flower empire

 Я засуетилась, приводя себя в порядок. Хотя на какой-то момент подумала, что как бы я не выглядела, Чонгук всё равно обратил бы на меня внимание. Какая ирония.

Теперь я ещё сильнее боялась, что он поймёт. Рано или поздно муж задумается, что его влечение ко мне ненормально.

Я натянула белое тонкое льняное нижнее платье, а сверху корсаж и красное платье, вышитое мелким бисером, с рукавами, собранными у запястья. Без драгоценных камней и излишних украшений. Этот наряд должен был показаться простым и незамысловатым по меркам того, к чему привык герцог.

Я ехала в экипаже с гербом рода Чон думая: дурной знак, что Чонгуку хочется видеть меня каждый день. Следующий раз нужно придумать какие-то отговорки. Необходимо свести наше общение к тому необходимому минимуму, чтобы не вызывать подозрений, но в тоже время не отталкивать Чонгука окончательно. Он должен верить, что я действительно готова стать его содержанкой. Иначе мне не приблизиться к дочери.

На побережье мы прибыли, когда солнце начало клониться к закату.

Запах свежести казалось проникал в каждую клеточку. Лёгкий бриз омывал лицо прохладными, солеными поцелуями, оставляя на коже едва заметный след.

Насколько я поняла, огромный причал был частным, либо сюда допускали только избранных. Потому что я не увидела ни торговых кораблей, ни моряков.

Стояло всего два судна, хотя место хватило бы и на большее количество. Меня пригласили на одно из них. Я не понимала яхта это, или корабль. В чём вообще между ними разница?

Лишь отметила гладкое полированное дерево, изысканный дизайн. По бокам корпуса проходили полосы из серебра, сверкающие на солнце. И снова этот проклятый герб драконов Чон. Я предпочитала отделять себя от семьи, но воспоминания услужливо подкидывали мне слова герцога – в каком обличии я бы не была, он считал, что я принадлежу ему.

Поднимаясь на яхту, я засмотрелась на огромные паруса будто из тончайшего шелка, окрашенного в глубокий пурпурный цвет. Паруса уже трепал ветер, и они выглядели как огромные драконьи крылья.

Я думала, что меня отведут в каюту или что-то вроде того, но нет. Проводили на палубу. И я тут же увидела Чонгука, стоящего спиной, глядящего в морскую даль.

Лёгкий ветер трепал его белые волосы. До меня донёсся запах парфюма герцога, вызывая фантомные воспоминания его горячих касаний.

Он обернулся резко, будто почуял меня. Пригвоздил к отполированному полу тяжёлым взглядом.

Я присела в заученном реверансе. А муж подошёл ближе, мягкими шагами хищника.

– Вонён, – хрипло произнёс дракон, касаясь губами моей руки. – Присядешь?

Надо же. Даже не кидается непристойностями.

– Конечно, – ответила я, садясь за небольшой белый стол, на котором стояли нарезанные фрукты и бутылка игристого.

Готовится к соблазнению? Как бы ни так.

Чонгук сел напротив меня:

– Как тебе яхта?

Вкрадчивый тон дракона тут же заставил меня насторожиться.

– Красиво, – ответила я коротко.

– Думаю, ты была права. Мы начали не с того.

– Не «мы». А «вы», герцог Чон, – не удержалась от шпильки я.

Взгляд Чонгука переместился на мои губы. Он нарочито задержал на них своё внимание. Я почти ожидала, что он скажет, что мой рот создан для чего-то другого, но, на удивление, муж промолчал.

– Я решил, что нужно показать тебе другую жизнь.

Хочет купить меня. Думает, барон недостаточно баловал свою любовницу, и сейчас при виде роскошества я сдамся на милость победителя.

Что же, вряд ли дядя катал Вонён на яхтах. По крайней мере часто. Вообще, понаблюдав за дядей всего десять минут, я сомневалась, что он вообще особо-то пытался ей угодить. Но я – не она.

– Моя жизнь меня устраивает, Чонгук, – лаконично ответила я. – Всё налаживается.

