Глава 26
Пока юноша всерьез размышлял, духи донесли их до макушек старых хвой — к маленьким деревянным домишкам, непонятно, каким образом уместившимся на кронах высоких деревьев, оставаясь незаметными для обычного человеческого глаза.
— Вот мы и на месте, — нежно улыбнувшись, сказала Ива. — Мы отстроили эти домики собственными силами. Но, дабы феи не могли увидеть их, Дое предложил накрыть хижины магическим куполом, который убережет всех нас от этих отвратительных существ.
— Я их вижу, Бран! — громко воскликнула Ниса, пораженная уютными постройками, сооруженными маленькими привидениями. — Вижу маленькие дома!
— И я тоже! — подобно подруге, охнула Арин, стараясь сохранять равновесие, так как не до конца понимала, выдержат ли ее крохотные сверкающие духи.
— К слову, твои подруги действительно могут их видеть, купол — защита от фей, но не от людей. Наши дома сотворены из обыкновенных прутьев и палок, которые мы сумели отыскать, — одобрительно взглянув на Брана, сказал Дое. — Как ты понимаешь, в лесу довольно много этого добра. Хоть чем-то он полезен.
Бран в изумлении глядел на духов, обратившихся из маленьких ярких кружочков света в силуэты тех, кем были при жизни. Это завораживало и одновременно пугало юношу. Ведь он соприкоснулся с иной реальностью, приоткрыл завесу тайн и встретился лицом к лицу с теми, кого уже никогда не будет в живых.
— Что ж, тогда прошу вас, — пригласив путников на порог, сказала Ива и, приоткрыв деревянную скрипучую дверцу, добавила: — Надеюсь, здесь найдется что-нибудь такое, что сможет привести Девина в чувство.
Бран доброжелательно взглянул на малышку и первым вошел в ветхий домик, что расположился на самой макушке высокой ели. Он попал в просторную комнату и был весьма поражен тем, насколько все внутри хижины, включая немногочисленную утварь, украшения и прочие атрибуты, удивляло взор. Здесь не было полочек, буфетов и шкафчиков, как в обыкновенных домах. Напротив, все пространство пустовало, за исключением тех мест, где к широким стенам были приставлены связанные между собой в одну большую охапку осенние листья. На полу стояла глиняная посуда, доверху наполненная лесными орехами, полнобокими грибами и красными ягодами, а в самом углу красовалось небольшое отверстие, которое, как оказалось позже, предназначалось совсем не духам.
— Понимаю, наше жилище кажется несколько пустоватым, но поверьте, нам много и не нужно, — Ива неопределенно развела руками и пригласила гостей присесть на пол, пока Дое командовал теми духами, которые продолжали нести над землей Девина, что до сих пор оставался без сознания.
— Какие аппетитные угощения. Это для нас? — потерев ладонь о ладонь, спросила Арин. Долгие скитания по лесу в поисках призраков утомили ее и заставили желудок протяжно урчать, напоминая о голоде.
Девочка уже хотела было взять одну из сочных ягод, но Ниса сразу же шлепнула ее по руке.
— Эй, Арин, не нужно, — шикнула белокурая девочка на подругу, а затем, обратившись к Брану, добавила: — Знаю, это не мое дело, но зачем призракам вся эта еда?
— Напротив. Ее вопрос понятен, — мотнув головой из стороны в сторону, сказала Ива. — Скажи своей подруге, что эта еда нужна вовсе не нам, а нашим помощникам.
Бран передал ответ Ивы Нисе и ожидал, что произойдет дальше. Маленькая девочка взяла синеватой ладошкой парочку крупных орешков и, сложив губы трубочкой, издала пронзительный свист, отчего у Брана заложило уши. Спустя пару секунд из крошечного прохода в самом уголке небольшой комнаты появилась стая маленьких пушистых белок, которые немедля ринулись прямо к Иве, минуя всех остальных призраков. Белочки издавали протяжные звуки, покачивая пушистыми хвостиками из стороны в сторону, словно о чем-то говорили с девочкой-призраком.
