Глава 7
Наступившая ночь не принесла желанного умиротворения. Дворец гудел, словно улей, а причиной всему была пугающая неизвестность. Кайран пришел в себя, но лекарь так и не смог определить, что произошло: организм был в полном порядке, не считая сильного истощения.
Около полуночи ко мне постучал из людей Александера и провел в генеральское крыло. Полумрак и отсутствие людей создавали гнетущую атмосферу безжизненности в этой части дворца, словно она была заброшена. Кроме королевских гвардейцев, охранявших покои важнейших людей Хорсы, здесь больше никого не было, но и те стояли неподвижно, как мертвые. Гулкий стук сапог был единственным звуком в могильной тишине, дрожащее пламя факелов корчило длинные тени на каменных стенах, и чем ближе мы подходили к двери с двойной буквой А, тем сильнее стучало мое сердце.
— Генерал Аллаир один? – поинтересовалась я, чтобы отвлечься от необъяснимого чувства тревоги.
— Да, госпожа, он ждет вас в покоях.
Я пыталась разгадать это странное ощущение страха, бившееся на краях моего подсознания, когда гвардеец распахнул двери и поклонился. Я машинально кивнула и прошла в прохладную комнату:
— Прошу, скажи, что у тебя хорошие новости, - пробормотала я, опускаясь в свое любимое кресло и прикрывая глаза от разыгравшейся головной боли. В висках пульсировало, словно их сжимали тисками...
Только когда мои слова одиноко повисли в воздухе, я осознала, что покои пусты. Открыв глаза, я оглядела скромное убранство, идеально отражающее характер генерала, не падкого на изыски дворцовой жизни: широкая кровать с бордовым балдахином, плотные занавеси на окнах в тех же тонах, несколько картин и стенной шкаф. Ничего не поменялось за зимы моего отсутствия, даже одинокая ваза с цветами и кумир Бога войны Аластора стояли ровно также. В покоях Александера было две двери: одна вела в ванную комнату, другая в небольшую столовую, через которую можно было попасть в кабинет. Последняя была приоткрыта, намекая, куда ушел хозяин.
Что-то странное ощущалось в пространстве. Воздух был густым и вязким, а мое сердце лихорадочно стучало, словно за ним гнался демон. Поднявшись, я прошла в пустую столовую, но не успела дойти до следующей двери, как ноги подкосились и я ухватилась за спинку стула, чтобы не упасть. Зрение расплывалось, и я хотела крикнуть Александера, но в последний момент спохватилась – что-то было в этом кабинете. Быстро пройдя в дальний конец столовой, где на стене висела голова снежного барса в грозном оскале, я потянула дрожащей рукой левое ухо вниз. Прозвучал щелчок и в пасти зверя бесшумно поднялась задвижка: сквозь стену проходила скрытая труба, благодаря которой отсюда было слышно все, что происходило в кабинете. Мои ощущения не ошиблись – Александер был не один.
— Считаешь, он это сделал? – донесся приглушенный голос Александера.
— Очевидно, питомец стал преградой, - от звука этого голоса мое тело неистово задрожало, и инстинкты кричали, что надо убираться подальше от этого существа.
Послышалось шуршание, напоминающие листание страниц, и спустя какое-то время раздался тяжелый вздох Александера:
— Мы не можем позволить ему завладеть силой.
— Тебе известно мое положение, я не в силах остановить его.
Голос существа, находящегося в кабинете, будто был соткан из чистой силы: он звучал одновременно молодо и старо, прекрасно и жутко, и оставлял за собой жгучий след. Его хотелось слушать, ему хотелось подчиняться.
— Я никому больше не могу доверять, - напряженно произнес Александер, - ты знаешь не хуже меня – предатель только этого и ждет.
Потянулось молчание, и первым снова заговорил генерал:
— Прошу, помоги ему добраться до Вальдоры.
Ни разу за всю жизнь я не слышала, чтобы Александер Аллаир, правая рука Теодора Рохана, просил. Не понимая суть разговора, чутье точно подсказывало, что от него зависит не одна жизнь. Дрожащей ладонью я прикрыла рот, стараясь успокоить свое рваное дыхание – эту тревожность вселяла в меня бессмертная энергия, подобно какой я раньше не встречала. Казалось, даже воздух вокруг наблюдает за мной. Не знаю, чего я боялась больше: что гость откажет в просьбе, либо, что согласится.