Я почувствовала, что корабль тронулся, и судя по звуку, внутри был какой-то мотор. Видимо, здесь было не только подобие автомобилей.

Я тут же занервничала. Быть с Чонгуком в замкнутом пространстве не лучшая затея. Но не будет же он меня насиловать? Глупость какая.

Я смогу держать его на расстоянии.

– Расслабься уже, я не буду тебя трогать, – поднял бровь муж, заметив мою нервозность.

– Раньше трогал. Без спроса, – напомнила я.

– Я понял, что испугал тебя. Обещаю – буду с тобой нежным, – хрипло произнёс Чонгук, склоняясь ко мне через стол.

Решил сменить тактику. Я видела, что неприкрытое желание плещется в глазах мужа. Но он не даёт ему волю. По крайней мере пока.

Уголок губы дёрнулся, когда я подавила злую улыбку.

– Послушай, ты будишь во мне нечто тёмное, Вонён. Я уж думаю, не ведьма ли ты?

Моё сердце рухнуло в желудок. Тон герцога был нечитаем. Шутит или серьёзно?

– Хочешь разделаться со мной, как с женой? – я посмотрела в янтарь драконьих глаз, и невольно задержала взгляд. Красивый мужчина. Я бы даже сказала великолепный.

Почувствовав мою заинтересованность, Чонгук тут же изогнул в лёгкой улыбке свои идеальные губы и покачал головой:

– Я просил тебя не говорить о ней.

– Почему же? Ты предал её, а теперь ищешь, чтобы убить? Что-то не подсказывает, она скрывается не от хорошей жизни... и почему бы ей, раз она такая чёрная ведьма, не проклясть тебя, а? Не думаешь, что здесь что-то странное?

– Послушай. Я позвал тебя не за этим. Ты ревнуешь? Только не к Лисе. Её больше нет в моей жизни. Она – прошлое.

– А я значит – будущее? И что же, женишься на мне?

– Я не могу жениться на простолюдинке.

Кто бы сомневался. Я фыркнула. Может другую девицу это и обидело бы, но мне-то что.

– Хотя бы ты честен, и на том спасибо.

– Я позвал тебя не для того, чтобы обсуждать мою жену. И она ведьма. Запомни это. Ты просто мало в этом смыслишь.

– А кто смыслит? Твоя мать? – я знала, что хожу по краю, но азарт подстёгивал меня. – Инквизиция пляшет под её дудку... Она и тебя обработала, да?

Чонгук тяжело вздохнул, встал и вытащил из кармана маленькую коробочку.

– Закончим бесполезный разговор. Дай руку, – приказал он.

Что за...?

– Ты обещал не трогать, – напомнила я, подавшись назад.

– Это подарок. Просто браслет, Вонён.

Герцог открыл коробочку, и внутри блеснула тонкая цепочка из белого золота с алым рубином-каплей. Чонгук подошёл, нависнув надо мной. Мне показалось, что он вдыхает запах моих волос, но я боялась поднять глаза. Только бы не встречаться с ним взглядами в такой опасной близости.

Молча протянула руку, позволяя защёлкнуть на моём запястье украшение. Надо будет потом показать его матери Бан Чана. На всякий случай.

Пальцы Чонгука огладили мою руку, нарушив обещание не касаться. Но я ничего не сказала, анализируя свои ощущения.

Когда он не вёл себя, как скот, мне было сладко-волнительно в его присутствии. Да, я боялась мужа. Но что скрывалось под этим страхом? Он – отец моей дочери. Любила ли его когда-то Лалиса? Любил ли он её?

Чонгук снова сел напротив меня:

– Мы с тобой завтра отправляемся в столицу.

От его слов внутри что-то рухнуло. Воздух будто закончился. Я желала этого и боялась одновременно. Неужели время настало?

– Почему завтра?

– На границе империи разгорается военный конфликт. О нём пока не говорят люди, но долго скрывать не получится. Император отправляет меня в качестве своей правой руки и главного советника наших генералов.

– Война? Какой ужас! Но при чём здесь я и столица? Ты же сказал, что уедешь на границу. Не понимаю. Неужели, ты хочешь взять меня с собой?