— Да, Сьюзи, эта ночь действительно не добра к нам, — глядя прямо в крохотные, походившие на черные бусины беличьи глаза, сказала девочка. — Хочу спросить, видела ли ты дух Руми? Надеюсь, она не убежала слишком далеко от Снодина?
— Это настоящие белки? — схватившись за обе щеки, воскликнула Арин и принялась медленно подкрадываться к невидимой ее взору Иве.
— Арин, не нужно, — вновь, подобно заботливой старшей сестре, одернула ее Ниса, а затем обернулась к Брану, ожидая услышать какие-либо объяснения.
— Я и сам не до конца понимаю, что происходит, но Ива... Она разговаривает с белками, — шепнул ей на ухо Бран, пока малышка продолжала с интересом расспрашивать белочку обо всем, что творилось на территории злобных фей.
Белочка издала странный звук, больше походивший на шелест пушистых ветвей, а затем пару раз обернулась вокруг собственной оси.
— Понятно, — задумчиво кивнула Ива и, немного погодя, добавила: — Сьюзи, сможешь принести мне из леса какую-нибудь травку с сильным запахом? — неопределенно сказала девочка, она и сама не понимала, что именно нужно.
— Мелиссу, мяту и зверобой, — неожиданно выпалил Бран, а затем, уловив на себе озадаченный взгляд Ивы, продолжил: — Я немного разбираюсь в травах, поэтому знаю, что именно нужно в таких ситуациях.
Девочка удовлетворенно кивнула и повторила рыжей пушистой белке названия. Затем, вручив каждому животному по орешку, сказала, что по возвращении вручит еще угощения, которых в хижине было предостаточно.
Бран изумленно глядел на это весьма странное представление, не в силах произнести и слова: феи-людоедки, блуждающий дух Руми, добрые приведения, живущие на макушках деревьев и говорящие с животными, пусть даже в лесу, но для одного дня этого было слишком много.
— Знаю, ты хочешь спросить меня о том, что это было, — слегка хихикнув, спросила Ива.
— Кажется, не только я, — пожав плечами, ответил Бран, указывая на ошеломленных подруг, продолжающих с изумлением таращиться на исчезающих в проеме животных.
— Мы понимаем язык животных, а они — наш, — коротко улыбнувшись, ответила девочка. — Феи принесли много бед всему лесу, а потому многие звери с радостью помогают нам и делятся той информацией, которую собрали за прошедший день.
— А в обмен вы даете им угощения? — переспросил Бран, который не до конца понимал сути происходящего.
— Совершенно верно, — кивнула Ива.
Ее забавляло то, насколько искренне Бран интересуется свойствами духов и их возможностями.
— Но как вы взаимодействуете с физическим миром? То есть как вы несли Девина? И как ты можешь брать в руки орехи и ягоды? Я же сам видел, что вы — эфир, у вас нет плоти, — во все глаза таращась на улыбающуюся девочку, с неподдельной увлеченностью продолжал спрашивать Бран.
— Должна отдать должное твоей наблюдательности. Ты внимателен к деталям, Бран, — с одобрением ответила Ива. — Если коротко, то мы можем концентрировать наши силы в определенных точках. К примеру, в ладонях, — призрачная девочка протянула руку к Брану, стремясь показать ему, как именно работают их способности, затем сконцентрировала взгляд на ней и легонько дотронулась ею до плеча юноши. — Вот так. Чувствуешь?
Бран с изумлением смотрел на Иву. Он действительно ощущал ее, но не как обыкновенного человека, а как нечто неживое, холодное, но при этом не менее материальное, чем все остальное.
— Невероятно! — только и смог изумиться юноша, а выражение его лица говорило больше, нежели простые слова, которые сразу же растворялись в воздухе.
