Замри

 Я обернулась, завидев Кая, который стоял на лестнице и смотрел на меня из-под лобья, напряженно, выжидающе. В доме включился свет. Огромное зеркало напротив отражало меня - девушку, которую я даже внезапно сочла бы красивой. Я поправилась, и тело приобрело приятные очертания: правильный уход за кожей и волосами дал свои плоды, локоны больше не весели бесформенной кучей, а струились аккуратными волнами. Синяки под глазами почти исчезли, а прекрасное платье из тяжелой ткани подчеркивало мою узкую талию.

На меня уставились десятки глаз — сонных, но настороженных. Служанки и охранники замерли в дверных проемах. Темные глаза Альвара сверкнули, и он направился ко мне, но его обогнала девчонка в костюме служанки, с каждым шагом я все более отчетливо различала знакомые черты лица.

- Николь?! - визгнула Энни, и в следующую секунду она налетела на меня, едва не сбив с ног.

Руки тряслись, а горло саднило от криков; икота пробивалась, как вестник минувшей истерики. Появление соседки шокировало меня не меньше, чем моё возвращение. Я осмотрела девушку: за полгода она ни капли не изменилась. Не знаю, считал ли Кай, что его сила сработает, или сделал это по привычке, но этого не случилось, и я обняла появившуюся девчонку из «Аутсайда».

- Осторожно! - выкрикнул Кай. - Это может быть Джей!

- Это Николь! Клянусь! - задыхалась Энни. Она схватила моё лицо ладонями, поворачивала его то влево, то вправо, вдыхала запах моих волос. - Ты вернулась... ты правда вернулась?! Как?! – Она прошлась по мне глазами – почему ты босая?

Кай держался чуть в стороне. К нему подошёл Лоран, который, одновременно уговаривая своего младшего брата вернуться в кровать. Малыш, конечно, не собирался уходить.

- Не пойду! - Калеб сложил руки на груди. — Хочу посмотреть на принцессу!

- Посмотришь завтра, а я пока расскажу тебе сказку! — подоспела Энни. Девушка подхватила мальчика на руки и подмигнула мне.

- Скажи что-то, что знает только Николь, - потребовал Лоран.

- Блуд, - усмехнулась я.

Он рассмеялся и резко притянул меня к себе, обняв так крепко, что я едва удержалась на ногах.

С лестницы сбежал Август. Они окружили меня, улыбки сияли на лицах. Альвар положил руку мне на плечо, Август мягко коснулся моей щеки.

- Ущипните меня, - пробормотал Лоран, — а то мне кажется, что я сплю.

- И меня за одно, - подтвердил Август.

Старшему сыну Алесундов не нужно было устраивать мне проверки или даже видеть меня, чтобы понять, что это я. Кертис тут же громко приказал накрыть стол, и в доме зашуршали, загремели посудой.

- Я подойду, - сказала я, чувствуя, как дрожит голос. - Только... умоюсь. И всё вам расскажу.

За мной проследовали десятки глаз, краем глаза в отражении я видела, что Альвар порывался пойти за мной, а затем кивнул головой Каю.

Слёзы всё ещё жгли глаза, оставляя на щеках горячие дорожки. Я медленно вошла в свою комнату; она встретила меня почти такой, какой я её оставила, только чистой, с аккуратно расставленными вещами и с восстановленным кактусом на подоконнике. Я присела рядом, чтобы рассмотреть его повнимательнее, и заметила, что он вырос. Иглы Евы стали острее и длиннее; поднеся палец к одной из них, я укололась, и на пальце осталась крохотная капелька крови. Я отошла в ванную, и меня качнуло — казалось, что всё не по-настоящему, что я просто сплю.

Я наклонилась к раковине и окунула руки в ледяную воду, потом обмакнула лицо, чувствуя, как холод пронизывает кожу и на мгновение притупляет внутреннюю бурю. В голове смешались эмоции — воспоминания о Кае, мысли о Виррисе, который сейчас рвет и мечет где-то вдали, беспокойство за Анжелику и странное, невозможное чувство недоверия к реальности.

И всё же сердце сжималось от мысли, что мой побег причинил Виррису боль. Я ещё не знала, как Король Ричард собирается использовать меня, и не чувствовала себя спасённой. А Король Севера... он снова остался один.

Я вцепилась в край раковины и подняла взгляд в зеркало.

- Хватит, - шепнула себе. - Дыши.

Прогнала мысли, вытерла лицо полотенцем и вышла.

Кай ждал в моей комнате.

Оставшись на пороге, я ждала его реакции и изучала лицо. Он был насторожен.

Я ожидала, что он, как минимум, будет рад, как остальные... Мне не нужна была медаль за мои подвиги, но девушка, которая, как он говорил, любит, спасла его жизнь, сама ни раз улизнула из лап смерти, а теперь стоит прямо перед ним.

Дважды пересекла границу с Севером, выбралась из тюрьмы, вышла с бойни, воскресла, при тебе же, черт возьми, словила стрелу в пределах стены, сбежала из замка Короля Севера! Это ли не чудо?

- Ты изменилась.

Не то что ожидаешь услышать, когда позади такой путь.

- Многое произошло, - устало отцепила я северный плащ, и тот упал на пол с тяжелым шорохом. Проскользила мимо него в шкафу, доставая свои любимые ботинки на высокой шнуровке.

- Я провожу тебя в столовую.

Кай приоткрыл дверь, позволяя мне выйти первой. Между нами сквозил холод. Я повернулась и пыталась найти в глазах Кая хоть что-то, что намекало бы на то, что он беспокоился обо мне или скучал, но тот даже не смотрел в мою сторону.

Лоран достал из моих волос соломинку и отодвинул стул. Каждый взгляд за столом был особенным: Альвар смотрел удивленно, казалось, он уже успел попрощаться и теперь были рады видеть меня, но в его глазах тоже было недоверие, как и в глазах Кая. Вдруг я поменяла сторону? С чего бы чуду случаться?

Казалось, Лоран думает, что я вот-вот исчезну, он все время касался меня, подкладывал еду, нетерпеливо ерзал на стуле в ожидании, когда я расскажу, что со мной случилось.

Энни осматривала северное бардовое платье из плотной тяжелой ткани, ушитое белым мехом по краям и украшенное блестящими нитями, с камнями, словно застывшими на морозе слезами.

Только я пыталась заговорить, как в горле вставал ком, и я запивала его алкоголем. Кертис сочувственно сморщил брови, но продолжал доливать напиток.

— Девочка, не рассказывай сейчас, давай дождемся завтрашнего утра, просто поешь, поспи, отдохни, не думай об этом, главное, что ты цела и жива. Всё будет хорошо. Всё теперь точно будет хорошо, — Альвар погладил мое плечо, и я благодарно вздохнула. Он жестом приказал Анжелике принести ещё вино, и она побежала к лестнице.

— Я как сомелье со стажем могу понять твою тягу к спиртному, но не запивай травмы, а то станешь как я, — мужчина попытался посмеяться, но вышло неловко; он перешёл на шёпот: — Ей вообще есть восемнадцать?

Кай пожал плечами. Я бросила на него недовольный взгляд, стерла слёзы с глаз и выпрямила спину. Заметив синюю дымку вокруг стола, я поняла: за меня беспокоятся, но перестраховываются. Альвар выглядел напуганным, мне неизвестно, что они думают о моем путешествии в Родрихане, но вряд ли что-то хорошее.

«Может, это очередной сон, насланный Камиллой? Только посмотри, как они смотрят на тебя... Да, твоя мать была права, он тебя ненавидит», - шептал внутренний голос. Отряхнувшись от паранойи, я уткнулась в тарелку.

