6.Его убили там, в Москве.
—Кощея что-то долго нет, — задумчиво сказал Турбо, а все пацаны перевели на него взгляд.
—А может, он это... ну не только за кассетами поехал? — предположил Марат, и теперь все взгляды были на Адидасе Младшем.
—Может, — задумчиво кивнул Зима. — Кассеты так долго не покупают. Может, он к девке этой поехал?
Все замолчали. Вопрос висел в воздухе, знали, что вор в законе Кощей. Бывали и запои, и то, что гулял старший по бабам, не по шлюхам — конечно, не по понятиям было. А вот тут, в Москве, сидит.
—К Михасю идти надо? Или как его там? Вениамин вроде, — сказал Турбо. — Может, его убили там, в Москве?
***
—Вень, стучат... — стараясь отстраниться, бормотала Ленка.
—Постучат и уйдут, — ответил Михайлов, под себя подминая девушку, а та выскользнула быстро, так что усмехнулся он, проводил взглядом, закурил, пока та уже дверь открывала.
—Мишу позови, — без церемоний начал Турбо, только дверь открылась.
—Вень, тебя! — крикнула в глубину квартиры Ленка, послышались тихие маты, и появился в проёме мужчина.
—Здоров, пацаны. Случилось что? — спросил, руки пожимая.
—Да Кощей вторую неделю пропадает, знаешь где? — с ходу Турбо начал, а Михась усмехнулся.
—Да у бабы он. Я ему звонил вчера.
—А приедет когда? — спросил Зима.
—Да отстаньте вы от мужика, пусть отдохнёт.
***
—Кать! Катя!
Зашёл в спальню Кощей.
—М? — сквозь сон буркнула, глаза не открывая.
—Пожрать приготовь, — сказал и сразу чуть глаза не закатил: увидел, как она руку из-под одеяла вытянула и средний палец показывает. — Кать, не дети ведь.
—Тебе надо — ты и готовь, — сказала, на другой бок переворачиваясь. Кощей вздохнул, но резко к кровати подошёл, навис над ней.
—Я уезжаю сегодня.
Глаза девичьи моментально распахнулись,а губки надулись.
—Я думала, ты со мной и на Новый год будешь...
—Дела, Кать. И так две недели у тебя сижу, пацаны уже звонили — спрашивали, когда я приеду, — сказал с еле уловимой грустью в голосе, лёг рядом и резко её на себя потянул. Катя ногу через него перекинула, оседлав бёдра его, и сказала тихо:
—И что мне одной делать тут на Новый год?
—А в том году ты что делала? — спросил, по ягодицам то поглаживая, то сжимая.
—В прошлом году брат дома был. И всё равно одна встречала — он к братве поехал, а меня не взял, — жаловалась, как дочь отцу, только поза не подходила.
—И что ж делать с тобой? — ухмыльнулся непривычно нежно. Белова плечами пожала, а самой на душе грустно так. Привыкла уже, что просыпаться — и он рядом, что хоть иногда и бесит, но без него уже никак.
—Со мной хочешь в Казань? — предложил вдруг. — Ты ж сессию сдала, красавица?
Катя оживилась, закивала энергично.
—Сдала. Что, правда — с тобой? А пацаны? Тебе ж нельзя...
—Кто сказал? Можно всё, Катенька. Вон Гвоздь тебя уже сбагрить хочет — на понятия не посмотрит, — шлёпок по округлостям раздался, но сейчас Катя не возражала, счастливая была как ребёнок. Вещи начала собирать, суетилась, бегала по квартире, чуть ли не в истерике была, когда платье не могла найти.
***
—Здоров, пацаны! — распахнулась дверь в качалку. Как бы приказав, обернулся к каждому. Широким, уверенным шагом зашёл Кощей, сразу принимая пожатия и критике фразы, а за ним, цокая каблуками, медленно, но не менее самоуверенно, чем Кощей, зашла Катя, оглядываясь. Сразу всё внимание на гостью переключилось.
—Любить и уважать. Катя. Моя, — представил Кощей, за талию приобняв и по щеке мазнул губами.
Зал замолчал. Вот стоит, оглядывает всех как рентгеном, будто всё самое сокровенное знает. Спокойная вроде, не просто спокойная — а холодная. Но вдруг строгое лицо озарила улыбка — нежная, почти материнская.
Дорогие мои читатели, ставим звёздочки! Иначе я совсем разленюсь, и главы будут выходить раз в месяц!