Глава 44. Секрет.
Ночь была удивительно тиха. За окном лениво плыл город, не спеша гасить свои редкие огни. Всё спало — даже ветер, даже улицы. Всё, кроме неё.
Алекс уже долго лежала, глядя в потолок, слушая размеренное дыхание Билли рядом. Тёплое, спокойное, почти убаюкивающее... но сон так и не приходил. Внутри что-то не отпускало. Не тревога, нет. Просто ощущение, что в мире сейчас происходит что-то важное. Важное для неё.
Осторожно, чтобы не разбудить Билли, она подтянулась, поцеловала её в лоб — мягко, почти благоговейно — и выбралась из постели. Простыня хрустнула под её движением. Билли тихо шевельнулась, но не проснулась.
Алекс спустилась в гостиную, опустилась на диван и достала телефон. Лента новостей была полна заголовков — новое интервью Билли Айлиш, свежее, горячее, только что вышедшее. Оно появилось как раз тогда, когда они сидели в ресторане с Мией и Дереком, смеялись, пили красное и ели сырный тарт, за которым Алекс ехала на другой конец города.
Она надела наушники, облокотилась спиной о диван и запустила видео.
На экране — Билли. Её Билли. Серьёзная, сосредоточенная, с тем самым лёгким прищуром, когда думает над ответом. Говорит про новый альбом, про концепцию, про звучание.
Алекс слушала внимательно. Гордость смешивалась с чем-то нежным, болезненно красивым — будто смотрит на неё издалека, но знает каждый изгиб её мыслей.
И вот — вопрос.
— Билли, скажи, занято ли твоё сердце? — спросила журналистка с полуулыбкой. — Если да, то кто?
Алекс будто на секунду затаила дыхание. Внутри что-то сжалось, как струна, натянутая слишком резко.
Билли чуть опустила взгляд, затем подняла глаза и... улыбнулась. Такая искренняя, хулиганская, с лёгкой тенью смущения и игривости.
— Ммм... — протянула она. — Я счастлива как никогда. Это правда. Моё сердце принадлежит одной прекрасной и чертовски сексуальной девушке.
Алекс прикусила губу.
Билли прикусила свою — на экране. Как будто перекликались.
Журналистка не отступала:
— Скажете, кто она?
— Думаю, пока не стоит, — с новой, почти домашней улыбкой ответила Билли.
Интервью продолжилось, но Алекс уже не вслушивалась. В голове всё ещё звучали эти слова:
«Моё сердце принадлежит одной прекрасной и чертовски сексуальной девушке.»
Эти слова разливались в ней чем-то тёплым. Глубоким. Почти пугающим — своей искренностью.
Сняв наушники, она ещё немного посидела в тишине. Потом встала и, пройдя по скрипнувшему полу, вернулась в спальню.
Билли всё так же лежала на боку, одна рука вытянута вперёд, словно кого-то ждала.
Алекс легла, тихо устроилась рядом, закрыла глаза. И тут же почувствовала, как чья-то ладонь легла ей на талию и мягко притянула ближе.
— Где ты была, любимая?.. — шепчет Билли, севшим голосом, всё ещё на грани сна.
— Не спалось. Не хотела тебя будить, — так же тихо отвечает Алекс, утыкаясь носом в её шею, чуть ниже ключицы.
— Ты никогда меня не будишь, — чуть усмехнулась Билли, обвивая её сильнее.
Алекс едва слышно рассмеялась, укрыв обеих одеялом.
Она знала — утром обязательно спросит.
Утро пришло медленно — вкрадчиво, словно боялось нарушить ту особую тишину, в которой спала Алекс, прижавшись к Билли.
Сквозь полуопущенные шторы в комнату просачивался свет, мягкий, тёплый, как первая нота любимой песни.
Алекс проснулась первой.
Её щека всё ещё покоилась на груди Билли, волосы спутались, руки были вплетены в чужое дыхание. Сначала она просто лежала, впитывая: тепло, запах её кожи, лёгкий аромат кондиционера, глухой стук сердца под губами.
Она повернула голову, посмотрела на лицо Билли. Та всё ещё спала, чуть хмуря брови во сне, будто воюя с каким-то глупым сном. Алекс осторожно поцеловала её в висок.
И всё-таки — сейчас был идеальный момент.
Пока ещё никуда не нужно. Пока они — просто две девушки, в одном пространстве, без камер, без чужих глаз. Только «ты и я».
— Би, — прошептала она.
— Ммм?.. — сквозь сон, не открывая глаз.
— Проснись на минуту. Я хочу спросить кое-что.
Билли чуть нахмурилась, но медленно разлепила веки, прищурилась от света и повернулась к ней лицом.
— Всё нормально? — голос всё ещё хриплый, неживущий без кофе.
Алекс чуть усмехнулась.
— Да. Просто... я вчера смотрела твоё интервью. Поздно. Пока ты спала.
Билли чуть оживилась, на её лице появилась тень смущения.
— Ага... понятно.
— Ты сказала, что влюблена. Что твоё сердце занято. Что ты... счастлива как никогда. — Алекс говорила тихо, почти шёпотом. — Это... про меня?
На секунду — тишина. Почти комичная пауза, в которой Билли, казалось, взвешивала единственно возможный, но слишком очевидный ответ.
— Господи, Алекс, — тихо выдохнула она. — Конечно, это про тебя. Ты серьёзно?
Алекс смотрела на неё, прищурившись, как будто всё ещё не верила.
— Ну... ты не назвала меня. Я... Я понимаю, почему. Но всё равно.
Билли поднялась на локте, её рука легла на щёку Алекс.
— Посмотри на меня. — Алекс послушалась. — Если бы я могла — я бы выкрикнула твоё имя на весь эфир. На весь мир. Но ты знаешь, как всё устроено.
Ты — самое настоящее в моей жизни. Единственное, что хочется держать подальше от чужих рук и пустых взглядов.
И всё же... ты моё «да». Моё теперь. Моё «счастлива как никогда». Я это имела в виду. До последней буквы.
Алекс чуть склонила голову, прикрывая глаза. И снова — вот оно. Это странное чувство. Как будто внутри неё что-то отпустили. Тонкую, тугую нитку.
— Спасибо, — тихо произнесла она. — Мне, наверное, просто нужно было услышать. От тебя. Не с экрана.
— Ну тогда слушай. — Билли прижалась лбом к её лбу. — Я люблю тебя.
Очень. Ужасно. Безумно.
— Ты ужасная, — выдохнула Алекс, пряча улыбку. — И слишком честная.
— Ты всё равно будешь моей, — хрипло отозвалась Билли, целуя её губы. — Ужасной. Честной. И абсолютно твоей.
Они лежали ещё долго, не размыкая объятий.
А мир снова замедлялся — не от лени, а от чувства: всё происходит вовремя.