7.
Билли замерла, крепко прижимаясь к парню, словно пытаясь впитать его тепло и запах. Финнеас, как всегда, инстинктивно успокаивал её, мягко перебирая пальцами её волосы. Его прикосновения всегда действовали на Билли как волшебство, возвращая ей ощущение безопасности и беззаботности, как в детстве. Их мама, Мэгги, продолжала с улыбкой наблюдать за этой трогательной сценой. В её глазах читалась смесь умиления и легкой грусти, ведь такие моменты становились всё реже. Наконец, Билли отстранилась от брата и повернулась к матери с мольбой в глазах:
– Мам, можно мы с Финнеасом погуляем? Чуть-чуть. – В её голосе звучала какая-то детская надежда.
– Но, дорогая, уже поздно, – Мэгги склонила голову набок, с сомнением глядя на уставшие лица детей. – Ты только пришла, а Финнеас наверняка голоден и мечтает о горячем душе после дороги. Ему нужно отдохнуть. – Мягко возразила женщина.
– Ну ма-ам! – Билли нахмурила брови и тут же стала похожа на себя в детстве, когда упрашивала маму разрешить ей пойти погулять с братом и его друзьями допоздна, а мама, конечно же, не хотела её отпускать. Этот взгляд и сейчас безотказно действовал на Финнеаса.
– Билли, не начинай, – мягко, но твёрдо сказала Мэгги. – Сегодня все отдыхают. Завтра у вас будет целый день.
– Ну какого черта, мам! – Билли сжала кулаки и демонстративно фыркнула, всем своим видом выражая крайнее недовольство. Внутри боролись два желания: провести время с братом, которого она так редко видела, и не устраивать скандал с матерью, которая и так много для них делала.
Но тут Финнеас прервал её, легонько потрепав по макушке. В его взгляде было понимание и любовь, которые всегда успокаивали Билли.
– Эй, ну ты чего? Би, успокойся, – сказал он мягко, и повернулся к матери. – Мам, мы недалеко и ненадолго. Я не голоден, правда. Просто хочу немного подышать свежим воздухом с Билли.
Мэгги вздохнула и покачала головой, сдаваясь под напором их детской сплоченности.
– Ладно, идите. Но обещайте, что не задержитесь. И оденьтесь потеплее, на улице уже прохладно.
Билли расплылась в широкой улыбке и, схватив брата за руку, потянула его в коридор. Она торопливо зашнуровала кеды, натянула любимую бейсболку и выбежала на улицу, увлекая Финнеаса за собой. Лишь на секунду остановившись перед домом, она пробормотала:
– Мне столько всего нужно тебе рассказать! Пошли!
Финнеас усмехнулся, глядя на её взволнованное лицо, и покорно последовал за сестрой в темноту.
Давным-давно, когда они были ещё детьми, Финн и Билли случайно обнаружили заброшенный и недостроенный дом неподалеку от их района. Когда-то его собирались реконструировать, но после владелец махнул рукой на это дело, поняв, что это слишком дорого, и дом остался стоять, как безмолвный призрак. Вокруг валялись остатки стройматериалов, которые растащили местные хулиганы. Но несколько тяжелых бетонных плит остались нетронутыми, одиноко возвышаясь на заднем дворе. Это место стало для брата и сестры чем-то вроде секретной базы, убежищем от внешнего мира, где они могли побыть наедине со своими мыслями. И сейчас они направлялись именно туда, к этим старым плитам.
Финнеас ловко залез на плиты и, протянув сестре руку, помог ей забраться следом. Билли устроилась рядом с братом на краю, одну ногу поджав к груди, а другую свесив вниз. С этих плит открывался красивый вид на заходящее солнце, которое уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в невероятные оттенки оранжевого, розового и фиолетового. Над городком постепенно сгущались сумерки, окутывая всё вокруг мягкой дымкой. Лёгкий ветерок трепал волосы ребят, принося с собой запахи весенней ночи. Финнеас обнял сестру за плечи, словно пытаясь согреть её в этом надвигающемся сумраке. Билли уютно прильнула к брату, положив голову ему на плечо.
