Глава 16.
Сквозь плотные шторы в комнату пробивался мягкий утренний свет. Пахло кофе и чем-то сладким. Билли медленно открыла глаза, какое-то мгновение пытаясь вспомнить, где она. Потолок незнакомый, слишком высокий. Постель не её — слишком мягкая, слишком чистая. В памяти всплыл вчерашний вечер: парк, белка, алкоголь, Алекс... мороженое.
Она потянулась, медленно села на кровати и сразу заметила аккуратно сложенное на прикроватной тумбочке полотенце, новую зубную щётку ещё в упаковке и сменную одежду — простая, свободная, но с каким-то ощущением уюта. Спортивные шорты, футболка и носки.
Билли усмехнулась — Алекс была из тех, кто думает на два шага вперёд, даже когда помогает пьяной девчонке в парке. Поднявшись, она направилась в душ, в ванной всё было в минималистичном стиле: тёмные плитки, большое зеркало, запах ментолового геля для душа и лаванды от шампуня. Вода была горячей, обволакивающей — почти терапия.
Смыв остатки ночной тяжести, Билли оделась в предложенное и направилась на кухню, откуда доносились звуки и запахи. Пахло кофе, свежими тостами, обжаренными овощами и чем-то сладким — возможно, корицей.
Когда она вошла, первым, что бросилось в глаза — была спина Алекс. Девушка стояла у плиты, в тёмно-синих спортивных штанах и коротком чёрном топе. Волосы собраны в небрежный пучок. И то, что было невозможно не заметить: большое тату на спине — красный дракон, завораживающе детализированный, с черными переплетениями по бокам, почти как дым или угли. Тату казалось живым, будто двигалось с каждым вдохом хозяйки. Это была единственная цветная татуировка, и она выглядела как произведение искусства.
Билли замерла на мгновение, чуть прикусив губу. Забавно... у неё самой тоже был дракон. На правом бедре. Только чёрно-белый. Она никогда никому о нём не рассказывала. Да и не собиралась — по крайней мере, пока.
На фоне тихо играла старая виниловая пластинка — узнаваемые аккорды The Beatles, лёгкие, ностальгические, будто воскресное утро в Лондоне из 60-х.
— Доброе утро, — подала голос Билли, подходя ближе и облокачиваясь на дверной косяк.
Алекс повернула голову, не удивлённая.
— Доброе. — Она перевернула блин на сковороде, не глядя, уверенным движением. — Любишь "Битлов"?
— А ты? — ответила вопросом Билли, приподнимая бровь.
— Нравится их музыка, — спокойно ответила Алекс, — особенно на рассвете. Есть в этом что-то... простое. Как утро, как кофе.
— И как блины, — слабо усмехнулась Билли, подойдя ближе. — Пахнут великолепно.
— Сделаны с заботой, — кивнула Алекс. — Ну, или с чувством долга перед страдающим с похмелья гостем.
— Я не страдаю, — фыркнула Билли, сев за стол. — Просто немного... не в себе.
— Уже лучше, чем вчера. — Алекс поставила перед ней кружку кофе. Чёрный, как ночь.
— Спасибо, — прошептала Билли, взглянув на неё чуть дольше, чем нужно.
Пара мгновений тишины. На проигрывателе заиграла "Here Comes the Sun".
На секунду всё показалось невозможным и нереальным: два человека, два дракона, два одиночества за одним кухонным столом.
И всё впереди.
Билли взяла таблетку, которую аккуратно положила перед ней Алекс, и, не отрывая глаз от тарелки, запила её глотком тёплого чая. Вскоре она попробовала первый блин — и почти сразу же скривилась от удовольствия, тихо промычав, словно домашняя кошка, обретшая любимое лакомство.
— Ты реально ведьма, — сказала Билли с улыбкой, отводя взгляд к Алекс.
— Очень вкусно, — тихо добавила она, наблюдая, как Билли наслаждается.
— Вот и ешь, — усмехнулась Алекс с лёгкой добротой, похлопывая по столу рядом с собой, приглашая девушку продолжать.
Несколько секунд воцарилась приятная тишина, только из динамиков доносились звуки старой пластинки. Билли, откушав ещё пару кусочков, будто внезапно вспомнила что-то и сказала:
— Я, кстати, обожаю "Битлз". Выросла на их песнях.
