Замри

Я почувствовала, как меня подхватили сильные руки. Сквозь полусон я не стала сопротивляться. Где-то в подсознании всплыли воспоминания Агаты: как она когда-то делала подобное для Кая и Августа, когда те, будучи детьми, засыпали в непривычных местах. Наверное, тогда они чувствовали то же самое, что и я сейчас. Заботу... Это было странно, но мне впервые не хотелось выпускать иглы и бежать при приближении кого-то чужого.

Через некоторое время покачиваний моя голова коснулась мягкой подушки, а тело ощутило тепло, когда меня укрыли одеялом. Звук потрескивающих в камине дров тихо наполнял комнату, отзываясь спокойствием в душе. Сегодня мне не снились сны, и тревожные мысли, казалось, вовсе покинули мою голову.

Я была ещё на грани между сном и пробуждением, когда почувствовала рядом чьё-то присутствие. Оно не пугало, а, напротив, приносило странное, едва уловимое ощущение безопасности. Когда первые утренние лучи скользнули по моему лицу, я медленно открыла глаза и застыла. Рядом лежал Виррис. Его обычно нахмуренные брови разгладились, как будто он наконец позволил себе отпустить вечные размышления. Чёрные волосы, теперь коротко остриженные, лежали мягкими волнами на подушке, кожа белая, практически фарфоровая, так и манила прикоснуться.

Моё дыхание сбилось. В этом свете он выглядел иначе — более по-человечески, почти уязвимым, но вместе с тем удивительно спокойным. Я поймала себя на том, что задержала взгляд дольше, чем должна была.

Этот момент, наполненный тишиной, отозвался во мне странным, едва заметным трепетом.

Мне хочется верить в то, что Виррис на самом деле хороший человек, но это желание мешает мыслить трезво и я становилась похожей на Кассию, однако....

Мы с Виррисом были похожи. С ним, как и со мной, жестоко обращались в детстве: над ним издевались из-за силы, а надо мной — из-за её отсутствия. Его мама погибла, о своей я ничего не знала. Король движим местью, как и я в своём стремлении найти Джей и маму... Возможно, месть была той причиной, по которой я вернулась?

Я осматривала его слишком пристально, будто ответы крылись в его лице, что при ближайшем рассмотрении открывало несколько тонких резаных шрамов: один над глазом, второй на скуле, третий прорезал губу. Возможно, они были следствием тренировок. У Йора тоже появлялись такие царапины... То есть... у Айзека. Но в отличие от короля, моего братца никто не лечил. Неужели и у юного принца не было лекарей?

В голове всплыло воспоминание о том, как быстро король вчера среагировал, оказался совсем рядом и остановил меч рукой... Даже с учётом металлической защиты это вызывало восхищение. Может ли он воскресить себя? Думаю, нет... С такой силой, как у Вирриса, нужны очень верные соратники и солдаты рядом, а также большая внутренняя мощь, чтобы защищать себя самостоятельно. Казалось, он способен одолеть с десяток воинов в честном бою — именно поэтому вызывал такой ужас и трепет.

Я закрыла глаза, притворившись, что всё ещё сплю. События вчерашнего дня вспоминались отрывками: ноги всё ещё болели, и немного саднило горло от долгого пребывания на холоде. Пока я воображала, как Виррис всё время нашего бегства следовал за нами, я услышала, как его размеренное и ровное дыхание сбилось. Лёгкий толчок кровати — он встал. Тихо, почти бесшумно, двинулся к двери, но та открылась не сразу. На мгновение он замер, и я почувствовала его взгляд на себе. Моё сердце вдруг ускорилось, словно боясь, что он услышит его стук.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

За завтраком Анжелика смотрела на меня с нарастающим интересом. Я знала, что у неё накопилось множество вопросов, и я отвечала на них, прослеживая её взгляд.

— Нет, я не пострадала, хотя от кувшина с горячим чаем и мёдом моё горло бы не отказалось. Да, я пыталась бежать, но это было... подконтрольное бегство... Мне бы в любом случае не удалось это сделать — Анжелика только открывала рот, как я уже, предсказывая, отвечала на её вопрос: — Йор пытался меня убить, но король остановил его. Он оказался моим братом Айзеком. Я не слишком долго знала его... Это долгая история. Он обладает способностью забирать чужую внешность. Я не знаю, был ли он изначально Йором или стал им в какой-то определённый момент, и что с ним сейчас — я не знаю. Но в последний раз, когда я его видела, он оставлял бардовое пятно на белоснежном снегу...

- То есть король спас вас?

- Не меня – я потрясла рукой с серым браслетом.

Анжелика вновь открыла рот, но на этот раз её взгляд был прикован к соседней подушке, которую никто не убрал. Она не решалась спросить, но я знала, что она хочет это сделать.

— Где вся моя обувь? — опередила я.
— Его величество приказал унести.

Мои брови слегка приподнялись.
— Он злится, что я пыталась сбежать?
— Скорее, не хочет, чтобы это повторилось, — уклончиво ответила она.

