Глава 6
Кайран оставался без сознания, когда пришел лекарь. Аластор мерил шагами гостиную, где мы ожидали вердикта, напоминая загнанного в клетку зверя.
— Надо отправиться к Вратам и узнать, что произошло, - произнесла я.
— И оставить его одного, Мор? Он только что...
— Мы сейчас ничем ему не поможем, но, возможно, Александер сможет. Чем сидеть здесь сложа руки, надо выяснить, что произошло. Вспомни – вспышка магии в небе была такая же, как и в повозке.
Мне хотелось убедить Аластора пойти со мной, потому что это помогло бы ему отвлечься. Каким сильным ни было мое собственное волнение за Кайрана, я умела блокировать эмоции, занимая голову другими мыслями, тем более его энергия слабо ощущалась из комнаты, подпитывая мою надежду, что он выживет. Аластор сделал еще несколько шагов, на его лице появилось задумчивое выражение. Наконец принц остановился:
— Ты права, давай нанесем визит Хранителям, - он протянул мне руку, и на его челюсти заиграли жевалки. Отлично, это должно нас отвлечь.
К тому времени, как мы добрались до северного склона священной горы Далхат, солнце садилось, освещая небо предзакатным светом. Перед нами раскинулся мост, ведущий к широкому горному плато, где собралась целая толпа – проезд был закрыт королевской стражей, не пропускавшей собравшихся на ту сторону. Несколько низкорослых дварфов ругались со стражниками, прося аудиенции с Хранителями, чтобы узнать, что происходит. Эльфы и великаны были более сдержаны, но на их лицах читалась тревога. Заметив нас позади напряженной толпы, стражники начали расчищать путь, громко командуя:
— Расступитесь! Дайте проехать!
Как только мы проехали к мосту, толпа снова сомкнулась за нами, как бушующее море, но царящая здесь громкая неопределенность не шла ни в какое сравнение с напряжением, повисшим над плато, посреди которого возвышались гигантские Врата Междумирья.
Эта история берет свое начало в прохладных садах Аль Риэля – обители Высших эльфов, мудрейшего из народов. Высшие эльфы всегда славились своей тягой к странствиям и знаниям, поэтому часто бродили по соседним Арханам – другим высшим мирам, в которых проживают полубоги, титаны и Боги. Не ограничившись этим, самые могущественные из Высших эльфов посещали наши земли, средние миры Гаярда, манящие их своей неизведанностью и многообразием. Однако такое перемещение сквозь пространство, как известно, требует огромных затрат энергии, и мало кому даже из существ Высших миров удавалось воплотиться в Гаярде на длительное время.
Все изменилось, когда в бессмертных горах Аль Риэля был найден сайлирит – особый минерал, способный не только накапливать в себе магию, но и преумножать ее. Тогда и были построены первые Врата: одни – в садах Аль Риэля, и другие – у лесных эльфов в Гаярде, открыв возможность путешествовать сквозь измерения благодаря сайлиритам, установленным в основания Врат и усилившим магию Высших эльфов. Конечно, это стало лишь началом, и эльфы решили открыть пути к другим частям Гаярда, построив Врата на землях водных эльфов, людей, великанов и двафов. Все без исключения народы Гаярда приняли этот дар с благодарностью, и так был создан круг Междумирья. Однако, там, где открываются возможности, неизменно появляется и угроза.
Высшие эльфы понимали, что их изобретение могло стать опасным оружием в неправильных руках, поэтому необходим контроль не только за работой Врат, но и за доступом к ним. Так появился Орден, в который вошли шестеро самых могущественных представителей Высших эльфов, чья магия служила источником питания всего Круга Междумирья. Они контролировали работу Главных Врат в садах Аль Риэля, в то время как остальные Врата были переданы под управление правителям народов Гаярда.
Каждые Врата были уникальны по своей форме, но неизменным элементом оставался сайлирит – сияющий минерал, хранящий магию, благодаря которой можно было перемещаться меж Вратами. Еще одним важным условием была целостность круга и непрерывная циркуляция магии – если по некой причине была нарушена работа хоть одних Врат, «обрывался» весь Круг Междумирья. Именно поэтому контроль и тайные знания о работе Врат из поколения в поколение передавались лишь по линии правителей. Их называли Хранителями Врат.
— Да разверзнется Сварта, - выругался Аластор. Гигантская арка, высеченная в форме скалы, мрачно возвышалась пред нами, пустая и безмолвная. Сайлирит погас, оставшись безжизненными темно-фиолетовыми камнями.