Ива отняла свою ладонь от плеча мальчика. Кажется, почувствовав тепло его тела, девочке стало немного не по себе. Бран был частью иного мира, мира живых, а она, как и все жители Снодина, принадлежала к миру бестелесных существ. Чудом было уже то, что они смогли встретиться и поговорить, словно четко очерченных границ между миром живых и миром мертвых никогда не существовало. Девочка улыбнулась собственным мыслям и лишь немного погодя с чувством произнесла:
— Еще я узнала про Руми. К сожалению, ее дух до сих пор прячется от нас, но найти ее возможно, если приложить некоторые усилия. Проблема заключается лишь во времени, так как чем дольше Руми находится в таком истеричном состоянии, тем выше вероятность того, что она станет безумной и тогда... я даже не знаю, чего нам ожидать.
— В каком смысле «станет безумной»? — с неподдельной тревожностью в голосе спросил Бран.
Было странно слышать от добрых духов о том, что один из них может лишиться рассудка. А судя по тому, как именно Ива говорила об этом, вероятность была большой.
— Бран, о чем вы говорите? — едва прислонившись губами к уху юноши, спросила Ниса, сильно нервничая и перебирая руками подол порванной юбки.
— Я позже тебе обо всем расскажу, — шепнул ей в ответ Бран, завороженный собственным интересом ко всему загадочному и потустороннему. Иногда он чувствовал нечто, что заставляло его самого терять голову. Когда юноша очутился в Салфуре, это странное ощущение, больше звериное, нежели человеческое, стало расти, подобно толстым лианам. Оно окутывало его душу прочными узлами. Когда он ощущал это, то не замечал, точнее, не хотел замечать ничего вокруг. Ничего, что напрямую не касалось его интереса.
Ниса слегка насупилась и, поднявшись с места, обиженно сказала:
— Что ж, пока ты говоришь с духами, мы с Арин сходим к Девину. Все же он там совсем один.
Арин одобрительно закивала и тут же последовала за подругой, которая, судя по выражению обыкновенно миловидного лица, была совершенно недовольна поведением Брана.
— Плохой из тебя кавалер, Бран, — хихикнула Ива, прижав ладонь к губам. Кажется, смена настроения в одно мгновение была чем-то совершенно обыденным для нее.
— Да уж, я не умею подбирать правильные выражения, когда увлечен чем-то по-настоящему интересным, — почесав затылок, промямлил Бран.
Ему действительно было стыдно, что он так неумело обращается с девочками, которые не имеют возможности говорить с глазу на глаз с Ивой, Дое и остальными духами. Но при этом юноша ощущал некую особенность в самом себе, словно он один имел преимущество видеть духов, хотя это было отнюдь не так.
— Что ж, вернусь к твоему вопросу. Думаю, что этого не произойдет, и Руми останется в здравом рассудке. Но должна предупредить тебя вот о чем, — задумчиво сказала девочка. — Был один весьма ужасный случай. Несколько лет назад, когда количество призрачных жителей Снодина было еще не так велико, мы с Дое почувствовали, что феи вновь объявили охоту на детей ближайших деревень, поэтому сразу же предприняли все возможное для того, чтобы хоть один ребенок смог выбраться из Салфура живым. Пели страшные песни, чтобы отпугнуть малышей, громко кричали в ночи и даже призывали на помощь животных, но, к сожалению, Эмир все же попал к ним в сети.
— Эмир? — переспросил Бран, не понимая, о ком речь.
— Да, это был весьма удивительный мальчик. Он абсолютно не боялся ни наших пугающих криков, ни стонов, ни даже плотоядных животных. Феи, воспользовавшись этим, заманили его в Тойстриг и спустя пару дней, как и всех нас... — потупив взгляд, замялась Ива.
— Можешь не продолжать, — печально выдохнул Бран, — я все понял.
— Так вот, Эмир обратился в духа, но, к сожалению, не мог принять этого факта, а потому днями напролет носился по лесу. Рыдал и кричал во все горло, а затем ненадолго затих. Мы думали, что все само собой разрешилось, но спустя пару дней нашли в лесу окровавленные тела животных. Их было очень много. От мала до велика. Он старался истребить их всех.