Я чувствовала себя ядовитой, опасной, но при этом совершенно не желающей причинить никому вреда. Однако перед глазами встала картина, как девушка на арене протыкает себя насквозь.

- Лоран, - тихо сказала я, - нет нужды тратить силу. Пока на мне этот браслет, я не могу использовать принуждение.

То, что я впервые за ужин подала голос, сработало как катализатор: любопытство за столом вспыхнуло и превратилось в вопросы.

— Где Джей? — первым спросил Кай.
— Не знаю.
— Как ты тут оказалась? — пискнул малыш из-под стола.
— А ты? — недовольно перехватил его старший брат, вытащил и усадил себе на колени.
— Меня... отправили посылкой, — я пожала плечами. — А потом помогли сбежать.
— То есть король тебя не отпускал? — уточнил Лоран, чуть наклонив голову.
— Не отпускал, — подтвердила я.

Молчание повисло тяжким грузом. Каждый здесь понимал: Король Севера сделает всё, чтобы вернуть своё самое сильное оружие. Только вот за это время... стала ли я для него чем-то ещё? Чем-то большим? Добычей? Снотворным?

Я снова резко мотнула головой, отгоняя мысли.

— Ты рассказала ему про силу каммонов? — спросил глава семейства.
— Не рассказывала, — я заметила, как Альвар выдохнул с облегчением, но тут же добавила: — Но он знает. Мой старший братец попал к его величеству и был допрошен.
— У тебя есть брат? У меня тоже есть! — встрял Калеб.

Но лица за столом говорили, что они и правда ждут объяснений.

— Так как ты сбежала? — Лоран подался вперёд. — Организовала заговор? И откуда у тебя взялся брат на Севере?
— Король воздействовал на тебя? — добавил Альвар. — Он сразу понял, что у тебя за сила?
— Как он узнал про каммонов? Что конкретно он знает? — кто-то с другого края.
— В этом замешана Камилла?

Вопросы сыпались, как град по крыше.

— Ты в порядке? — вдруг спросил Август.

И в этот миг за столом разлилась тишина — та самая неловкая, когда понимаешь, что никто раньше даже не подумал спросить об этом.

— Да. Но... мне нужно отдохнуть. Путешествие было долгим.

Я поднялась. Это был сигнал, что разговор окончен. В тишине за моей спиной раздались несколько приглушённых голосов.

— Она стала напоминать Агату, — прошептал Альвар.
— Это хорошая новость, что Николь вернулась, — пролепетал маленький брат Лорана.
— А насколько хорошие последствия нам предстоит разгребать после её возвращения... — нервно ответил голос Кая.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

На часах было раннее утро. Я поднялась на ноги, умылась, собрала волосы, как это делала для меня Анжелика, в высокий аккуратный пучок с переплетением прядей у лица. Из одежды я выбрала строгий черный костюм с удобной обувью.

Кертис постучался и после моего разрешения вошёл с виноватым видом:
— Доброе утро! Какая радость, что вы уже проснулись. Прошу прощения, что вам не дали отдохнуть, но сегодня в поместье прибудет стража Короля для аудиенции. Я хотел предложить вам пригласить слуг, чтобы подготовиться, но вы уже выглядите потрясающе.

Я слабо улыбнулась и поблагодарила. Учитывая нарастающее беспокойство в доме, это было очевидно.

После завтрака в компании Энни, которая из-за рабочих условностей не могла сесть за мной за один стол, но точно, как встревоженная птичка ухаживала за мной, я зашла в библиотеку. В нижнем шкафчике лежала стопка газет за весь предыдущий год. Перебирая каждую, я нашла интересующий меня заголовок: «Великодушный племянник короля заботится об убогих». Я поджала губы и откинулась назад, прислонившись головой к книжным полкам. Агата тогда очень разозлилась... Голова закружилась, и я вновь упала в омут воспоминаний.

— Эта девчонка Николь точно что-то знает. Неужели Камилла нашла способ добраться до дочерей? Она не жаловалась тебе на кошмары?
— Нет. Я охранял их обоих и заблаговременно обновлял защиту в ночное время, как вы и просили, — парировал Лоран.
— Скройся с глаз моих!

Дверь хлопнула. Я в теле Агаты развернулась и уперлась руками об стол. Портрет королевы-матери над столом строго глядел на меня.

— Что я могу сделать? Я надеялась избежать участи правительницы: подковёрные игры, манипуляции, тайны, опасность за каждым углом... Но кажется, эта судьба меня преследует, и эта женщина... Она же не могла покинуть Север? Она же не могла быть тем, кто сжёг ваше поместье, матушка? — Стол под напряжёнными руками задрожал, на глаза выступили слёзы. — Нет, нет, нет, это просто паранойя, это просто мои мысли... И знаешь что? Я даже рада, что никому из моих детей не достанется эта проклятая сила и эта участь: управлять близкими, врать, хранить тайну, которая мгновенно может погрузить королевство в хаос. Но эта девчонка справится, я наблюдала за ней, она очень сильная. Она недавно одна сбежала из дома в лес, представляешь? Она стойко отреагировала на отказ Кая и подружилась с этим северянином... В любом случае её сейчас не должны отвлекать любовные интересы... Я говорю прямо как ты.

Женщина расхохоталась. Комната ответила ей тишиной.

Я очнулась в библиотеке, в ушах ещё звенел смех Агаты. Мои пальцы сдвинули стопку газет, и из пожелтевших страниц одна мятая осталась на моих коленях. На заглавной странице стояла женщина на знакомых мне пейзажах арены - Камилла в клубах огня. «Южанка победила в смертельных играх Севера!». Заголовки других газет гласили: «Север разрабатывает новое оружие. Выстоит ли Родрихан?»

Поместье сейчас казалось мне музеем. В мою голову столько раз приходила мысль, что я никогда не вернусь сюда, что я поверила. Перед своей комнатой я свернула и постучалась к Каю, и, услышав согласие, вошла. Внутри царил несвойственный для него хаос, будто по комнате прошёл не меньшей меры ураган. Под прозрачными глазами цвета льда залегли темные круги.

Кай смотрел на меня иначе, иначе, чем, когда гладил меня по щеке, и даже иначе, чем, когда проводил свободное время с Джей. Настороженно, обиженно.

Мне хотелось рассказать ему обо всём, что со мной приключилось, но я не могла начать и даже не знала с чего. Кай сейчас казался мне диким животным сближаться с которым будет чревато последствиями.

Я засмотрелась на блестящую пыль на книжных полках. Для такого педант как Кай, что воспринимал не заправленную рубашку как бунт хаос в комнате был несвойственен, но не желая комментировать это я села на пуфик. В комнату через открытое окно зашла белая пушистая кошка. Запрыгнув мне на колени, она боднула рукой в мою руку, заставляя погладить её.

— Она не часто заходит в поместье, — прервал тишину Кай. — Наверное, тоже решила тебя встретить.
— Она милая, я думала, она живёт с Лораном.
— Нет, она сама по себе.

Мой взгляд упал на книжную полку, как на спасительный трос нашего разговора.

— Помнишь сказку, которую я не дослушала? Чем она закончилась?

— Тем же, чем и самая первая сказка, которую я рассказал тебе. Монстр оказался внутри, — Кай снова одарил меня взглядом, от которого мне стало неуютно. — Все реалистичные сказки заканчиваются именно так. Оборотнями была вся семья мужчины, в том числе и он сам.

Я тяжело вздохнула, готовая спросить прямо: «В чём дело?» Но меня прервали три стука, дверь открылась, и на пороге стоял Август. Он попросил меня спуститься вниз.