Наконец могущественный голос заполнил пространство:
— Хорошо, но если что-то пойдет не так... Я заберу эту жизнь. Никто не должен узнать о обо мне.
— Клянусь, - произнес генерал. Так вот, почему он хотел, чтобы я услышала это сама – он предвидел это и не смог бы нарушить клятву.
Меня заколотило от страха. Если Гость найдет меня здесь, то убьет на месте.
— Ellarien noctaël, - прозвучал бесконечно темный шепот в последний раз, и от услышанного прощания я замерла. «Прошедший со мной сквозь тьму» - если я не ошибалась, таким сокровенным образом Высшие эльфы обращались к тем, с кем они некогда разделили нечто очень значимое и считали себя связанными перед лицом судьбы.
— Morië an ellar na'riël vae thir, - ответил Александер. «Пред лицом смерти я закрою тебя».
Сначала я ощутила дуновение ветра, прошедшее по шее как касание пальцев. Все тело покрылось мурашками от страха. А затем внезапно окно за моей спиной с грохотом распахнулось и ледяной порыв ворвался в столовую, развевая мои волосы и легкое платье. Гость ушел, поняла я, и от него не укрылось мое присутствие. Мне показалось, что я вынырнула из-под толстой гущи воды – настолько полегчало пространство вокруг.
То, что таинственный гость был из Высших эльфов сомнений не было, не надо быть разведчицей, чтобы сложить эту картину, но такое близкое обращение, которое считалось для них священным обетом... Насколько я помнила из рассказов Александера, оно было очень редким и использовалось после событий, где отвага, честь и преданность проявляются в истинном свете, на пороге смерти. Только вот он забыл упомянуть, что знает об этом не понаслышке. Когда холодное спокойствие и самообладание вернулись ко мне, я прошла в кабинет, где Александер уже ждал в глубоком кресле у камина.
— Кто это был? – напряженно спросила я.
— Старый друг, - ответил дядя.
— Он знает, что я была здесь, - сказала я.
Александер усмехнулся:
— Я в этом не сомневаюсь, но тебе нечего бояться.
— Ты не расскажешь, кто он?
Генерал покачал головой и серьезно посмотрел на меня.
— Это не моя тайна, я лишь ее хранитель. Я сделал все что мог, чтобы ты хотя бы услышала нас, но больше о нем не спрашивай, aivis.
Я кивнула, зная, что большего не добьюсь, и перешла к другой теме:
— О какой силе вы говорили?
— Эльдраксан мертв.
Эти слова прозвучали как гром посреди тишины кабинета. Я застыла, готовая услышать многое, но только не это.
— Разве это возможно? Ведь он под защитой Ордена, – мой голос был хриплым шепотом.
— Есть существо, которому это удалось. Vaelrākh.
Звучание этого древнего слова было подобно вынесению смертельного приговора и имело два смысла: на наречии темных эльфов «Властелин», а у высших эльфов «Предатель».
— Предатель Ордена... но ведь он мертв, - протянула я.
Кровавая заря – единственный раз, когда был разорван Круг Междумирья. Один из шести Высших эльфов Ордена предал всех, построив за их спинами Врата в Сварте и выпустив оттуда тварей во главе с темными эльфами. К счастью для высших миров, они успели пройти через Врата только в миры Гаярда, к несчастью для людей – твари были заперты на их землях, и, как гласят легенды, сами Боги вмешались и уничтожили всех, кто там был, чтобы защитить остальных. Ничтожная доля людей успела спастись и заняла свободную землю, которую теперь, спустя четыре сотни зим делят между собой потомки трех народов: северное королевство, Средиземье и пустыня.
Предателя убили, после чего Орден замкнул Круг Междумирья Гаярда, и с тех пор невозможно попасть отсюда в Высшие Арханы. Лишь одни Врата в Гаярде ведут в сады Аль-Риэля, прямо к Ордену, и расположены они в священной пустыне, под надежной защитой. А управляет ими Эльдраскан – избранный Орденом человек, которому была дарована сила, способная подчинять себе работу весь Врат. Он главный защитник Ордена, священный, неприкасаемый.
— Предатель не умер, он жив и настолько могущественен, что ему удается скрывать это практически ото всех, - тихий голос Александра вселял в меня ужас.
Я не верила услышанному.
