37
Дженни сидит на корточках за высокой стойкой, осторожно выглядывая из-за угла — прячется от «лишних» глаз. А «лишние» они у темноволосого парня за четвёртым столиком. Девушка и сама не до конца понимает, почему делает это, но ноги словно прирастают к напольной плитке намертво, когда она только собирается подойти и принять у него заказ. Сзади Сыльги (именно ей приходится всякий раз относить этому парню заказ вместо подруги) в который раз уже подпинывает носком кроссовка, осыпая разного рода подбадриваниями. Она думает, что этот паренёк, что приходит в их кафешку чуть ли не каждый день очень уж её подруге пришёлся по душе. А Кан и рада — включает режим свахи, хотя до этого пыталась свести Ким с Тэхёном. Но ей и без разницы, в принципе, с кем, главное — чтобы Дженни была счастлива.
Но Джен никак не может решиться подойти и завести с братом разговор. По словам Чимина у него из башки напрочь вылетела их первая и последняя встреча в палате. Их отец молчит, поэтому о существовании сестры он даже не подозревает. Конечно, Ким это сразу напрягло, и всё чаще в голову стали закрадываться мысли, которые казалось бы, не должны были её посещать. Однако стоило предмету её воздыхания появиться в поле зрения, сердце тут же начинало отбивать свирепую чечётку и пытаться вырваться из груди.
И вот, когда Дженни вроде бы собралась наконец с мыслями, внутри что-то болезненно сжалось, и коленки от слабости подкосились. Она вскочила на ноги и в очередной раз быстрым шагом направилась в подсобку. Однако верная своим намерениям Сыльги мёртвой хваткой вцепилась в воротник её белоснежной рубашки и пинком протолкнула подругу в зал, прямиком к четвёртому столику. Чертыхнувшись, Джен едва не расквасила лицо о стоящий на пути стенд с пирожными и почти впечаталась в деревянный столик. Чонгук ойкнул и поднял удивлённый взгляд.
— Вы в порядке?
Ким ошарашенно уставилась в широко распахнутые чёрные глаза глаза, с интересом оглядывающие её. Смотря на Чона, она чувствует, как в её горле стучит сердечко, перехватывая дыхание и всю кровеносную систему. Но именно в таком состоянии Дженни чувствует себя живой. Впервые за несколько месяцев она наконец ощущает тёплое спокойствие, пусть и посредством неловких обстоятельств. Однако длящееся несколько секунд замешательство проходит, и девушка с багрянцем на щеках отпрянывает, резко сгибаясь в девяностоградусном поклоне.
— И-извините, я... я... — язык словно онемел, а слова комом застряли где-то в глотке.
— ... пришли принять заказ? — закончил он, приветливо, но слабо улыбнувшись. Чонгук улыбается, а сердце Дженни стучит невпопад, выдаёт кульбит за кульбитом.
— Ну... да, — девушка стушевалась, переступив с ноги на ногу, и поджала искусанные от волнения губы.
— Тогда мне...
— Это ещё кто? — Сыльги едва не выронила из рук поднос, схватившись от испуга за сердце. Подкравшийся сзади Тэхён едва не остался без коллеги.
— Т-тэхён... когда ты...
— Кто этот парень для Джен? — Ким большими янтарными глазами впился в брюнета, кажущегося подозрительно знакомым.
— Ч-чего? Клиент он обычный... — Кан поспешила отвести от него бегающий взгляд.
— Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я дурак? — хмыкнул черноволосый, надменно изогнув бровь, — Вижу же, как она на него смотрит.
— Прекрати ворчать и подмени уже меня, — Тэхён сщуривает глаза, возращаясь к брюнету, бегло изучающему коротенькое меню их кафе.
— Карамельный латте, пожалуйста, — задумчиво произносит Чонгук спустя несколько секунд раздумий.
— Конечно... Подождите пару минут, — Дженни быстро поклонилась, чуть потопталась на месте и спешно вернулась к стойке, мысленно ударяя себя по лбу. Он не вспомнил. Кажется, у него даже мысли не промелькнуло. Ничего не почувствовал. К тому же заказал себе несвойственное латте, Ким знает точно — Чонгук не любит сладкое. По крайней мере, не любил.
— Ну, что? — Сыльги с неприкрытым интересом подняла брови вверх. На лбу проступили маленькие неглубокие морщинки — отличительная черта этой вечно блещущей энтузиазмом девушки.
— Карамельный латте, — со вздохом проговаривает Джен, усаживаясь на высокий стул возле стойки и роняя голову на сложенные перед собой руки.
— Я не это имела ввиду, — недовольно бурчит Сыльги, — А его заказ уже не моя забота.
— Тэхён пришёл? — не поднимая потускневших глаз, спрашивает та, на что Кан коротко мычит и уходит в подсобку, откуда через секунду выходит Ким.
Увидев девушку, на лице Тэхёна тут же расцветает широкая улыбка. Но подойдя к ней ближе и заметив устремлённый на четвёртый столик взгляд, квадратная улыбка тут же сменилась на недовольный оскал.
— Что он заказал? — Дженни чуть заметно вздрогнула, но виду не подала, негромко озвучив заказ брата.
Ким хмыкнул и потянулся за пластиковым стаканчиком. Брюнетка лениво наблюдала за красивыми руками друга, насыпающими кубики льда в стакан, пока перед ней не возник готовый латте. Дженни оперлась ладонями о деревянную поверхность стола, тяжело поднимаясь с нагретого места, но Тэ, вытерев ладони бумажным полотенцем, перехватил стакан с напитком.
— Я сам отнесу.
Девушка непонимающе глянула на него, но препятствовать не стала — не очень-то хотелось самой идти к Чонгуку. Она уверена, что снова бы повела себя перед ним глупо. Ничего подозрительного в поведении Тэхёна Дженни не заметила, напротив — он часто относит за неё заказы, ведь:
— Ты устала, наверное, отдохни пока, — и так на протяжении всего рабочего дня. Из-за его настойчивости девушка уже и сама начинает думать, что чувствует слабость и усталость.
Она равнодушно проследила за неспешно удаляющейся в зал фигурой парня и перевела взгляд на наблюдающего за улицой Чонгука, так отличавшегося от остальных посетителей кафе. Все уставились в телефоны, он — в окно. Наверное, потому и отдаёт предпочтение четвёртому столику, а если занят — в кафе он не задерживается: берёт кофе и уходит. Давно пригрелось брюнету местечко в дальнем углу (ещё до потери памяти), откуда открывается вид на широкий перекрёсток, всегда переполненный людьми и транспортом, и вытянувшиеся на той стороне улицы небоскрёбы. В одной из этих высоток — офис Чона, в котором сейчас занимается его делами Хосок. Но сам Гук вряд ли знает об этом. Как и о многом другом.
От нового потока нескончаемых мыслей Чонгука отвлекает гулкий стук пластика о поверхность столика. Он безучастным взглядом смотрит на поставленный перед ним стаканчик и переводит его на парня, который почему-то не уходит, пожелав приятного аппетита, как это делают здесь обычно. Более того, к чонову большому удивлению черноволосый подтаскивает стоящий за соседним столиком стул и садится напротив. Чонгук в недоумении выгибает бровь.
— Как дела, Чонгук?