На первом этаже меня ожидали королевские гвардейцы. В сопровождении я проследовала в кабинет Альвара и устроилась в кресле в окружении стражи. Посторонних попросили выйти из общего зала и оставить нас наедине. Братья ушли, остались лишь Альвар и пушистая кошка, что следовала за мной.

— Мисс, мы просим прощения от лица всего королевства за наш спонтанный визит, а также за недостаточную бдительность, из-за которой вы остались в беде. Если вам будет угодно, виновные будут наказаны.

Я вдруг отчётливо поняла, что Альвару, за то, что буквально подарил меня Королю Оклоаны, могла светить плаха. И единственная причина, почему он теперь здесь, — попытка умилостивить меня, равно как и причина, по которой ещё в первый день меня силком не вынесли из дома. Я чётко проговорила:

— Нет, ни в коем случае. Произошедшее произошло исключительно с моей инициативы, ситуация разрешилась, и теперь я здесь и готова рассказать всё необходимое, чтобы убедить вас в моей лояльности королевству.

Удивившись тому, как хорошо я умею подбирать слова, когда это необходимо, я слабо улыбнулась.

— Мы вынуждены попросить вас о прощении вновь за то, что собираемся сделать, но это необходимо для безопасности королевства.

До самого вечера меня ждали бесконечные проверки: детектор лжи, квенты, что копались в моих воспоминаниях, особенно личные, которые я прятала, буквально закрывая свои двери разума. Неожиданно для меня самой воспоминанием стали две последние ночи перед моим возвращением. К счастью, в этом не таилось никакой опасности, и единственный заговор был против Короля Севера.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Когда гвардейцы удовлетворились результатом, я могла лишь обессиленно проследовать за ними и в полголоса сказать:

— А браслет? Вы сказали, что снимете ограничитель моих способностей.

— К сожалению, мы сможем это сделать лишь по приказу короля. Король пока приказа не отдавал, но думаем, что в скором времени мы избавим вас от этого дискомфорта.

Я тяжело вздохнула и натянула повыше ткань рукава, потому что браслет натирал запястье.

В большом зале встречать незваных гостей вышла вся семья, но кланялся гвардейцам только Альвар, видимо, потому что Кай и Август являются племянниками короля. С полным ощущением, что сюрпризы на сегодня закончились, вдруг заиграла музыка. Я оглянулась по сторонам в попытке понять, что происходит, но похоже, Алесунды были удивлены не меньше моего.

Перед главным входом гвардейцы выстроились в два ряда напротив меня и преклонили колени. В центр вышел один, держа в руках странный сверток.

— От лица королевства мы благодарим вас за участливость и отзывчивость. Распоряжением короля отныне вы являетесь частью Зеленого Рассвета.

На мои руки упал плащ из дорогой ткани, ушитый золотыми нитями и украшенный драгоценными камнями. Мне стало трудно дышать, и я аккуратно улыбнулась.

— Спасибо, — произнесли мои губы в полголоса, пока глаза были прикованы к переливам ткани.

— Просим вас явиться завтра в 12:00 на аудиенцию к королю в сопровождении членов семьи или кого-то из вашего ближайшего окружения.

— Что за чушь? Этого не может быть! — раздался за моей спиной раздосадованный голос Кая. — Членом Зеленого Рассвета может стать только член королевской семьи!

Альвар наградил сына предостерегающим взглядом.

— Всё верно. Николь является приёмной племянницей короля и имеет полное право на членство, — произнёс главный гвардеец. — Её высочество, покойная принцесса Агата, соблюла все необходимые формальности, и господин Альвар оформил Николь как приёмную дочь.

Все взгляды обратились в сторону Альвара.

Я глубоко вздохнула, осознавая, что хоть в чём-то моя мать мне не лгала, и, к сожалению, это была самая болезненная вещь, которую она только могла сообщить мне. Мои глаза встретились с глазами Кая в неравной битве, которую он, тяжело дыша, проиграл. Кай слишком властолюбив и зависим от мнения окружающих; я не могу полностью обвинять Агату в случившемся, ведь он сам не сопротивлялся.

Я расправила плащ, и Кертис помог закрепить его на моих плечах. Тяжесть ткани несло в себе великий смысл: Зеленый Рассвет для королевства — племянники короля, соревнующиеся в борьбе за трон, и я стала их частью, хотя уже ясно осознавала, что эта борьба — лишь формальность.

«Не кровь важна, а сила»

Несмотря на выходки Кая, я думала о том, как ему тяжело, и, оставив плащ в комнате, вернулась к нему в покои. Он лежал на кровати и молча наблюдал за мной.

- Я бы хотела, чтобы ты сопроводил меня к королю. Ты показал мне замок, теперь моя очередь! - несмотря на его выходки, я искала возможность поднять ему настроение и восстановить наше общение.

- Это официальная встреча с королем Рисвальдом, не думаю, что мне будет место там.

- Думаю, что раз меня выбрали потенциальной претенденткой на трон без моего желания, я тоже имею право на выбор.

Сгладить углы не выходило: Кай поднял на меня тяжелый взгляд.

- Николь, тебя сопроводит Кёртис и дюжина охраны.

Я пристально всмотрелась в глаза Каю и плотно сжала зубы, затем мой взгляд пронёсся по письменному столу. Помимо кучи жутких рисунков с сражающимися рыцарями, на нём была запись на листе, которую он даже не пытался от меня скрыть:

«Не появляться на людях с убийцей, шпионкой короля Вирриса.
Не портить репутацию.
Не осквернять честь семьи.
Вернуть паралич.
Вернуть паралич.

Вернуть корону.
НАЙТИ ГРЕБАННУЮ ДЖЕЙ И ВЕРНУТЬ СИЛУ.»

Кай, как и множество других племянников, имел шансы на трон, но... Агата решила иначе. Прямо перед смертью выбрала будущее страны, передав свою силу, тем самым лишив сына возможности стать королем... А может, это сделала Джей, лишив Кая сил? Теперь он сам стал каммоном, которых презирал.

— Удобно... — слово на вкус было словно песок.

Я развернулась на пятках и сделала несколько шагов к выходу, как почувствовала, что Кай подскочил ко мне и крепко сжал запястье моей руки.

— Николь, для меня это всё просто... Очень странно, пойми. Сначала оказывается, что мной всю жизнь манипулировала мать, затем появились две чужие девушки в моём доме, одну из них нарекают моей будущей женой и путём долгих манипуляций заставляют в это поверить. Я всю жизнь конкурировал с достойными, всю жизнь готовился занять трон, на который имею право по крови, в отличие от тебя!

Сжав мою руку слишком сильно, я ойкнула и вырвала ладонь, но не отступила.

- Я просто чувствую себя ослом, что всю жизнь бежал за иллюзорной морковкой, я даже не думал, что Ариса и в самом деле может быть права, - он закрыл лицо руками

Я была по горло сыта новой информацией о моём некогда возлюбленном, и прервать моё желание сбежать от нарастающей вспышки гнева было ошибкой. От вечного чувства вины меня уже просто тошнило!

- Зависит от того, насколько мы углубляемся в историю. До короля-эпидемии страной правила семья каммонов и все люди, что ныне не имеют способностей, — их предки. А вот Рисвальды - узурпаторы. Или твои учебники истории об этом не писали? Мир не песочница, некоторые вещи просто случаются и их приходится принять, а сопротивляться – значит отрицать реальность. Ты просил меня принять новую реальность, в которой ты теперь с Джей и я сделала это, я знаю как неприятно, когда у тебя забирают то, что казалось твоим.

- Это разные вещи! Я был под принуждением! А ты серьезно претендуешь на трон, да что там – Кай безумно улыбнулся, - я уверен, ты станешь королевой и в новой реальности я преклоню колено перед каммоном.

