Хроники Континента. История забытого героя

Тренировки начались спустя пару дней — Фет велел Курту хорошо выспаться. И, когда срок отдыху истек, Брат Трис неукоснительно разбудил его за час до подъёма:

— Ты же не хочешь пропустить свою первую тренировку?

Зевая, Курт потянулся за мечом. Выйдя из шатра он тут же поёжился — день неуклонно приближался к ночи. Солнце, готовое уйти за горизонт, светило совсем тускло.

Ветер пришедший с севера тут же подул сильнее, пробирая насквозь, словно желая загнать обратно, под тёплое одеяло. Они всё ещё двигались вдоль реки, и деревьев здесь было не так много. Курт, лишь взглянув на Фета, поёжился ещё сильнее:

— Во имя всех богов! И так ведь холодно! — не сдержался он.

Брат Трис стоял без рубашки у самого пепелища недавнего костра. Выпрямившись во весь рост и расправив плечи, словно не замечая непогоды:

— Ты ведь вроде с севера? Разве ещё не привык?

— Конечно привык, — пробурчал Курт. — Просто ещё не до конца проснулся.

Не дай боги, его посчитают слабаком!

— Тогда, давай отойдём подальше, чтобы никого не разбудить.

Фет повел его к самой реке, и здесь было ещё холоднее. Курт с трудом сдерживал дрожь, и пытался казаться таким же невозмутимым как товарищ.

Сразу видно, к тренировке Фет подготовился заранее: место было расчищено от камней и веток. А у подножья одного из деревьев лежали тренировочные мечи.

— Такие? — Курт изогнул одну бровь. — Ты серьёзно?

— По похожим ещё учился Болтун, — Фет ухмыльнулся. — Когда увидел их в Субурье, сразу понял — надо брать.

— Но мы же не дети, — фыркнул парень, — чтобы сражаться игрушечными мечами!

— А мы и не сражаемся, — брат Трис кинул ему один из мечей. — Мы тренируемся.

Курт поймал тренировочное оружие, чувствуя, как запылали уши. С таким он не обучался даже у Защитников!

— Я хочу серьёзных тренировок!

— Значит, ты пришёл по адресу.

— Ладно, — фыркнул Курт вставая в боевую стойку.

Однако Фет остановил его движением руки:

— Подожди! Разомнись сначала! Ты же не хочешь себе что-нибудь растянуть?

Курту пришлось послушаться. Тренировка проходила совсем не так, как он надеялся. Ему пришлось вдоволь помахать руками и ногами, прежде чем Фет решил, что он готов для поединка.

— Итак, — произнёс брат Трис, когда они встали друг напротив друга, — давай посмотрим, что ты умеешь.

Курт поудобнее перехватил меч, чувствуя волнение. Он не должен сплоховать!

— Давай!

Курт набросился на Фета. Взмах мечом. Тот вовремя отступил. Курт замахнулся до второго удара. И...

Открылся. Меч Фета легко дотронулся до его плеча.

— Зараза! — парень отскочил назад. — Ещё раз!

Вновь ударил. Вновь неудачно. Фет крутанул меч. Финт. Удар!

Курт вовремя отпрыгнул. Острие просвистело в миллиметре от его груди!

Фет наступает! Теснит! Курт еле уворачивается от его атак! Пытается ударить!

Снова открылся! Пропустил!

— Ещё!

Он вновь начинает! Удары. Один за другим! Вправо-влево! Вперед! Дыхание сбилось. Фет увернулся в бок!

Раньше чем Курт сообразил в чем дело.

Вновь удар по плечу.

Раскрасневшийся парень согнулся пополам, пытаясь восстановить дыхание. Уперевшись руками в колени, он глубоко дышал.

— Ещё раз!

— Ты уверен? — Фет едва ли запыхался.

— Да.

Вновь они друг напротив друга.

Курт нападает! Вовремя отражает атаку! Вновь сыпет ударами! В прошлый раз почти получилось!

По крайне мере, ему так кажется.

Фет уворачивается легко. Грациозно. Двигается всем телом.

Теперь он теснит его! Удар за ударом! Курт невольно отступает. Чуть не спотыкается!

Нападает! Молниеносное движение и резкая боль в руке. Его меч у Фета!

Подножка! И Курт сам на земле.

Он лежит глубоко дыша, и его собственный меч упирается ему в грудь.

— Ты постоянно открываешься, — Фет помогает ему встать.

— Сложно сосредоточится, — бурчит в ответ Курт.