— Лишь одному из Ордена было под силу убить Эльдраксана..., - вслух рассуждала я, глядя на пылающий в камине огонь, даже не замечая жар, которым он душил комнату. Эльдраксан был очень силен, и справиться с ним мог только кто-то еще более могущественный, - Но зачем убивать его, если предателю был нужен контроль над Вратами?
— В Ордене есть много тайных знаний, но по воле судьбы одно из них однажды случайно открылось мне, когда я жил в Аль-Риэле: сила Эльдраксана не исчезает после его смерти, она находит нового хозяина, и на этот выбор никто не в силах повлиять.
— Кайран, - прошептала я, осознав, к чему вел генерал.
— Да, Кайран был избран силой. Моя догадка состоит в следующем: Предатель снова собирает армию, нашел Эльдраксана и вынуждал открыть Врата в Аль-Риэль, чтобы закончить начатое, но избранный отказался и, осознав свой скорый конец, успел разорвать Круг Междумирья – это то, что мы все видели. А когда он погиб, сила нашла Кайрана – то, что случилось с вами в повозке.
Несмотря на ужасающие новости, я не смогла сдержать улыбку от мысли, что мой лучший друг теперь станет новым Эльдраксаном. Это невероятная сила и честь.
— К несчастью, это не все, - тяжело произнес Александер, глядя на мое счастливое лицо.
Пройдя к деревянному комоду, он налил крепкую настойку в два хрустальных стакана, и вернувшись поставил на столик между нами. Потянувшись к курительным трубкам, лежащим там же, одну передал мне, а другую закурил сам. Терпкий вкус табака и обжигающий глоток настойки немного ослабили напряжение, и тогда генерал сказал, медленно и тяжело:
— Если нового избранного убить до того, как он успеет принять свою силу, она перетечет убийце.
— Боги милостивые, - выдохнула я. Предатель специально убил Эльдраксана, чтобы выследить нового и завладеть силой. Удушливый жар пожирал меня изнутри.
— Эльдраскан может принять свою силу только там, где предыдущий ее оставил – на месте его смерти. Благодаря Лорду и тебе мы знаем, что последний раз его видели во дворце Вальдоры, значит он либо погиб в столице Средиземья, либо оттуда стоит начать поиски. Но Предателю известно, где это место, и он будет поджидать. Я уверен, что его приспешники уже ищут, к кому перешла сила, и они могут быть где угодно, даже здесь, во дворце. К сожалению, мы не можем доверять никому, пока Кайран не примет силу, и для этого придется тайно отвести его в столицу Средиземья.
— Лекарь и кучер? - задала вопрос я, на который уже подозревала ответ.
Александер выдохнул густой дым, опустив взгляд, что означало: свидетелей больше нет. О том, что произошло в той повозке, теперь знали лишь я и Аластор, но принц точно не был приспешником предателя.
— Но как Кайрану удастся скрыться? Разве сила Эльдраксана не должна быть ощутима? – мне вспомнилось как быстро я сама учуяла изменение в энергии Кайрана.
— Да, существа со способностями, подобные тебе, могут учуять силу Эльдраксана, которая начнет крепчать с каждым днем. Для этого я дам ему специальный порошок, который запрет ее у него внутри, скрыв след. Но..., - глаза генерала наполнились печалью, - я не знаю, как это повлияет на Кайрана.
Он может сломать его, догадалась я. Сила, которой не будут давать выход, чья тюрьма будет в теле Кайрана. Чем быстрее он доберется до места и примет ее – тем лучше. Поднявшись, я начала расхаживать вдоль массивных окон, за которыми посреди ночной тьмы падал снег. Я профессионально просчитывала дальнейший план:
— Путь в обход дорог займет дольше времени, но так удастся избежать внимания, и если выйти в эту ночь, то в Вальдору мы прибудем...
— Aivis..., - перебил мои размышления голос Александера, и я увидела в его глазах то, чего не видела с той самой ночи в поместье Аллаиров. Словно все эти зимы были лишь сном, перед ним сейчас стояла не опытная шпионка Северного королевства, ведьма и следопыт, а маленькая беззащитная девочка, чей хрупкий мир вот-вот рухнет под тяжестью тайн, и его задача уберечь ее. Почувствовав этот настрой, я медленно покачала головой:
— Даже не думай об этом. Я отведу его.
— Я не подвергну тебя такой опасности, нужен другой проводник, - эти слова были выговорены в форме приказа.