Так вот почему он так замер у двери... Похоже, раздумывал о том, что нужно унести мою обувь.
— Понятно. Значит, я снова в клетке.

Анжелика нахмурилась и покачала головой. Затем подала мне чай с мёдом, решив ответить на невысказанный вопрос:

— Король был с вами с самого возвращения. Ему даже ужин подали в вашу комнату.

Я подняла на неё удивлённый взгляд.
— У него появилась новая тактика, чтобы выведать мои секреты? Я ведь не разговариваю, когда сплю? — я прыснула.

Служанка замялась, но затем произнесла:
— Мисс, думаю, вам нужно знать: король дорожит вами не только как инструментом. Он уснул рядом с вами.

— Это случается, когда люди устают.

Но Анжелика покачала головой.

— Нет, мисс. Король никогда не спит в тишине. В его комнате ночью всегда играет музыка.

Арфа... Я обхватила себя руками и подошла к окну.
Король, который устраивает кровавые и жестокие бои, который убил собственного отца, развязал войну, король, которого боятся сильнее смерти...

Разве в нём могут быть светлые чувства?

✸✶─────────────────────────────────✶✸
Служанки принесли мне обед. Раньше мой аппетит мог пропасть из-за стресса, но, кажется, больше мне это не грозит. Пустая тихая комната навевала желание поразмышлять.

Светлые чувства?.. После всего, что случилось, я вообще сомневалась, что кто-то способен меня полюбить. Кай, конечно, признался в этом Джей перед смертью, но... Может, моя мать права и я ошибаюсь? Что он сказал, когда очнулся? На моих руках уже кровь нескольких людей, и я совершенно точно уже не та Николь, что отправлялась на север. Что значат слова, если я этого никогда не чувствовала? Я вспоминала взгляд Кая из-за решётки, пустой и холодный... Испугался ли он, когда в моё плечо влетела стрела? Всё произошло так быстро, что я даже и не увидела его лица.

Мой взгляд упал на босые ноги и пустые полки для обуви. Я чувствовала, что совершенно не контролирую свою судьбу. Могла ли я отказаться от опекунства и не ставить ту злосчастную подпись? Могла ли я остаться в доме Алесундов, наблюдая за медленной гибелью Кая? Или сожаление и чувство вины поглотили бы меня целиком? Могла ли я не бороться за свою жизнь и от страха не выкрикнуть те ужасные вещи на арене?

Я подошла к фигурной деревянной тумбочке и открыла ящик. Внутри лежал знакомый мне клинок. В моих воспоминаниях о случившемся вдруг всплыло подозрение, которое заставило мои руки дрожать. Внимательно осмотрев оружие, я подтвердила догадки.

Все клинки Алесундов хранятся в замке и строго охраняются, кроме личных, которые носятся каждым членом семьи с собой. Своим клинком Кай ещё будучи в «Аутсайде» разрезал верёвку, но в рукоятке был недостаток — отломившаяся завитушка, обрамляющая драгоценные камни. Именно поэтому я тогда нашла тот голубенький камушек аэлит в траве и, вернув его Каю, получила кинжал, который позже в его сердце вонзила Джей. Я думала, он проделал круг и вновь вернулся ко мне, но сейчас я совершенно точно вижу — это другой клинок.

То, что у Камиллы есть несколько клинков, меня пугало и подтверждало мою догадку о том, что эта женщина уже давно знает загадку Рисвальдов и обладает гораздо большими ресурсами, чем желает мне показать. Что движет ею? Месть? Жажда власти? Скорее всего, оба эти варианта. Её жизнь прошла в замке, в окружении бесчисленных богатств и драгоценностей, к которым она не смела даже прикасаться.

Жизнь каждого человека — это просто снежный ком, который на склоне жизни сталкивается с другими валунами, обретая особенную форму и наполнение...

Я думала о Виррисе... О историях, которые я о нём слышала. Я отчаянно нуждалась в том, чтобы чёрный образ его величества стал хоть чуточку светлее, и собиралась отправиться к единственному доброму пятну на страницах страшных историй о жестоком короле — бывшему начальнику охраны, двухсотлетнему Ксару. Я выбрала бордовое бархатное платье подлиннее, чтобы не привлекать внимание к голым ногам.

К моему удивлению, дверь моей комнаты оказалась открытой. Как только мои ноги коснулись холодного камня, меня пронзил озноб, но я сжала зубы, потому что предо мной было первое препятствие — охранник, что стоял прямо рядом с дверью и мигом преградил мне путь.

— Принц вызвал меня к себе.
— Мне приказано не выпускать вас из комнаты, распоряжений от принца не было.
— Но я уже сделала шаг за порог, значит, вы ослушались приказа.

Охранник молча стоял передо мной спиной.
— Не заставляйте его высочество ждать. Пропустите меня.
— Если бы принц назначил с вами встречу, он бы отправил за вами охрану. Пожалуйста, возвращайтесь в свою комнату.
— Нет, — твёрдо сказала я, и наши взгляды с коренастым мужчиной встретились.