– Хэй? Так что ты мне так хотела рассказать? – Финнеас повернулся к Билли, заглядывая в её глаза.
– Я хочу знать всё! Давай, как в университете дела? Какие оценки? Ты хоть ходишь на лекции?
Билли улыбнулась, шутливо толкнув парня в бок.
– Ну какой университет, Финн? Отстань! – передразнила она его, сбросив всю серьёзность момента.
– Я как старший брат обязан знать, а иначе расскажу всё родителям, – Финн в шутку вскинул бровь и скрестил руки на груди, изображая строгость.
– Да ну тебя! – Билли слегка толкнула парня в плечо, не в силах сдержать смех. – Если серьёзно, то нормально всё, учусь… Вроде неплохо… Ну, более-менее… – Она умышленно избегала конкретики, не желая вдаваться в подробности своих студенческих будней.
Финнеас кивал, внимательно слушая сестру, стараясь уловить малейшие нюансы в её голосе.
– А что насчёт баскетбола? Как тренировки? Ты всё ещё капитан команды?
Билли пожала плечами, как бы говоря, что это не самое интересное в её жизни, и продолжила:
– Всё хорошо, скоро важная игра, отборочный тур… Будем играть с какой-то командой из другого университета, не помню названия.
Финнеас обнял её за плечи и с теплотой сказал:
– У тебя всё обязательно получится. Ты всегда была лучшей в этом. Я знаю, как ты умеешь выкладываться на все сто, ты всегда была трудолюбивой.
Билли в ответ крепко обняла брата, чувствуя его поддержку.
– А ты вообще надолго? Как у тебя там дела? – спросила она, стараясь скрыть волнение в голосе.
Финнеас положил подбородок на её голову и вздохнул:
– Дней на десять… Не хочу надолго оставлять Клаудию одну. Да и тур у меня скоро продолжается, поэтому дел невпроворот… – Он замолчал, чувствуя, как сестра напряглась рядом с ним.
Билли кивнула, понимая, что у брата много дел, новые альбомы, концерты, гастроли… Но десять дней – это чертовски мало. А так хотелось побыть вместе подольше, как раньше, когда время текло медленно и беззаботно.
Финнеас заметил, как сестра тут же поникла, почувствовав её разочарование.
– Эй? Ну ты чего? – Он ласково улыбнулся, стараясь подбодрить её. – Кстати, смотри, совсем забыл… – Финнеас достал из кармана несколько каких-то билетов и протянул их девушке.
– М? Что это? – Она шмыгнула носом, пытаясь скрыть слёзы, и взяла билеты в руки, рассматривая их с любопытством.
Бумага приятно шуршала в её пальцах, отвлекая от мыслей, роившихся в голове.
— У меня скоро концерт здесь, в Лос-Анджелесе, — с мягкой улыбкой произнёс Финнеас, наблюдая за её реакцией. — Это вам с папой и мамой. Не переживай насчет учёбы и тренировок, концерт летом, когда у тебя будет больше свободного времени. Ты скажешь потом родителям, хорошо? Думаю, они будут рады разделить этот момент со мной. Мне важно, чтобы вы были там.
– Боже, Финн! – Билли сжала шею брата в объятиях так сильно, что у того перехватило дыхание.
– Тише, тише… Задушишь, – прохрипел Финнеас, но улыбка не сходила с его лица. Он обнял сестру в ответ, поглаживая её по спине.
– Я люблю тебя… – прошептала Билли, уткнувшись ему в плечо.
— И я люблю тебя, Би, — ответил Финнеас, целуя сестру в макушку. В этом простом жесте было столько любви и поддержки, что Билли почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слёзы.
