«7»
С тех пор Сумире и Ирука стали чаще проводить время вместе. Их встречи были простыми — прогулки по деревне, короткие разговоры после занятий Наруто или совместные ужины в Ичираку. Эти моменты дарили Сумире ощущение тепла и уюта, которого ей так не хватало.
Однажды вечером, когда солнце уже садилось, Ирука снова проводил её домой после ужина. Лёгкий тёплый ветерок играл с прядями её волос, а в воздухе витал запах цветущей сакуры.
— Знаете, Сумире-сан... — начал Ирука, немного смущённо. — Я всегда восхищался вами.
Женщина удивлённо посмотрела на него, слегка покраснев.
— Чем же?
— Вашей добротой... силой. Вы столько всего пережили, но продолжаете заботиться о Наруто и поддерживать его. Мне кажется, что не каждый смог бы вынести такую ношу.
Сумире замерла на мгновение, чувствуя, как сердце болезненно сжалось.
— Просто... у меня нет другого выбора — тихо сказала она.
Ирука мягко улыбнулся.
— Возможно. Но даже когда у людей нет выбора, они всё равно могут сдаться. А вы не сдались.
Сумире на секунду опустила взгляд, пытаясь скрыть внезапную волну эмоций. Ей было так непривычно слышать добрые слова в свой адрес.
— Спасибо... Ирука-сан. Мне это... очень важно.
Они остановились у порога её дома. Сумире обернулась, а тёплый свет фонаря мягко освещал её лицо.
— Может... зайдёте на чай? — вдруг предложила она, немного смущаясь.
Ирука растерялся, но его глаза вспыхнули радостью.
— С удовольствием.
На кухне царила уютная тишина. Сумире поставила чайник на огонь, а Ирука с интересом оглядывал небольшую, но ухоженную комнату.
— Здесь так тепло... — тихо сказал он. — Чувствуется, что в этом доме есть семья.
Сумире замерла на секунду, услышав эти слова.
— Семья... — повторила она, наливая чай в чашки.
Она сама давно перестала думать о доме как о месте, где можно чувствовать себя в безопасности. Но сейчас, когда рядом был Ирука, а в соседней комнате тихо посапывал Наруто, это слово вновь обрело для неё смысл.
Они долго сидели, беседуя о жизни, о прошлом и мечтах. Ирука рассказывал о своих детских годах, о том, как потерял родителей во время нападения Девятихвостого, как долго искал своё место в этом мире.
Сумире слушала его с искренним интересом, понимая, что их судьбы чем-то похожи.
— Думаю, вы были прекрасной старшей сестрой для Минато — вдруг сказал он, глядя на неё тёплым взглядом.
Сумире на секунду замерла, а потом улыбнулась сквозь печаль.
— Я просто хотела, чтобы он был счастлив...
Ирука медленно накрыл её руку своей, чувствуя, как она дрожит.
— Думаю, он был бы очень горд за вас... как и Наруто.
Сумире не смогла сдержать слёз. Это были не слёзы боли, а облегчения — впервые за долгое время она чувствовала, что кто-то действительно понимает её.
Ирука всё чаще заходил к ним в гости. Иногда он приносил Наруто сладости или помогал с домашними заданиями. Сумире ловила себя на мысли, что ждёт этих вечеров с нетерпением.
Какаши со своим привычным равнодушным видом лишь изредка подшучивал:
— Кажется, у нас появился ещё один защитник семьи — говорил он, мельком поглядывая на Ируку.
Сумире только смущённо улыбалась, а в глубине души чувствовала, как маленький тёплый огонёк, который она так долго прятала, начинает разгораться снова.
В один из таких вечеров, когда Наруто уже спал, а Ирука собирался уходить, он вдруг остановился у двери.
— Сумире-сан...
— Да?
Он замялся, поправляя повязку на лбу.
— Если вам когда-нибудь... станет слишком тяжело... вы можете рассчитывать на меня.
Сумире на секунду задержала дыхание, чувствуя, как её сердце пропустило удар.
— Спасибо, Ирука... — прошептала она. — Мне правда нужно это слышать.
Ирука немного смутился, кивнул и вышел в ночь, оставив после себя тепло, которое ещё долго согревало её сердце.
В ту ночь, лёжа в постели, Сумире уснула с лёгкой улыбкой на лице.
Прошло ещё несколько месяцев. Отношения Сумире и Ируки оставались тёплыми, но при этом совершенно невинными. Они были как два старых друга, которые поддерживали друг друга в трудные времена. Однако Какаши не мог не замечать, как часто Ирука заходил в гости или провожал Сумире домой.
Каждый раз, когда он видел их вместе, внутри что-то неприятно сжималось, хотя он и не хотел этого признавать.
Однажды вечером, когда Наруто уже спал, а Сумире готовила чай на кухне, Какаши решил дождаться Ируку возле дома.
Тихий ветер гулял по улицам, а луна ярко освещала крыши домов. Ирука неспешно вышел из дома, поправляя повязку на лбу, как обычно.
— Ирука — раздался спокойный голос из тени.
Учитель вздрогнул, обернувшись.
— Какаши? Ты меня напугал...
Сереброволосый шиноби вышел из тьмы, засунув руки в карманы. Его лицо, как всегда, было скрыто маской, но в глазах читалось что-то... напряжённое.
— Нам нужно поговорить.
Ирука насторожился, но кивнул.
— Конечно...
Какаши подошёл ближе, бросив взгляд на дом, где свет ещё горел в окне.
— Ты часто навещаешь Сумире в последнее время.
Ирука немного растерялся, но быстро понял, к чему идёт разговор.
— Да... мы просто друзья.
Какаши медленно повернул голову к нему.
— Ты ведь понимаешь... что она для меня небезразлична.
Ирука на секунду замолчал, но в его глазах не было злости — лишь понимание.
— Я давно это понял, Какаши.
Сердце Какаши сжалось. Он уже был готов услышать что-то неприятное, но Ирука неожиданно тепло улыбнулся.
— Сумире — замечательная девушка. Но для меня она только друг. Я не хочу мешать вам.
Какаши изумлённо моргнул.
— Ты... серьёзно?
— Конечно. Я вижу, как ты на неё смотришь — мягко сказал Ирука. — И как она смотрит на тебя, когда думает, что ты не замечаешь.
Какаши на секунду опустил взгляд, скрывая эмоции.
— Ты желаешь мне счастья?
Ирука чуть улыбнулся.
— Каждый из нас заслуживает счастья, Какаши. Особенно вы двое... после всего, что пережили.
Некоторое время они стояли в тишине, и только ночной ветер шуршал листвой. Какаши наконец выдохнул, чувствуя, как напряжение в груди немного ослабевает.
— Спасибо... Ирука.
— Береги её — тихо ответил учитель.
Когда Ирука ушёл, Какаши ещё долго стоял на месте, глядя на свет в окне. Он знал, что слишком долго прятал свои чувства за маской. Сумире всегда была рядом, поддерживала его, когда он терял себя...
Теперь пришло его время быть рядом с ней.
Он медленно повернулся и шагнул к дому, решив, что завтра... он обязательно поговорит с ней.