Глава 20. Воин
Изгой был невыносим. По мнению Курта, сложно было найти на Континенте существа более болтливого. Он был везде, постоянно что-то делающий, размахивающий руками и громко говорящий. Он отчаянно хохлился перед Трис, и парень никак не мог понять, почему девушка до сих пор не догадалась, что перед ней обычный трепун.
Юг радовал пейзажами. Снег больше не превращался в вязкую грязь, а лежал тонким белым слоем на холмах. Деревья здесь попадались не так часто, в основном пеньки: Болтун говорил, что недалеко Делемне — город, где жители добывают древесину для Спекта и всего остального Континента.
Курту очень хотелось посмотреть, но Нова наотрез отказалась заезжать: «Скоро дойдём до места. Мы не должны останавливаться.»
Прошло уже больше недели с тех пор, как они покинули деревню, но, благодаря Найджелу, время тянулось чрезвычайно долго. Не желая ругаться с Трис, Курт часто молчал, стиснув зубы и закатывая глаза, каждый раз, когда Изгой бросался непонятными заумными фразочками.
Зато на тренировках парень выкладывался по полной. Он, наконец, научился наблюдать, угадывать финты, и устраивать ловушки. Фет был им доволен.
— Я думаю попросить Нову провести с тобой бой, — тихо произнес он, поровняв свою лошадь с лошадью Курта.
Они шли уже пол ночи. Небо было ясное, и огромная луна освещала им путь. Курт, Фет и Болтун плелись в конце — особого желания находиться рядом с Найджелом, который вслух размышлял о том, что заставляет сиять солнце и луну, у них не было.
— Правда? — Курт даже приободрился.
Сразиться с Легендой Континента — он не мог о таком и мечтать!
— Правда, — Фет невольно улыбнулся, видя его реакцию, однако тут же перевёл взгляд вперед и тревожно выпрямился. — Что там?
Изгой замолчал. Нова остановила движение и внимательно смотрела куда-то вдаль.
— Что случилось? — спросил Фет, подавшись вперед.
— Мы не одни, — кратко бросила Нова.
Сначала Курт не понял о чём она, но уже через пару секунд его сердце болезненно ёкнуло — вдали он увидел огонь. Молчаливый, жуткий — огонь приближался к ним.
— Что это?!
— Вольфа мне в жёны, — пробормотал Болтун. — Неужто Южные Кочевники?
И действительно, вдалеке показалась повозка. Большая, крытая, запряжённая крепкими скакунами. Огонь, что видел Курт, оказался факелами, которые держали в руках люди — темноволосые, хмурые.
Кочевники. Парень много про них слышал, хотя и не видел ни одного: они обитали на юге — настолько далеко от остальных городов, что, если верить слухам, даже говорили иначе.
В таверне он слышал много баек про их неизведанную силу, и вот глядя на одного из них, стремительно приближающегося к их маленькому отряду, Курт готов был поверить в каждую.
Смуглый, почти до черноты, он ровно вёл лошадь, одетый в коричневые одежды из кожи. Гора мышц и мускулов, на таком же сильном, крепком коне.
— Почему остальные остановились, а он идёт к нам? — в голосе Найджела послышалась паника.
И куда делась его привычное самолюбование?
— Хотят поговорить, — Нова, казалось, ни к кому особенно не обращалась. — Интересно.
Окружающие напряглись — Курт это почувствовал. Он глянул на Фета, но тот неотрывно смотрел на посла от кочевников.
— Пусть Боги звёздами осветят ваш путь, — незнакомец остановил свою лошадь прямо перед ними.
Вблизи он выглядел ещё более устрашающим. Высокий — возможно, даже выше Фета — на его поясе, в свете луны, сверкали несколько длинных кинжалов.
— Пусть ваша дорога будет лёгкой, — эхом отозвалась Нова. — Не ожидала вас здесь увидеть.
— Главная дорога, — кочевник кивнул. — Нынче опасна. Опасна как и любая сейчас. Разницы нет.
«Зато в битве с ним можно поставить на ловкость,» — подумалось вдруг Курту. И он поспешил отогнать эти мысли — они не собираются драться.
Нова, судя по всему, надеялась на то же:
— Здорово, что это сюрприз приятный, не правда ли? — Скарлетт чуть прищурилась.