- А если бы не принуждение, ты бы вообще посмотрел на каммона? – я наклонила голову всматриваясь в искаженное ненавистью лицо Кая.

- Какое это вообще имеет значение? Я очнулся в кошмаре. И чего ты вообще ожидала после случившегося? Благодарности?

- Добро пожаловать в мою реальность! Я, черт возьми, живу в кошмаре! В сводящих с ума видениях я слышала войну, видела голод, разруху и безумие, меня заперли в темнице, выпустили на бои, я сбегала в холодный лес, в меня стреляли, на моих глазах гибли люди, я убила человека...

- Да я чуть не умер!

- А я умерла! Буквально умерла! Отправилась на верную гибель, чтобы тебя спасти! Так что знаешь, что? Я заслуживаю благодарности.

Я наивно полагала, что лицо Кая не может выражать ещё больше ненависти и отвращения, но ошибалась, и сейчас был именно тот момент.

— Спасибо, Николь, что вернула меня к жизни жалкого каммона, о которой я не просил, спасибо, что лишила меня матери и трона, спасибо, что украла её способности, спасибо, что вернулась в мой дом, чтобы я мог каждый день видеть, как ты лишаешь меня последнего!

Во мне бурлила ярость, хотелось прямо сейчас дать ему пощечину за каждое сказанное грубое слово. Мой голос набрался металла.

— Хотел остаться в пелене? Так возвращайся! Жалкие каммоны ведь не заслуживают жизни, правда, Кай? — я слышала в своих словах нотки жестокости Вирриса, но не могла остановиться. — Не заслуживают даже стоять рядом с тобой на публике.

Слова, которые раньше я бы никогда не позволила себе произнести, были сказаны... Я обещала Агате заботиться о Кае, но разве я могу продолжать щадить чувства тех, кто не щадит мои?

Ноги несли меня подальше от поместья. Казалось, что в любой момент я могу просто взорваться, но на входе в сад меня перехватил Август. Его мерный голос я не могла спутать ни с чем. Он стукал своей тростью по полу, приближаясь ко мне.

— Я тут.

— Я тебя искал.

— Зачем?

— Попросить прощения.

Я подозревала, что он мог слышать нашу ругань из соседней комнаты.

— За Кая? Не стоит. Я и так знаю, как сильно он старался и стремился получить трон, как сильно любил маму, так что он вполне имеет право злиться.

— Нет, не имеет мой брат-идиот права просить прощения. Что касается тебя, что не дали нормально передохнуть — Альвар попросил передать тебе утром, что уже завтра состоится твоя встреча с королем Ричардом, и для тебя уже готовят покои в замке. Так что, вероятно, уже сегодня тебе придётся собрать свои вещи для переезда. Грустно, ведь ты только что вернулась к нам.

- Хорошо, спасибо, Август.

Парень уже собирался уйти, но я его остановила.

- Ты знаешь, что ослеп из-за моего отца?

- Альвар рассказал, но я не держу зла. Знаешь, как говорится: «Кто прошлое помянет, тому глаз вон».

Я невольно улыбнулась, не знаю, с чем был связан мой выпад, меня всё ещё трясло от злости.

- Ты не виновата, Николь.

Наверное, это была та фраза, которую мне нужно слышать почаще.

- Где сейчас находится могила Агаты?

- Я провожу тебя.

Мимо аллеи мы прошли сквозь лес. В тенистой роще, укрытой высокими деревьями, стоял семейный склеп, о существовании которого я и не подозревала ранее. Четыре колонны поддерживали белоснежную мраморную крышу, укрывая могилы от дождя. Август понимающе кивнул.

- Ты подарила ей покой, спасибо – его рука утешительно погладила меня по голове - Я подожду тебя у ворот.

«Принцесса Агата Алесунд. Любимая жена. Заботливая мама. Драгоценная сестра», — гласило надгробие. Могилу украшало множество живых цветов; было видно, что их обновляли ежедневно. Я погладила камень, меня одолевала смесь непонятных мне эмоций.

Мне казалось, что видения помогут мне понять мать Алесундов, но этого не случилось. Тут покоилась женщина, что могла стать мне матерью, но сделала сиротой; та, что могла сделать меня правительницей, но сделала убийцей; сторонилась игр, но не противилась манипуляциям с семьей.

Однако история Агаты научила меня не относиться к своим силам как к должному и не пренебрегать свободой окружающих, даже если это противоречит моим желаниям. С силой принуждения и рабовладения велик соблазн сделать весь мир сахарной ватой, окружающих покорными и милыми. Крикнуть во всеуслышание: «Любите меня!» Но чего будет стоить эта любовь?

Именно так я родилась.

Но я стою тут вопреки.

Я сорвала торчащий неподалёку одуванчик и возложила на пестрящую цветами кучу.

У ворот мелькал образ Августа: он то исчезал, то появлялся, будто мираж на солнце, провожая меня до замка он держался за мое плечо.

— Ты прошла через многое, но замок станет новым испытанием. Ты действительно хочешь занять трон?

Не думаю, что у меня есть выбор, но... Август всегда интересовался не тем, что нужно, а тем, что я чувствую. Это делало его похожим на Вирриса. От воспоминаний о Короле Севера мне вдруг стало грустно и тоскливо. Он назвал меня истинной королевой Юга, и я думаю, что... мы смогли бы объединить королевства?

От этих мыслей мои щеки покрылись румянцем.

И я думала о людях, о несчастных гражданах Оклоаны, терпящих лишения и холод в тылу; о южанах, погибающих на войне. Я действительно хочу закончить это, остановить кровавое колесо мести.

Ради людей.
Ради страны.
Ради любви.
Чтобы дать нам шанс не становиться чудовищами в этом снежном коме.

— Да, я хочу занять трон.

Мужчина улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Август, у меня есть ещё один вопрос: почему твой брат так помешан на сказках?

— Когда мы оба были маленькие, мама постоянно читала мне сказки, а Кая оставляла с нянями. Я порой слышал, как дверь чуть-чуть приоткрывалась. Он умудрялся сбегать из-под их надзора и затем подслушивать у меня под дверью. Братик, однозначно, ревновал и всегда пытался доказать матери, что заслуживает большего внимания, чем я. В таблице среди соревнований между зеленым рассветом он всегда занимал лидирующие места и очень расстраивался, когда победу удавалось урвать кому-то другому.

— А теперь Агаты нет, а каммонка, которая ранее являлась пятном на его безупречной белой рубашке, претендует на трон. Что это за сказка такая? Кай примеряет их на меня с нашей первой встречи, и судя по тону, я оказываюсь злодейкой. Они с сестрой в этом были похожи: она тоже считала себя Золушкой, когда ехала сюда... А я, судя по всему, была злой сестрицей.

Август усмехнулся.

— Сначала Золушка. Вот только ей удалось сбежать с бала ровно в 12, и её до сих пор всем королевством ищут... Затем «Красавица и чудовище». Вот только и тебе удалось сбежать, и я уверен, что тебе не стоит бродить в одиночестве даже по территории поместья, ведь Виррис наверняка сейчас рвёт и мечет.

Я легонько усмехнулась этой аналогии.

— Какой сказки черед теперь?

— Не знаю, может, «Щелкунчик»? Ричард немного похож на крысу.

Я прыснула от смеха и пихнула Августа в плечо.

— Кстати, о крысах: кто стрелял в меня в тот день у стены?

Август легко коснулся моей руки, ощупывая моё плечо.

— Мне сказали, что выстрел был не смертельным, но я всё равно очень волновался. Никто не знает и, честно говоря, никто не разбирался с этим. Информация о случившемся даже не дошла до короля. Я хотел донести, но мой отец попросил меня молчать об этом. Я не знал, как поступить правильно. Собираешься расследовать это?

