Чужая жизнь Сабрины

Самолет приземлился в Майами на рассвете. Для Константина эти несколько часов в полете были вечностью, наполненной леденящим страхом за Сабрину. Он не сомкнул глаз, сжимая в руках чемодан с доказательствами, который чудом удалось вернуть. Его план был рискованным, но другого выхода не было.
Еще в аэропорту он сделал первый ход, — позвонил Майклу. Тот ответил почти мгновенно.
— Майкл, это Константин. У нас есть проблема. Серьезная. Нужно встретиться. Только мы двое.
В голосе Майкла сквозь привычную холодность прозвучало легкое удивление.
— Где ты? Я думал, у тебя... неотложные дела в Италии.
— Дела изменились. Я в Майами. Встретимся в нашем бизнес-центре. Через час. Приходи один. Это касается нашего общего дела... тебе привет от Риккардо, — намеренно загадочно бросил Константин и положил трубку, не дав Майклу задать вопросы. Он рассчитывал, что это непременно зацепит Майкла.
Не теряя ни секунды, Константин сел в заранее заказанную машину и помчался в особняк Джорджа. У него не было с собой настоящего оружия, кроме самого смертельного. У него была правда.

Особняк встретил его неестественной тишиной после вчерашнего разгула. Воздух в холле все еще был густым и пропитанным запахом дорогого табака, спиртного и чего-то кисловатого — похмелья и распада. Дворецкий, выглядевший помятым, молча проводил его в кабинет Джорджа.
Брат полулежал в кресле у окна, залитый утренним солнцем. Он был бледен, его глаза красными, а рука, державшая стакан с томатным соком, слегка дрожала. От него пахло перегаром и потом.
— Костя? — хрипло произнес Джордж, щурясь. — Что ты здесь... в такую рань?
— Поднимаю тебя, — резко сказал Константин, подходя к столу. — У нас проблема. Хуже, чем ты можешь представить.
Он схватил со стола графин с водой и плеснул содержимое Джорджу в лицо. Тот вздрогнул, закашлялся и с проклятием попытался встать.
— Ты с ума сошел?!
— Приходи в себя, Джордж! Сейчас же! — Константин говорил тихо, но с такой силой, что брат замер. — Пока ты тут напивался в стельку, твой верный пес Майкл готовил тебе нож в спину. И он его вонзил. Глубже, чем ты думаешь.
Он расстегнул чемодан и вывалил на стол папки, фотографии, видео и звукозаписи с показаниями Карлы Росси и Риккардо.
— Читай. Смотри. Майкл не просто твой помощник. Он руководил всей твоей теневой логистикой. Контрабанда, отмывание денег. Изабель случайно вышла на это. Она все узнала. И он убил ее. Убрал нежелательную свидетельницу. А тебя, моего гениального брата, использовал как прикрытие для своих темных дел.
Джордж, все еще пытаясь прийти в себя, уставился на цифровые носители. Он лихорадочно начал их прослушивать и просматривать, его лицо менялось. Сначала недоверие, потом растущее понимание, и наконец — чистая, беспомощная ярость. Он слушал признания Риккардо о связях с Майклом, о передаче угроз Изабель. Он видел показания Карлы о страхе племянницы.
— Этого... не может быть... — прошептал Джордж, но его голос был полон сомнения. — Майкл... он всегда был предан...
— Он был предан только себе и своей личной выгоде! — перебил Константин. — Ты был для него прикрытием, Джордж! Золотой вывеской! А Изабель... — он сделал паузу, глядя брату прямо в глаза, — ее тело, скорее всего, на дне океана. Где-то там, куда он сбросит и Сабрину, и меня, когда мы станем ему не нужны.
Имя Сабрины, произнесенное вслух, словно ошпарило Джорджа. Он резко поднял голову.
— Сабрина... Где она? Я вчера... я не видел ее после суда...
И тут Константин вспомнил о своем телефоне, который в спешке перевел в беззвучный режим. Он достал его. На экране горели несколько пропущенных вызовов с незнакомого номера и запись автоответчика от того же номера: «Константин, это Сабрина. Я сбежала. Помоги».
У него упало сердце. Он немедленно перезвонил. Трубку взяла женщина.
— Алло? Заправка «Шелл» на Коллинз-авеню, чем могу помочь?
— Я... мне звонили с этого номера. Девушка...
— А, эта? Да, была тут ночью. Странная такая, без денег. Позвонила и ушла. Не знаю, куда.
Константин бросил трубку.
— Она сбежала. Вчера ночью. И она где-то там, одна.
Холодная ярость затмила все остальные чувства. Джордж немедленно приказал отыскать Майкла и привезти живым или мертвым.