— Что тут происходит? — прервал ментальный бой принц.
— Как я и сказала, принц искал встречи со мной, — я оттолкнула охранника и подбежала к Фаэлю.

Я подхватила его под руку, и он проследовал за мной по коридору.
- Ты вовремя. Подслушивал, что ли?
- А если и так, то что?
- Ты слишком любопытный!
- Что ты на этот раз задумала?
- Хочу поговорить с Ксаром о короле. Проводишь?
- Провожу, но я уже слышу, как охранник идёт доносить об этом инциденте, так что у тебя мало времени.
- Как долго ты подслушивал?
- Ну, скажем так, ваш разговор с Анжеликой я уловил.
- Ах ты! — я шлёпнула его по плечу.
- Нападение на принца! Стража, арестуйте этого призрака! — парень рассмеялся.

Шутка про вчерашнее бегство вернула меня к мыслям о брате. Я помассировала виски и пыталась вспомнить, был ли в оружии Айзека камень, собирался ли он забрать мою силу или планировал уничтожить её? Но если бы он был честен со мной, то зачем весь этот цирк с прикрытием?

- Какие новости по поводу Айзека?
- Как и ожидалось, король оставил его в темнице на время. Я думаю, у всех к нему много вопросов.

- А про Йора что-то известно?

- Ты думаешь, что твой брат не был им с самого начала?

- Нет, я... Просто он только в последний день вел себя странно, он никогда не обращался ко мне по имени и не отвечал на мои вопросы будто и понятия не имел, о чем я спрашиваю, да и как Айзек мог знать кого из захваченных южан я выберу, я положилась на случайность.

- Думаю это выяснится на допросе, так что не волнуйся, если твоя версия верна, то мы найдем твоего охранника.
— Айзека будут жестоко допрашивать?
— Король уже успел сменить гнев на милость, так что вечером всего лишь вновь доставят Рюка.

Ноги перестали нести меня, а глаза расширились. Только мне показалось, что я выиграла время, как Айзек снёс мой карточный домик.
— Что-то не так? — Фаэль наклонился, чтобы посмотреть в мои глаза. Мой взгляд выражал лишь одно: «мне конец».

Он обхватил меня за плечи, и моё тело невольно качнулось. Принц всё понял без слов.
— Я могу помочь тебе чем-то?

Я покачала головой, чувствуя себя обреченно.
— Держи меня в курсе того, что происходит, и... Этот разговор не для коридоров.
— Сию минуту, мисс. Отправляюсь на разведку. И поскорее возвращайся в комнату.

Я слабо улыбнулась вслед уходящему Фаэлю, ступила на снег и засеменила к старику. Мои ноги начинали дубеть, но я не собиралась возвращаться обратно, пока не получу больше ответов. Как только я подошла ближе, его глаза сузились, рассматривая моё лицо.

— О, беглянка, чем старый пень заслужил ваше внимание?

— Вы часто рассказываете истории. Я бы хотела послушать.

— Какую историю ты хочешь услышать?

— О Короле. О Виррисе. Его отец был таким же жестоким?

Старик довольно улыбнулся. Кажется, нечасто в замке находится тот, кто готов слушать его истории. Он откинулся назад.

— О, многократно хуже, милая... Король не раз запирал мальчишку одного в тёмной башне: там сыро и совсем нет окон. Ребёнка содержали хуже заключённого. Но самое страшное было в тишине, потому что, когда молчат стены, начинают говорить мысли. Маленький Вирр плакал и говорил, что души взывали к нему. Вероятно, это были лишь завывания ветра и воображение пятилетнего ребёнка.

Я нервно поджала губы. Старик свёл брови и продолжил:

— Короля Кэрола звали Громогласным, потому что его голос мог охватывать всю столицу. Под контролем принцессы Юга Агаты его разум туманился, он стал подозрительным. Довёл королеву до самоубийства. Она была милой женщиной и так отчаянно пыталась его спасти.

— Довёл королеву до самоубийства? Что он сделал?

— Издевался, — коротко ответил старик, и в его глазах блеснула боль. — Она говорила с душами умерших, бродила по Пелене, как по родному дому, и научила сына ходить так, чтобы находить дорогу обратно. Она не раз пыталась воздействовать на принцессу Юга через души покойных, но всё было без толку. Королевские семьи охраняли щиты. Она звала лекарей, возила короля к Стене. Она единственная догадывалась о случившемся, но элита ей не верила. Даже её собственные подруги-фрейлины высмеивали за спиной. А затем души покойных забрали королеву с собой.

— Значит, Виррису досталась сила от матери, — сделала вывод я. — Но почему отец был так жесток с ним? Это всё из-за контроля Агаты?

