Глава 3
(продолжение): Без остатка
Ткань её рубашки разлетелась, упав на пол вместе с шелестом дыхания.
Сыль Ги откинулась на подушки, полураздетая, с лёгким румянцем на скулах и огнём в глазах. Дже И стояла над ней — медленно, уверенно расстёгивая пуговицы своей блузы, наблюдая, как взгляд Сыль Ги скользит по ней, как по знакомой карте, по которой нельзя было пройти раньше.
— Ты даже красивее, чем я помнила, — хрипло прошептала Сыль Ги.
Дже И наклонилась, провела языком по её ключице и ответила:
— А я не забывала вообще. Ни одной линии. Ни одного вздоха.
Пальцы — тёплые, решительные — скользнули по животу, ниже, туда, где дыхание Сыль Ги сбилось. Она выгнулась, отозвавшись на прикосновение, инстинктивно прижимаясь ближе, прося, требуя.
Поцелуи стали глубже, влажнее. Язык Дже И скользил по груди, оставляя за собой дорожки мурашек. Она целовала её, как будто хотела оставить метки — память о том, что теперь между ними нет запретов.
Сильные руки держали бёдра Сыль Ги, разводя их медленно, с наслаждением, как будто каждая секунда — это подарок.
Сыль Ги задохнулась, когда Дже И скользнула внутрь пальцами. Медленно, с давлением, от которого всё внутри вспыхнуло.
— Не останавливайся… — простонала она, хватаясь за простыни.
Дже И двигалась в ритме их общего дыхания, пока Сыль Ги не сорвалась — волной, полной крика, боли, освобождения.
Но они не остановились.
Сыль Ги перевернулась, нависла над ней, глядя в глаза.
— Моя очередь. Ты ведь не думала, что уйдёшь безнаказанно?
И ночь продолжалась. Горячая, влажная, в слиянии тел и желаний, как будто весь мир сжался до одного узкого пространства — их дыхания, их звуков, их пота, скольжения, крика, поцелуев.
Они не спали до рассвета.
Как будто это было прощание
Утро было не мягким — а резким, как звук будильника, которого не было.
Свет пробивался сквозь шторы, ударяя в глаза, как разоблачение.
Сыль Ги проснулась первой.
На простынях — следы поцелуев, аромат их тел, её сердце всё ещё билось от воспоминаний, но в груди было тяжело.
Она повернулась — и увидела Дже И, спящую на боку, с растрёпанными волосами, полуулыбкой на губах. Такой спокойной, такой… чужой.
Сыль Ги встала. Голая. Молчаливая. Взяла рубашку и накинула её на плечи. Подошла к окну, словно пытаясь вдохнуть воздух, которого не хватало.
— Ты всегда уходишь после? — вдруг раздался голос за спиной.
Дже И уже не спала.
Глаза её были открыты, и в них не было упрёка. Только боль.
— Я не ухожу, — тихо сказала Сыль Ги. — Я просто не знаю, как оставаться.
— Ты знала, что мы не будем прежними после этой ночи.
— Вот именно, — прошептала она. — Именно поэтому я боюсь.
Тишина стала резкой. Почти режущей.
— Ты жалеешь? — спросила Дже И.
— Я не умею жить, когда всё хорошо. Я научилась выживать в боли. Счастье для меня — опасная территория.
— Тогда мы снова враги?
Сыль Ги обернулась. В её глазах блестели слёзы.
— Нет. Мы не враги. Мы — следы на теле друг друга. И не знаю, сможем ли мы быть кем-то большим.
Она подошла к кровати, присела на край, наклонилась и коснулась лба Дже И. Поцелуй — как прощание.
— Если ты останешься, я снова могу исчезнуть, — сказала она. — Но если уйдёшь… может быть, я найду в себе силу вернуться.
И она ушла.
На улице шёл дождь.
Как тогда. Только теперь он не смывал ничего. Он подчёркивал.