Глава 32.
Я сажусь удобнее, подтягиваю плед и гляжу на неё сверху вниз, потому что она всё ещё уткнулась в телефон, будто решает судьбу вселенной. Волосы чуть растрёпаны, глаза блестят — серьёзная и упрямая, но всё равно моя смешная девчонка.
Я мягко касаюсь её щеки пальцем, заставляя оторваться от экрана.
— Знаешь, у тебя такое лицо сейчас, будто ты не в Инстаграме сторис выбираешь, а запускаешь ядерную ракету.
Билли засмеялась, отложила телефон и, как всегда, когда смущалась, слегка куснула губу.
— Для меня это тоже оружие, — фыркнула она. — Посты страшнее пуль, сама знаешь.
Я пожала плечами.
— Ну, если что, я всегда готова встать между тобой и этим апокалипсисом хейтеров. Только учти: они стреляют комментариями без предупреждения.
Билли театрально схватилась за сердце:
— Вот поэтому я и называю тебя своим телохранителем. Ты не только красивая, умная и опасная... но ещё и смешишь меня тогда, когда я почти нервничаю.
Я рассмеялась, потянула её к себе и украла быстрый поцелуй.
— «Почти нервничаю», — передразнила я. — Ты сама вся на иголках.
Она откинулась на подушки, вздохнула и снова посмотрела на меня серьёзно.
— Просто я хочу, чтобы всё было честно. Чтобы не выглядело так, будто нас поймали украдкой. Хочу сказать всем прямо, что у меня есть девушка. И что я счастлива.
Я замерла на секунду, потому что в её глазах не было ни капли шутки. А потом улыбнулась, чувствуя, как что-то внутри сжалось и тут же растаяло.
— Знаешь... пусть они хоть взорвутся. Для меня важно только одно — что ты хочешь это сказать сама, а не потому что кто-то тебя вынудил.
Она засияла, как фонарь на ночной улице, и, поднимаясь ближе, чмокнула меня в губы.
— Я люблю тебя, мой ёжик.
Я прижала её крепче, шепча ей в волосы:
— А я тебя, моя сумасшедшая совушка. Даже если завтра мир решит нас ненавидеть, я всё равно буду рядом.
Билли фыркнула и уселась у меня на коленях, хитро глядя сверху вниз:
— Отлично. Тогда завтра мы сделаем такой пост, что все ахнут.
— Ммм, — я лениво улыбнулась, — а сегодня?
— Сегодня, — протянула она, прикусывая губу, — мы будем репетировать улыбку для фото. В очень... приватной обстановке.
И, судя по её взгляду, репетиция обещала быть куда интереснее, чем любой пост.
Я тихо вошла в кухню, ещё ощущая остатки сна, и сразу увидела Билли: она полусидела за столом, уютно устроившись с бурито в руках, полностью погружённая в своё утро. Её волосы были слегка растрёпаны, а взгляд полон того лёгкого, неуловимого спокойствия, которое я обожаю.
— Доброе утро, — пробормотала я, целуя её в макушку, а потом прошла к кофемашине, чтобы приготовить себе кофе.
— Доброе, — протянула она, почти не поднимая глаз от своего бурито, и улыбнулась сквозь кусочек еды.
Я остановилась у стола, ставя чашку на поднос.
— А где все остальные? — спросила я, любопытно оглядывая пустую кухню.
— Поехали играть в гольф, потом у них ещё что-то там, — ответила Билли, не отрывая взгляда от бурито, словно это был её личный ритуал утреннего счастья.
Я чуть прищурилась и рассмеялась, вспоминая, как мы с ней однажды пробовали играть вместе.
— Гольф? — улыбнулась я, представляя её в спортивной форме с клюшкой.
Билли откусила очередной кусок и с хитрой улыбкой посмотрела на меня.
— Дааа, я отказалась. Сказала, что мы найдём чем заняться сами, — протянула она, будто говоря о тайной миссии, и откусила последний кусочек.
Мы только что доели, и я уже собирала посуду, тихо складывая тарелки и стаканы, чтобы облегчить хоть немного работу прислугам. Тёплый утренний свет из окна мягко заливал кухню, а Билли наблюдала за мной с интересом, потягивая остатки бурито.
— Дай свой телефон, пожалуйста, — внезапно сказала она, не отводя глаз.
Я кивнула, указывая на стол, где он лежал. Мы доверяем друг другу настолько, что пароли давно не нужны — всё своё, всё открыто.
Билли взяла телефон, пролистала и подняла брови:
— Тебе тут Рита пишет.
— Что пишет? — спросила я, подходя поближе.
— Сейчас, — сказала Билли, склонившись над экраном.
Я уже собиралась занести посуду на кухню, но вдруг услышала её тихий вздох и заметила, как брови Билли нахмурились.
— Она пишет, что очень соскучилась и что жаль, что Билли не дала ей повеселиться, — Билли поднимает глаза на меня, и голос её звучит удивленно и слегка раздражённо.