— Его разумом завладела паранойя. Он начал считать, что старший сын не его родная кровь. И нашёл он потом подтверждение своей теории: слугу, что в саду работал. Выяснилось, что он цветы воскрешает. Уж не знаю, как всё на самом деле было, но король решил: тот мужик — любовник покойной королевы. Вирру тогда едва 18 стукнуло. Отец не хотел скандалы в свите создавать, да решил устранить названного бастарда. Отправил к нему охранников, но мальчик был готов. Как только стража ворвалась, девица, что охраняла его сон, перестала музицировать. Он тут же очнулся и достал меч из-под кровати. Перебил их, а затем и короля. Его с тех пор отцеубийцей кличут, но при нём не говорят — боятся. Уж если отца убил, то разве можно рассчитывать на его милость? Но ты не бойся, красавица. Тебя он бережёт. По-своему, правда, но волоску с твоей милой головушки упасть не даст... — старик замедлился и поднёс дрожащую руку к голове. — Здравствуйте, Ваше Величество.

Я обернулась и застыла. Глаза Вирриса пылали гневом. Он молча подхватил меня на руки и понёс по коридору замка. Я протестующе замотала ногами. За нами тянулся шлейф перешёптываний слуг.

— Отпустите меня! — я попыталась оттолкнуть его руками, но он лишь крепче перехватил мои ноги.

Я уставилась на короля, который быстро двигался по замку. Уже второй день он носит меня на руках. Ворвавшись в мою комнату, он усадил меня на кровать, а сам направился к камину, подкладывая дрова в костёр.

— Все ноги себе обморозила. Ты пальцы хоть чувствуешь? Мне сказали, что ты заболела после охоты, и я уже направил к тебе лекарей. Но ты, похоже, закалённей многих северян, раз разгуливаешь босиком по льду.

— А какая разница? Заболею или умру — судя по всему, здесь я неуязвима и бессмертна. Хоть в костёр, хоть в лес, хоть с окн...

— Хватит! — Виррис резко встал и положил руку на мои губы. — Я не хочу разбираться с последствиями твоих страданий. Важно, чтобы тебе здесь и сейчас было хорошо. Я не стану молча смотреть, как кто-то делает тебе больно. Или как ты сама вынуждена терпеть что-то...

Я, удивлённая его реакцией, захлопала глазами. Король отошёл от меня и сел на пол рядом с камином. В этот момент из-под его мантии показалась белая мордашка, чёрные глазки и розовый нос.

— Хорёк с охоты?

Король тяжело выдохнул, возвращая самообладание.

— Он совсем малыш, не отходит от меня ни на шаг. Думал, его забрали у мамы, но её тушку слуги так и не нашли... Пока истории, которые мы узнаём друг о друге, кажутся полной трагедией, — его губы растянулись в улыбке, — да и узнаём мы их не от друг друга.

В комнате повисла тишина. Я сползла с кровати на пол и поджала ноги, чувствуя себя неловко, когда смотрю на короля сверху вниз. Хорёк заинтересованно подбежал ко мне, понюхал край платья, но, заметив, что я тяну к нему руку, юркнул обратно под плащ Вирриса.

— Ксар ошибся. Моя мать не покончила жизнь самоубийством. Она добровольно ушла в Пелену. Кажется, что это одно и то же, но в отличие от покойных она может вернуться обратно. Она сбежала от отца и там нашла покой.

— Откуда ты знаешь?

— Я видел. Пытался вернуть её, из-за чего мой отец нацепил на меня такой же браслет, — Виррис мотнул головой в сторону моей руки.

— А от чего зависит, можно ли вернуть человека к жизни или нет? Если проходит много времени, это сделать сложнее?

— Иногда, — Виррис помедлил. — До кого-то дотянуться проще — у кого есть незаконченные дела и тяга к жизни. Как у Ксара, например: мне достаточно лишь моргнуть, чтобы встретить его. — Синие глаза посмотрели в мои так, что по всему телу прошли молнии. — Тебя я искал весь день.

— Это странно, но я ничего не помню из того, что было в Пелене. Только... эхо ощущения перед пробуждением.

— Потому что там ничего нет, пока не появляюсь я или мама. Это сложно объяснить...

— Ты видел там своего отца?

— Нет. Я думаю, он ушёл сразу. В некоторых случаях выбрать жизнь гораздо хуже.

— Это очень грустно, Виррис, — я осеклась, заметив, что назвала короля по имени, но он, кажется, был не против. — И прости, что я тогда сказала. Это должно быть так тяжело — видеть, как твой близкий человек невольно сходит с ума.

— Тебя буквально вчера чуть не убил собственный брат. Думаю, ты имеешь представление об этом.

— Я смогу его увидеть?

Король отрицательно покачал головой.

— Его было сложно вернуть?

Снова отрицательный моток головы. Король поднялся на ноги и осмотрел полки с украшениями, которые я так ни разу сама на себя и не надела — только в редких случаях, когда не удалось отбиться от требований Анжелики.