– Я уеду, но хочу знать, что ты в безопасности. В столице тебе будет лучше. И я буду возвращаться каждую неделю. К тебе.

– Лучше подумай о безопасности свой дочери, – слова вырвались у меня против воли.

Малышка Элена! Почему этот чешуйчатый гад здесь, а не с ней? Неужели обхаживать любовницу важнее?

– Она отбыла с моей матерью и императрицей в безопасное место. Хочешь сказать, что я плохой отец?

Но я уже не слышала его последних слов. Я смотрела перед собой, но видела лишь пустоту.

Моя дочь куда-то отбыла? С этой мегерой? Хорошо, что она слишком мала, чтобы сгодится на корм любимой бабушке, иначе я бы волосы на голове рвала. Вдруг у неё тоже есть зачатки магии? Вероника объясняла мне, что до совершеннолетия девочка в безопасности.

– Значит, твоя дочь не в столице? – прямо спросила я, наплевав на осторожность.

– Нет. Она в безопасном месте.

Нет. Нет. Нет!

Это мне не подходит. Я не могу ехать куда-то зная, что Элены там нет.

Я подняла глаза на Чонгука, который внимательно следил как эмоции, сменяют одна другую на моём лице.

– Почему бы мне не переждать вместе с твоей матерью и дочкой? – нагло спросила я.

– Нет. Императрица не потерпит рядом с собой чужих людей.

Проклятье!

– Испугалась войны? – муж протянул руку через стол, предлагая вложить туда свою ладонь. – Ты нежная девушка, Вонён. Позволь мне позаботиться о тебе.

Что же делать? Я была готова выть.

Усилием воли взяв себя в руки, я вложила пальцы в огромную мужскую ладонь. Чонгук сжал их и улыбнулся, поглаживая моё запястье с внутренней стороны.

– Это на пару месяцев. Максимум на полгода. Боятся нечего, но мне будет спокойнее, если буду знать, что ты под защитой.

Я слушала слова мужа, но мозг лихорадочно работал. Я важна для герцога, пусть он пока и не понимает почему. Вряд ли он сможет увлечься другой женщиной, учитывая какая между нами связь.

А даже если увлечётся... Я могу потом попробовать его вернуть, приехав в столицу. Но, если поеду сейчас, и Чонгук будет возвращаться каждую неделю, как и обещал, всё может раскрыться. На его территории мне будет куда сложнее отбиваться. Наверняка он захочет переспать со мной и добьётся желаемого. Я к этому не готова. Близкие отношения свяжут нас ещё сильнее. А мне нужен холодный разум.

Я не могу так рисковать, просто не могу!

Как же легко рассыпался мой план, будто карточный домик!

Я приняла решение буквально за несколько секунд. А казалось, будто прошла вечность.

Аккуратно вытащила свою ладонь из руки дракона, откинулась на стуле и легко улыбнулась:

– Я не поеду никуда, Чонгук. Мне не нужен мужчина, чтобы оберегать меня. Потому что я не хрупкий цветок. Боюсь, это наша с тобой последняя встреча.

Глаза дракона потемнели, а я замолчала, понимая, что сейчас разразится буря.

– Если ты вздумала играть со мной, Вонён, то сегодня не самый лучший для этого день, – герцог окинул меня суровым взглядом. Драконий зрачок пульсировал, придавливая меня к стулу.

Я сразу воспротивилась этому, вставая на ноги.

– Думаю, нам лучше вернуться на берег, – небрежно бросила я, беря со стола виноградинку и отворачиваясь.

Я медленно подошла к краю борта и схватилась пальцами за перила, переживая, что испуганные глаза выдадут меня. И Чонгук поймёт, что моя самоуверенность лишь пшик. Положила в рот виноградину, чувствуя, как терпкая сладость растекается на языке.

Кто помешает мужу просто забрать меня?

Украсть?

Увезти куда-то?

Что я тогда буду делать?

Мысли беспорядочно метались.

Мы были уже далеко в море, начинало темнеть.

Герцог подошёл и встал рядом со мной.