Кочевник пробежался по ним взглядом, и кивнул:
— Скоро рассвет. Небо уже бледнеет. Те, кто живут в ночи, забьются обратно во тьму. Можно отдохнуть.
— Пожалуй, — Скарлетт взглянула на небо. — Ночь была напряженной и отдых нам не помешает.
— Мы разжигаем костер. Время готовить еду. Разделите с нами привал?
— Для нас это честь.
Солнце уже виднелось из-за горизонта, когда они устроились у небольшого костерка, грея руки.
Остальные кочевники, хоть и были поменьше, но выглядели так же угрожающе. Курт чувствовал себя рядом с ними неуютно, пусть и стыдился этого. Но всё же он был рад, что благодаря их компании, Найджел, наконец, заткнулся.
Кочевники говорили мало. В своей странной манере. Они ели быстро и жадно, словно морили себя голодом многие дни.
— Говорят, на юге Тварей больше, чем обычно, — как бы невзначай произнесла Нова.
— Да. Твари охотятся чаще. Скрываются лучше.
— Так вот зачем вы едете на север! — не выдержал Найджел. — Чтобы укрыться.
Ноздри главного кочевника раздулись, и под его гневным взглядом, Изгой невольно сжался.
— Мы мужчины. Мужчины дерутся с честью. Убегают только женщины.
— Да ну? — Нова изогнула бровь. — Значит, ты не видел достойных женщин.
— Женщины везде одинаковые.
— Хочешь проверить? — внешне Скарлетт казалась спокойна, но в её словах чувствовалась угроза.
— Осторожнее будь.
— Значит, дружеский поединок? — Нова ухмыльнулась. — Один на один?
Кочевник покачал головой:
— Не нам с тобой. Ты вождь их. В наших краях вожди выбирают слабейших. По тому, как обучил слабого видно мастерство. И сила видна.
Нова взглянула на него исподлобья — ей это не нравилось. Про такие дуэли Курт слышал, и отказаться от них — значит себя обесчестить. Главный кочевник, тем временем, уже кивнул одному из своих. Кареглазый мальчишка с выбритыми висками — на вид ровесник Курта, поспешно встал, отряхиваясь от снега.
— Отправлять драться за себя других, — Скарлет смотрела насмешливо. — вот что значит, драться с честью?
— Не доверяешь своим людям? — главный прищурился, а затем, вдруг перевёл взгляд на Найджела. — Иди. Ты самый слабый. Дерись.
Изгой побледнел. Его глаза из под улучшителя округлились, а нижняя губа затряслась. «Самый слабый» из кочевников был его больше, как минимум в два раза.
— Но это нечестно, — встряла Трис. — Он ведь...
— Трус? — главный усмехнулся, всё ещё глядя на Нову.
Бой был бы быстрым. Кочевник сделал бы его за пару секунд, навсегда утерев самодовольную улыбку с лица Изгоя. Курт отдал бы многое, чтобы на это посмотреть. Однако...
Однако, это действительно было нечестно. Сомнительно, что Найджел вообще хоть раз держал что-то серьезнее кухонного ножа.
Хотя, в прошлый раз именно им Курт и оборонялся. Внутренне ухмыльнувшись, парень решительно встал:
— Он не из наших, — громко сообщил парень, почувствовав на себе удивлённые взгляды. — Мы его охраняем. А из отряда Новы, — он взглянул на мальчишку из кочевников, представляя как это будет трудно. — Из отряда Новы самый слабый — я.
Что ж, по крайне мере, на этот раз у него есть меч.
— Курт, — тихо окликнула его Трис.
Но парень лишь покачал головой:
— Я готов драться.
— Достойно, — в глазах кочевника мелькнул интерес. — Пусть бой будет славным.
Парень кивнул и шагнул вперед.
— Удачи, — произнёс Фет.
— Размажь его! — Болтун сделал выпад по невидимому противнику.
Даже Колдун ободряюще кивнул. Трис же обеспокоено закусила губу, и это ему польстило.
Парень двинулся к противнику.
— Эй, приставала! — окликнула Курта Нова. — Спасибо.
Приободрённый, он улыбнулся.
