17!
Питер просыпается первым, медленно открывая глаза, позже поворачиваясь к старшему, лучезарно улыбаясь. Спит. Парень легко целует того в щеку, поправляя свои волосы, что сильно отросли, и пора бы уже сходить в парикмахерскую. Шатен сползает с постели, еще раз проверяя сон мужчины, попутно взглянув на себя в зеркало. Небольшой, уже бледный шрам у виска напоминал ему оп прошлом, о том ужасном дне, в котором все было так мрачно и страшно. Тот тряхнул головой, аккуратно ступая босыми ступнями по паркету, выходя в коридор, уже чуть побаиваясь следующих шагов. Лестница. Он ступает по ней предельно осторожно, держась за деревянные перила, позже, уже вставая на пол первого этажа, мальчик идет на кухню, уже пару раз сильно прикусив губу, дабы не засмеяться вслух. Перед глазами, все же, еще немного плыло, не давая взору младшего нормально фокусироваться на определенном предмете. А он старается быть сильнее.
Тот берет продукты для оладий, ища на полках сироп агавы, попутно включая плиту по сенсору, переводя пальцы на нужную температуру под сковородкой. Кареглазый находит под занавеской небольшое радио, проворачивая колесико на станцию с приятным джазом, не забывая в нужный момент перевернуть пищу на плите.
Уже на тарелке, по которой, в виде красивых узоров расползались цветы и божьи коровки, лежала пара оладий, что вкусно пахли на всю кухню. Питер пару раз садился на стул, потирая виски, позже поднимаясь, помечая в голове, что нельзя отступать, нужно бороться и продолжать готовить, ведь это так порадует Мистера Старка. Помните, врачи говорили старшему о выборочных провалах в памяти? Вот тут он и обосновался. Мальчик помнил почти все, но забыл тот момент, когда они перешли на «ты», иногда, все же промелькнуло имя брюнета, но очень редко. А Старку это напоминало о прошлом, так что тот пока не собирался рассекречивать себя и напоминать о том переломанном моменте в бассейне, тот момент, когда он разрешил ему называть его по имени.
Юноша открыл окна, вдыхая свежий летний воздух, что сочился с улицы прямиком в их дом. Запах еды привлек Хэппи, который обратился к Паркеру через распахнутое настежь окно первого этажа.
— Малыш Питер, что за утренний подъем? – смеется он, наблюдая из окошка.
— Хочу сделать Мистеру Старку приятно, знаете, после всего, что случилось, хочется радовать его каждый день, понимаете? Так волнуюсь, чтобы такого больше не произошло.
— Ох, Питер, даже не думай, ему обязательно понравится, и он спокойно может пережить без ежедневных подачек! Можно один? – Паркер заливается смехом, давая на тарелочке мужчине два золотистых кружка без какого-либо сиропа.
— Хэппи, приятного аппетита! – мальчик машет тому на прощанье, оглядывая уходящего человека к садовнику.
— Спасибо, солнце! – и младший прикрывает окно, в момент став прижатым к столешнице, задев перечницу, что со стуком падает на кафель.
— Опять не слушаешься? – Тони налегает на тело Питера, смотря прямо в глаза, замечая легкую улыбку, — еще и смешно тебе, – он позволяет себе в ответ улыбнуться, прильнув к губам, через пару секунд отрываясь.
— М-Мистер Старк, просто...
— Ты мог упасть и...
— Но не упал же! – Старк недовольно выдыхает, неустанно вглядываясь в личико юноши.
— У тебя, кажется, горит, – Энтони проводит рукой по торсу, спускаясь к пижамным штанам, останавливая руку у промежности. Паркер скованно сводит колени, отводя взор в сторону, ощущая на своей шее его губы. Младший воспринимает слова Тони как заигрывание, только через минуту понимая, что на плите подгорают оладьи. Кареглазый вырывается из рук, быстро переворачивая кружки, тяжко вздыхая, когда вместо золота видит почерневшие края и середину.