– Ты понимаешь, что ждёт тебя в этом захолустье? Хочешь окончить свои дни в работном доме, или того хуже – в борделе?

Лучше бы он думал, что ждёт в этом захолустье его жену. Но увы.

– Это место мне по душе, – ответила я, нисколько не лукавя. – И я надеюсь, что смогу заработать на жизнь сама. Довольно самонадеянно думать, что женщина способна лишь раздвигать ноги перед мужиками. Мы ничуть не хуже вас.

– Правда? – герцог подался ближе, с плохо скрываемой злостью глядя на меня. – Так почему же ты выбрала лечь под старика, а не зарабатывала сама, а? Или там нужно что-то большее, чем чесать языком?

Он был прав. Я надела личину легкодоступной сеньоры и ответить ничего дельного на подобный упрёк сейчас не могла.

– У меня был лишь один мужчина в моей жизни, – бросила я, вскидывая голову. – Считаешь меня шлюхой? А самому каково проводить время с такой, как я, Чонгук? Почему ты не выбрал скромницу из богатой семьи? Катаешь меня, развлекаешь, даришь подарки.

Ветер подхватил мои волосы, и они коснулись рубашки Чонгука, цепляясь за пуговицу.

Я неловко дёрнула прядь, пытаясь высвободиться как можно скорее, но лишь усугубила всё.

– Проклятье! – пробормотала я.

Пришлось податься ближе, в попытке быстрее закончить этот неловкий момент.

Я вцепилась дрожащими пальцами в пуговицу, но она не поддавалась. Пришлось едва ли не отрывать прядь. Чонгук всё это время молча наблюдал, не делая попыток мне помочь, но и не мешая.

Подняла голову, плотно сжав губы и увидела жадный драконий взгляд, скользящий по моему лицу, шее, плечам. Хотела податься назад, но ничего не вышло. Рука герцога легла на мою талию.

– Отпусти, – в моём голосе звучало предупреждение.

– Ты красивая женщина, Вонён, – вторая рука дракона поползла по талии выше. Остановилась под грудью, поглаживая кожу через тонкую ткань платья. Касания были мягкими и нежными в противовес жёсткому испепеляющему взгляду мужа.

Я почувствовала то, чего боялась ощутить больше всего – мне были приятны эти прикосновения. И я действительно желала большего. И это разозлило меня настолько, что я толкнула Чонгука в грудь.

– Сказала – отпусти! – выпалила я, подаваясь назад и выворачиваясь из мужских рук.

Почувствовала, что дышу, как раненый зверь. Рвано и жадно хватаю морской прохладный воздух, но легче не становится. Внутри словно разгорается пожар.

– Я предлагаю тебе в последний раз – поехали со мной, – в голосе Чонгука звучало предупреждение. Он снова шагнул ко мне.

А я от него, беспомощно хватаясь за перила:

– А что будет, если я откажусь? Заставишь меня?

– Я мог бы.

– Опуститесь до принуждения, Ваша Светлость? – с отвращением выплюнула я, делая акцент на его титуле. – А может я просто считаю, что достойна большего, чем быть любовницей при мужике, который даже с собственной женой не в силах совладать. Она сбежала, потому что ты – чудовище!

Я с вызовом смотрела на мужа, ожидая его реакции. Пусть ненавидит меня.

Чонгук рванул ко мне и одним рывком прижал к себе, склоняясь к моим губам.

Я поняла намерение мужа и попыталась мотнуть головой в сторону, но тщетно. Злое горячее дыхание герцога опалило мои губы. И через секунду он впился в мои губы, смял их одним напором, крепко прижимая к своему стальному торсу. Я упёрлась кулаками ему в грудь, замолотила по ней, но он будто и не заметил, продолжая жадно исследовать мой рот.

Руки герцога шарили по моему телу, трогали и сжимали грудь через платье. Я почувствовала его желание. Оно упёрлось мне в живот, и от этого внутри что-то сладко сжалась.