— Придётся, — Фет стукнул себя пальцем по лбу, — придётся думать быстрее. Быстрее действовать. Быстрее оценивать. Ты спешишь, это да. Но спешка — это другое. И тебе нужно перестать так махать мечом.

— Защищаться и атаковать одновременно непросто.

— Если бы все в этой жизни было просто, смерть бы осталась без работы.

Видя, что Курт совсем пал духом, Фет хлопнул его по плечу:

— Зато согрелся. Мастерство, как и всё ценное, не появляется сразу же — в этом его смысл. Путь к нему — это не дорожка из побед, а тернистая тропа из поражений. Если, конечно, ты умеешь проигрывать.

— По-моему лучше уметь выигрывать, — пробурчал парень, забирая свой, так и не пригодившийся, меч.

— Выше нос! Я вот, в свое время думал, что умею драться, пока не решился встать в спарринг против Новы. В итоге чуть не выколол себе глаз собственным мечом!

— Правда? — Курт недоверчиво посмотрел на Фета.

— Мне, конечно, пошла бы повязка на глаз, — брат Трис задумчиво почесал бороду, — вот только воспоминания об этом были бы слишком унизительными!

Курт неловко улыбнулся. Внезапно ему захотелось попробовать ещё раз:

— Может продолжим?

Фет бросил взгляд на горизонт и покачал головой:

— Прибереги лучше силы, нам ещё ночь пути.

— Но потом-то?

— Конечно! Просто так я теперь от тебя не отстану.

Они поспешили убрать за собой весь инвентарь. Даже диву даёшься, как много вещей переносит с собой семья Трис! Хотя, судя по всему, Колдун вообще путешествовал в личной библиотеке.

Курт много думал о той истории, что ему рассказали, и о своей реакции на неё. Он сам не ожидал, что так сильно не захочет в неё верить.

Предки, согласно легендам, были самонадеянны, но и благородны — как могут благородные люди решиться на такие страшные вещи?

А Джилодзе и Фрика? Получается они невиновны? Почему тогда боги заточили их в горы? Или всё же это они надоумили Предков на создание страшных существ?

От подобных размышлений болела голова.

Дни летели, словно птицы. Дни, полные раздумий и терзаний. Курту очень не хватало разговоров с Трис, но она построила вокруг себя стену, не желая никого видеть.

Она вставала раньше всех, и раньше всех ложилась спать. Курт попробовал с ней поговорить во время её дежурств, но по её односложным ответам, было видно, что вступать в диалоги она не собирается.

Сам ж Курт никак не мог забыть Субурье. Иногда, во снах, он вновь стоял на сцене, и толпа внизу кричала от бешенства. А потом все внезапно превращаются в вольфов. Этих существ с жесткой шерстью и хищными глазами.

Он просыпался в холодном поту, едва они запрыгивали на сцену, и остатки этого сна терзали его наяву, делая иногда таким же хмурым, как Трис.

Что-то изменилось навсегда с той ночи, когда он получил шрам от уха до подбородка. И дело было не только в увечье или в нём самом. Даже не в крестьянах. Трусливых и жалких. Дело было в самом мире вокруг.

Спокойная взрослость Фета его успокаивала. Болтун с его постоянными историями, казался своим, ровесником, несмотря на разницу в возрасте.

Нова и Колдун, несмотря на то, что отношения между ними заметно потеплели, всё ещё оставались отчасти надменными.

Но Фет... он чем-то напоминал Уолтера. Буквально излучал надежность.

Лучшего учителя сложно было представить.

Фет волновался за сестру, и это было видно, пусть он и не говорил об этом в открытую. Они с Куртом часто болтали после тренировок. Брат Трис указывал ему на его слабые стороны, давал советы. Как выяснилось, он знает историй не меньше, чем Болтун. В основном, это были солдатские байки. Несмотря на то, что Фет отслужил не так много, это время оставило на нем свой отпечаток.

Его истории были интересными — иногда смешными (как те, когда их впервые отправили на охоту на кабана), иногда трагичные (когда они получали вести о смертях товарищей, которые были отправлены на то, или иное задание).

Курт уважал его. И уважение росло с каждым днем. Чтобы не случилось, Фет всегда старался придерживаться одного правила. Поступать правильно. Во что бы то ни стало.

***

Солдаты на дороге им встретились спустя пару недель после событий в Субурье. Небольшой отряд — они узнали их по зелёным плащам — пусть грязным и рваным.

— Нужно узнать всё ли в порядке, — тихо произнёс Фет, когда они подошли ближе.

Курт был с ним полностью согласен: солдаты устроились у костра рядом с дорогой, и от одного только взгляда на них становилось понятно — случилась беда. Они сидели, опустив головы. Никто не разговаривал. Не перекидывался шуточками. Предрассветная тишина пугала.

