58
Я вздохнула и, наконец, решившись, начала говорить почти без пауз:
- Всё совсем не так, как кажется... - начала я. - С Ваней была ссора. Я увидела фото и видео с одной девчонкой, где они целуются. Я не могу понять, что происходит, потому что он не объясняется, а я просто устала от этого всего...
По ту сторону провода слышался лёгкий вздох, голос мамы стал мягким, но тревожным:
- Я понимаю, дорогая. Слушай, не волнуйся. Ты поступила правильно, рассказав мне. Я обязательно поговорю с Ваней и разберусь, что у него на уме.
- Правда? - удивилась я.
- Конечно, - ответила она твёрдо. - Он же твой парень, я должна понять, что происходит между вами, и поговорю с ним сама.
Я кивнула, хотя она меня не видела:
- Спасибо... - тихо сказала я. - Я просто не знала, к кому ещё обратиться.
- Всё будет хорошо, - пообещала она. - Держись, а я позже всё выясню с Ваней.
У мамы Кислова
Кислов только переступил порог, как мама уже стояла у двери, руки на бедрах, взгляд острый, как лезвие.
- Ваня, - начала она прямо, без всяких приветствий, - садись. Мы должны обсудить Элю и это видео. Что вообще происходит?
Он окинул её взглядом, спокойно, почти вызовом:
- Всё просто, мама. Всё вышло случайно. Никакой Маши, ничего плохого.
- Случайно? - голос женщины стал резче. - Ты понимаешь, как это выглядит со стороны? Она, наверное, в бешенстве.
- Да знаю я, - сказал Кислов, сжав кулаки, но без страха, - и разберусь с этим сам. Не надо меня учить.
- Я не собираюсь учить, - ответила она, садясь напротив него. - Я хочу понять, почему ты позволил так обидеть Элю. Она важнее твоих приколов.
- Я сам всё объясню, - повторил он твёрдо, ровно, - просто не хочу сейчас устраивать сцену.
Мама глубоко вздохнула, на мгновение смягчилась, но взгляд остался строгим:
- Хорошо. Только помни: если ещё раз будет так, последствий не избежать. Понял?
Он кивнул, не поддаваясь панике, уверенный в себе, и они оба молча сидели, ощущая напряжение, как натянутую струну между ними.
У Эльмиры
Я тяжело повернулась на спину, глаза уставшие, будто я провела целую вечность в размышлениях. Голова кружилась от собственных мыслей, каждое слово Кислова как заноза застряло в памяти. Сердце то сжималось, то начинало бешено биться - эмоции буквально били меня изнутри.
- Эльмира, пошли ужинать! - раздался голос мамы за дверью. В нём слышалась раздражённая нотка, словно она устала от моей хандры и беспокойства.
Я тяжело вздохнула, поворачиваясь на бок, чтобы согреть плечо о подушку. Лицо моё отражало смесь усталости и раздражения.
- Сейчас приду, - выдавила я, принимая сидячее положение на кровати, пытаясь привести мысли в порядок. Руки сжали край простыни, ощущение тяжести на груди не покидало.
Я ещё пару секунд сидела так, глядя в потолок, мысленно перебирая последние события, прежде чем медленно встать. Дверь слегка скрипнула, когда я подошла к выходу из комнаты, ощущая каждый шаг как маленькую борьбу с самим собой.
Я шла по коридору, чувствуя, как каждый шаг давался с усилием. Кухня была освещена мягким светом люстры, пахло свежеприготовленной едой - что-то тёплое и привычное, что обычно давало чувство уюта, но сейчас лишь усиливало мою тревогу.
- Садись, - сказала мама, указывая на свободное место за столом. Её голос был спокоен, но в нём проскальзывала доля напряжения, будто она уже догадывалась о моём состоянии.
Я опустилась на стул, сложила руки на коленях, стараясь скрыть дрожь пальцев. В голове снова прокручивались слова Кислова, его резкая правда больно резала по сердцу. Внутри всё ещё кипело, хотелось вырваться, закричать, но я молчала, слушая, как мама накладывает еду на тарелки.