— Значит, ты рассказал мне все это, чтобы я помогла найти проводника? Я знаю каждого, способного перейти горы Хорсы и тех, кто сможет провести через лес, но таких, кто сможет сделать и то и то? Таких людей можно пересчитать на пальцах одной руки, и ни один из них не живет в Хорсе, что означает, уйдут дни, пока мы разыщем их и доставим сюда. И все равно ни один из них не сможет гарантировать верность больше моей, не перейдя на сторону Предателя или не бросив Кайрана на пути. Ты подумал, каким образом, добравшись до Хорсы, им удастся разузнать все незамеченными? Я единственный связной Лорда, и мы с ним разберем весь дверец до основания, если придется.
Александер молчал, но его пальцы побелели, с силой сжав курительную трубку:
— На Кайрана начнется охота, и я не уверен, что..., - - на последних словах его голос дрогнул, - Я не могу потерять тебя, Мориен.
Я не верила своим ушам. Не. Верила. Своим. Ушам. Генерал Аллаир всегда беспокоился о моей жизни, ведь ему как родная дочь, но сейчас? На кону стоит судьба Гаярда и всех народов. Ошибки здесь не прощаются, а жертвы – необходимость. Пусть даже и ценой родной дочери. Я остановилась у окна и завела руки за спину. Сейчас я сама походила на генерала.
— Не проси меня остаться в стороне, - спокойным ледяным голосом произнесла я, прожигая Александера взглядом, - Кайран мне как брат, и отдать его жизнь в чужие руки, гадая, доберется ли он живым для меня невозможно. Никто не справится с этим заданием лучше меня, и ты знаешь это. Вся жизнь вела к тому, чтобы я оказалась здесь в этот момент, имея знания как провести Эльдраксана в Вальдору. Даже если это будет мое последнее задание – я чувствую, что оно предписано мне судьбой.
Аллаир выслушал меня и отвернулся, следя тяжелым взглядом за буйством пламени в камине: в нем боролся генерал разведки и отец, и ни один не был этому рад. Но, как бы тяжело ни было, я знала, что Александер примет верное решение, и, когда он наконец посмотрел на меня, в серебристых глазах была бесконечная грусть. Поднявшись, дядя крепко обнял меня, и я растворилась в родном запахе и ощущении любви.
— Ты должна быть готова к изменениям: в его характере, реакциях, эмоциях может произойти заметный сдвиг. Сила Эльдраскана непредсказуема и нести ее – тяжкое бремя, которое выпало на его плечи. И помни, никто не должен узнать, что Кайран избранный.
Я знала, какой приказ генерал был обязан дать проводнику Эльдраксана, но его отцовское сердце не позволит произнести его вслух.
— Клянусь защитить его ценой своей жизни, - пообещала я то, о чем он не смог попросить.
Александер напряженно всматривался в мое лицо. Шли минуты, в его взгляд не отрывался от меня, пытаясь запомнить каждую деталь.
— Раньше ты часто смеялась. Стоило тебе появится в любой замерзшей части дворца, как все вокруг забывали про суровость зимы, ведь один твой вид стоил того, чтобы поклоняться морозу вечность. Ты была великолепна в своей жизнерадостной легкости, и каждый вечер, оставшись один в этом кабинете, я задаюсь вопросом: не совершил ли я роковую ошибку, взвалив на твои юные плечи столь тяжелый долг? Когда ты покинула Хорсу той ночью десять зим назад, ты забрала с собой всю жизнь и свет из этого места. А когда вернулась, я с первого взгляда заметил... Ты изменилась. Стала сильнее, жестче, хладнокровнее, и как генерал я горжусь этим. Но как отцу, это разбивает мое сердце. Я бы так хотел вернуть то время, когда мы ездили в поместье и ты читала мне вслух о Высших эльфах, мечтая побывать в садах Аль-Риэля.
Слушая эти слова, я осознала, какую тяжесть дядя хранил в себе. Он винил себя в том, что я изменилась и стала жестче, но это жизнь. И она у меня именно такая. Поэтому я лишь сжала его ладонь и тепло улыбнулась, сказав то, во что ни один из нас не верил:
— Я вернусь, и мы отправимся в поместье. Буду читать тебе все, что пожелаешь, а ты расскажешь мне еще истории из Аль-Риэля.
Это была моя последняя ночь в Хорсе.