29
Мы вышли из кабинета. Мои ноги подкашивались от нервного напряжения, но Егор крепко держал меня за руку, не позволяя упасть. Его лицо было бледным, но сосредоточенным. Он не сказал ни слова, просто вел меня по тем же коридорам, мимо тех же серьезных людей.
По пути мне на глаза попались несколько стройных, ухоженных блондинок в строгих юбках, с папками и телефонами. Они бросали на Егора заинтересованные взгляды, некоторые даже пытались улыбнуться. Но он не обращал на них никакого внимания, его глаза были прикованы только ко мне. Он был полностью поглощен мной, моей болью, нашим делом. Это немного успокоило меня.
Он завел меня в свой кабинет. Это было огромное, светлое помещение с панорамными окнами, откуда открывался потрясающий вид на Питер. Большой рабочий стол из темного дерева, несколько удобных кресел. И уже в кабинете находились те же трое мужчин, что были в предыдущей комнате.
Егор подвел меня к диванчику, который стоял у самого окна.
- Малыш, – прошептал он, – посиди здесь тихонько, хорошо? Мне нужно кое-что обсудить с ними.
Я кивнула. Села на мягкий диван, чувствуя, как ноги едва держат. Сквозь огромное окно раскинулся город, но я не видела его красоты. Мой взгляд был прикован к Егору.
Он занял место за своим огромным столом. Мужчины расселись напротив него. Началась беседа. Они говорили на языке, который был мне совершенно незнаком – о каких-то контрактах, о партнерах, о сделках. Я видела, как Егор уверенно ведет разговор. Он был другим. Не просто влиятельным, как говорила Маша. Он был… хозяином ситуации. Его слова звучали твердо, его решения – безапелляционно. Он демонстрировал глубокие знания и невероятное хладнокровие. Мужчины слушали его внимательно, иногда задавая вопросы, но чаще – просто кивая. Они были удивлены, это было видно. Его влиятельностью, его хваткой.
В какой-то момент один из них сказал:
- Егор Владимирович, ваши связи просто поражают. Никто бы не смог так быстро решить этот вопрос. Мы весьма довольны.
Егор лишь кивнул. Беседа длилась еще какое-то время, а потом мужчины встали, пожали Егору руку и ушли, оставив нас одних.
Как только дверь за ними закрылась, Егор тяжело вздохнул. Он откинулся на спинку своего кресла, закрыл глаза, его рука потерла переносицу. Он был измотан. Вся та сила и решимость, которую он демонстрировал, требовала огромных усилий.
Я не выдержала. Аккуратно встала с дивана и подошла к нему. Опустилась на колени рядом с его креслом, прислонившись к его ноге. Он тут же открыл глаза, его взгляд был немного растерянным, но потом он посмотрел на меня. В его глазах читалась усталость, но и нежность.
Я осторожно погладила его по волосам, убирая упавшие пряди с его лба.
- Ты очень устал, – прошептала я.
Егор потянулся ко мне. Его рука легла на мою щеку, большой палец нежно погладил кожу. А потом он начал целовать меня. В губы. Долго. Нежно. В этом поцелуе было все – и усталость, и облегчение, и любовь. Он был моим спасением, моей надеждой. Моим Егором. И я знала, что теперь, после всего, что мы пережили, мы наконец-то обретем свое счастье. Вместе.