— Поверить не могу, - удивленно произнесла я, осматривая потухшие Врата Хорсы. В истории известен лишь один раз, когда был разорван Круг Междумирья – во время великой войны, прозванной Кровавой зарей. С тех пор миновали столетия, во время которых работа Врат ни разу не была нарушена.
Мое внимание как магнитом привлекли три высокие фигуры Хранителей, облаченные в яркие мантии: они резко выделялись на фоне светлых одежд и мехов, привычных для жителей Хорсы. Один из них обернулся и пристально посмотрел в нашу сторону, его темно-синяя мантия развевалась на ветру.
— Он ждет, что мы помашем ручкой? – язвительно фыркнул Аластор, заметив взгляд Алакая.
— Чем я так разгневала Богов? Мне казалось, что выходки с лебединой балладой было достаточно для искупления моих грехов.
Аластор напрягся при этом упоминании:
— Лучше ему больше к тебе не приближаться. Если он до сих пор этого не понял – объясню по-другому.
Спешившись, мы оставили оленей гвардейцам, и я придержала Аластора за руку, понизив голос:
— Прошу, давай без глупостей.
Его серебристые глаза впились в меня, в хриплом голосе звучала едва сдерживаемая злость:
— Не смей защищать этого...
— Я не пытаюсь, но и в защитниках не нуждаюсь, Николас, - услышав от меня официальное имя он замер, - я ценю твою заботу, но разберусь с этим сама.
Возможно, он подумал, что я все еще испытываю чувства к его старшему брату и пытаюсь его оправдать, но на деле я просто не хотела распалять вражду между ними. Скоро я уеду, и все станет как раньше.
— Ладно, но, если он еще что-то вытворит..., - от прозвучавшей в его голосе угрозы, хотя она была адресована не мне, по коже пробежали мурашки. В этот момент передо мной стоял не младший наследник Хорсы, беззаботный любимец девушек, а подпольный боец, славившийся кровавыми расправами. От самой мысли, что у меня есть такой тыл, охватывала приятная дрожь — эта дружба была одним из самых ценных подарков, преподнесенных мне жизнью.
Привычно закинув руку мне на плечи, Аластор повел нас в сторону толпы:
— Точно уверена, что не хочешь повторить вечер в «Пьяной мойхве»? Как по мне, вышло эффектно.
— Конечно, давай только подойдем поближе к твоему отцу, чтобы он как следует рассмотрел наши языки, - предложила я.
— Идеальный план.
У Врат собралась вся элита Северного королевства. Я выскользнула из-под руки Аластора, пока мы проходили мимо нескольких групп советников, ведущих напряженные разговоры, и наконец предстали перед Хранителями Врат Хорсы.
Род правителей считается священным, ибо они не только управляют своими землями, но и издавна были избранны Высшими Эльфами для контроля Врат Междумирья. У каждого народа по три Хранителя, представляющих три поколения правящей семьи: старшее, среднее и младшее.
— Наследник рода Роханов – Николас! – громко произнес гвардеец, оповещая о нашем приходе. Генералы и советники, собравшиеся возле Хранителей, приветственно склонили головы.
Я в свою очередь тоже поклонилась, выражая почтение Хранителям: Теодору Рохану – нынешнему правителю Северного королевства, его дяде Хазарду, и принцу Алакаю, недавно занявшему место своего прадеда. Хранители Врат носили плотные мантии, цвет которых зависел от старшинства: глубокая темно-синяя у младшего, насыщенная изумрудная у среднего, и бордовая для старшего. Эти оттенки были неизменны для всех народов, как и осколки сайлирита, вшитые в воротники их мантий. Сила Врат, текущая в крови правящего рода, сама избирает нового Хранителя, и из двух наследников Хорсы она проявилась у Алакая.
Быть Хранителем – большая честь, и в юности Николас Аластор больше всего мечтал стать одним из них, во всем соревнуясь с братом. Поэтому я рассчитывала увидеть сильные эмоции, присущие младшему принцу, но ничего из происходящего его не интересовало. Это глубокое безразличие возникло еще в последние зимы до моего отъезда и не давало мне покоя до сих пор. Аластор просто прожигал свою жизнь.
— Мориен, рад видеть тебя на родных землях, - раздался глубокий тембр Теодора Рохана.
Когда мы виделись в последний раз, он носил темно-синюю мантию, и я отметила, как подошел новый изумрудный цвет его благородной внешности и пшеничным волосам. Теодор всегда относился ко мне, как к дочери: мы росли вместе с Аластором и проводили вместе почти все время. Правитель подошел ко мне, крепко обняв, при этом не удостоив младшего сына и взглядом. Тогда вместо приветствия Аластор развернулся и направился к соседней группе советников, высказав тем самым полное неуважение отцу и Хранителям. Их отношения заметно ухудшились.