Через пару минут в кабинет вошли двое людей — не обычная охрана, а те, кого Джордж держал для особых поручений. Лица у них были серьезные.
— Босс. Мы искали Майкла, как вы приказали. Его нигде нет. Личные вещи из его комнаты пропали. И одна из машин из гаража тоже. Он сбежал. И, кажется, он забрал кое-что из сейфа.

Джордж медленно поднялся с кресла. Похмелье и слабость как рукой сняло. Его лицо стало маской холодной, сосредоточенной ярости. Предательство Майкла, осознание того, что его все это время водили за нос, что из-за него погибла Изабель — все это переплавилось в стальную решимость.
— Найти его, — голос Джорджа прозвучал тихо, но с невероятной силой. — Подключите всех. Всех, кому я плачу. Проверить все его места, все контакты. Я хочу его найти. Живым. Я с ним поговорю лично.
Люди кивнули и вышли. Джордж повернулся к Константину.
— Ты прав. Я был слепым дураком.
В его глазах горел огонь, которого Константин не видел годами — огонь настоящего бойца, а не манипулятора.
— Но сейчас не до самобичевания, — отрезал Константин, хватая ключи от своей машины. — Майкл сбежал. И он знает, что Сабрина сбежала тоже. Он будет искать ее. Из мести. Чтобы замкнуть круг. Я должен найти ее первым.
Он уже не видел в Джордже врага. Он видел временного союзника с одной целью — найти Сабрину, пока не стало слишком поздно.
— Ищи, — коротко кивнул Джордж. — Мои люди будут координироваться с тобой. Оставайся на связи.
Константин выбежал из кабинета и ринулся к своей машине. Он не знал, с чего начать. Заправка на Коллинз-авеню была единственной зацепкой. Константин мчался по утренним улицам Майами, его разум лихорадочно работал, пытаясь предугадать действия Майкла. Тот был хитер, опытен и знал город как свои пять пальцев. И теперь был загнан в угол, а загнанный зверь — самый опасный. Поиски Сабрины превращались в гонку со временем, где на кону стояла ее жизнь.

Джордж, все еще сидя в своем кресле, наблюдал, как брат, забыв о всех условностях и прошлых обидах, бросается к выходу. И в этот момент в нем что-то щелкнуло. Он понял. Это была не игра. Константин любил эту девушку. По-настоящему. И эта любовь делала его сильным и слабым одновременно, заставляла рисковать всем, чего он добился, ради одной-единственной цели. Впервые за долгие годы Джордж почувствовал не презрение к слабости брата, а нечто похожее на уважение. Или, может быть, на зависть.
«Ищи, — сказал он, и в его голосе прозвучала не приказная, а какая-то странная, новая нота. Почти человеческая. — Мои люди будут координироваться с тобой».
Но Константин уже не слышал. Он выбежал в утреннее майамское солнце, и его мир сузился до размеров города-лабиринта, в котором где-то пряталась Сабрина. Каждый звук сирены, каждый прохожий, каждый темный переулок — все это было потенциальной угрозой. Его страх за нее был живым, дышащим существом, сидевшим у него за спиной и нашептывающим на ухо самые страшные предсказания. Он завел машину и рванул с места, подчиняясь лишь одному инстинкту — найти ее. Найти, пока не стало слишком поздно. Пока она не присоединилась к бедняжке Изабель.