Я поняла, что вот-вот и сама отвечу на его поцелуй, просто не смогу противиться этому ужасному притяжению. И пока ещё эта слабость окончательно не лишила меня разума, я впилась зубами в губу Чонгука. Во рту появился солоноватый привкус крови, а дракон слегка ослабил хватку, и я резко подняла руку, желая вмазать ему от души. Но Чонгук с лёгкостью перехватил её.

– Больной! Просто ненормальный! – дёрнулась я. – Что ты себе позволяешь?

– А ты просто шлюха. Жадная и беспринципная, – ненависть в его голосе была почти осязаема. – Ждёшь, когда кто-то заплатит побольше, да?

Янтарь его глаз лавой растекался по моей коже. Тёк под кожей, долбя прямо в сердце.

Я хотела ответить резкой репликой, но вдруг взгляд упал на моё запястье, которое Чонгук крепко сжимал в руке. Оно менялась на моих глазах.

Превращалось в мою собственную руку. В руку герцогини Лалисы Чон.

Меня накрыло диким, всепоглощающим страхом. Почти затрясло.

Нет! Только не это. Какого чёрта?

Моё лицо...

Должно быть первобытный ужас отразился на моём лице, потому что Марксос отпустил меня. Я увидела вину в его глазах.

– Я перегнул палку, не знаю, что на меня нашло... я не хотел так пугать тебя.

Я не слушала мужа.

Сделала шаг назад.

Ещё один.

И резко развернулась, едва не бегом направившись прочь. Коснулась пальцами кожи на лице... Кошмар! Моё лицо!

– Лиса? – хрипло спросил Чонгук в два счёта догоняя меня. Его рука легка на моё плечо, чтобы развернуть к себе.

Я поняла, что поздно. Несмотря на полутьму он увидел, и всё понял.

Рванув вперёд, вырываясь из хватки мужа, я едва не упала, споткнувшись обо что-то. Но устояла и побежала прочь.

Я понимала, что у меня есть лишь несколько секунд, чтобы принять решение.

Прыгнуть за борт? Опасно.

Звать на помощь членов команды? Бессмысленно.

Попытаться что-то объяснить? Никто не станет меня слушать.

Чонгук снова заберёт меня, запрёт где-то, а Алиссия попытается избавиться как можно скорее. Но теперь сбежать я уже не смогу. От меня будут ждать подвоха.

Я приняла самое безумное решение – прыгнуть за борт. Побежала вперёд, все ещё чувствуя на языке вкус крови дракона.

А что если...

Я сплюнула на пол, вытерла рот рукой, пытаясь избавиться от крови.

Схватилась за перила, намереваясь подтянуться и прыгнуть, но моя идея была изначально обречена на провал. Все мои действия заняли секунд пятнадцать. Чонгук сразу же догнал меня, обхватил сзади и прижал к себе. Его правая рука схватила меня за горло, оттягивая голову вверх и заставляя смотреть в его лицо. Я с ужасом ждала, когда наши взгляды встретятся, но, когда это произошло, в янтаре глаз Чонгука вместо лютой ненависти проросло недоумение.

– Что это было? – спросил он, отпуская моё горло и рывком разворачивая к себе. – Кто ты такая?

Я мельком взглянула на свою руку. Это была кожа Вонён!

Меня всё ещё трясло от пережитого, и я этого не скрывала.

– Л-лалиса Чан, – пробормотала я, дёргаясь в попытке вырваться. Но мои усилия были сродни попыткам птенца вырваться из лап хищника.

– Я узнал тебя Лиса! Узнал! – Чонгук шарил по моему лицу лихорадочным полубезумным взглядом. Он провёл пальцами по моему лбу, щекам, губам, будто пытаясь нащупать образ жены.

Неужели кровь мужа так подействовала на мою иллюзию? Что за безумие!

– Мне больно, – я попыталась пнуть Чонгука, но он без усилий поднял меня на руки, закинул себе на плечо и понёс в сторону каюты.

Раз он спросил, кто я такая, значит не уверен?

Я поняла, что нужно попытаться что-то сделать. Что угодно, лишь бы сбежать с корабля и оказаться в безопасности!

Закатить истерику? Сделать вид что испугалась, того как герцог домогался меня и поэтому убежала? Но поверит ли Чонгук?