— Да, ты поможешь мне?

— К вашим услугам, ваше будущее Величество.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Для встречи с королем для меня привезли одно из красивейших платьев, которые я только видела: с длинными прозрачными рукавами, которые мягко струились при каждом движении. Корсет был аккуратно вышит серебряной нитью, подчёркивая талию, а юбка, словно облако, плавно опускалась до пола, едва касаясь его, отражала свет и добавляла воздушной, почти нереальной грации.

Тяжёлые створки дверей, украшенные гербами Рисвальдов с уже знакомым мне клинком, с глухим грохотом распахнулись, и я шагнула в тронный зал. Воздух был холодным и плотным, словно сама история этого места впитывала каждый звук. Каменные статуи терялись в полумраке под потолком, колонны поднимались ввысь, подобно древним стражам, а лучи утреннего солнца, пробиваясь сквозь прозрачные своды, окрашивали пол в золото и алый, создавая ощущение, что зал живёт своей собственной, торжественной жизнью.

Каждый шаг отзывался эхом, которое сливалось с тихим шелестом тканей и скрипом доспехов стражников. Я сделала глубокий реверанс, чувствуя, как холодная мраморная плитка пропитывает меня трепетом перед величием этого места.

На возвышении, облокотившись на резной подлокотник трона, сидел Ричард. В свете блестела объёмная высокая золотая корона. Его фигура была строгой и внушающей уважение: седые волосы ниспадали на плечи, глаза, усталые и мудрые, при этом блестели сталью; губы сжимались в тонкую линию, а морщины на лице рассказывали историю веков. Длинный нос и тонкие линии губ действительно делали его похожим на крысиного короля. Он медленно поднял взгляд, и во всём зале словно затихло дыхание.

— Принцесса, — произнёс он ровно, и его голос не был приветствием — это была неизбежная констатация.

Стражники по стенам замерли, словно каменные статуи. Я поднялась, держа спину прямой, и произнесла:

— Ваше Величество, — слова вырвались торжественно, я присела в реверансе.

Ричард медленно встал; его движения были величавы и точны, словно каждый жест выверен веками. Он кивнул стражникам, и мы направились к огромному балкону с длинным столом для разговоров. Пол блестел под солнцем, гобелены на стенах слегка колыхались от едва заметного сквозняка.

Когда мы вышли на балкон, перед нами раскинулась столица Родрихан. Башни сияли в утреннем свете, дым от труб мягко клубился над улицами, а река отражала золотистые лучи солнца. Ветер шевелил волосы, и каждый звук — звон колоколов, крик торговцев, шум воды — казался частью грандиозного, живого полотна.

— Мне доложили обо всём, — голос короля разлился над открытым пространством, сочетая сталь с усталостью. — Агата приняла скоропостижное решение, но раз она это сделала — значит, ты достойна трона. Я доверяю младшенькой: она была самой разумной из нас всех. Знаешь, она ведь могла выбрать любого каммона, но предпочла тебя. Это говорит о многом. И события последних месяцев доказали это: Виррис держал тебя заложницей, но ты не поддалась угрозам и подкупу. Выиграла битву на чудовищных кровавых играх, дважды самостоятельно пересекла стену и ушла из-под носа у человека, про которого говорят, что от него даже на тот свет не сбежать. Это не просто похвально. Ты уже доказала, что достойна моего признания.

Я напряглась, отворачивая взгляд от его проницательного взгляда, умалчивая о том, что мой побег был сумбурным.

— Благодарю Вас. Верно, я вернулась.

— Ты вернулась, потому что это твоё место, — сказал он и обвел тронный зал, глаза холодно изучая меня.

Я осмотрела высокий сияющий трон. Мой собственный образ предстал в моих фантазиях: восседающий на троне.

— Я понимаю, к чему вы ведёте, но...

— Времени у нас мало, — глаза короля сверкнули тенью раздражения. — Армия Вирриса уже пересекла границу. Он сам ведёт наступление. К концу месяца он будет у стен города.

От неожиданности я ахнула. Он совсем обезумел.

— И... что я должна сделать?

— Надеть корону, — слова упали, словно удар молота, — первого числа весны.

Я сделала шаг назад, дыхание перехватило. До предполагаемой коронации оставался всего месяц.

— Что? — выдохнула я, пытаясь найти точку опоры среди вихря мыслей.

— Ты — моя наследница, — сказал он спокойно. — Единственная, кто сможет удержать Юг. Народ должен видеть в тебе королеву, сильную, стойкую. Я сделаю всё, чтобы создать твою чистую репутацию, а ты должна сделать всё, чтобы ей соответствовать. Мы не можем ждать.

— Я... не готова, — прошептала я, и дрожь пробежала по спине.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как цепи. Я опустила голову, но король тыльной стороной руки тут же поднял её, заставляя отбросить сомнения.

— Никто не готов, — он встал, и в этот момент весь балкон будто сжался, уступая место его фигуре. — Сначала коронация, а затем ты освоишь все нюансы правления. Если ты не займёшь трон, Виррис займёт его за тебя. Ты станешь не королевой, а трофеем. А если север удержится — мои племянники устроят грызню за трон, или народ свергнет Рисвальдов. Родрихан стоит на грани смутных времён.

Внутри всё перевернулось, дыхание стало тяжёлым, и ветер с балкона ударил мне в лицо, будто сам мир требовал решения.

— Сегодня начинается твоё обучение, тебя введут в курс дела, не волнуйся. Я хоть и стар, но умирать не собираюсь; я передам тебе всю свою мудрость, — снова сел король, жестом мягко отпуская меня. — У тебя есть только этот месяц.

Когда я покидала балкон, каждый шаг отдавался эхом, мрамор под ногами холодил тело, а в голове гремела одна мысль: месяц, чтобы перестать быть собой... или переродиться? Весь путь, что я прошла, сделал меня сильнее, и цель занять трон для всеобщего блага вызывала во мне трепет.

Неожиданным для меня открытием стало не только то, что король назвал меня принцессой, хотя Виррис говорил об этом ни раз, но и то, что никакой Николь Коллинз больше нет. Отныне, по всем документам, я — Рисвальд.

И внезапная цель, что появилась предо мной, занимала все мысли — надеть корону, встретиться с Виррисом, объединить королевства.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

В тот же день меня перевезли в замок. Я ещё раз обернулась на своё поместье: каждый уголок казался живым, а Алесунды стояли у ворот. Теперь они часто будут появляться в замке, так что прощание не имело смысла. Надеюсь, Каю так будет легче.

Казалось, я оставляла за спиной целую жизнь, чтобы войти в другую, где придётся научиться существовать с короной на голове.

С собой я взяла лишь несколько памятных вещей, в том числе ботинки, которые послужат благой цели. Их я передала Энни и Лорану и попросила их выяснить, кто именно шьёт такую обувь. Я подозревала причастность Зеленого Рассвета, но мне нужны были доказательства.

В битве за трон я должна быть осторожна и собрать как можно больше козырей.

Пять дней прошли в безумной подготовке к престолонаследию и балу, на котором меня должны были объявить наследницей. Каждую минуту я повторяла протокол и манеры, которые должна знать любая королева: как держать спину, как проходить по залу, когда улыбаться, а когда молчать, как вести беседу с послами и кого приветствовать первым. Я писала письма к графствам, училась встречать гостей, тренировалась перед зеркалом, чтобы каждая моя черта и жест казались естественными. Моё платье шили одновременно с корсетами, каждый шов украшался тонкой вышивкой, которая ловила свет свечей.