- Всё в порядке? - тихо спросила она, как будто угадывая мои мысли. Я чуть вздрогнула, но молчала, отводя взгляд к столу. Внутри всё бурлило, но наружу я выпускала только холодное спокойствие.
Я не ответила. Просто взяла в руки вилку и стала ковыряться в тарелке.
Я взяла телефон в руки, осторожно пролистывая экран, стараясь не выдать родителям, что полностью погружена в свои мысли и отвлечена от ужина. Открыла чат с Ларисой - на экране высветилась запись на покраску корней волос на завтра, почти сразу после школы. Мышцы лица сами собой расслабились: это что-то привычное, что-то, что давало мне ощущение контроля над собственной жизнью.
Но одновременно внутри стояла лёгкая тревога: идти одной не хотелось. С одной стороны, это всего лишь поход в салон, но с другой - чувствовала себя слишком уязвимо после последних событий с Кисловым. Вздохнула, слегка опустив взгляд на тарелку с едой.
- Мам, завтра после школы в парихмахерскую нужно будет мне, не теряйте, - пробормотала я, не поднимая глаз.
Мама только кивнула, занятая своими мыслями, видимо не вдаваясь в детали. Я провела пальцем по экрану, ещё раз проверяя запись, потом аккуратно положила телефон рядом. В голове уже прокручивались планы на завтра: во сколько выходить, как держать себя уверенно, несмотря на усталость и обиду. Внутри чувствовалась странная смесь раздражения, тревоги и лёгкой радости от того, что хотя бы это я могла контролировать.
На следующее утро я проснулась с таким ощущением, будто по голове всю ночь бил кто-то молотком. Тяжесть давила на виски, глаза щипало, любое движение отзывалось неприятной болью. Я попробовала таблетку, потом решила просто полежать, надеясь, что «отпустит» - но нет, легче не становилось.
- Всё, в школу я точно сегодня не иду, - пробормотала я в пустоту, откинувшись на подушку.
С трудом дотянулась до телефона, пальцы путались от слабости. Открыла чат с классной, коротко написала: «меня сегодня не будет». Даже без объяснений - и так понятно, что сил нет ни на что. Телефон положила обратно на тумбочку, словно сбросила с себя тяжёлый камень.
Глаза уставились в потолок. И вдруг, как назло, в голове всплыла первая встреча с Кисловым. То самое видео из клуба - с меня, пьяной, разодетой. Его угроза «слить» его. Моё бешенство. А потом этот Слава... дурацкий парень, из-за которого всё завертелось, и из-за которого вообще начался весь этот бардак. «К чему я всё это сейчас вспоминаю?» - пронеслось в голове. Но память, как назло, не давала покоя.
***
Будильник заорал в третий раз, вырывая меня из тревожных мыслей. Я протянула руку и с раздражением ткнула в экран. Взгляд упал на часы - без десяти два. Сердце ухнуло вниз: у меня оставался всего час, чтобы успеть до салона.
Паника накатила. Подъём в два - значит, из часа я половину уже потеряла на тупую растяжку и кружение по комнате. От дома до салона минимум двадцать минут быстрым шагом. Если вычесть дорогу туда-обратно, у меня остаётся сорок минут... на всё.
- Отлично, просто шикарно, - пробурчала я, вскочив с кровати.
Зеркало в прихожей бросало на меня не самое приветливое отражение: спутанные волосы, бледное лицо, красные глаза от недосыпа. О макияже можно забыть - в лучшем случае я успею нанести тон и тушь. Желудок тоже напоминал о себе жалобным урчанием, но времени толком перекусить не было. Разве что перехватить яблоко на ходу.
Я металась по комнате, как заведённая, то хватая косметичку, то кидаясь к шкафу, то снова возвращаясь к зеркалу, понимая, что всё равно ничего не успеваю. В голове крутилось одно: «Только бы не опоздать. Только бы всё успеть».