59
Я схватила первое попавшееся яблоко с кухонного стола, даже не взглянув, не помятое ли оно, и вылетела из квартиры, на ходу натягивая кроссовки. Я неслась по лестнице, спотыкаясь о собственные ноги.
- Блять, - выругалась я, едва не навернувшись на пролёте.
На улице было жарко, солнце било в глаза, и я, прижимая к груди сумку, пошла быстрым шагом. Яблоко так и осталось в руке - ни времени, ни сил его есть. Всё внимание было приковано к экрану телефона: стрелки часов будто нарочно подгоняли, напоминая, что каждая минута - на счету.
И вот в этот момент, когда я пыталась сосредоточиться только на дороге, в голове снова, будто кто-то специально включил старую запись, начали прокручиваться слова Кислова. Его холодный голос, его колкие фразы. Та самая последняя встреча у подъезда.
- «Ты думаешь, что я тебя жду? Ты переоцениваешь себя»
Я сглотнула, сжала зубы так, что стало больно. Эти слова жгли изнутри, как нож. Хотелось забыть, вычеркнуть, но они крутились, будто издевались надо мной.
«Зачем я вообще пришла к нему тогда? Зачем слушала?» - ругала себя я. - «Ведь знала же, чем всё кончится. Он всегда умел ударить по самому больному».
Я ускорила шаг, почти побежала. Люди вокруг казались тенями, только я и дорога до салона существовали в этот момент.
Телефон завибрировал в руке. Сердце на секунду ухнуло вниз - вдруг это он? Но нет. Лариса. «Ты где? Я тебя жду».
Я остановилась, вдохнула глубже и посмотрела вокруг: впереди уже виднелась вывеска салона. Всего несколько шагов - и я там.
«Ну всё, Кислов. Хватит. Я буду жить дальше, с тобой или без. Даже если это будет ломать меня изнутри».
Я поправила волосы, будто собираясь в бой, и шагнула к двери салона.
Дверь салона мягко зазвенела колокольчиком, и я шагнула внутрь. Запах краски для волос и дорогих шампуней ударил в нос, а блестящий пол отражал свет так, что я на секунду зажмурилась.
- О, наконец-то! - Лариса махнула мне рукой с кресла у окна. - Я думала, ты вообще передумала.
Я натянуто улыбнулась, подошла к ней и бросила сумку на соседний стул.
- Да я... проспала, - честно призналась я, пока мастер с улыбкой пригласил нас к зеркалам.
- Ну и ладно, зато пришла, - отмахнулась Лариса. - Давай, садись, будешь красоткой.
Я устроилась в кресле, и пока мастер готовил краску, мы остались вдвоём. Лариса, как всегда, не могла удержаться:
- Слушай, ты мне расскажи уже нормально. Что там с Кисловым? Я только половину от тебя слышала, а вторую половину - от кого-то через кого-то.
Я уставилась в зеркало перед собой. Моё отражение с запухшими глазами и усталой кожей смотрело обратно, будто издеваясь.
- А что рассказывать? - тихо ответила я. - Он оказался тем же самым козлом, каким и был. Просто... умел прятать это.
Лариса склонила голову на бок, внимательно на меня глядя.
- А ты ведь его любила, да? - спросила она мягко, без осуждения.
Я сжала руки на коленях, чтобы не дрогнули.
- Любила, - прошептала я. - Настолько, что даже прощала. Даже тогда, когда он плюнул мне в душу. А теперь... теперь я не знаю, что у меня внутри. То ли пусто, то ли слишком много боли.
Лариса хотела что-то сказать, но я её перебила:
- Только не начинай меня жалеть, ладно? Не хочу этого.
Она подняла руки, словно сдаваясь:
- Хорошо-хорошо. Но ты же понимаешь, что он просто так не отстанет?
Я резко повернулась к ней.
- А я и не собираюсь больше давать ему шанс. Всё. Хватит.
Мастер подошёл и начал наносить краску, запах стал резким, и я снова уставилась в зеркало. Внутри всё клокотало.
«Интересно, что он делает сейчас? Думает обо мне или опять целуется с Машей?»
От этой мысли захотелось сбежать, но я лишь стиснула зубы.
- Ну что, давай с корнями разберёмся. А пока можешь рассказать, как прошли каникулы?
Я вздохнула, убрав телефон в сумку:
- Да обычные... прогулки, друзья, тусовки. Ничего особенного.
- Хм, а ты не думаешь иногда отвлечься от всего этого? - тихо спросила Лариса, беря кисть в руки. - Посидеть, почитать книгу, фильм посмотреть... Что-нибудь спокойное.
Я усмехнулась:
- Спокойное... это почти как лекарство для меня. Но кто ж меня отпустит от всех дел, семьи, школы...
- Понимаю, - кивнула она, аккуратно разделяя мои пряди и нанося краску. - Знаешь, мне нравится, что ты стараешься всё успевать. Но иногда стоит дать себе паузу.
Я повернулась к зеркалу, наблюдая, как её руки уверенно работают с волосами:
- Ларис, а у вас когда последний раз было такое свободное утро? - улыбнулась я. - Просто для себя, без всех клиентов и дел.
Она рассмеялась, лёгкая и тёплая:
- Давненько... Но иногда я позволяю себе такие моменты. Сразу понимаешь, что и энергия появляется, и настроение лучше.
Я почувствовала странное тепло от этого разговора - спокойствие и уверенность, которая передавалась просто через её голос и улыбку. Здесь, в кресле, можно было хоть на минуту забыть обо всех проблемах, о Ване, о Кислове, о ссорах...
- Знаете, - начала я, глядя на её отражение в зеркале, - иногда кажется, что взрослым легче всё воспринимать, чем нам.
- Не всегда, - мягко ответила она, - просто они научились держать себя в руках. Но поверь, иногда у них тоже бывают свои моменты, когда хочется просто выдохнуть.
Я кивнула, и в комнате на несколько минут воцарилась тишина. Только мягкое журчание фена, запах краски и спокойный ритм кисти по волосам.
Я почувствовала, как плечи постепенно расслабляются. Лариса продолжала аккуратно распределять краску по моим корням, тихо напевая себе что-то под нос.
- Знаешь, - начала она, глядя на меня через зеркало, - иногда полезно просто делать что-то для себя. Даже если мир требует твоего внимания постоянно. Не обязательно всем угождать, иногда можно просто... остановиться.
Я улыбнулась уголком губ, кивнув:
- Ммм... остановиться... Легко сказать. А как это сделать, если родители, школа, друзья - все требуют, требуют, требуют?
- Это выбор, - сказала Лариса мягко. - Можешь сделать паузу, хоть на час, хоть на день. Ты увидишь, как иначе все воспринимается. Понимаешь, о чем я?
- Наверное... - ответила я, чуть задумавшись. - Никогда так не думала.
- Иногда мы слишком зациклены на других, - продолжала она, - а на себя внимания почти не остаётся. Попробуй просто сегодня вечером взять книгу, чай, и не думать ни о чем.
Я посмотрела на своё отражение в зеркале и вдруг ощутила странное облегчение. Эти слова были как легкий ветерок в загроможденной комнате моей головы.
- Спасибо за совет, - сказала я тихо, и в голосе прозвучало что-то большее, чем просто благодарность. - Я попробую.
- Вот и хорошо, - улыбнулась она. - А пока давай закончим с твоими корнями. Красота должна идти рука об руку с покоем, согласна?
Я кивнула и позволила себе расслабиться, ощущая, что, пусть ненадолго, весь мир за дверью перестал существовать. Только краска, кресло и разговор с человеком, который умел слушать без осуждения.