Замок постепенно переставал быть чужим — он вплетался в мои мысли, напоминая: теперь это мой мир, и мне придётся учиться править им. Однако мне уже хотелось внести ряд изменений. Как минимум окружить себя верными людьми.

Оказавшись тут я вновь чувствовала себя на острее ножа.

В субботу мне пришло письмо от Энни, в котором мои догадки о том, что эта обувь подшивалась напрямую для королевской семьи и её членов личным сапожником, подтвердились. В тот же день Август выяснил, что Лерс собирает редкие оружия, в числе которых был пороховой арбалет, ранивший меня.

Первое мое воскресенье в замке ознаменовала встреча племянников короля. Сегодня я вновь увижу Кая, но эта мысль больше не вызывала во мне волнение, но я нервничала из-за того, что встречусь с теми, кто уже покушался на мою жизнь.

Сегодня 14 февраля — мой День Рождения, и ни одной живой души в замке об этом не известно. Интересно, поздравляет ли сегодня Джей?

Гуляя в саду, я заметила белый пушистый комочек, который выбежал ко мне из-под кустов. Два добермана Арисы громко залаяли, но остались позади хозяйки, отдыхавшей у фонтана. Зверь, которого я поначалу приняла за кошку, оказался белым хорьком. Я подняла животное, разглядывая его, чтобы убедиться, действительно ли это питомец Вирриса с охоты, как заметила привязанную к его длинному телу записку. В ней было лишь три слова: «Скоро увидимся, дорогая».

Я съела записку и попыталась прогнать докучливое животное обратно, но не вышло — зверушка терлась вокруг ног, вызывая рычание собак.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Я переступила порог зала и сразу почувствовала, как взгляд каждого присутствующего пронзает меня насквозь. «Зелёный Рассвет» — так их называли при дворе. Каждый из них считал себя законным наследником. Статные, высокие, в дорогих платьях и костюмах.

С каждым из них мы пересекались раньше. Кого-то я помнила лучше: например, вот того — я помню с Дня Рождения Кая; даже без маски его узнаю. Именно его способность марионетки заставила меня выпить чашу пунша, а теперь он стыдливо опускает глаза. Ариса, которую всегда преследуют две собаки, явно узнала меня и нервно покусывала губу. Элира, что сражалась в битве под куполом с высоким накаченным Лерсом; неизвестная мне девушка, что врезалась в нас с Джей у замка и не умеет завязывать шнурки.

Шнурки...

В голове вспыхнуло воспоминание о волочащихся по снегу шнурках, и в плече заныла фантомная боль, когда я встретилась с девушкой с ярко-синими глазами.

— Ах, вот и она... — пробормотал Лерс, едва заметно усмехнувшись. — Девчонка с Севера, которую Ричард на старости лет соизволил назвать принцессой. Я надеялся, что это лишь глупые слухи, но похоже, нас действительно созвали ради этого.

Я саркастично улыбнулась и присела в реверансе. Единственное свободное место за столом было между Августом и Каем. Взгляд последнего говорил: «Я знал, что так будет. Тебя не примут». Но мне было не до сомнений — сейчас каждый должен понять, что я не собираюсь уступать, поэтому я не торопилась садиться, задерживая взгляд на девушке, подле которой стояла юная каммонка, завязывающая ее шнурки.

— Я не понимаю, с чего бы нам служить какой-то названной принцессе? — вмешалась она. — Наследие, кровь, традиции — вы всё знаете! А эта девчонка...

— Мэйра права! Это подрыв ценностей власти, не знаю, на что дядя рассчитывает, но он же не ожидает, что мы в самом деле приклонимся перед самозванкой, — встал Квент с силой марионетки, почувствовав поддержку.

К моему удивлению, большая часть племянников короля держалась отстраненно и не вмешивалась в конфликт, хотя мне казалось, что моё появление тут станет их общей проблемой.

— Представьте, если бы я привёл дворняжку во дворец и посадил на трон, — поддакнул Лерс.
— Ты так и сделал со своей невестой, — хихикнула неизвестная мне девушка.
— Заткнись, Касандра, это не одно и то же.
— Согласна, — гремел в сводах звонкий голос Арисы. — Я бы преклонила колено перед любым из моих племянников... но не перед самозванкой, это какой-то бред, она не является частью нашей семьи.

Я опёрлась руками в стол, нависая над ними.

— Я тоже рада приветствовать вас, мои дорогие названные братья и сестры.
— Мы не равны, — вмешался Лерс. — Ты должна обращаться к нам, Ваше королевское высочество.
— Вы правы. Мы не равны. Но похоже, в замке учат всему, кроме адаптивности, — продолжила я, глядя каждому прямо в глаза. — Я стану королевой. Хотите вы этого или нет. Единственное, что от вас зависит, — будете ли вы стоять на коленях в замке или в одной из промышленных шахт.

— Да как ты смеешь? — раздался резкий голос Арисы — Ты глупая сирота, угрожать членам королевской семьи уму не постижимо!

Я улыбнулась во весь рот, наслаждаясь удавшейся провокацией и наблюдая за реакцией за столом, вспоминая рассказ Лорана о том, как все дети королевы, кроме Ричарда, сошли с ума и покинули этот мир.

— А кто из нет?

Мои слова звучали как вызов. Произнося их, я смотрела на Мойру, как вдруг встретилась с тем, чьё лицо пылало ещё большей ненавистью — Кай. Он был зол, его глаза сверкнули. Я поняла, что сказала лишнего, но теперь отступать было поздно.

— Я прошу всех успокоиться, — вмешался Август. Его голос был ровный, но твёрдый. — У короля есть весомые причины передать трон именно Николь. Нам стоит помочь ей освоиться здесь, а не разжигать конфликт.

Я медленно отступила от стола, опуская руки. В этом зале я уже не была девочкой из «Аутсайда». Я была наследницей. И вместе с тем, как с моих рук снимут браслет, любое покушение на трон будет пресечено. Они могут спорить, недоверчиво смотреть на меня и выжидать, но каждый, кто пытался меня остановить, уже знал: я буду королевой. Никто не сможет перечеркнуть мою власть.

В зал вошёл король, и мгновенно воцарившейся тишине раздались лишь его грузные шаги. Я поклонилась и опустилась на стул.

— Здравствуйте, дети. Как я вижу, вы уже успели познакомиться с будущей королевой Родрихана. Но я всё же представлю всех своих дорогих племянников. Кай и Август тебе уже знакомы, наши младшенькие: Ариса управляет животными, помогает тренировать питомцев для стражей; Кейл — с силой марионетки; Мойра — её магия негатив, так что с ней нужно быть поосторожнее; Лерс, Элира и Викус — разрушительные силы вихря, земли и искажения; Герберт — чтение мыслей; Кассандра — сверхпамять, одна из моих лучших помощниц, с лёгкостью заменит библиотеку; её брат Стеф наоборот обладает силой амнезии, бывает полезен для перевоспитания; и Кайра — старшенькая, навивает тревожность. Наступает новая эра для Родрихана. Власть, которую я некогда носил на своих плечах, передаётся в руки достойного наследника. В этих стенах, среди вас, я объявляю: Николь станет правительницей королевства.

— Но, Ваше Величество! — воскликнула Ариса.

— Никаких «но»! Это решение не обсуждается и не оспаривается. Ваши заслуги по ряду экзаменов также будут учтены, и, согласно результатам, вы займёте должности при дворце. Тот, кто против, может покинуть стол прямо сейчас и испытать свои таланты вне стен замка. Те, кто поддержит её трон, будут признаны верными слугами Родрихану, в конце концом мы здесь ради королевства, а не для удовлетворения ваших амбиций. Те, кто попытается восстать против закона наследия, узнают цену предательства!