— И что было дальше? — испытующе глядя на Иву, с выдохом переспросил Бран.
— Мы избавились от него, — неожиданно вмешался в разговор Дое, как тень появившийся прямо из-за спины юноши. — Ива, не стоит пугать наших помощников, — сказал мальчик, а затем, переведя взгляд на Брана, добавил: — Все будет хорошо, и никто не обратится в безумие, а большего тебе и знать не нужно. Усек?
— Усек, — печально опустив взгляд, ответил Бран.
Юноше было до боли обидно, что такой увлекательный рассказ окончился по вине Дое, так толком и не начавшись. Хотя Бран понимал, что призрак мальчика пытался таким образом сохранить его разум и уберечь от страха, который определенно последует за подобного рода повествованиями.
— Что ж, раз твои подружки сейчас нянчатся с Девином, то почему бы нам не обсудить план, которого стоит придерживаться при поимке Руми? — серьезно взглянув на присутствующих, сказала Ива. — Хоть мне и вправду не хотелось бы никого пугать, но, если мы не сможем поймать ее до наступления рассвета, то... — девочка помедлила, а затем, набравшись решимости, добавила: — Нам придется избавиться и от нее.
— Избавиться? — словно не расслышав этих слов, переспросил Бран.
— Именно, — беспристрастно ответила Ива.
Выражение лица, как и сказанные девочкой слова, отчего-то наводили ужас на юношу, потому он поспешил начать спор.
— Но она же маленькая девочка. Тем более, что вы сами должны понимать, как сложно осознать собственную смерть, — несколько растерянно сказал Бран, глядя то на Иву, то на Дое, чтобы уловить малейшие изменения в их настрое.
— Собственно, пока тут не о чем говорить. Пока мы не нашли ее, — поднявшись с места, заключила Ива и медленным шагом направилась к маленькому окошку, из которого тотчас показалась пушистая голова маленького бельчонка. — А ты быстро, Сью! Держи свою награду, — подойдя к посуде с ягодами, грибами и орехами, девочка взяла угощения и, отдав их белочке, легонько кивнула и наспех попрощалась с ней. — Вот и они. Это твои травы, — Ива подошла к Брану и, отдав крохотную охапку зеленых трав, нежно улыбнулась.
— Что ж, теперь мы можем привести твоего друга в чувство, — хихикнул Дое и сразу же отправился в ту сторону, где, склонившись над Девином, восседали Арин и Ниса. — А подруги у тебя чудо как хороши!
Ива немного насупилась, а затем в шутку шлепнула Дое по макушке:
— Какой же ты нетактичный! И как меня угораздило оказаться с тобой в этом лесу?
Поднявшись с колен, Бран подошел к Девину и, растерев ладонями зеленые стебли, чтобы из них выделился сок, стал водить ими у ноздрей товарища. На удивление, долго ждать не пришлось, и спустя пару минут Девин заерзал на месте, медленно приоткрыл глаза и стал с прищуром озираться вокруг.
— Где я? — спросил юноша, шевеля пересохшими от жажды губами. — Мне приснилось, что мы видели духов, маленьких детей... И они говорили ужасные вещи про Руми и мясо, — осмотревшись, он увидел, что Дое с Ивой стоят чуть поодаль них — синие и практически безжизненные силуэты прошлого. — О боже! Неужели все это было не сном?!
— Девин, тише, успокойся! Мы в безопасности, — сказала Ниса, поглаживая его по макушке. — Бран, у них есть вода?
— Сейчас спрошу, — кивнул Бран и обернулся к призракам.
Дое не дал ему продолжить:
— Эй, мы и без перевода все прекрасно слышим, — скрестив руки на груди, сказал мальчик. — Насчет воды. У нас она действительно не водится. Сами должны понимать, на кой черт нам вода?
Бран обернулся к Нисе и отрицательно покачал головой из стороны в сторону, безмолвно отвечая на заданный ею вопрос.