Герцог затащил меня внутрь и бросил на кровать. Я с ужасом услышала, как закрылась на ключ дверь. Он демонстративно опустил ключ в карман, не сводя с меня глаз, в которых зрачок в полутьме каюты горел словно демонова бездна.

– Ты не смеешь удерживать меня силой, – процедила я дрожащим голосом. – Меня будут искать, Чонгук.

– У тебя было её лицо, – герцог подался вперёд, становясь у кровати, я тут же отползла к изголовью.

Тени и отсветы лампы гуляли по скулам Чонгука, то затемняя, то выбеливая их. Корабль прыгал по волнам. Нас слегка трясло.

– Хочешь сказать, я стала уродиной, как твоя жена? – вскинулась я в показной насмешке. – Ты сам говорил, что она выглядит ужасно.

Ноздри Чонгука затрепетали:

– Нет, ты была, как она в те годы, когда мы только познакомились. Когда родилась Элена.

Пронзительная боль, прозвучавшая в его голосе, ударила мне прямо в сердце хлёсткой плетью. Я опустила глаза, потому что не хотела сейчас вспоминать о том, что у меня есть дочь. Которую я никогда не видела. И не увижу, если сейчас не придумаю что-то. Мне было сложно осознавать, что этот жестокий мужчина отец моей малышки.

Усилием воли я засунула все чувства подальше. Спрятала в самых дальних закоулках моей израненной души.

Подняла голову, окинув дракона презрительным взглядом:

– Ты болен, Чонгук. Тебе везде мерещится Лалиса. Может ты чувствуешь вину перед бедной женщиной? Но послушай. Мне плевать на Лалису, плевать на твою дочь, и на тебя в том числе. Меня беспокоит лишь моя судьба.

Муж метнулся ко мне, в секунду преодолевая расстояние, разделяющее нас. Прижал к кровати, нависнув сверху. Тяжело дыша мне в лицо. Я пискнула и попыталась вырваться, но Чонгук был слишком огромный и сильный, он полностью накрыл моё тело, без возможности к сопротивлению.

– Тогда почему ты убежала, Лиса или Вонён... или как там тебя? – искривляя губы спросил он, дыша яростью мне в лицо. – Почему пряталась?

В его глазах я прочитала смятение, и это придало мне сил. Он сам не знает, чему верить!

– Ты испугал меня, – пролепетала я в лицо дракона. – Что значит пряталась? Ты смотришь на меня прямо сейчас. Разве я прячусь?

Кулон, данный мне одарённой ведьмой, болтался на шее. Если Чонгук знает, как работает магия иллюзий... мне несдобровать.

Я попыталась придать своему голосу оттенок обиды и капризности:

– Я вижу, что ты никак не можешь забыть свою бывшую жену.

Чонгук смотрел на меня тёмным злым взглядом. А если он снова захочет меня поцеловать? И тогда его кровь опять может вызвать эти странные метаморфозы.

Но как сбить его с толку? Что может затуманить его разум сейчас, в такую минуту? Если он начнёт думать и всё анализировать, неизвестно что он захочет сделать со мной.

Превозмогая сковавший меня ужас, я призывно улыбнулась мужу. Расслабилась под ним, перестала пытаться его оттолкнуть, а наоборот обхватила пальцами сильную мужскую спину. Потянулась вперёд и коснулась губами шеи герцога. Кожа была горячая, носа коснулся уже знакомый запах парфюма и моря.

– Твоя чопорная жена делала так, Чонгук? – прошептала я и слегка отклонилась, чтобы посмотреть дракону в глаза. – Наверняка, вы занимались сексом только в темноте под одеялом? Эти благовоспитанные леди такие ханжи...

Я со страхом ловила малейшую реакцию дракона. Ждала, когда он поймёт, что Лиса так бы себя не повела. Пришлось до боли закусить губу, чтобы привести себя в чувство. Я настолько перенервничала, что мне показалось, что вот-вот упаду в обморок.

Руки мужа жадно гладили моё тело, а я как могла призывно выгнулась под его ласками.

