8
- Тебе с Кисой поговорить нужно? - осторожно спросила Рита, словно боясь задеть меня ещё сильнее.
- Срочно, - ответила я коротко, почти отрывисто, убирая рукой слезу, которая успела скатиться по щеке. Сердце всё ещё сжималось в комок, а внутри жгла смесь отчаяния и тревоги. Я не могла терять ни минуты, каждая секунда без него казалась вечностью.
Рита кивнула и тихо произнесла:
- Он за школой с остальными. Поторопись, он, вроде, собирался на этой перемене свалить.
Я почувствовала, как кровь стынет в жилах от мысли, что могу опоздать, что его могут увезти или он уйдёт, так и не услышав меня. Сердце колотилось так, что казалось, будто оно хочет выскочить наружу.
- Спасибо... - выдохнула я, хватая сумку на плече. Словно каждый мой шаг в сторону выхода был наполнен решимостью и страхом одновременно.
Я резко рванула к двери, толкая людей на пути, не оглядываясь ни на кого. Шум школьного коридора остался позади, как гулкий фон - всё, что сейчас имело значение, это найти его и сказать хотя бы одно слово.
Сердце гремело в ушах, а каждый шаг ощущался будто бег за воздухом, которого катастрофически не хватает. Я знала: если сейчас не догоню Кису, упущу шанс на разговор, на объяснение, на всё то, что было для меня важнее всего на свете.
Я выбежала из школы, дыхание сбивалось, а ноги подкашивались от спешки и волнения. За забором за школой я сразу заметила Кису - он стоял чуть в стороне, прислонённый к дереву, разговаривая с Егором и ещё парой ребят. Казалось, он ни о чём не думает, но когда наши взгляды встретились, что-то внутри меня сжалось.
Я сделала несколько быстрых шагов к нему. Сердце колотилось, и я чувствовала, как горечь от недавнего разговора сжимает горло.
- Кис! - крикнула я, не раздумывая.
Он мгновенно повернулся, и в его взгляде мелькнула смесь удивления и лёгкой тревоги. Не дожидаясь ответа, я продолжила, голос почти дрожал:
- Мне нужно с тобой поговорить, прямо сейчас!
Он немного нахмурился, оглядываясь на ребят, потом сделал шаг в сторону, отделяясь от них, будто хотел, чтобы никто не слышал.
- Ладно, - сказал он коротко, но его тон был мягче, чем я ожидала. - Что случилось?
Я глубоко вздохнула, сдерживая слёзы, и выдала:
- Вчера... телефон... мне не дали, родители... всё было невозможно... но я должна была тебе сказать.
Он замолчал, внимательно смотрел на меня, не перебивая, хотя я видела, что внутри него смешались обида и непонимание.
- Слушай, - наконец сказал он, - всё равно давай постараемся поговорить спокойно. Я тебя слышу.
Я чуть расслабилась, но внутри всё ещё дрожала. Пока мы отошли подальше от остальных, я поняла, что это момент, когда многое ещё можно исправить, если мы будем честны друг с другом.
- После той ситуации на базе родители против моего общения с тобой, - начала говорить я, слова рвались наружу, как будто боялись застрять внутри. Я сжала кулаки, пытаясь сдержать дрожь в руках.
- Опять то же самое... - тихо сказал он, еле слышно, словно сам уже устал повторять одни и те же слова, словно каждый раз слышал их в сотый раз. Его взгляд был усталым, но полным понимания.
- И сказали, что если заметят меня с тобой - увезут в столицу, - продолжила я, пытаясь говорить быстрее, чтобы выплеснуть всё наружу. - Заставляют общаться с этим... - я замолчала на мгновение, чтобы перевести дыхание, - Да я вообще не специально прогнала тебя! Просто... так нужно! По-другому уже вечером я бы сидела в самолёте...
Я опустила глаза, стыд и боль сжимали грудь, дыхание прерывалось. Словно сама себя обвиняла за то, что не могла быть свободной, за то, что пришлось выдать эти слова, что пришлось выбирать между родителями и ним.
Он на секунду промолчал, будто обдумывая каждое слово, каждое оправдание. Я боялась поднять взгляд, боялась встретиться с его глазами и увидеть разочарование.
- Эль... - наконец произнёс он тихо, почти шепотом, - я понимаю.
И в этот момент я почувствовала, как внутри что-то слегка расслабилось. Он понимал. Пусть ещё многое зависело от родителей, пусть ещё многое было вне нашего контроля, но он слышал меня.