— Эй! Вы вправду настоящие? — поднявшись на локтях и попытавшись дотронуться до Ивы, спросил Девин. Юноша был ошеломлен происходящим.
— Да, но разве ты нас больше не боишься? — коротко усмехнувшись, ответила призрачная девочка.
— Не знаю, — ответил Девин, а затем, слегка побледнев, добавил: — Мы с Арин и вправду съели...
— Прошу, не продолжай, — прикрыв рот юноши ладонью, попросила Ниса. — Не нужно, — она перевела взгляд на недоумевающую подругу, ожидая, что ей явно не понравится то загадочное, что от нее скрывают.
— Ниса, почему ты закрыла ему рот? — подняв рыжеватые брови, недоумевала Арин, а затем, убрав ладонь Нисы от губ Девина, серьезно обратилась к нему: — Съели что?
Девин часто поморгал глазами, переводя взгляд от одной девочки к другой, а затем совершенно пространно ответил:
— Съели мясо крысы, — это было первым, что пришло ему в голову, потому как лгать он не любил, да и совершенно не умел.
— Какой ужас! — воскликнула Арин и, слегка позеленев, отвела от юноши взгляд. — Но зачем Триша накормила нас мясом крысы?
— Затем, что феи плохие и любят делать всякие гадости, — нервно теребя подол собственного платья, заверила подругу Ниса. Девочка терялась, стесняясь того, что ей приходится в очередной раз врать собственной подруге. Но разве был иной выход?
— А разве врать подруге — нормально? — строго глядя на Брана, спросил Дое. — Или ложь во имя спасения не считается грехом?
Бран не знал, что ответить. Он и сам не до конца понимал, почему они так усердно оберегают Арин от какой бы то ни было правды. Ведь живя в иллюзорном мире, девочке будет сложно понять, отчего ее друзья совершают те или иные поступки.
Спустя несколько минут, в течение которых Девин в подробностях узнал о происходящем, злобных феях и их не менее злобных намерениях, легкий нежно-розовый туман постепенно стал окутывать Снодин. Из совершенно иной реальности, подобно волшебному цветку, раннее солнце распускало свои бархатные лепестки. Рассвет не подходил Снодину, как и Снодин рассвету. Они были вырваны из разных картин и неумело сшиты вместе. Это явственно бросалось в глаза, как и то, что Ива с Дое, заметив приближение восхода, немного помрачнели.
— Скоро светает, — угрюмо заметил Дое, глядя на то, как из кромешной темноты постепенно проступают черты деревьев-исполинов, узких тропинок и самого Тойстрига.
— Мы не успели сказать вам об этом, но к утру наши силы полностью иссякают, поэтому мы не сможем в полной мере помочь вам с поимкой Руми, — печально выдохнув, сказала Ива.
— То есть даже спускаться отсюда нам придется собственными силами? — обескураженно переспросил Бран.
— К сожалению, это так, — повесив нос, ответила маленькая девочка. — Днем сила духов угасает, поэтому с восходом солнца мы стараемся вовсе не выходить за пределы наших хижин.
— Но как мы должны изловить одного из вас собственными руками? —недоуменно спросил Девин, прижав ладонь к подбородку. — Вы ведь быстрые и становитесь совсем крохотными, когда перевоплощаетесь в световые шарики.
— Вот поэтому, несмотря на потенциальную опасность, мы отправимся за Руми вместе с вами. Только я, Ива и... — Дое перевел тяжелый взгляд на малыша, одиноко стоящего в углу комнаты и потирающего носком ботинка деревянные полы, — ...Тревор. К сожалению, его тоже придется подвергнуть опасности, исходящей от внешнего мира.
— Опасности? О чем ты толкуешь? — подал голос Бран, глядя на уверенного в собственных словах мальчика. — Разве духам может что-то угрожать?!
— Может. К сожалению, днем мы намного медлительнее и нас легче изловить. Это сыграет нам на руку в случае с Ру, но одновременно, если эта злобная тварь Триша вернется за вами, а она обязательно станет вас искать, даже без помощи этого кулона сможет поглотить нас.