Она отстранилась и села рядом с братом на бетонную плиту, положив голову ему на плечо. Вечерний воздух был прохладным, но рядом с Финнеасом ей было тепло и спокойно.
– Финн? Я ещё спросить хотела… Слушай, у тебя есть ещё билеты? – Билли приподняла голову и посмотрела на брата с надеждой в глазах.
– Ты хочешь Чарли пригласить? Конечно, есть, – Финнеас кивнул, уверенный в ответе.
– Ну… Нет, не Чарли… – Билли замялась, смущённо отводя взгляд.
– Би?) У тебя девушка появилась? – На лице Финнеаса возникла лукавая улыбка. Он приподнял бровь, ожидая ответа.
– Би?) – Финнеас уже улыбался от уха до уха, предвкушая признание сестры. – Давай признавайся! – Он наклонился к Билли, которая пыталась сохранить максимально серьёзное выражение лица, и начал её щекотать. Билли разразилась звонким смехом, пытаясь увернуться от его рук и отбиваясь от него по плечам.
– Эй! Отпусти! Отпусти! Пожалуйста, я расскажу, расскажу! – Билли, наконец, вырвалась из его объятий и села ровно, утирая выступившие от смеха слёзы.
— Ну, короче… Её зовут Лия, она учится со мной на одном курсе… Я её правда не замечала поначалу… Удивительно, как, если она такая… — Билли развела руками и замолчала, чувствуя, что уже слишком боготворит Лию перед братом.
– Красивая? – подтолкнул её Финнеас, сгорая от любопытства. Он видел, как меняется лицо сестры, когда она говорит о ней. Как в её глазах зажигается огонёк, а на щеках появляется нежный румянец. Он никогда не видел её такой… такой беззащитной и открытой. Такой… влюбленной.
Билли в ответ кивнула, и на её лице промелькнула легкая мечтательная улыбка.
– Очень… – прошептала она, словно боясь спугнуть это мимолетное видение. Она медленно достала телефон из кармана и начала пролистывать фотографии, и Финнеас заметил, как её пальцы нежно замирают на каждом изображении Лии. Как будто она боится, что Лия исчезнет, если она перестанет смотреть на неё. Он заметил, что почти вся галерея Билли была заполнена фотографиями этой самой Лии. На каждой из них она была запечатлена в разных ракурсах и ситуациях, но неизменно прекрасная.
"Ого… да тут всё серьёзно. Даже более, чем я думал," – промелькнуло в голове у Финнеаса.
Слегка порозовев, голубоглазая протянула телефон брату с открытой фотографией блондинки. На фотографии была запечатлена девушка с распущенными светлыми волосами и сияющими глазами, полными жизни. В ней было что-то… что-то настоящее. От неё исходила какая-то нежность и умиротворение. Финнеас не мог отрицать, что Лия была действительно красива. Но дело было не только во внешности. В ней было что-то ещё, что зацепило Билли.
Финнеас внимательно посмотрел на фотографию, пытаясь понять, что такого особенного нашла в ней его сестра. Что заставило её сердце забиться чаще. Что заставило её забыть о всех своих страхах и сомнениях. Он искренне улыбнулся и кивнул, возвращая телефон Билли.
– Я рад за тебя безумно, Би, – сказал он искренне. В его голосе не было ни капли сарказма или насмешки. Только искренняя радость за сестру. – Так, вы встречаетесь? Целуетесь там, за ручки держитесь? Может, уже и на свидания ходите? Рассказывай! Не томи душу!
Билли нахмурилась, пожав плечами. Её лицо помрачнело, словно на него набежала туча. Она отвернулась, избегая его взгляда.
– Я не знаю, как тебе сказать… Там все сложно пока… – пробормотала она, глядя в сторону. В её голосе звучала растерянность, неуверенность и какая-то обреченность.