Громогласный голос эхом пронесся по комнате. Тишина после была такой оглушающей, что казалось, Зеленый Рассвет даже дышать боялся.

— Что ж, раз все согласны, то я прошу вас помочь вашей младшей сестре и будущей королеве освоиться в замке. Позаботьтесь о ней и примите её с радушием и теплом. Каждый из вас должен быть благодарен высшим силам, что она на нашей стороне.

Я слегка поджала губы, выкидывая из головы свои планы, которым пока не место и не время быть озвученными.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

В моей новой королевской комнате меня ждало существо, которого здесь не должно было быть, и я до смерти боялась, что хорёк Вирриса покинет мои покои, но он спал на моей кровати, раскинув лапки во все стороны. Я почесала голову, думая, что мне с ним делать; на альбиноса он был похож не слишком, так что, если кто-то выяснит, откуда он, последствия будут страшные... Заметив пустующий рюкзачок на его спинке, я решилась написать королю письмо. Оторвав короткий клочок бумаги, я написала несколько слов: «Отступай. Верь мне». Хорёк принюхался и, подбежав ко мне, забрался на колени. Как только я закончила писать и положила письмо в его рюкзак, животное юркнуло в внезапно приоткрывшуюся дверь, и я побежала за ним.

Слишком опасно такому зверю разгуливать по замку. Догоняя животное, я старалась сохранять непринуждённое спокойствие, когда проходила мимо стражников быстрым шагом, но переходила на бег, как только скрывалась за одним из углов.

— Стой ты! Стой! — полушёпотом кричала я.

Наконец подхватив хорька, я прижала его к себе и, облокотившись спиной на холодную стену, выдохнула.

Коридор в крепостном крыле был пуст и пахнул воском и старой бумагой. За бронзовыми воротами зала «Совета Рассвета» тянулся приглушённый шум — голоса, шаги, скрежет посуды — но в узком проходе у северного окна собрались только трое: Лерс, Мойра и Ариса. Их тени падали длинными полосами вдоль мрамора, лица горели в отблесках факелов.

- Кай вне игры, - шептал Лерс тихо. Он говорил ровно, без волнения, как человек, у которого уже рассчитаны риски. - Без силы претендент не сможет держать трон. Самозванка показала, что её не примут. Если даже во дворце ей не рады, то как ей может быть рад народ?

- Плохие новости: мои зверушки выяснили как она победила на северной бойни, только представьте девчонка безоружная, на нее летит меч, а после она приказывает той развернуть оружие и вскрыть себя – Раздался голос Арисы – так что граница между мечем и нашим горлом лишь в ее браслете из каэлита, который снимут после коронации.

- Я и то удивилась как смело и спокойно вела себя на собрании. Нельзя допустить чтобы она получила корону, иначе станем пустологовыми зомби в ее руках и это в лучшем случае.

Ариса, сжимавшая в руках что-то, что мне было не распознать на гуляющей тени, согласно кивнула. Её руки будто постоянно находили общий язык с окружающим миром, а собаки гуляли по комнате.

Я сжалась, держа дыхание, и тихо отступала подальше, становясь свидетелем случайного разговора.

— Мои мышки уже наблюдают за ней. Эта девчонка осторожная, с неё ни на секунду не спадает щит.
— Мы можем воздействовать на неё через других. Кейл хоть и придурок, но похоже тоже её недолюбливает. Может, он смог бы выманить её через одного из её друзей? — подала голос Мойра.
— Ты видела, как он ими управляет? — тень Лерса изобразила нелепый танец куклы. — Она же не идиотка в конце концов.
— Мы можем переманить на нашу сторону Герберта, чтобы он выведал все тёмные секреты из её головы.
— Он не согласится, ему нравится новый порядок, — устало ответил Лерс. — Нужно выяснить, кто защищает её, и действовать аккуратно. После... после того как мы уберём Николь, Стеф сможет стереть следы...
— Тихо! — Ариса двинулась к двери. — Мои собаки что-то учуяли.

Я продолжила отступать назад, понимая, что меня вот-вот заметят, уже приготовилась бежать, но остановилась, спрятавшись за колонной. Троица вышла в коридор, быстрым шагом преодолев путь до меня. Лерс обернулся, нахмурился, его взгляд прошёл мимо.

— Тут никого! — оповестил он, глядя сквозь мою голову.

Ариса хмыкнула и пожала плечами. Задержав дыхание, я молилась, чтобы сердце стучало не так громко. Девушка и её сопровождающие развернулись в нескольких сантиметрах от меня и ушли обратно в комнату.

Опустив взгляд, я поняла, что и сама не вижу собственного тела.

— Испугалась? — раздалось над ухом, и я едва не вскрикнула, но невидимая рука зажала мне рот. Приобняв меня за плечи, Август провёл меня к выходу. Я всё ещё продолжала сжимать пушистого хорька, и когда мы, наконец, вышли к фонтану, я смогла выдохнуть.

— Я как раз собирался сказать, что на тебя готовится покушение, и зашёл к тебе в комнату, как вдруг ты выскочила из неё и направилась прямо к заговорщикам. У тебя что, суперсила находить неприятности?
— Вроде того, — я опустила животное на землю, и он тут же скрылся в кустах.
— Что будешь делать с моими кузенами?
— Дам им шанс реализовать задуманное, — я хмыкнула. — Мне даже интересно, что из этого выйдет.

✸✶─────────────────────────────────✶✸

Громкая музыка отражалась от стен и гремела на весь замок. Инструменты витали где-то под потолком и казалось, играли сами собой. В отличие от прошлого бала, на этом партнёры по танцам не давали мне продуху. И всё же я чувствовала себя одинокой.

Все мои мысли занимала битва, в которой сейчас отчаянно сражался король Виррис; мысль о том, что он может погибнуть, рвала мою душу. Судя по новостям, которые я получала в последнее время, он и не думает отступать и собирается выполнить обещание — захватить Родрихан. Он спас меня, а теперь вновь рискует жизнью. Мысль о том, что сегодня я буду королевой, наконец приживалась в моей голове, раскинула корни, точно дерево квентов, что поддерживало чудесный южный замок и оплетало балконы ветвями.

Однако я знала, что мне предстоит ещё много битв.

Моя первая битва: Зеленый Рассвет. Племянники короля не были так просты по своей сути; то, что казалось мне сплочённой командой, на самом деле были стравленные дети безумных родителей. Кто-то из них должен был оказаться мне полезен, кто-то был причастен к заговору по моему устранению, а кто-то...

Младший брат Лорана потянулся к бокалу.
— Алкоголь возвращает взрослым детство, а ты и так дитя.

Едва я перехватила у ребёнка бокал, как на меня обратил внимание мужчина в чёрном строгом костюме — племянник короля Рисвальда, Герберт. Он пригласил меня на танец, заставляя оставить напиток на столе. Он был, пожалуй, самым молчаливым представителем Зеленого Рассвета; таких, как он, называют тёмными лошадками, но открытой враждебности от него не чувствовалось. Впрочем, я была очень осмотрительна. Моё пышное, по-настоящему королевское платье было очень тяжёлым, многочисленные камни сверкали, отражая огни магии квентов.

Вторая битва: Я знала, что моя мать так просто не отпустит меня, но теперь охота была взаимной. После моего рассказа о случившемся на Севере за маньячкой, что собирает способности, началась погоня, и единственный шанс спастись — захватить мою силу. И я уверена, ради этого она пойдёт на всё.

И я не могла выбросить образ Вирриса из головы. Глаза цвета льда сверлили меня, и пока Кай танцевал с другой девушкой, мы раз за разом почти сталкивались. Казалось, смерть — самый страшный враг, которого мне предстоит преодолеть на пути к нашему воссоединению. Но правда была в том, что не важно, насколько долгий и длинный путь я пройду, до тех пор, пока и Кай не сделает шаг навстречу, он будет бесконечно далёк.