Негнущимися пальцами, Курт расстегнул застёжку плаща и скинул его наземь, оставшись в рубашке. Снег под ногами скрипел.
Стоя друг напротив друга, противники поклонились. Достали мечи. Мальчишка выглядел совершенно спокойно:
— Это честь — погибнуть от руки твоей.
— Честь погибнуть от твоей руки, — отозвался парень, вспомнив книжку Трис и клич кочевников.
Хотя он надеялся, что до этого не дойдет.
— Готовы?
— Да.
— Бой.
Курт крутанул в руке меч. Глаза лихорадочно искали слабое место. И не находили.
Будь осторожен.
Снова закружились снежинки.
Мальчишка подходил медленно. Словно к опасному зверю. Вот-вот атакует. Ну же...
Удар сверху! Крик! Отбил. И тут же сбоку! Отскочил назад, обороняясь. Мальчик нападает. Теснит. Курт отбивает.
Мысли исчезли. Только ощущения.
Ударил сам! Размашисто. Быстро. Теперь атакует Курт!
Ледяной воздух режет легкие. Спина взмокла.
Удар справа! Слева! Блок. Сверху! Теснит в сторону. Сталь звенит в ушах. Сердце бьется, разгоняя кровь.
Удар в прыжке кочевник отбил.
Руку словно слегка прижгло. Мимолетно. Неважно! Разберётся потом. Они вновь отскочили друг от друга. Тяжело дыша.
Кочевник крутанул в руке меч.
А мальчишка силен!
Курт тоже.
Мальчик ударил сверху. Курт уклонился, уйдя в сторону. Парировал! Схлестнулись мечами. Отпрыгнули друг от друга!
Мальчишка атакует.
Вот он! Открыт! Курт ударил, но промахнулся.
Разозлился. Нападает! Быстро. Попробуй отразить!
Слишком близко! Необдуманно. Подсечка! Подножка.
Курт падает оземь. Удар выбивает дух. Фок отлетает в сторону.
Остриё уже летит сверху! Ну нет! Перекувырнулся! Удар пронзает землю.
Кто-то громко ахает. Удары всё чаще! Сверху. Как смертоносный град. Уклоняется. Вскакивает в прыжке! Пусть без оружия, но он всё ещё дышит!
Мальчик зол. Бьет по ногам! Прыжок!
И Курт наскакивает на противника.
Ты слишком близко, дружок! Разоружает ударом. Валит на землю.
Парень под ним трепыхается. Пытается дотянуться до кинжала на поясе.
Курт дотягивается до него раньше и прижимает к горлу. Всё!
Где-то раздаются аплодисменты. Тяжело дыша, Курт встает, и протягивает руку мальчишке, помогая подняться.
— Твой кинжал, — он протягивает ему его, держа за лезвие.
— Оставь себе в качестве приза, — мальчишка улыбается. — Не больно?
Только сейчас до него доходит, что тот всё-таки, задел его руку. Снег вокруг красен от крови.
— Царапина.
Кто-то хлопает его по плечу. Но Курт смотрит на Трис. Она подходит к нему, и в её глазах он не видит больше холода. Словно они и не ругались никогда.
Он смущённо улыбнулся ей, и уже через секунду оказался в её объятиях.
— Какой же ты упрямый, — пробормотала она в его куртку.
Курт улыбается ей. Сердце всё ещё бешено бьётся, ликуя. Он всё-таки сделал это! Он победил! Теперь он точно не жалкий мальчишка, одолевший Вольфа только из-за везения. Нет, теперь точно нет.
И всё-таки, он — воин.
***
День прошёл мирно.
Колдун обработал руку Курта специальной вязкой мазью. И, перебинтованная, она выглядела весьма эффектно.
Курт не сразу пошёл на отбой: у шатра Колдуна его ждала Трис.
Впервые за многое время они остались наедине.
— Прогуляемся? — он протянул девушке здоровую руку, и она обвила его ладонь своими пальцами.
— А ты опасный тип.
— Твой брат просто хороший учитель.
— Да, он такой, — она улыбнулась ему, и они пошли вперёд.
Как хорошо просто идти с Трис за руку! Неспешно переговариваться и не думать ни о чём.
И нет никакого Изгоя, предостережения ренегата, статуэток. Нет ничего!