— Ты ещё не допрашивал его? Я думаю, он не являлся Йором с самого начала... Ну то есть, он только в день охоты вёл себя странно. Я волнуюсь и думаю, что с моим изначальным охранником что-то случилось.

— Обещаю, что разберусь с этим.

— А где ты видел свою маму?

— Фаэль выпал из окна. Отец умолял меня вернуть «законного» принца, но я отказал. Мне хотелось наказать его за маму. Но... через несколько дней он вынудил меня сделать это. Мой отец был не из тех, кто просит дважды. Это заняло буквально секунду. Там, на самой границе Вуали, стояла моя мама с Фаэлем на руках. А что насчёт твоей матери? Ты знаешь о ней что-нибудь?

— А моя мать... где-то рядом. Она, как и все, сейчас на охоте за главным призом.

Король закрыл лицо руками, потирая глаза костяшками.

— Это просто какое-то безумие. В подвале замка нашли труп. Судя по тому, что мне показали следователи, этот урод тоже пытался тебя убить. Сжечь. Заживо. Три покушения за месяц! Выборка людей, желающих твоей смерти, просто огромна — от слуг до друзей, от родных до тебя самой. Разве при этом я могу позволить тебе свободно разгуливать по замку одной?

Голос Вирриса прорезали нотки беспокойства. Мои ноги начали постепенно отогреваться и возвращать чувствительность, и я встала. Виррис подкинул полено в камин.

— Вы бережёте меня потому, что в прошлый раз долго искали меня в Пелене и боитесь, что в этот раз не найдёте? — тихо произнесли мои губы.

Мужчина мгновенно сократил дистанцию между нами, схватил меня за руку и притянул к себе. Я уткнулась лицом в его грудь и оказалась в его объятиях. От неожиданности я замерла и задержала дыхание.

— Ты действительно такая глупая или притворяешься?

Мне хотелось обнять его в ответ, но это казалось чем-то противоестественным. Он укрывал меня плащом, точно большая тёплая птица. Меня окутал запах костра, древесины и морозного леса. В его объятиях я чувствовала себя совсем хрупкой. Он провёл рукой по моим волосам, поглаживая их.

Внезапно внутри что-то щёлкнуло, и на глаза выступили слёзы.

— Я на самом деле уже не хочу умирать. Мне хочется посмотреть мир и увидеть шары, на которых летают люди за морем. Я прочла об этом в ваших книгах. Хочу увидеть Алесундов, хочу есть эту вкусную еду, помочь детям в Аутсайде, прекратить войну и бойни. Хочу, чтобы мать Лорана вернулась домой, а виновные были наказаны — но не жестоко, а с возможностью осознать проступок и исправиться. Хочу кататься на конях и смотреть, как люди в блестящих костюмах танцуют под великолепную музыку. И любви... настоящей, взаимной. Вечный покой не стоит этого. Спасибо, что вернули меня и спасли снова и снова. Да, я знаю... вы спасали не меня, а мою силу, свою власть. Но, к сожалению, вы тоже... — я прекратила бубнить и подняла глаза на Короля.

— Что?

— Вы тоже скоро захотите моей смерти.

Виррис отпрянул. Его разозлили мои слова. Он сделал несколько шагов к двери и, прежде чем уйти, твёрдо произнёс:

— Я отпущу тебя домой. Но прежде, чтобы никто на целом острове не смог причинить тебе вреда, я захвачу Родрихан.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Как только Виррис покинул мою комнату, я обмякла и села на пол, будто его объятия были единственным, что удерживало меня на ногах. В глазах стояли слёзы от неожиданного наплыва чувств — хотелось зарыдать. Мне было так жаль себя, Вирриса, наши семьи... Я прокручивала в мыслях кошмарные последствия сил, которыми столь глупые существа просто не способны распорядиться правильно.

На следующий день король покинул замок вместе с отрядом, а ко мне было приставлено вдвое больше охраны. До обеда Анжелика расчёсывала мои длинные волосы, пока я читала одну из библиотечных книг о военной подготовке.

Фаэль зашёл в обед. Он выглядел встревоженным. Нервно махнув моей служанке, приказывая выйти, он закрыл за ней дверь. Я встала.

— Ваше... — начала было я, но поняла, что он лишил меня звука, и недовольно скрестила руки.

Он схватил меня за руку, дёрнул на себя и задрал рукав платья, затем внимательно осмотрел мой браслет и приказал стражнику войти. Задвигая пальцами в его сторону, Фаэль что-то показал; мужчина потер уши и кивнул.

— Прикажи мне.

Не успел он договорить, как только звук вернулся, я резко отпрянула.

— Отпусти меня! — Но Фаэль продолжал держать меня, и я громко рыкнула.

Принц, удовлетворённый, отдал приказ стражнику выйти и поместил нас в бесшумный пузырь. Я села на стул, а он рухнул в кресло.

— Ну, рассказывай, дикарка, что ты сделала с Виррисом?

— Что ты имеешь в виду?