— Что за бред, — буркнула я, взяв телефон из её рук, чтобы посмотреть сама.
Билли не отпустила экран и развернула его, показывая фото. На нем Рита в белье — нет, не просто белье, а что-то настолько откровенное, что словами сложно описать.
— Я не понимаю, чего это она делает, — прошептала я, слегка потрясённая.
— Да ну, — Билли фыркнула. —
— Да у нас с ней ничего нет, и не было! — продолжала я, слегка растерянно. — Один раз по пьяне поцеловались, когда нам было по семнадцать! И все! Я не понимаю, зачем она вообще это пересылает.
— Ну, я тоже не понимаю, — Билли нахмурилась ещё сильнее.
Она резко встала из-за стола, телефон в руках, и без слова направилась наверх, поднимаясь по лестнице с такой решительностью, что даже я замерла на месте.
Я быстро поднялась по лестнице, сердце билось сильнее обычного. Дверь к спальне Билли была приоткрыта, я толкнула её и осторожно вошла.
В комнате пахло лёгким ароматом кофе и свежей постели, но атмосфера была напряжённой. Билли сидела на краю кровати, плечи чуть поджаты, глаза блестели от слёз. Её руки дрожали, когда она держала телефон.
— Нечего не было, говоришь? — её голос дрожал, едва слышно. — Это фото... было отправлено месяц назад. — она резко развернула телефон в мою сторону.
На экране было фото, которое Рита прислала в тот вечер. Билли показала его мне крупным планом: она в максимально открытом декольте, снята через отражение в зеркале, а подпись под фото гласила: «Жду тебя тут».
Черт.
— Билли... — я замерла, сердце сжалось в комок. — У меня с ней больше ничего не было, кроме того поцелуя. Прошу, поверь мне.
Билли опустила взгляд, губы дрожали, но слёзы всё ещё стекали по её щекам. Её голос был тихим, почти шёпотом:
— Я... я просто не понимаю. Зачем тогда она это прислала?
Билли прижала руки к груди, сжимая телефон, глаза блестели от слёз, а голос дрожал:
— Ты тогда ж была с родителями на ужине у каких-то людей... Ты мне врала?
Я покачала головой, торопливо подбирая слова, чтобы она поверила мне:
— Нет, нет, конечно! — выпалила я, чувствуя, как сердце бешено колотится. — Они и её родители тоже были там. У нас с ней ничего не было. Она курила траву, а я пила тогда вино в этой чертовой комнате. Мы даже не прикасались друг к другу!
Билли прикусила губу, с трудом удерживая слёзы, и на мгновение замерла. Я протянула руку, чтобы коснуться её щёки, осторожно поглаживая, словно этим жестом могла стереть все сомнения.
— Билли... — сказала я тихо, почти шёпотом. — Ты верь мне. Я никогда бы не сделала ничего, что могло бы обмануть тебя. Никогда.
Она закрыла глаза, глубоко вздохнула и, наконец, тихо выдохнула:
— Я... просто не хочу, чтобы кто-то из прошлого разрушил то, что у нас есть.
Я улыбнулась, прижимая её к себе крепче:
— Никто не разрушит. Никогда. Только мы сами решаем, кому доверять и что оставить позади.
Билли наконец открыла глаза и слегка улыбнулась сквозь слёзы. Она позволила мне поцеловать её в лоб, а потом, почти шепотом, сказала:
— Я верю тебе. Но теперь мне страшно...
Я сжала Билли чуть крепче, чувствуя, как её тело постепенно расслабляется в моих руках, и шепнула:
— Я прекращу с ней общение. Обещаю. Но на последок... — я взяла свой телефон и набрала номер Риты.
Билли слегка напряглась, но не отстранилась, понимая, что это нужно для того, чтобы закрыть этот странный и раздражающий эпизод раз и навсегда. Я глубоко вдохнула и дождалась, пока Рита поднимет трубку.
— Привет, Рита, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Нам нужно кое-что прояснить. Скажи прямо: что было между нами?
Слышно было лёгкое дыхание на другом конце линии, но я не отступала. Билли сидела рядом, держа мою руку, и внимательно следила за мной, словно готовясь к любому исходу.
— Да, — наконец услышала я тихий голос Риты. — Ничего не было. Просто... я влюблена в тебя . А это фото? Это было... попытка вызвать ревность. Ничего больше.
Я отключила звонок и перевернулась к Билли. Её глаза блестели, но в них уже не было слёз, а только лёгкая тревога, смешанная с облегчением.
— Видишь? — прошептала я, обнимая её крепче.
Билли слегка улыбнулась и прильнула ко мне, тихо шепча:
— Теперь я верю. И... я спокойна.
Я поцеловала её в лоб, ощущая, как напряжение, которое висело между нами, наконец исчезает, оставляя только тепло и доверие.