Партнёр возвращает меня к стене. Странно, но когда я вижу, как пальцы Кая придерживают руку этой девушки, как он смеётся в её компании, как подносит для неё бокал, в груди не колет, не тянет и не болит.

Король Севера показал мне настоящую заботу, и мою третью битву я веду всегда — битву с моими внутренними страхами, с моей болью и заблуждениями.

Я отвожу взгляд из-за отсутствия интереса и прохожу вдоль стоящих барышень к балкону. Свежий воздух окатывает меня волнами. Я всматривалась в темнеющий горизонт, что разбавлял умиротворяющую тишину зелёными полосами. Он где-то там... В битве, а может, уже мёртв. Как там Анжелика? Пощадил ли её Виррис? Вернулся ли к жизни принц? Вышел ли из комы Йор? И сможет ли король обрести покой без меня?

«Если король чего-то хочет, то добьётся этого любыми способами». Развернувшись, я откинулась на ограждение балкона и пристально уставилась на трон, что возвышался поверх голов танцующих.

Я вернусь в зал другим человеком. Приняв новую реальность, в которой мою голову вскоре украсит корона. Пересекая черту балкона, я выпрямила спину и подняла голову.

Из ниоткуда передо мной вырос Кай. Он протянул мне руку, приглашая на танец. Его лицо выглядело уставшим, светлые глаза казались безумными и сверкали ещё ярче на фоне тёмных кругов.

— Спасибо за оказанную честь стать десятой, но вынуждена отказаться.
— Николь... — моё имя точно мольба слетело с его уст, отчаянно и беспокойно.
— Кай.
— Я хотел...

Глашатай объявил моё имя, и, легко кивнув Каю, я проследовала на помост. Король Рисвальд предложил мне взойти и выпить с ним бокал вина.

Оркестр сменил музыку на более торжественную, все взгляды были обращены на меня. Я вежливо улыбалась, а моё лицо выражало спокойствие и уверенность.

— Великолепная, несокрушимая Николь, будущая королева Родрихана! Для каждого из нас это великая удача — служить столь разумной леди. Выросшая среди народа, она сможет понять нужды простых людей. Избранная великим древом и королевской семьёй, упорная, сильная, — настоящий подарок для нашего королевства! Под моим мудрым наставлением этот цветок будет становиться всё краше.

За нашей спиной развернулся огромный гобелен. На нём — мой портрет: статный, между пальцев я зажимала фамильный королевский клинок. Мои глаза засияли. Я впервые принимала комплименты без сопротивления.

— Но, конечно, это не сравнится с главным подарком этого вечера. Как всё ещё король, я должен преподнести нечто особенное...

Бабочка беспокойства запорхала внутри, бьясь о стенки лёгких, прорываясь наружу. Король Рисвальд говорил и говорил, но его речи стали для меня лишь фоном. Паника накатывала волнами по гальке сознания. Мой взгляд заметался, ища причину, но не находил её: всё казалось таким красивым. Меня окружали улыбки, люди чествовали. Я обратила внимание на Августа, который взял с подноса канапе и, прежде чем откусить, понюхал.

Я делаю вдох и...

Рикациния.

Яркий оранжевый цвет мелькает в моих воспоминаниях знаком «Опасно»! Сладкий, приторный аромат ядовитых цветов, о которых говорил Август, исходил прямо из бокала моего вина. Красная гуща стекала по стеклянным стенкам, образуя вид кричащих лиц.

Яд.

Король усиленно жестикулировал рукой с бокалом. Жидкость стекала по стенкам гладко.

Только в моём бокале.

Внезапно моё внимание привлекло что-то ещё. За дверями я услышала несколько вскриков, на которые никто почему-то не обратил внимания.

И ко мне вернулся слух.

— Встречай, Родрихан! Несокрушимый...

Внезапно дверь распахнулась. Головы присутствующих обернулись к ней затылками, послышались вздохи, оркестр перестал играть музыку.

— Ужас Севера, тот, кого боится сама смерть.

В зал вошли солдаты. Расступившись, они торжественно встали по обе стороны, и солдаты внесли под руки тело Вирриса в чёрной рыцарской броне, усеянной кровью. На скуле сочился глубокий порез. Его голова была опущена, а лицо застилали спадающие волосы и запёкшаяся кровь.

Он мёртв?
Внутри всё похолодело.

Сделав пару шагов навстречу, я остановилась, заметив, что он пытается поднять голову, и чёрные ресницы дрожат. С неимоверным усилием он пытался подняться.

— Король Виррис самолично пришёл поприветствовать новую королеву!

И кажется, я забыла, как дышать. Взгляды, гомон голосов, шум слуг, музыка — всё слилось в единый, режущий, жуткий шум. Наши глаза встретились.

— Казнить! — объявил король Ричард.

Слово эхом пронеслось по тишине зала. Люди не могли решить, бежать им или остаться подле короля. Кто-то, жаждущий увидеть всё как можно ближе, вышел вперёд. На мгновение я чуть не поддалась порыву подбежать и заслонить его своим телом.

Виррис в бордовой крови и ссадинах смотрел на меня с неприкрытой нежностью, пока его окружала гвардия. На белый мраморный пол с него капала кровь.

В глазах гостей читалось непонимание, некоторые сквозили победными улыбками. Но смерть короля Севера вовсе не означала его капитуляцию и окончание войны, так что мне была непонятна их радость.

Пир, торжество, магия, цветы, музыка... Каждый раз восхитительную и прекрасную картину мира марала кровь. Пороховая бочка вот-вот взорвётся. Когда смерть подобралась и к нему, ко мне пришло чёткое осознание, как он мне нужен.

Не для торга. Не для королевства.

Мне нужен.

В голове зазвенели воспоминания недавнего разговора:

«Что ещё должна уметь королева?»
«Превращать соль в сахар и наоборот. Уметь выбирать союзников и, что не менее важно, врагов. Брать ответственность за последствия собственных решений. Продумывать действия наперёд, но при этом изобретательно импровизировать в случае, когда обстоятельства складываются неожиданным образом. Играть на слабостях и подчинять. Очаровывать. Без зазрений совести убить».

И в этот самый момент я вдруг поняла, что я не пленница и не жертва. Пока он так отчаянно сражается, чтобы спасти меня, чтобы вернуть, я — бессмертна.

«Слишком ценная способность».

Я обвела глазами зал и нашла Альвара, Августа, Кая, Лорана, заметила среди слуг Энни и Кертиса, оценивающим взглядом обвела короля. Он тоже смотрел на меня выжидающе — его интересовала моя реакция. Отвернусь или нет, когда с плеч короля слетит голова.

Этот ход может стоить мне жизни, но...

Ни на одном из уроков меня не учили, как должна поступать королева, когда обнаруживает в собственном бокале яд. Однако я уверена: варианта «пить» нет.

Я перевожу взгляд на «Зелёный рассвет». Несмотря на суматоху, они продолжали неотрывно наблюдать за мной. Улыбка на моём лице растеклась, я подняла бокал, словно голосуя им, и одними лишь губами произнесла: «Спасибо, ублюдки». И сделала глоток.

Над головой короля Севера заносится меч. Музыкальные инструменты в воздухе готовятся издать последнюю ноту.

Бордовая, приторная жидкость течёт по горлу, принося неимоверную боль. Я падаю на колени, и из моего рта вырывается поток крови. Крики вокруг, белый шум перед глазами сменяется тьмой, сознание мутнеет, и боль отступает.

И вновь наступает смерть.