Только они.
Они расположились на стволе палого дерева. Курт рассказал что-то, и она рассмеялась.
Звонко. Красиво.
И тогда он её поцеловал.
Она не отстранилась. Не накричала. Она ответила ему.
И несмотря на мороз, Курту было тепло.
Они ещё долго сидели в обнимку, глядя на то, как солнечные лучи играют на снегу.
Только сейчас Курт понял, как не хватало ему этого мира.
Солнце готово было вот-вот опуститься, когда они снова собрались у огня. Кочевники уже сложили свои немногочисленные пожитки. Курт видел, как бывший соперник помогает товарищам, и тот, поймав его взгляд, широко улыбнулся.
Интересно, какого это: воспитываться среди южных кочевников?
Живя всего лишь по другую сторону Континента, они уже сильно отличаются от своих северных братьев. Это трудно не заметить. Они словно из другого мира. Наверное, им здесь очень неуютно.
— Смерть на юге, — вожак кочевников доедал подстреленного Трис зайца. — Твари. Не стоит идти.
— Мы справимся, — Нова ухмыльнулась. — Как вы уже заметили, ребята у меня крепкие.
Вожак лишь пожал плечами:
— Мы выходили когда. Двадцать пять нас было. Сильные. Крепкие. Десять осталось.
— И всё же, зачем вы ушли? — Скарлет подалась вперед, с интересом вглядываясь в лицо собеседника.
Курт взглянул на Найджела — неужели у него нет желания высказаться? Но Изгой молчал, упёршись взглядом в плошку с едой. Похоже, недавние события заставили его немного утихомирится.
С трудом сдержав улыбку, Курт вновь повернулся к вожаку. Тот, как раз, доев, вытер рот рукавом:
— Ренегаты. Они сражаются. Хотим помочь.
— Вот видишь, умник, — Нова повернулась к Изгою. — Тебе нужно с ними.
— Но нанял-то я вас, — упрямо пробормотал тот, подняв на неё взгляд.
— Обещаю, что не буду сильно огорчаться, если ты пойдёшь с ними.
Курт почти сразу понял, что Скарлетт просто издевается.
Уж скорее Найджел пойдет с Тварями, чем с кочевниками.
И верно, бросив осторожный взгляд на южан, Изгой мотнул головой:
— Я, пожалуй, останусь с вами.
Кочевники заулыбались, и Найджел поспешил вновь обратить своё внимание на трапезу.
— А почему именно ренегаты? — подал голос Фет. — Я слышал, император хочет отправить на юг пять сотен вайранских наёмников.
Кочевники поморщились.
— Не любите Вайран?
— Живут по-другому, — с омерзением бросил вожак. — Они другие. Смертью живут.
— Смерть ради жизни, — вставил один из кочевников, отбросив волосы назад.
— Но не жизнь ради смерти, — отозвались остальные.
— Как по мне, — Фет покачал головой, — сейчас не время судить кто как живёт. Умирать мы будем все одинаково.
Курт задумчиво уставился на костер. А ведь верно. Твари надвигаются. Твари всё ближе. Они уничтожают одинокие дома, завоёвывают целые поселения.
И что делает он, чтобы их остановить? Что делает Нова Скарлетт? Гоняется за легендами?
Хотя, если ей верить, та магия, которой она обладает, пошла именно от них. От статуэток.
Но есть ли у неё время учиться большему? Что, если скоро спасать будет попросту некого?..
— Твоё лицо, — подал голос глава кочевников, и Курт, подняв глаза, увидел, что он смотрит на Изгоя. — Необычная вещь. Что такое?
Он помахал у себя перед глазами, показывая, что имеет ввиду улучшитель зрения.
— Это? — глухо отозвался Найджел, поправляя своё изобретение. — Помогает мне лучше видеть. Я сам сделал. Его принцип чрезвычайно прост, надо только... — было воодушевившись, он осёкся и его лицо вновь помрачнело. — В общем, это всё, что у меня осталось.
«А ведь и верно, — подумалось Курту. — Все его волшебные штуки сгорели».
Было разгоревшаяся жалость тут же погасла, стоило парню увидеть, как посмотрел на Трис Изгой, ища сочувствия.