— Последние сгорели, но у меня есть еще, – тот выключает плиту, выкидывая пищу в мусорную корзину, ставя сковородку в посудомойку. Он кладет тарелку на стол, чуть отодвигая небольшой букет полевых цветов на узорчатой салфетке, вместо него укладывая посуду и чашки с холодным, зеленым чаем. На улице по-летнему тепло, что пить горячее совсем не хотелось. Тони садится напротив мальчика, беря с тарелки пару кружков, окропляя их сахарной водой, деля каждый на две части.
— Вкусно, Питер, но ты сделал это без разрешения.
— Да, Мистер Старк, я понимаю, просто очень хотел сделать вам приятно! – младший покачивается на стуле, кушая, быстро запивая жидкостью.
— И сделал, – это согревает мальчика, развеивая мысли о том, что тот мог бы быть обижен или недоволен поведением шатена. Он быстро доедает, вставая, моментально оказываясь у раковины, уже включая воду. Карие глаза пробегаются по грязным чашкам и по сегодняшней, грязной посуде, которую он не решился класть в посудомойку, ссылаясь на большие счета за электричество, что частенько тот находил в кабинете у старшего. Питер только начал мыть посуду, как к нему подошел мужчина, обнимая за талию, нагибаясь вперед, к ушку.
— Вы дадите мне домыть посуду? – парень начал ерзать под руками, не успевая их перехватить, позже ощущая теплые пальцы на груди под футболкой. — Пустите, будьте благоразумны, Вам же на работу надо, – Тони зажимает меж пальцев порозовевшую бусину, вызывая этим волну тревожности у юница, параллельно целуя его шею, словно успокаивая.
Мальчик прижимается затылком к брюнету, сжимая зубы сильнее, чувствуя жуткое стеснение и боль в голове, иногда скуля от сильных пульсаций.
— Сейчас, да? – юношу передергивает, и тот отрицательно кивает головой, опираясь всем корпусом о стойку, прижимаясь ягодицами к паху Старка. Вторая рука проходится по животику, проскальзывая под одежду и белье, обхватывая орган. Младший громко стонет, не сдерживаясь, напрочь забывая о людях вокруг их дома. Голова низко опущена, а глаза направлены в сторону двери, постоянно следя за состоянием золотистой ручки, что оставалась в закрытом состоянии. Фаланги скреплены в кольцо, мягко двигаясь по стволу, сводя мальчика с ума до такой степени, что дыхание не может прийти в норму, голова идет кругом. Чувство захватывает кареглазого, возвращая все в прошлое, воссоздавая их совместные моменты, ту ночь в бассейне, веревки на его руках, эту грубость, которая заводит Паркера, выводя из собственноручно поставленных рамок дозволенного.
Мальчик чувствует сильный спазм внизу от которого тот вжимается в деревянную поверхность, сильно ударяясь коленями о дверцу ящика. Он вертит головой, пытаясь оторвать старшего от дела, ему не дает покоя то, что они на кухне, их может увидеть каждый из его свиты.
— Стоит кончать, Мистер Старк.
— Умница, ты прав, – он замедляется, разворачивая молодого человека к себе лицом, нежно целуя в губы, чувствуя ответ Питера. — Надо кончить, – Паркера подсаживают так, что тому приходится обхватить старшего ногами у талии, попутно хватаясь за мужскую шею руками.
— Нас увидят, Вы не можете, нас же...
Его затыкают поцелуем, даже не желая слушать что-то под руку. Энтони быстро зачерпывает из небольшого сосуда гель для рук, ссылаясь на то, что юноша не заметит разницы и не будет против быть смазанным антисептиком с алое. Пальцы медленно входят в узких проход, позже начиная его разрабатывать, вводя парня в сумасшедшее состояние, что затмевает разум неминуемо и беспощадно. Он не сдерживает стонов, утыкаясь носом в ворот кофты брюнета, лишь бы чувствовать его лучше, только бы не проснуться и ощутить нежеланную пустоту. Пальцы нежно поглаживают стенки прохода, стараясь сделать все, как можно менее болезненно, периодически разводясь ножницами. Дышать тот спокойно не мог, постоянно что-то прося или умоляя остановиться, часто говоря о его любви к мужчине. Как только с растяжкой было покончено, орган аккуратно начал проталкиваться внутрь.