Чонгук потянулся ко мне, пытаясь сделать то, чего я так боялась – поцеловать. Но я увернулась, подставив ему щёку.

– Отпусти, – пискнула я. – Хватит!

Но он не слышал меня. Дракон коснулся поцелуем кожи на моей ключице, его губы поползли вниз. Но он перестал удерживать меня, я протянула руку, схватила со столика рядом какой-то тяжёлый предмет и со всей силы ударила им Чонгука. Хотела попасть по голове, но вышло лишь по плечу.

Он поморщился и тут же заломил мне руку, прорычав:

– Ты что творишь?

Предмет, который оказался каким-то странным компасом, выпала из рук, упав на деревянный пол с глухим стуком.

– Я хочу, чтобы ты понял – я не она, – взвыла я, выворачиваясь. – Ты просто болен! Ищи свою Лису, но пойми наконец. Я тебя не хочу! Это всё ошибка. Насиловать будешь?

Он привстал, отпуская мою руку.

А я с облегчением выдохнула. Лучше выглядеть истеричной распущенной содержанкой Вонён, чем сдохнуть от рук Алиссии.

Опустила взгляд и увидела, как вздымается и опускается мужская грудь, как напряжён пресс на животе дракон и ещё ниже... неприкрытое мужское желание. Когда он успел расстегнуть рубашку?

Чонгук поднялся с кровати, оглядывая распростёртую и растрёпанную меня с нескрываемым презрением:

– А ты права. Лалиса никогда не была такой жалкой шлюхой, которая сама лезет к мужчине. И она не стала бы рядиться в потаскуху. Моя жена – герцогиня.

Меня не трогали его слова. Многие мужчины даже не представляют, на что способная женщина ради своего ребёнка. Я защищала не только себя, но и наше с Эленой будущее.

– Тогда отпусти меня, – попросила я. – Я не хочу больше знать тебя и участвовать в этом безумии.

Чонгук принялся не спеша застёгивать рубашку, а когда закончил поднял на меня суровый взгляд:

– Ты ведь понимаешь, теперь никуда не уйдёшь. Не после того, что случилось. Если ты и не Лалиса, ты явно что-то сделала со мной. Навела какой-то морок. Иначе почему я не могу перестать думать о тебе? Может ты что-то сделала с моей женой, а, Вонён? Я проверю тебя досконально.

Внутри неприятно кольнуло волнением:

– И как ты это сделаешь?

– Я знаю способ.

Я беспомощно осмотрелась. В каюте была лишь одна дверь, но муж её запер. Какой бы ни был этот способ, нужно думать, как отсюда сбежать.

– Потащишь к своей мамочке и инквизиции? – процедила я, поправляя платье. – Думаешь, я чёрная ведьма?

– А тебе есть что скрывать?

Значит, всё-таки к Алиссии? Я поняла, что, если не успокоюсь и не начну мыслить рационально – скорее всего не выживу.

Приняв отстранённый вид, я спросила:

– Мы скоро причалим?

– Скоро, Вонён.

Моё имя Чонгук произнёс с особой интонацией. Он сел в кресло неподалёку и всю обратную дорогу не сводил с меня изучающего внимательного взгляда.

Когда мы пристали к берегу, я увидела, что мы не на том причале, с которого уплывали.

– Так будет ближе к моему особняку, – коротко пояснил Чонгук.

Боится, что я сбегу?

Я приняла решение не сопротивляться, а сделать вид, что иду по доброй воле. Мы спустились по трапу. Несмотря на позднее время, судов было много, как и людей.

Стоит ли попытаться броситься в толпу? Или попробовать сбежать уже из особняка Чонгука?

Я не знала, как поступить, но понимала – шансы минимальны.

И вдруг увидела кота.

Господин Пушистик сидел на какой-то старой бочке и по своему обыкновению вылизывал лапу. Встретившись со мной взглядом, он слегка прищурился. Я испуганно посмотрела на мужа, но он не заметил пушистого, хотя кот был словно бело пятно среди грязи и серости порта.

– Помоги мне, – прошептала я одними губами коту.