— Я рада оказаться дома. Что здесь произошло - так прозвучала моя жалкая попытка отвлечь пристальный взор Теодора от спины удаляющегося принца.
Суровый стальной взгляд снова обратился ко мне:
— Причина не ясна, дитя. Гонцы уже в пути, мы ожидаем скорейших известий от соседних земель, а пока надо позаботиться о тех, кто не сможет вернуться домой, - Теодор кивнул в сторону толпы, собравшейся перед мостом.
— Вы можете рассчитывать на меня, - тихо сказала я, и Теодор кивнул, один из немногих знающий о моей истинной роли в Вальдоре.
— Как же ты повзрослела, Мориен. Мы с твоим дядей очень гордимся тобой, - он положил свою крепкую руку на мое плечо и одобрительно сжал, молчаливо говоря о том, чего не мог произнести вслух.
После чего правителя окликнул один из советников, и рядом прозвучал еще один знакомый голос:
— Ори, можно тебя на несколько слов?
Ори. Только один человек так меня называл. Я едва не застонала от разочарования.
В толпе промелькнула копна русых волос, и я прожгла ее взглядом, надеясь, что ее обладатель обернется и заметит меня. Но младшего наследника отвлекла высокая брюнетка. «Большое спасибо, Аластор. Вот что я называю дружеской поддержкой».
— Твоя подружка подождет, - с насмешкой произнес Алакай, обходя меня и закрывая обзор на брата.
— Конечно, Хранитель. Я всегда к вашим услугам, - через чур почтительно поклонилась я.
— Ты невероятно выглядишь, Ори, словно сама Богиня, – произнес он, пристально глядя на меня, - и кажется, у нас есть незаконченный разговор.
От меня не укрылось, как некоторые придворные бросали взгляды в нашу сторону. Не удивительно, после того, что он себе позволил в «Кровавой мойхве», должно быть весь дворец уже обсудил наш танец. Зачем он ворошил прошлое, пытаясь докопаться до сердца, которое сам же и разорвал? Неужели он считал, что статус позволяет делать и иметь все, что захочется?
— Со всем уважением, Хранитель, сейчас не лучшее время для праздных разговоров, - произнесла я, переводя взгляд на мрачные Врата.
— Ты права, обстановка не совсем подходящая. Мы могли бы встретиться за ужином, только ты и я, и все обсудить, - спокойно ответил он.
— Ты понимаешь, о чем говоришь? – презрительно спросила я. Он предлагал мне встречу за спиной своей невесты, словно какой-то любовнице без чести и морали. Хотя, чего я удивилась? Вот только он ошибся, считая, что я все та же маленькая девочка, которая позволяла ему с собой так обращаться.
— Я абсолютно понимаю твою обиду, - его красивое лицо было олицетворением раскаяния. Удерживая мой взгляд, костяшки пальцев коснулись моей щеки, отчего я вздрогнула, как от удара. Алакай заметил это и убрал руку:
— Но я уверен, мы сможем все вернуть. Я все исправлю.
Если бы он сказал эти слова десять зим назад, я бы, наверное, простила все на свете, и сейчас это действительно ужасало. Насколько наши отношения были больной, нездоровой историей, в которую я попала по своей наивности, где постоянно оправдывала его за все те поступки, которые он совершал.
— Сейчас я уйду и надеюсь, что судьба никогда больше не сведет наши дороги, - холодно сказала я.
Не успела я развернуться, как горячая ладонь обхватила мою кисть, словно кандалы.
— Я люблю тебя.
Я замерла. Кажется, меня бы меньше удивило, если бы Алакай ударил меня клинком в грудь. Слава богам, он стоял за спиной и не видел моего лица, потому что я не уверена, что смогла сдержать контроль в тот миг.
— Жизнь без тебя потеряла смысл, Ори. Я готов умолять дать мне второй шанс. Останься со мной, и я сделаю все, что захочешь: разорву помолвку, и ты займешь место, которое всегда было твоим по праву... моя королева.
Я позволила себе слабость лишь на мгновение. Все демоны, терзающие меня изнутри, вырвались наружу, кромсая душу и сердце. Они шептались о том, какого было бы все вернуть, залечить раны, рвущие меня на части, и стереть из памяти эти зимы, как страшный сон... Одинокая ледяная слеза упала на снег. Обернувшись, я взглянула в его лживые глаза и сказала мертвенно-спокойным голосом:
— Мне не нужна твоя любовь.