Алекс кивнула, жуя следующий блин:
— Да, понимаю. Их музыка многое передаёт — и свет, и грусть, и надежду. В ней всегда есть что-то настоящее.
Билли улыбнулась и ненадолго посмотрела в окно, где солнце уже ласково заливало комнату тёплым светом.
Алекс положила вилку и откинулась на спинку стула, задумчиво глядя в окно.
— Знаешь, — начала она тихо, — музыка всегда была для меня чем-то большим, чем просто звуки. Это способ говорить, когда словами не получается. Может, поэтому я так люблю Битлз — в их песнях всегда есть что-то настоящее, что касается души.
Билли кивнула, перебирая пальцами край скатерти.
— Мне кажется, в этом что-то есть. Музыка может быть спасением, когда вокруг слишком много шума и боли.
Пауза. Алекс вдруг посмотрела на Билли, её взгляд стал мягче.
— Если хочешь, я могу показать тебе кое-что. Мои песни, которые я пишу, — редко кому их показываю. Но тебе... кажется, могу доверить.
Билли улыбнулась, и в её глазах заблестел лёгкий огонёк.
— Мне бы очень хотелось услышать их. И не только потому, что люблю музыку.
Алекс слегка улыбнулась, и в воздухе между ними повисло что-то новое — тонкое, но крепкое чувство доверия и взаимопонимания.
Алекс аккуратно встала из-за стола и пошла к небольшой комнате в углу квартиры — её личному творческому уголку. В воздухе запахло бумагой, карандашами и лёгким ароматом эфирных масел.
— Садись, — пригласила она Билли, открывая ноутбук и включая тихую мелодию, играющую на фоне.
На экране появлялись строчки песен, наброски аккордов и нот.
— Это всё, что я успела написать за последний месяц, — голос Алекс звучал почти шёпотом, словно боялась нарушить хрупкую атмосферу.
Билли наклонилась ближе, внимательно читая, время от времени улыбаясь и кивая.
— Ты действительно очень талантлива, — сказала она спустя несколько минут. — Чувствуется, что в этих словах — твоя душа.
Алекс смутилась, опуская взгляд.
— Спасибо. Я редко кому показываю это. Это очень личное.
Билли осторожно взяла руку Алекс в свою.
Вдруг раздался громкий грохот — звук разбитого стекла. Алекс и Билли одновременно вскочили с места.
— Шарк! Люци! — воскликнула Алекс, бросаясь к двум игривым собакам, которые с ошалелыми глазами бегали по комнате, очевидно, довольные своей проделкой.
На полу рядом с разбитой чашкой валялись осколки и немного пролившейся воды.
— Вот это да, — улыбнулась Билли, пытаясь сдержать смех. — Они, кажется, отлично ладят.
Алекс быстро взяла веник и совок, аккуратно убирая осколки, пока Билли успокаивала Люци, гладя его по голове.
— Ну что, — сказала Алекс, возвращаясь к столу, — пожалуй, нам нужно будет прибирать не только кухню, но и убирать «разрушительный дуэт».
— Да уж, — засмеялась Билли, — это, наверное, их способ сказать «добро пожаловать».
Вечером Алекс и Билли вместе с Максом и несколькими их друзьями собрались в небольшом уютном баре, куда их пригласили отдохнуть. Атмосфера была непринуждённой — тихие разговоры, лёгкая музыка, и много смеха.
Билли буквально ворвалась в компанию с радостной новостью, и её глаза горели.
— Я рассталась! — с улыбкой объявила она, сразу же привлекая внимание всех. — Да, наконец-то! Теперь я свободна!
Макс подмигнул Алексу, а остальные дружно поддержали Билли аплодисментами и добрыми шутками.
— Вот это правильно! — воскликнул кто-то из друзей. — Этот придурок не знал, что теряет.
— Абсолютно! — подхватила Алекс, улыбаясь. — Никто не достоин тебя, если не ценит.
Вечер постепенно становился всё теплее и душевнее. Девушки много смеялись, рассказывали истории, играли в настольные игры и просто наслаждались моментом.
Между Алекс и Билли постепенно завязывалась крепкая дружба — без напряжения, без спешки, просто две души, которые нашли друг в друге поддержку и понимание.
Макс наблюдал за ними с лёгкой улыбкой, понимая, что это начало чего-то важного — и пусть пока просто дружба, но уже наполненная теплом и настоящей близостью.