24 глава.
На следующее утро Эмиль был необычайно беспокоен. Его тихий, но непрекращающийся плач витал в доме тягостным эхом. Амалия металась между кухней и спальней, тщетно пытаясь укачать его, но стоило ей положить его в кроватку, как он снова начинал хныкать.
— Вызвать врача? — Руслан, наблюдавший за этим с порога, произнес это скорее как констатацию факта, чем как вопрос.
— Нет! — реакция Амалии была мгновенной и слишком резкой. Она тут же поправилась, пытаясь смягчить голос: — Нет необходимости... Просто зубки, наверное. Или животик.
Руслан пристально посмотрел на нее, но промолчал. Час спустя врач все же был вызван — не потому, что Амалия согласилась, а потому, что Руслан так решил.
Пока доктор осматривал Эмиля в спальне, Амалия, бледная как полотно, вертелась рядом. Руслана же отвлек его человек, привезший вещи из её старого дома.
— Босс, тут кое-что нашли, — мужчина протянул толстую тетрадь в простой обложке. — Подумал, вам стоит глянуть.
Руслан бросил беглый взгляд на дневник и, не придав значения, отшвырнул его в ящик прихожего стола. «Читать её детские слезы? Нет уж», — пронеслось в голове.
Вернувшись, он застал врача, уже собиравшего чемоданчик.
—Немного перевозбудился, — профессионально улыбнулся тот. — Ничего критичного. Пройдет.
Амалия, стоя за его спиной, с мольбой в глазах смотрела на доктора, и тот, кивнув ей почти незаметно, подтвердил: «С ним всё хорошо». Руслан этого взгляда не видел, его внимание привлек Эмиль, который, странным образом, утих на его руках.
Последующие часы стали откровением. Руслан, этот грозный титан, оказался на удивление терпеливым и нежным отцом. Он качал сына на руках, строил ему рожицы, и Амалия, украдкой наблюдая за ними из кухни, чувствовала, как её собственная броня дает трещину. В её голове крутилась одна мысль: «Ему нужна операция. Я должна была заработать эти деньги... Он никогда не поймет. Он подумает, что он неполноценный, и отвергнет его».
Идиллию нарушил звонок. На пороге стояли её родители, а за их спинами — Лука, лицо которого было искажено ненавистью. Мать Амалии, не в силах сдержать слез, тут же бросилась к дочери, а отец стоял с каменным лицом, сжимая кулаки.
Начались мольбы, упреки, крики. Мать Амалии рыдала, умоляя Руслана отпустить её дочь и внука. Лука, не сдерживаясь, кричал: «Ты чудовище! У тебя никаких прав на нее. Оставь ее в покое!»
А Руслан... сидел в кресле, как каменное изваяние. Он не спускал глаз с Эмиля, спящего у него на груди, и лишь изредка поднимал взгляд на Амалию. Его спокойствие было пугающим. Оно было не таким, к которому она привыкла — ледяным и несущим угрозу. Оно было... уставшим. Глубоко уставшим.
И тогда Амалия сделала неожиданный шаг. Она сама, без его приказа, подошла к своим родителям.
—Уходите, пожалуйста, — тихо, но очень четко сказала она, глядя на мать. — Я остаюсь. Рядом со своим сыном.
Её слова повисли в воздухе. Даже Руслан слегка приподнял бровь. Её мать смотрела на неё с недоумением и болью, а Лука — с немым вопросом и предательством. Но она лишь покачала головой: «Со мной всё в порядке. Прошу, уходи».
Когда дверь закрылась, в гостиной воцарилась оглушительная тишина.
—Часто они будут нас беспокоить? — Руслан все так же смотрел на сына, но вопрос был адресован ей.
Амалия молчала, не в силах найти слов. Он медленно поднял на неё взгляд. Они смотрели друг на друга через всю комнату, и в этом молчании было больше сказано, чем за все годы ссор.
— Подойди, — тихо скомандовал он.
Она не двинулась с места.
—Амалия. Подойди, — он повторил чуть громче, и в его голосе не было злости, а была... усталая настойчивость.
Она сделала несколько шагов и остановилась перед ним.
—Сядь.
Она опустилась на колени на ковер,как когда-то в их прошлой жизни. Он отпустил одну руку, поддерживающую Эмиля, и сильной ладонью обхватил её затылок, притянув к себе. Его губы коснулись её лба в долгом, почтительном поцелуе. И тогда, в тишине, раздался его срывающийся шёпот, который она никогда не надеялась услышать:
—Я думал, что больше никогда тебя не увижу.
Она отпрянула, удивленно глядя ему в лицо. В его глазах не было ни лжи, ни насмешки. Лишь глубокая, неподдельная боль. Он горько улыбнулся и, словно спохватившись, отстранился.
—Пойдем в город. Купим всё, что нужно. Вы ничего не взяли.
Пока Амалия собирала сумку, Руслан зашел в кабинет. Он уставился в планшет, но мысли были далеко. Его взгляд упал на прихожий стол, на тот самый ящик. Он потянулся к нему, его пальцы уже коснулись холодной ручки, как дверь распахнулась.
—Мы готовы, — сказала Амалия.
Он на мгновение замер, затем резко захлопнул ящик.
—Тогда поехали.
И пока они выходили из дома, тень от нераскрытой правды, спрятанной в том дневнике, легла между ними, грозя в любой момент разрушить это хрупкое, только что родившееся перемирие.