— Но ведь феи не видят вас, — возразил Бран, до сих пор не понимая, к чему именно ведет Ива.
— Да, не видят, но чувствуют. Поэтому часть своих сил нам придется потратить на то, чтобы скрыть ваш запах. Но тут кроется еще кое-что, что явно не придется вам по душе, — угрюмо сказала Ива, опустив глаза. — Наших с Дое сил хватит только на сокрытие двух человек.
Бран с Девином ошеломленно взглянули на призрачных детей. Сперва они не до конца поняли, что именно хочет этим сказать Ива, но как только девочка с печалью взглянула на их подруг, все стало очевидным.
— Если они останутся здесь, в хижине, то Триша сразу же поймет, где мы прячемся от них, поймет, где находится наше поселение.
— То есть вы предлагаете девочкам... — начал было Бран.
Дое поспешил закончить его мысль:
— Они должны вернуться к Трише и рассказать, что вас околдовали злобные духи.
— Но она же не поверит им! Ведь Триша прекрасно знает, что вы не демоны, поэтому сразу поймет, что Ниса и Арин лгут.
Дое потупил взгляд и задумался над тем, как правильно провернуть это нелегкое дело. Решение уже давно крутилось у него в голове, но признавать его было слишком сложно.
— Да, они возьмут их в плен. Но до того, как с вашими подругами произойдет нечто страшное, мы с Дое... — Ива слегка замешкалась, словно слова вовсе не хотели срываться с ее уст. — Как только мы узнали, что вы не опасны, то поняли, что это шанс, мы готовы к такому исходу событий.
— Какой шанс? Готовы к чему? — не понимая, о чем речь, и испытующе глядя на детей, переспросил Девин.
— Мы принесем себя в жертву. Наполним этот мерзкий кулон силами, с помощью которых вы сможете убить хотя бы парочку фей, спасти друзей и сбежать из Тойстрига.
В воздухе повисло гнетущее молчание. Ни Девин, ни Бран, ни призрачные силуэты погибших детей не могли произнести ни единого слова, понимая, что у этой ситуации нет другого исхода и никогда не могло быть. Ниса дернула Брана за рукав, словно подозревая, что что-то не так — над Снодином сгущаются мрачные черные тучи, которые юношам не под силу разогнать.
— Все в порядке? — увидев разочарование и неизбежность в глазах юноши, спросила Ниса.
— Нет, — коротко ответил он, слегка отстраняясь от подруги. — Прошу, скажите, что это нелепая шутка. Что вы не всерьез решили пасть жертвами этого ужасного мира. Вы же предводители, сердце Снодина! — резко воскликнул Бран, почувствовав, как невыразимая печаль и колкая грусть обуревают его.
— Думаешь, кто-то стал бы шутить такими вещами? — мрачно выдохнув, ответил Дое. — Мы всегда были готовы к этому. Если наш уход из посмертия отнимет жизнь хотя бы одной из этих кровожадных тварей и спасет их потенциальных жертв, значит, все не зря.
Ива кивнула в подтверждение слов друга и, с минуту помолчав, сказала:
— На кону — жизни наших друзей. И если мы попросим отвести беду от Снодина, а после оставим вас на произвол судьбы, то чем мы лучше этих грешных созданий?
Ива говорила правильные вещи, но в голове Брана была такая суматоха, что он абсолютно не мог понять, как ему поступить. Что делать с таким ужасным грузом?
— Мы достаточно долго пробыли в посмертии, оставляем Снодину преемников, — сказал Дое, вновь искоса поглядывая на малыша Тревора.
— То есть вы хотите оставить Тревора и его сестру на вашем посту? Но вы ведь даже не знаете, станут ли они достойными преемниками для вашего поселения, — неожиданно сказал Девин, сжимая крупные кулаки — все, что касалось смерти детей, вводило его в праведный гнев, он просто не мог сдержать эмоций.