Финнеас смотрел на Билли, видя в её глазах отражение собственных страхов и надежд. Он знал её как облупленную, каждую трещинку в её броне, каждую рану, которую она так тщательно скрывала. И сейчас, глядя на неё, он понимал, что она стоит на пороге чего-то важного, но в то же время очень хрупкого. Он хотел защитить её, уберечь от боли, но знал, что это невозможно. Каждый должен пройти свой путь, набить свои шишки, чтобы научиться отличать настоящее от фальшивого.
Он обнял сестру за плечи, стараясь её подбодрить. Он чувствовал, как она вся дрожит, как она напряжена, словно сжатая пружина.
– Не переживай, Би, – сказал он тихо. – Все будет в свое время, никуда не торопись. Главное – не дави на неё. Дайте себе время узнать друг друга. Нужно подождать, понять, твой ли это человек… Чувствуешь ли ты себя рядом с ней настоящей? Свободной? Счастливой? – Он говорил заботливо, пытаясь подобрать нужные слова.
Билли отмахнулась от него. Она не хотела слушать брата, хоть тот и практически всегда оказывался прав. Ей не нравилось, когда Финнеас начинал читать ей нотации, раздавать советы, как будто он лучше неё знает, что ей нужно.
– Да знаю, знаю я… – буркнула она, отворачиваясь. В ее голосе звучало раздражение. Ей хотелось, чтобы он просто порадовался за неё, а не начинал свои "мудрые" речи.
Финнеас вздохнул, зная свою сестру и то, как у неё обычно складывались отношения… Он видел, как она снова и снова наступает на одни и те же грабли, как бросается в омут с головой, а потом выныривает с разбитым сердцем. И ему было больно за неё. Он всячески пытался ей помочь, предостеречь, но Билли была слишком упёртая, слишком импульсивная, всегда стояла на своём и никогда особо никого не слушала. Он знал, что рано или поздно она снова обожжется, но ничего не мог с этим поделать. Оставалось только надеяться, что на этот раз всё будет по-другому. Что Лия окажется той самой, которая сможет растопить её лёд и подарить ей настоящее счастье.
Он тяжело вздохнул, отпуская её от себя, понимая, что она должна пройти свой путь, даже если он будет полон разочарований и боли. И всё, что он может сделать – это быть рядом, когда она упадёт, и помочь ей подняться. "Я всегда буду рядом, Билли. Что бы ни случилось. Даже если ты будешь ненавидеть меня за это," – мысленно пообещал он. Финнеас смотрел на сестру и понимал, что она снова влюбилась, и это было одновременно прекрасно и страшно. Прекрасно, потому что он видел, как она расцветает, как её глаза наполняются светом. И страшно, потому что он знал, как больно падать с небес на землю.
— Когда мы тут последний раз сидели? — В тишине раздался голос Билли. — Вот так, вместе… Мне тогда лет пятнадцать было, а ты как раз на второй курс поступил… Помню, как тогда, перед твоим отъездом… — Билли вздохнула и посмотрела вниз, на землю, болтая ногами. Воспоминания нахлынули на неё, вызывая легкую грусть.
– Ты не замёрзла? Пойдём уже, наверное? Я голодный… – Финнеас потёр живот, желудок недовольно заурчал, напоминая о себе. Он почувствовал, что Билли немного загрустила, и решил сменить тему.
Билли кивнула и встала с бетонных плит. Финнеас подошел к краю и слез на землю, помогая спуститься сестре. На улице уже полностью стемнело, фонари заливали дорогу мягким желтым светом. Вместе они отправились по дороге к своему дому, погруженные в тишину.
– Финн? – Билли обернулась, посмотрев на брата. – Поиграем в приставку после ужина?
Парень рассмеялся и потрепал сестру по макушке.
– Обязательно, но чур, игру выбираю я!
– Ура, ты лучший! — Девушка улыбнулась и радостно направилась с братом дальше по улице, предвкушая весёлый вечер. В такие моменты она чувствовала себя по-настоящему счастливой.