— Похоже, они угодили в серьёзную стычку, — в голосе Колдуна не было ни грамма сочувствия. — В этом случае, нам стоит узнать, что именно произошло и где.

Глядя на солдат, Нова задумчиво прищурилась:

— Говорить будешь ты, — наконец сказала она Фету, сплюнув на траву. — У вас с ними должно быть взаимопонимание.

Мрачно усмехнувшись, тот спрыгнул с лошади.

— Здорово, солдаты, — произнёс он, подходя к ним и поднимая руку в знак приветствия.

Те вяло подняли головы, и Курт поразился, увидев их лица.

Почти все молодые, кроме одного — судя по нашивкам — командира, чьи остатки волос уже поседели, а морщины углубились.

Усталые, измождённые — в глазах у всех, как одного, читалась страшная покорность судьбе.

Что же произошло?

— Приветствуем, — устало кивнул командир. — Пусть Боги звёздами осветят ваш путь.

— Пусть ваша дорога будет легкой, — откликнулся Фет. — Мы присядем?

Солдаты лишь пожали плечами и подвинулись, освобождая место. Они казались медленными и потерянными, старались ни на кого не смотреть, и спешно отворачивались, ловя на себе взгляд.

Курт недоуменно переглянулся с Болтуном. Фет выглядел настороженным, Колдун нетерпеливым. Нова внимательно оглядывала место их стоянки, словно ища улики. Трис задумчиво отстукивала пальцами по поясу туники.

— Спектовская стража? — попытался затеять разговор Фет, кивнув на щит одного из солдатов. — Спешите домой?

— На смерть, — глухо отозвался командир.

По спине пробежали мурашки от его ледяного спокойствия.

— Мы... мы дезертиры, — тихо произнёс парнишка, сидящий недалеко от командира. Его пальцы и губы дрожали, но говорил он без заикания. — Сбежали с поля боя.

Остальные вновь виновато опустили глаза. На этот раз, Курт их прекрасно понимал.

Дезертиры! Подумать только!..

— Выходит, — сквозь зубы произнёс он, — мы делим очаг с кучкой трусов?

Возникшее было сочувствие к этим людям, испарилось почти мгновенно.

— Курт! — тут же одёрнул его Фет.

— Нет, всё нормально, — голос командира был смертельно усталым. — Мальчик прав.

— Откуда вы? — поспешил сменить тему брат Трис.

— Родом с севера. Воевали на юге. Не хотели умирать на чужбине.

Фет быстро переглянулся с Новой:

— Не знал, что там ведутся бои.

— Это секре... — начал было командир, но затем передумав, плюнул в костер. — Хотя кому уже какая разница, верно? Нас всё равно убьют.

— Император помалкивает об этом, — снова вставил мальчишка — Курт предположил, что он главный по отделению: помощник командира. — На юге прочно осели Твари. Несколько поселений пало. Почти никто не выжил.

— Хуже всего, что они захватили Башню, — вторил ему другой солдат, и сердце Курта камнем упало вниз.

— Мы сражались, — командир хмуро глядел в пламя. — И мы проиграли.

— Это было страшно, — помощник тоже взглянул на огонь, и взгляд его был отсутствующим. — Пиксы. Так много пиксов! А ещё вольфы — какие же они огромные! Такие... ужас... 

— Н-да, — Нова задумчиво плюнула через плечо, — обмельчали нынче воины. Что бы вы говорили лет десять назад, когда вольфы были гораздо сильнее.

— Тебя там не было, — второй парнишка покачал головой. — Неживые... целая толпа мертвецов! Они могут разорвать тебя голыми руками! Я видел такое...

— Нас было шестьсот солдат, — командир перевел взгляд на Скарлетт. — Еще двести — Защитников. Их — было около ста. Из всех наших, выжили только мы.

— Твари становятся умнее, — Нова задумчиво почесала бровь. — А духов не было?

— Я думал это только легенды, — осторожно отозвался командир.

— Но, кое-что мы видели, — помощник, сжал кулаки. — Он стоял на пригорке и смотрел. Просто смотрел. Большой человек с серой кожей, которая словно сшита между собой.

У Курта всё похолодело внутри. Невольно, он подался вперед.

Парнишка облизнул губы и глубоко вздохнул:

— Но это ещё не самое страшное. Этот человек... это существо... он был весь в цепях! Толстых таких... тяжелых, наверное, а стоял прямо...

— Это была смерть, — твердо произнёс командир, и у костра воцарилась тишина.