— Мы следили за Тревором и его сестрой, пока они были в плену у фей. Поскольку на посту должны оставаться два духа, способных прийти к какому-то компромиссу в случае решения сложных проблем, никого лучше мы найти не сможем, — сказала Ива, печально улыбнувшись путникам.
— Сейчас самый подходящий момент для того, чтобы уйти, — добавил Дое, взяв подругу за руку и с любовью взглянув в ее опечаленные глаза.
— Понятно, — процедил Бран, мельком взглянув на подруг.
«Как сообщить Нисе и Арин, что им предстоит пережить? Они же просто-напросто сойдут с ума, узнав, что придется по своей воле сдаться в плен тем, кто собственными лапами убивает маленьких детей, а затем пожирает их», — думал Бран. Ему было противно, что он не в силах предотвратить задуманное призраками. Кто-то в любом случае должен будет умереть. Кто именно?
Повернувшись к подругам и тяжело выдохнув, Бран вместе с Девином передавали им слова духов. Сперва это давалось довольно трудно, но как только Бран заметил глубокое понимание в ярко-зеленых глазах Нисы, понял, что скрывать нечего.
— Ясно, — стукнув кулачком о маленькую ладошку, ответила белокурая девочка. — То есть другого выбора у нас нет?
— Нет. К сожалению, другие варианты развития событий ведут к еще более печальной развязке, — грустно покачав головой, ответил Бран.
— За что мы вообще должны убивать фей? За то, что они накормили нас крысами? — Арин до сих пор не могла понять, отчего ее друзья так сильно озлобились на крылатых существ.
— Дело не в этом, Арин, — сказал Девин, стараясь не испугать подругу, но не зная, какими словами все честно объяснить ей.
— Давайте я сама все расскажу, — остановив юношу, сказала Ниса.
Подруга немедля поведала Арин о том, как безжалостно феи обходятся с заблудшими детьми, как заставляют их страдать и мучиться.
— ...а напоследок они отдают детей на съедение... диким животным.
Ниса, взяв на себя смелость сказать правду, снова была вынуждена соврать Арин. Правда о действительности привела бы к еще более удручающим последствиям, уж лучше сладкая ложь.
— Именно, — заключил Девин, поддерживая Нису. — Также феи поступили и с этими невинными духами.
— Как ужасно, — прижав веснушчатые ладони к полным щекам, охнула Арин. — Тогда я постараюсь не бояться. Я не трусиха и должна бороться со злом, как и все вы.
Подобно маленькому ребенку, она смотрела на своих горячо любимых друзей — на Девина, который на протяжении всего путешествия был ее опорой и поддержкой, на Нису, которая впечатляла девочку своей храбростью и открытостью души, и на Брана, который, несмотря на свой странный характер, глубоко поражал Арин своей, как ей казалось, гениальностью. Ниса и Девин тепло улыбнулись девочке. Кажется, слова подруги глубоко тронули их, потому скрывать эмоции было невозможно.
— Вижу, вы все как следует обсудили, — сказал Дое, стоявший чуть поодаль путников. — А Ива того... прослезилась, кажись, — усмехнувшись, добавил мальчик.
Действительно, девочка с тонкими косичками прижимала ладошки к лицу и тихонько плакала, словно не от обыкновенной грусти, а от великого счастья и нежности, что внезапно нахлынули на нее после слов Арин.
— Эй, Ива, прекращай, — толкнул ее в плечо Дое.
— Я просто... они так до́роги друг другу... И ты, Дое, ты тоже дорог мне, — сквозь слезы шептала Ива.
— Прекрати, дурная. Ты же знаешь, что даже вне посмертия мы будем вместе. Будем держаться за руки и наблюдать за Снодином, — нежно улыбнувшись, сказал мальчик и обнял за плечи Иву, прижав к себе. — Ну вот, довели мою подругу до слез...