Юноша запустил руку в блестящие кудри и наклонил голову, будто ответ был очевиден. Я пожала плечами и отвела глаза в сторону, подозревая, что разговор пойдёт о потеплении в наших взаимоотношениях.

— Ты нашла способ использовать свою силу, несмотря на каэлит? И обойти его щит от магии квентов?

— Нет! Разве я бы всё ещё сидела тут, если бы это было так?

— И то верно, — Фаэль тяжело вздохнул. — Слушай, мой брат — не то, с чем можно играть. Он ломает свои игрушки.

— О чём ты говоришь?

— Он готовит наступление и идёт ва-банк. Я вижу, как он меняется, и понимаю, что это твоё влияние.

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю. Но меня это пугает.

Фаэль постучал пальцами по деревянному столику.

— Виррис сейчас у Стены? Как скоро он вернётся? — подала я голос.

— Виррис? — переспросил Фаэль и усмехнулся. — Ты тут всех по имени называешь? Слышала бы тебя Кассия.

Я встревоженно отвернулась и посмотрела в окно, будто могла увидеть Стену из башни.

— Не знаю, — ответил Фаэль. — Зависит от результата боя. Он так спонтанно отправился на юг.

Я сжалась от холода и поджала ноги под себя.

— Он часто уходит на войну?

— Да. И я каждый раз боюсь, что он не вернётся.

— Ты тоже волнуешься за него, — я улыбнулась.

— Боюсь за него. И боюсь его, — улыбнулся Фаэль и отчеканил каждое слово под удары пальцев по столу. — Хотя для нас это мог бы быть благоприятный исход: я бы сел на проклятый трон, а ты бы отправилась на проклятый Юг.

Я тяжело вздохнула, и мне вновь стало зябко.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Поздно ночью мне не спалось: я прислушивалась к тишине за окном в ожидании, когда заиграет арфа. Под утро я наконец закрыла глаза.

Мать схватила меня за грудки и притянула к себе. Она держала меня над пропастью, и её глаза сверкали злостью. Я посмотрела вниз — в груди похолодало: скалы и обрывы, так высоко... Моя белая ночная сорочка колыхалась от порывов ветра.

— Ты грязная девчонка!

Она встряхнула меня, и я едва не упала в пропасть.

— Вытащи моего мальчика из этого проклятого места! — рыжеволосая женщина вопила, её длинные ногти врезались в мои руки, причиняя сильную боль.

— Мама, прекрати!

— Скажи своему королю, чтобы отпустил твоего брата!

— Хватит.

— Клянись, что вытащишь его!

— Нет, — сказала я и пихнула женщину. Камилла удивлённо посмотрела на меня, поражённая тем, что я смогла дать ей отпор.

— Ты нереальна, — твёрдо сказала я. — Это сон. Уходи!

Её глаза загорелись пламенем, а вместе с ними и руки.

— Хочешь, повторим наяву?

Она толкнула меня своими пылающими руками, и я упала вниз, к камням.

Хапнув воздуха от страха, я очнулась. За окном всё ещё было темно, и, хоть мне показалось, что я спала долго, настенные часы показывали: минуло всего несколько минут.

Дверь скрипнула. Я потянулась к тумбочке, соскочила с кровати, достала клинок и встала за угол. Сердце колотилось так громко, что мне казалось — его слышно на весь замок. Я спряталась в висевших шубах. В темноте чей-то размытый силуэт, не обнаружив меня в кровати, зашарил вокруг. Я выскочила с клинком наперевес к незваному гостю, но он среагировал молниеносно: не успела я занести руки для удара, как меня перехватили и прижали к стене, а клинок так и остался над моей головой.

Надо мной стоял Виррис. Его усталый взгляд скользил по моим прижатым к стене рукам и до самого клинка. Он не был удивлён очередному нападению, напротив — казалось, облегчённо выдохнул, увидев, что я всё ещё в своей комнате. На его лице появилось несколько новых царапин; по пути он где-то скинул плащ и был целиком в чёрном костюме.

— В следующий раз бей наотмашь и целься в шею.

Он разжал мои пальцы и взял клинок. В его руках он казался игрушечным. Перехватив его лезвием вниз, Виррис сделал лёгкий, медленный замах, демонстрируя правильный удар.

— Так же, если оружие столь маленькое, его удобно спрятать под рукавом и нанести удар неожиданно. Это даст тебе преимущество.

Не зная, как подобрать правильные слова, я просто смотрела на его лицо, пытаясь убедиться, что он в порядке. Браслет на его ноге светился красным, а его ноги подгибались от усталости.

— Почему ты не спишь? — спросил он, игнорируя факт нападения.

— Мне приснился кошмар. Моя мать воздействует на меня. Я думала она нашла способ добраться до меня, я не хотела... Извините, Ваше Высочество.

Меня все еще трясло после кошмара. Виррис тяжело вздохнул, поднял меня, словно пушинку, перенёс в кровать и сел рядом.