Они просидели так ещё с полчаса, а затем Нова объявила, что пора собираться.
Попрощавшись с Кочевниками, их отряд отправился в путь.
Этой ночью погода лютовала: ветер злобно выл, бросая им в лицо обжигающе-холодные хлопья. Он словно не хотел, чтобы они дошли, пытаясь всеми силами развернуть их прочь.
Приходилось тяжело. Но, пожалуй, хуже всех, было Найджелу, которому снег залеплял линзы улучшителя.
— Да сними ты уже их! — не сдержалась Нова, когда они сделали очередную остановку.
— Не могу! — отозвался Изгой. — Я тогда вижу всё размытыми пятнами!
Нова полютовала, но, в конце концов, плюнула и объявила привал.
— В такую погоду, никакой разницы: что в пути, что на отдыхе.
Разбили только один шатер. И провозились больше доброго часа устанавливая. Ветер, казалось, только издевался над ними, становясь всё сильнее.
— Но это не значит, что дежурных я не поставлю! — заявила Скарлетт перекрикивая ветер.
Курт в ответ застонал. Очередь как раз была его, и перспектива провести несколько часов на морозе совсем не вдохновляла. Но тут ничего не поделаешь — только подчиниться.
Он сомневался, что в такую погоду даже Твари высунут нос. Хотя, теплые шкуры вольфов, наверняка, помогали им перенести морозы. Вампы не чувствуют холода — это все знают. Духи и неживые и так мертвы. Пиксы...
— Ты только тут не засни, а то замёрзнешь, — раздался голос Трис.
Курт резко поднял голову. Она стояла в меховом плаще. Без шапки, и ветер развевал её волосы.
— Я могу сесть? — она указала на место рядом.
— Хм, думаю да, — улыбнулся Курт.
Девушка ответила на улыбку и села.
— А тебе не холодно? — парень указал на свою шапку. — Вроде как эта штука неплохо греет.
— Ну, я думаю, когда ты вызываешь огонь из рук, тебе должно быть чуть теплее, чем остальным...
— Да, кстати, как продвигаются тренировки?
— Плохо, — она пожала плечами. — С твоими успехами совсем не сравнится.
— Ну, у меня есть учитель.
— Да, и в книгах-то про это не пишут. Похоже, я единственная, кто заботиться о том, как бы случайно не убить окружающих.
— Ты научишься, — Курт серьёзно кивнул. — Точно тебе говорю.
В ответ она улыбнулась, и положила голову ему на плечо.
— Когда я научусь, буду жечь костры щелчком пальцев.
— Будешь меня греть, — ухмыльнулся парень.
Хотя она и так его согревала.
— Вот победим всех Тварей, — Трис переплела их пальцы. — Сядем на корабль и уедем.
— Неплохая идея, — Курту было на удивление приятно мечтать с ней об этом. — Обзаведёмся своим кораблем...
— Командой.
— Свистать всех наверх!
Они рассмеялись.
— Ну а если серьёзно, — Трис заглянула ему в глаза, — поехали, а?
Как он мог ей отказать?
Они ещё долго сидели так разговаривая о море. О бесконечных просторах, и вскоре Курт понял, что действительно очень хочет отправится с ней в путь.
Они уже придумали, как будет называться их корабль. Придумали, что будут открывать далекие земли.
— И, в конце концов, поселимся на одном из островов, — сообщила Трис.
— Только там, где теплее.
— Это естественно!
А ещё, она ему спела. Тихие, мягкие колыбельные, которые поют детям, живущим у моря:
Дикие волны бьются, бушуя,
Чтоб потревожить покой.
Бьются и злятся, о чём-то горюя.
Слышится ветра вой.
Но не волнуйся — они не достанут.
Не заберут тебя.
Солнце взойдет, волны биться устанут.
Отступит страшная мгла...
Вскоре Трис начала клевать носом, и Курт отправил её в шатер отдыхать.
Ветер стих когда зашло солнце, словно боясь его. Послышался щебет птиц. Парень с трудом боролся со сном когда его пришла сменить Нова. Она хлопнула его по плечу, ободряя, прежде чем заступить на свое дежурство.
В шатре было тепло, и парень вырубился сразу, едва коснулся подушки.
Ему снились мягкие тёплые волны.