— Не плачь, Ива, возможно, все обойдется, — не будучи уверенным, что это так, сказал Девин. Ему очень хотелось поддержать призрачных созданий, но в самой глубине души было горькое понимание, что вряд ли его оптимистичный настрой и добрые слова обратятся в действительность.
— Угу, — прошептала Ива и принялась вытирать ладошкой прозрачные слезы.
...
Несколько минут дети давали инструкции и обсудили то, как именно Брану, Нисе и Девину следует спуститься с дерева. Дое поманил рукой одиноко стоящего позади группы Тревора, подзывая к себе.
— Эй, проказник, ты ведь не подслушивал нас? Стоишь так тихо, как мышь, что тебя почти и не видно, — усмехнулся мальчик, теребя волосы на макушке маленького друга.
— Вовсе нет, — смутившись, ответил малыш. — Я стоял там, как ты меня и просил, и ничего не подслушивал.
— Вот и правильно, а то тебе несладко пришлось бы, помяни мое слово, — улыбаясь во все зубы, сказал Дое и без особых подробностей стал описывать мальчику, что именно от него потребуется.
— Твоя сестра может превратиться в монстра. Чтобы этого не произошло, нам нужно остановить безумие, поселившееся в ней, — начал мальчик. — Все ради нее самой и ради всего Снодина. Помни, что без твоей помощи мы вряд ли справимся, Тревор.
— Но что я должен делать? — недоуменно глядя на старшего, спросил Тревор. — Разве у меня найдется столько же сил, сколько у тебя с Ивой?
— У тебя есть кое-что намного лучше обыкновенной силы, — заверил его Дое. — У тебя есть власть над твоей сестрой.
— Власть? — не совсем понимая смысла этого слова, переспросил мальчик.
— Именно, — кивнул Дое. — Такая власть именуется любовью. Поэтому от тебя требуется лишь одно — вызвать у сестры это чувство.
— То есть обнять ее?
— Можно и так, — вновь кивнул Дое и стал, подобно капитану, расхаживать по залитой мягким нежно-розовым отсветом комнате. — Видишь этих простофиль? Они тоже будут нам помогать.
— Ну, не соглашусь с тем, что мы простофили, но помочь — поможем, — слегка насупившись, сказал Девин.
Дое выглядел намного младше него, чего нельзя было сказать о его мыслях и действиях — в этом он был много старше. Это вводило Девина в некоторое смятение, а повадки призрачного мальчика иногда даже задевали его.
— Тревор, — с задумчивостью взглянув на мальчика, сказал Бран, — хоть и очень недолго, но я знал твою сестру, поэтому считаю своим долгом помочь вам.
Брану было до боли стыдно перед Тревором. Ведь он, будучи в Тойстриге, мог поставить под сомнение слова Триши и Совета и тем самым спасти Руми. Но, упустив момент, обрек девочку на верную погибель.
— Понятно, я и не против, — скромно поводив маленькой ножкой по деревянному полу, ответил Тревор. — А эти девочки, они тоже пойдут с нами?
— К сожалению, нет, Тревор, — отрицательно покачав головой, ответила Ива. — Их помощь понадобится, но на другом фронте.
— Жаль, та белокурая красавица напоминает мне мою маму, — улыбнувшись, сказал Тревор. — Интересно, она меня слышит?
— Нет, но я могу передать ей твои добрые слова, — доброжелательно взглянув на мальчика, ответил Бран и, обернувшись, передал Нисе то, что сказал Тревор.
— Вот как, — слегка смутившись, ответила Ниса. — Что ж, Тревор, мне очень приятно это слышать, — добавила девочка, и ее щеки вмиг залились алой краской.
Пообщавшись с малышом еще какое-то время, ребята решили, что пора начинать спуск. Времени было не так много и тратить его на пустые разговоры — совершенная глупость. Наскоро собравшись, они вышли на крыльцо и, стараясь не потерять равновесия, стали шаг за шагом спускаться к земле, чтобы затем попрощаться друг с другом и отправиться навстречу кровожадным феям и обезумевшему духу маленькой Руми.