— Мой верный щит пострадал сегодня в бою, но на меня сила ещё действует. Завтра я разыщу другого квента с той же магией, а пока побуду с тобой.

Он снял кожаные перчатки и кинул их на пол. Руки короля дрожали от усталости, на ладонях появились кровавые мозоли. Заметив, что я рассматриваю их, Виррис развернул руки тыльной стороной.

— Вам нужно к лекарю.

— Пустяки.

Я громко цокнула. Встав, достала из тумбочки средства, припасённые со времён тренировок Айзека: марлю и настой. Аккуратно касаясь лица, я старалась обработать все царапины. Виррис был слишком уставший, чтобы сопротивляться: он откинул голову назад, наблюдая за моими манипуляциями. Увлекшись, я поняла, что наклонилась слишком близко, когда почувствовала его дыхание на ресницах. Столкнувшись с тёмно-синими глазами, я резко отстранилась и присела, чтобы обработать руки.

— Хорошие новости: стража нашла Йора. Он сейчас без сознания, бормочет, что хочет к своей хозяйке. Над ним работают мои лучшие лекари, так что скоро он придёт в себя.

— Спасибо, Ваше Величество. Я рада, что он в порядке. Но теперь и вам стоит отдохнуть. Не волнуйтесь за меня: кошмары нереальны, и я вполне могу бодрствовать до утра.

— Не приказывай королю.

Я вздохнула: мне захотелось ударить его. Молча отстегнула нарукавники с его рук — кажется, бой вымотал его настолько, что он даже не мог шевелиться. Затем сделала то же самое с ногами. Распаковав обмундирование, я недовольно посмотрела на Вирриса и укрыла его одеялом.

Вернувшись на свою сторону кровати, я свернулась калачиком в полной уверенности, что рядом с ним я в безопасности.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

На утро в постели я уже была одна, протерев глаза я увидела на тумбочке цветок в горшке и улыбнулась. Анжелика помогла мне одеться, принесла одни из моих высоких сапог, заплела мои длинные волосы в прическу, и мы отправились в больничное крыло чтобы навестить Йора. Его серые глаза вспыхнули грустью, как только он увидел меня.

- Простите, простите, хозяйка, что я не смог защитить вас! – он попытался соскочить с кровати, но его откинуло назад.

- Мы вылечили раны, но он потерял много крови, прежде чем его отыскали, так что возможно головокружение, но сейчас он стабилен - пояснила девушка лекарь.

- Спасибо, можем ли мы остаться наедине?

Девушка встретилась взглядом с Анжеликой, кивнула и они обе вышли за дверь лазарета.

- Прошу, если вам угодно наказать меня не пачкайте свои руки... - Парень снова предпринял попытку подняться.

- Прошу, Йор, оставайся в кровати пока ты не поправишься, ты ни в чем не виноват.

Я обхватила его бледную руку, сев рядом склонилась к нему понизив громкость голоса.

- Я просто пришла проведать тебя и выяснить что произошло.

Йор смущенный тем, что я держу его за руку опустил глаза.

- С вами все в порядке? Они хотели забрать вашу силу...

Я шикнула и оглянулась на запертую дверь.

- Будь тише! Они? Расскажи по порядку что случилось?

- Я был на тренировке и один из солдат подошел ко мне с глупым вопросом, со мной тут никто не говорит и не любезничает, так что я сразу насторожился и схватился за меч и вдруг я услышал женский голос, он приказал мне замереть и тут же меня будто связали, а затем этот мужчина вонзил в меня меч, но как-то неумело, он попал мне в ребро и не смог пробить его, следующий удар пришелся на броню и меч съехал. Он действовал как пятилетний ребенок, что впервые взял в руки меч.

- Ясно. Ты не в чем не виноват, я говорила, что боевые навыки не сравнятся с силами квентов, - я по старой привычке дважды сжала его руку, - Что было после?

- Я упал, но все еще был в сознании. Женский голос смеялся и сказал что-то вроде: «Ты хоть Николь то проткнуть сумеешь? Не попадешь в сердце – сила умрет вместе с ней», а затем я увидел, как меняется лицо рыцаря, но он опустил забрало, и я потерял сознание.

- В итоге Виррис проткнул его. Все закончилось хорошо – я попыталась улыбнуться.

- Не прикидывайтесь что все в порядке, я видел вашу искреннюю улыбку. Не сочтите за грубость, но это я должен защищать вас.

- Ты прав, ничего еще не закончилось, слушай меня внимательно, ты ничего не слышал. Кто бы тебя не спросил об этом. Меня ты уже не спасешь, но себя защитить сможешь, и я хотела бы чтобы ты был в порядке.

- Хозяйка...

Дверь приоткрылась. Я приложила палец к губам и встав вышла из лазарета, приветствуя вошедших лекарш.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Вечером Анжелика сделала для меня ванную.

Что победило Агату? Неужели моя мать?