— Мерзавец, Боже мой, – ему трудно говорить, слова не складываются, по нечаянности тот называет его совершенно неправильно, вскоре осознавая свою ошибку, постыдно отворачиваясь, сжимаясь вокруг головки.
— Распустись, – это слово. Младший вспоминает его, приводя свой пульс в более нормальный, тяжко выдыхая, все же расслабляя стенки, позволяя тому войти глубже, почти до конца. В следующую секунду оба слышат звук в вестибюле, что сильно пугает младшего.
— Мистер Старк, Вам уже подавать машину? – парень с испугом глядит на Тони, сильно сжимая его шею, вонзаясь ногтями в кожу. Сердце бешено колотится, а в ушах стоит жуткий гул, сопровождающийся головными пульсациями в районе висков и затылка. Шаги ближе, и старший резко толкается в проход до конца, вырывая у юноши громкий вскрик, в момент затыкая его рукой у рта, не останавливаясь в движении.
— Хэппи, мелкий не одет, не смущай его! – он двигается внутри, пытаясь найти комочек нервов, старательно сдерживая его крики под кистью.
— Извините, Мистер Старк, тогда уже сами извольте явиться. – Тот кивает, что-то крикнув вслед шоферу, выжидая хлопок двери. Одной рукой он придерживал мальчика под ягодицами, иногда сильно сжимая их, второй вновь касаясь органа, вслушиваясь в стоны, которые Питер так тщетно пытался сдерживать.
Испарина появилась на телах обоих, в глазах младшего все схоже на одно большое пятно на скатерти, такое же неразделимое, состоящее из разных компонентов. Дыхание Питера – личный сорт крепленого вина Старка, его день начинается с него, вечером он засыпает с ним, все это стало обыденным, но каждый раз, когда юноша сопит рядом, либо просто лежит на его груди, отчетливо вдыхая одеколон старшего, Тони радуется, незаметно, но радуется. Каждый вдох, каждая минута, прожитая вместе важна для брюнета, как и его дыхание. Его жизнь важна для старшего.
— Я, – младший вертит головой вновь, чувствуя, что он уже не ведет за собой время. Тело сильно трясет, — я люблю Вас, – эти слова даются ему нелегко. Толчки еще продолжаются, как и сдержанные стоны брюнета, которые мог слышать только Паркер. Орган находит, попадает, наконец, по простате мальчика, вынуждая его же вскрикнуть, скрепив ноги на талии сильнее. Пальцы мужчины гладят его головку, проходясь по дырочки уретры, снова задавая ритм рукой. Рывки на органе стали резче, как и внутри. Несколько движений, и сперма шатена выплескивается в руку того, пачкая при этом одежду. Он резко, с силой толкнулся внутрь, выбивая этим последние силы у младшего, кончая в проход, заполняя того семенем, сразу же выходя, опускаясь с ним на пол. Пульс за сто, голова просто раскалывается, а слова не собираются в одно предложение. Тот постыдно сдвигает ножки к себе, прикрывая наготу.
— Я люблю тебя больше, – Тони поправляет одежду, снимая с себя запачканную кофту, вытирая ею пот со лба. Питер рассматривает тело Старка, проводя по прессу рукой, любя смотря тому в глаза. Из прохода медленно вытекает жидкость, которая капает на пол, заставляя его краснеть. Только бы... ах, уже заметил.
— Т-ты, то есть, В-Вы, я так, я не...
— Тише, ты можешь отдохнуть, а потом за уроки, – брюнет встает, потрепав парня по волосам, уже направляясь в душ, даже не слушая протесты по этому поводу. Нет, никаких уроков, он с ума сошел!
— Мистер С-Старк, никаких уроков! – младший еле как находит Тони, что уже выходил из ванны.
— Это уже не тебе решать, куколка, – его целуют, сталкиваясь языком о язык. — И уберись на кухне, понял? – его легко шлепают по ягодице, скрываясь за дверью спальни. Питер уходит в ванну, ощущая сильную слабость.