Глава 22
POV Лиза
Он написал поздно. Со старого аккаунта, без аватарки, с фразой, от которой внутри на секунду сжалось всё: «Лизонька, можем поговорить? Я рядом. Пять минут». Я смотрела на экран, не двигаясь. Не потому, что не знала, как ответить. Потому что знала слишком хорошо.
Прошло почти два месяца. За это время я привыкла, что его нет. Привыкла к пустому пространству, где больше не нужно было оглядываться, подстраиваться, угадывать, каким голосом говорить. Привыкла к вечерам без напряжения, к утрам без ожиданий. Привыкла быть в доме, где никто не объясняет, что ты больна, просто потому что тебе тяжело. Привыкла к тишине, в которой можно слышать собственные мысли и не бояться их.
Я не собиралась отвечать. Не потому, что боялась. Не потому, что не хотела. Просто потому, что знала: всё, что он скажет, будет сказано ради него, не ради меня.
Но потом я вышла, без какого-либо плана.
Он стоял у остановки. Те же кроссовки, та же куртка. Только лицо стало другим - постаревшим, ввалившимся, как будто за это время он наконец начал видеть, кого в себе носит. Когда увидел меня, выпрямился, улыбнулся. Не как раньше - не на автомате. Сейчас в этом была неловкость. Попытка выглядеть нормально.
- Привет, - сказал он.
Я кивнула. Не приблизилась. Стояла в двух метрах. Этой дистанции хватало.
- Спасибо, что пришла. Я думал, ты не откликнешься.
Я не ответила. Он вдохнул. Опустил глаза. Повёл плечами. Сложил руки перед собой.
- Я многое переосмыслил и, наверное, многое понял. Не сразу. Слишком поздно. Но понял.
Я молчала.
- Я не был прав. Ни в чём. То, как всё закончилось... Это не было заботой. Это была слабость. Я не справился. Испугался. И вместо того, чтобы быть рядом - я пытался контролировать. Потому что иначе не умел.
Я смотрела на него. И думала: он действительно жалеет. Но это больше не имеет разницы.
- Я просто хотел сказать... - он замялся, - если сможешь когда-нибудь... простить. Или хотя бы не ненавидеть. Это важно. Для меня.
Вот в этом и была суть. Для него.
Я сделала шаг ближе. Он напрягся, не от страха. От ожидания. Я посмотрела в глаза. Без злости или злорадства. Просто по-честному.
- Я тебя больше не боюсь, - сказала я.
Он кивнул.
- И я больше не злюсь, - продолжила. - Потому что всё, что ты сделал, не делает тебя центром моей жизни. Я больше не строю себя вокруг твоих ошибок.
Он открыл рот, хотел что-то сказать, но я подняла руку.
- Нет. Сейчас говорю я.
Он замолчал.
- Я жива. Это не благодаря тебе. Это несмотря на тебя. Это потому, что я смогла выбраться, не сразу, не без помощи, но смогла.
Он смотрел вниз.
- И ты не имеешь права ни на моё прощение, ни на мою благодарность, ни на доступ к моему будущему. Я не обязана «завершать гештальт». Я не обязана слушать, как ты «осознал». Я не обязана быть частью твоего процесса.
Он сжал губы.
- Я пришла не ради тебя, а ради себя. Чтобы сказать «нет».
Я сделала шаг назад.
- Нет. Ты не получишь то, за что пришёл.
Я повернулась и ушла. Не оборачивалась, ни разу.
Когда вернулась домой - Кристина была на кухне, мыла посуду. Я вошла, положила на тумбу ключи. Она повернулась, посмотрела. Не спросила.
Я подошла, обняла её. Лоб к плечу, она вздохнула. Её рука на затылке.
- Ты в порядке?
- Я свободна, - сказала я.
И впервые почувствовала, что это правда.