Глава 21. - Конец близок.
С утра Хёнджину позвонил Чан и сказал о том, о чем Хван не надеялся уже услышать.
Пришли результаты донорства.
Брюнет, услышав об этом, подскочил на кровати и наспех оделся. Забыл, конечно, погулять с собакой, но об этом он попросил соседку по телефону уже сидя в машине. Хёнджин не помнил, как доехал до больницы, забыл закрыть машину и еле как протиснулся в здание. Он искал Чана по всей больнице и нашел его возле палаты Феликса. Блондин спал, отвернувшись к окну, судя по всему ему еще не сообщили.
— Чан.
Мужчина обернулся, услышав обращение.
— Кто? — Сходу спросил Хван, остановившись рядом. — Кто донор?
Чан посмотрел сначала в глаза брюнета, а потом обернулся на спящего парня. Хёнджин повторил за ним действие, увидев копошения Феликса.
— Ты, Хёнджин.
Хван резко обернулся на мужчину. Тот смотрел через стекло, а на его губах была тяжелая улыбка. Возможно, он как и Хёнджин уже потерял веру в то, что это все может закончиться, что сил, чтобы порадоваться, уже не осталось.
— Но.. как это возможно?
— У вас одинаковая кровь, ты знал?
Брюнет помотал головой. Сейчас он находился в шоком состоянии, поэтому делал все действия на автомате.
— Выходит мы..?
— Нет, — Чан помотал головой так же, как делал это Хёнджин минуту назад. — Вы не родственники. Но ваша кровь одинакова. Как и костный мозг. Врач говорил очень непонятными медицинскими терминами, так что я даже не вспомню.
Хван от фразы "ваша кровь одинакова" как-то помрачнел. Выходит, они не родственники, но он может быть донором для Феликса. Значит ли это, что он не увидит своего солнца счастливым?
— Ты очень громко думаешь, — сказал Чан, из-за чего брюнет вздрогнул. — Ты не умрешь.
Казалось, облегченный выдох парня слышала вся больница. Бан усмехнулся.
— Он знает? — Хёнджин смотрел на своего парня за стеклом, который уже несколько раз беспокойно перевернулся.
— Нет. Думал, ты скажешь ему сам, — он повернул голову к парню и улыбнулся. — Это для него важно.
И Чан оказался прав.
Он ушел, оставив Хёнджина наедине с Феликсом. Тот уже проснулся и тяжелым взглядом смотрел на парня за стеклом. Тот улыбнулся ему приветственного, получив в ответ такую же, но вымученную.
Брюнет взял в руки доску, что стояла рядом, открыл маркер и стал что-то писать. Ли стало интересно, поэтому он попытался встать, чтобы свесить с кровати ноги. Он с легкой улыбкой наблюдал за тем, как его парень что-то писал на доске. Хёнджин, дописав, обернул ее в сторону блондина, чтобы тот мог прочитать.
"У меня хорошая новость, лучик. Я стану твоим донором :)"
Феликс замер, даже не встав с койки.
Глаза стало щипать, Феликс буравил взглядом надпись на доске и думал о том, что ему все это кажется сном. Он чувствовал, как сердце бешено бьется где-то в груди, как писк приборов пропадал из-за шума, как голоса людей за окном стали слышаться отчетливее.
Блондин поднял взгляд чуть выше, увидев, что глаза Хвана стали красными, а сам он плакал. Улыбка вмиг появилась сама собой.
Хёнджин приложил свою руку к стеклу, как делал это всегда, наблюдая за младшим, который слез с кровати и тяжелыми шагами подошел к стеклу, приложив свою руку к большой Хвановской.
Они вместе улыбались, пока по веснушчатым щекам текли слезы, а сами парни были счастливы внутри и снаружи от того, что судьба все же дала им шанс быть вместе.
***
Врач назначил операцию на середину недели. Все волновались и готовились, сжимая руки в кулаки. Чану даже пришлось отменить пару встреч и изменить свой график, чтобы присутствовать на операции. Сынмин поменялся днями с другим коллегой, а Минхо и Чонин, вместе с Хёнджином, торчали в больнице целые сутки.
Все были на нервах.
С утра за день до операции, Феликс проснулся от того, что в палату зашел врач. Мужчина был одет в стерильный костюм, с маской на лице.
— Феликс, привет.
— Здравствуйте, — мило протянул парень.
— Завтра утром приезжает Хёнджин, это, конечно, займет какое-то время, но я думаю, что во второй половине дня мы сможем приступить к операции, — ответил мужчина, что-то проверяя на аппарате. Доктор проверил пульс парня, взглянув на него. — Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Его глаза были сонными, часто закрывались, поэтому казалось, что парню было плохо. Доктору это явно не понравилось.
— Голова кружится, рукам холодно? — Мужчина приложил руку ко лбу.
Феликс ничего не ответил, лишь что-то промычал.
— А давай-ка мы температуру померим, — Доктор достал градусник, сунув его Ли. — Как ты?
— Если бы я был хорошо, меня бы здесь не было, — с градусником во рту, проговорил блондин. — А что-то не так?
— Я не знаю, ты мне скажи, у тебя всё в порядке?
Но не успел мужчина договорить, как градусник запищал. Парень вынул его, посмотрев на температуру.
— Тридцать девять, — удивился Феликс, протягивая градусник врачу. — От чего у меня температура? — Но врач, казалось, уже не слушал, выбежав из палаты.
Страх подкрался незаметно.