В это мгновение я отпустила часть своей силы, и наследный принц с шипением отдернул руку, все еще сжимавшую мою. Мы оба посмотрели на его ладонь, посиневшую от ледяного ожога. Очень жаль, но он не сможет ей пользоваться в ближайшее время.
— Больше ко мне не прикасайся, иначе в следующий раз ты ее лишишься - тихо сказала я, поправляя задранный от его «кандалов» рукав, а затем сладко улыбнулась, - Надеюсь, это не доставит неудобств на брачном ложе, ваше величество.
Алакай, побледневший от боли, которая скоро намного усилится, хищно улыбнулся в ответ:
— Признай, это ложе – единственное место, где тебе хочется оказаться. Ведь я знаю, как ты любишь боль.
Вот ублюдок. Видимо, я недостаточно доходчиво объяснила...
— Прошу прощения за беспокойство, ваше Величество, - внезапно прервал нас голос за моей спиной.
— Генерал Аллаир, – почтительно произнес Алакай, спрятав посиневшую руку за спину.
— Мне необходимо переговорить с племянницей, если вы не против, - обратился к нему Александер.
Как же ты вовремя, дядя.
Глаза цвета штормового неба снова нашли мои, когда принц ответил:
— Конечно, генерал, не смею задерживать.
Но перед тем, как уйти, он наклонился и его горячее дыхание коснулось моего уха:
— Я знаю тебя слишком хорошо, малышка Ори. Даже лучше, чем ты сама.
Никак не отреагировав, я почтительно поклонилась, и мы с Александером направились в сторону моста. Внутреннее напряжение не позволяло мне насладиться живописными горными видами, хотя раньше, когда мне удавалось попасть к Вратам, я всегда с восхищением рассматривала это священное место.
— Все в порядке? - спросил Александер. Его лицо было абсолютно не читаемо, но взгляд взволнованным.
Я не собиралась обсуждать тему Алакая с кем-либо, поэтому перешла сразу к главному:
— Мы были на площади, когда потухли Врата, и Кайран... упал замертво. Мы отнесли его тело в повозку, и он неожиданно пришел в себя. Его глаза побелели и стали нечеловеческими. Затем он снова потерял сознание, но остался жив.
— Кто об этом знает? – спросил Александер.
— Аластор, его кучер и лекарь.
— Хорошо, так и должно остаться, - понизив голос сказал Александер, - Кайран упал именно в момент, когда потухли Врата?
— Спустя несколько минут, - ответила я, и генерал нахмурился. Какое-то время мы шли молча, пока не дошли до повозок, - Ты понимаешь, что произошло?
— Не знаю, но выясню, - сказал Александер.
Я не сомневалась в этом. Распрощавшись с дядей, я словила взгляд Аластора, возле которого вились три хорошенькие девушки. Даже потухшие Врата не смогли омрачить его настрой и заставить отказаться от флирта. Закатив глаза, я кивнула в сторону оленей.
— Пора сваливать с этой тухлой вечеринки, - произнес он, поравнявшись со мной, и я утвердительно фыркнула.
Оказавшись по другую сторону моста, гвардейцы снова освободили дорогу, растолкав толпу, что вызвало еще больше возмущений, особенно у дварфов, рост которых не позволял толком ничего рассмотреть.
— Что там происходит? Мы требуем ответов! – кричали они.
— Любезные, мы все ждем новостей, но прошу вас, не топчитесь по ногам, - сдержанно произнесла высокая статная эльфийка.
— Вы что не видите, что нас сейчас задавят! – рассерженно прорычал голос откуда-то снизу.
— Госпожа! Госпожа Мориен! – услышала я знакомый голос из гущи тел.
— Пропустите их, - попросила я гвардейца.
Из толпы показались две головы, рыжая и пепельно белая.
— Похоже, вам не удастся попасть домой сегодня. Мне очень жаль, - обратилась я к знакомым дварфам.
— Но как же... куда нам идти?
— Вам предоставят жилье на некоторое время, пока не станет ясна причина, - произнес Аластор на гриммаране. Как и подобало королевскому наследнику, он почти свободно владел языками народов Гаярда.
— Ох, ох! – одновременно заохали они.
— Скоро вас отвезут в город, - пообещала я.
— Вы так добры, моя госпожа, - восхищенно пробормотал Удрик. Аластор изумленно посмотрел на меня.
— До встречи, - попрощалась я, и мы отправились дальше.
— Ты всем своим поклонникам говоришь «до встречи», перед тем как исчезнуть?
Его намек на мой скорый уход был очевиден.
— Не знала, что ты стал моим поклонником, - усмехнулась я.