Глава 46. Атака на поместье Убуяшики
- Огненным цветком во тьме будет голос мой дарить свет,
Всё ярко озарив кругом,
И пусть единственный верный ответ
Искать нам смысла нет.
Все рванули в сторону Оякаты-сама по направлению его дома. В голове теперь была одна мысль: «Бежать! Скорее!»
Но стоило всем Столпам и некоторым охотникам прибежать на место назначения, как произошёл большой взрыв, а также был крайне ощутим едкий запах. Кибуцуджи Мудзан здесь.
Хикару вспомнила, о чём ей говорил Кагая-сан. Он просил не показывать свою силу раньше, чем пробудится метка. Если она покажет сразу, то станет открытой мишенью, ведь демон пришёл за ней и за Незуко.
Кики уже был в бою, но почему-то сам получил ранение в сердце кулаком Тамаё. В её руке было лекарство, которое он ни за что не принял бы самостоятельно. Лекарство, разработанное специально для него. Больше они не будут связаны. Когда-то и госпожа Тамаё избавилась от привязки к Мудзану. А теперь... В худшем исходе, если Наито... То тогда он останется жив.
Как только каждый подготовился атаковать обездвиженного демона, то земля под ногами разверзлась. Нет, это была магия крови. Они провалились в какое-то подобие лабиринта.
Лика знала, что больше у неё нет права сдерживать силы ради того, чтобы выжить самой. Даже если она погибнет... Мика будет жив. Кики будет жив. Все будут живы.
Тело задрожало, а дыхание стало в разы чище. Быстро одолевая мелких демонов, по силам равных низшим лунам, Хикару направлялась по следу, пока не услышала разговор, судя по всему, демона и кого-то из...
- Шинобу. – Ощущения от её присутствия были всегда тёплыми и приятными, для Наито было необычно чувствовать людей подобным образом.
- Шинобу, не сдавайся! – Воскликнула девушка, нанося удар восьмой и самой сильной катой, которая может обездвижить противника, по крайней мере, на минуту, если учитывать, что это высшая Луна.
- А! Какая миленькая, точно, это ты та девушка-цветок? Я не могу тебя убить, иначе господин будет злиться. А? Я двигаться не могу, что это за дыхание такое?
Пока он отвлёкся на поглощение атаки, Кочо всё-таки поднялась на ноги, прислушавшись к словам нежданно явившегося духа сестры и юной мечницы, а затем нанесла колющий удар со всей своей силы, припечатав того к потолку.
***
- Кочо-сан, я принесла вам вкусностей!! – Радостное личико девы света не могло не радовать Столпа насекомого.
Ликорис уселась на стул, положив тарелку со сладостями на стол рядом с собой. Её лицо мгновенно приобрело чуть более серьёзный вид. Шинобу это взволновало, хотя показывать этого она не стала.
- Обращайся ко мне просто «Шинобу». Мы ведь друзья. – Кивнула девушка, присаживаясь напротив.
- Хорошо. – спустя секундную паузу Хакуя была готова вымолвить то, что собиралась сказать с самого начала. – Шинобу, в нужный момент я должна буду умереть.
***
Бой был более-менее продолжительным. И шёл ни в чью пользу.
- Не понимаю, почему ты сдерживаешься? Я слышал о том, что твоя сила гораздо больше, чем у какого-либо Столпа. – Заметил непонятливым тоном Доума. – Ты сдерживаешься, да, Ликорис Хикару Наито Хакуя?
- Что... - Названная чуть было не потеряла дар речи. – Откуда ты...
- Я всё думаю о том, что это лицо слишком знакомое. Однажды я встретил женщину удивительной красоты. Мне даже показалось, что тогда я впервые увидел «свет в конце туннеля», о котором все так много говорят. – Указав пальцем на девушку, он легко улыбнулся. – Ты – её лучшая копия. Наверное, ты тоже очень сладкая. Как жаль, что мне не попробовать.
- Ты... съел мою мать? – Кажется, гнев переполнял самые последние прожилки, но открывать силу было нельзя.
- Ну, да. Я же сказал, что она была очень сладкой. Самой вкусной в моей долгой жизни. – Он словно издевался над ней.
- Ты покойник. – Тихо произнесла девушка, сделав двойной выпад сразу с двумя быстрыми атаками, а вслед за ними последовали стили подоспевшей Канао и почти выдохнувшейся Шинобу, откинутой в стену.
***
Сны Зеницу снятся постоянно. Известно это каждому второму: во время битвы он всегда в отключке. Но только не сегодня. Он победил. Победил, будучи в сознании. И только сейчас он сумел принять тот факт, что во имя каждой победы приходится жертвовать чем-то.
«Прости, Аники», - вот, что он произнёс перед тем, как отрубить голову виновнику самоубийства дедули Джигуро.
Но дух дедушки сказал, что горд Агацумой. Он чувствовал и знал, что уходит, оставив свой след миру, что передаёт его защиту своему ученику, который ни за что не подведёт его.
И тогда во сне к нему пришёл и облик милой девы. Это воспоминания с тренировки у Столпа камня. Ему только пришло известие о смерти Куваджимы Джигуро. Что-то переломилось, а сердце больно кольнуло в груди. Он не мог кричать, не мог плакать, впервые он только и сидел, смотря в одну точку и бережно сжимая в руках письмо. Он вновь услышал этот странный, но столь красивый и приятный ему перебор мелодичных, спокойных и одновременно резвых звуков, принадлежащих лишь ей одной.
- Зеницу-кун... - Она тогда ещё не прочла письмо, но уже всеми фибрами тела ощутила его тоску и боль, затем резко обняв его со спины, прежде забравшись на большой валун, на котором он сидел.
И чувства снова ожили. Не сдерживая их, он заплакал. В тот момент она уже заметила надпись на бумаге, прижавшись ещё сильнее к парню.
- Ты не один, Зеницу-кун. – Единственное, что она скажет. – Я рядом.
Они просидели в тишине очень долго, затем она отправилась в путь на следующие тренировки.
Ликорис всегда сильна. Потеряв столько близких, она не сдаётся. Будь он в том возрасте, когда она столкнулась со всем тем лицом к лицу, испытай он то же самое, он бы давно опустил руки. Но не сейчас. Он будет бороться, чтобы защитить её. Бороться плечом к плечу до победного конца. Только бы она... не потеряла себя.
Стиснуть зубы и идти дальше ради всех близких, кого он потерял и кто всё ещё жив.
***