кровати ещё немного, Кахрат встал, положил Даорину на подушку, поцеловал её в лоб и вернулся в кресло. Откинувшись на спинку, он закрыл глаза и уснул.