Виррис защитил меня и остался со мной до утра чтобы спасти от кошмаров. Будет ли это иметь смысл после того, как он узнает всю правду от Айзека? В кровати меня всё ещё морозило; я продолжала подкидывать дрова в камин, чтобы он не потух, и заворожённо смотрела на огонь до самого вечера, я ожидала Вирриса, или квента с силой щита, который бы спас меня от кошмаров, насылаемых Камиллой

Но в мою комнату с грохотом не ворвался Фаэль. За его спиной стояли двое охранников и Анжелика. Я столкнулась взглядом с каждым из них и поняла: добра от выражений их лиц ждать не стоит.

— Идём, быстрее. Король всё узнал.

Я знала, что так будет и покорно вышла к принцу и двинулась за ним и стражей. Однако, по тому, что я помнила, дорога вела нас не в тронный зал... В тюрьму? Или сразу казнь? Я думала, ему ещё предстоит найти подходящий сосуд...

- Всё? - переспросила я.

- Да. Про передачу сил, убийство принцессы, вашу семейную предысторию, что так удачно сплелась с политическими распрями наших стран.

- Ожидаемо... Ты был там?

- Нет, но я всё слышал.

- Брат признался только в этом?

- Да. Если ты о твоём простреленном плече у стены, то он понятия об этом не имел.

Мы спускались всё ниже и ниже, звуки наших быстрых шагов глохли тут же под невидимым куполом силы принца.

- Почему моя служанка идет с нами? Можем ли мы отпустить ее? Ты знаешь, что меня ждет?

Вдруг наш путь лёг через большую пустую кухню. Фаэль неожиданно весело усмехнулся и пожал плечами.

- Король ещё не послал за тобой. Его отвлекает Кассия, но у нас мало времени. Она, конечно, не одобрит заговор против короля, но сделает что угодно, чтобы отдалить тебя от Вирриса.

- Заговор? Куда ты привёл меня?

- Ты отправляешься домой, - парень крепко обнял меня. - Мне искренне жаль, ты пережила столько боли.

Фаэль взял меня за руку, пока я недоумённо смотрела на Анжелику, на глаза которой накатывались слёзы.

- Я люблю динамичные истории, но тут я просто не мог оставаться зрителем. Ты заслуживаешь лучшего, Николь. Ты заслуживаешь хорошего конца.

- Фаэль, прекрати, это плохая затея, он убьёт тебя!

- Я знаю, - с этими словами принц толкнул меня, и, запнувшись, я упала в сундук, набитый сеном. Крышка надо мной мгновенно захлопнулась, и я громко закричала, ударяя в стенки и прося выпустить меня, но звук мгновенно пропал.

- Ваше вели... Высочество... Тьфу! Фаэль! Пожалуйста! Чёрт! - мои крики и стук отдавались полной тишиной. Меня накренило влево, затем вправо, снова влево. Мои руки и ноги со всей силы тарабанили по стенкам деревянного ящика.

- Быстрее! - скомандовал принц своим подопечным. Я слышала, как он зовёт телепортов.

Сундук со мной оказался на земле.

- Стоять! – кричал Виррис.

- Нет, пожалуйста! НЕТ! - сквозь тишину я услышала своё «нет», и это значило только одно: Фаэль мёртв.

Меня пронзило знакомое чувство телепортации, и я зажала рот рукой, слыша переговоры снаружи. Я утерла слёзы. Меня вновь накренило вперёд. За стенкой послышалось ржание лошадей, заскрипели колёса. Мои всхлипы заглушал воющий снаружи ветер.

— Принц велел быть осторожнее с этой посылкой и доставить её через границу как можно быстрее.

— На фронт?

— Не доложили. Распоряжение поступило от его величества и одобрено югом.

Подавляя слёзы, я слышала, как сундук со мной пересекает стену. Казалось, проходит лишь мгновение — и я вновь чувствую, как мой желудок сжимается, будто я падаю куда-то, и падаю вместе с сундуком на землю. Вокруг наконец-то воцарилась тишина. Я лягнула ногами стену сундука — и та отвалилась. Протерев глаза, я поняла, что передо мной знакомое поместье. Звонко шаркнув, я обернулась на охранников, которые оглянулись на меня и тупо уставились на ворота, и, пожав плечами, пошла в дом.

Вокруг было так тихо. Холодный ночной ветерок обдувал мои волосы. Я обернулась — сердце пронзила боль от смерти Фаэля. Но я пыталась убедить себя в том, что Виррис вернёт его... Я была уверена: король, который собирался захватить всю страну, не пожалеет собственного брата.

Тёплая ручка двери просила открыть её, но я сомневалась.

«Будет ли приятным сюрпризом моё возвращение?»

Внутри сохранялась звенящая пустота. Я чувствовала: произошедшее было ошибкой. Уже не знаю, что конкретно мое прибытие на север или возращение. Но назад дороги уже не было. Я поддалась и вошла в холл. В доме было тихо, но одна суетливая служанка вдруг заметила меня. Я услышала до боли знакомое:

- Замри!