Львиная луна Мяомяо

Услышав обрывок разговора, Кабу из предосторожности подобрал с палубы ещё несколько пузырьков покрупнее и вскрыл их. Внутри и правда обнаружились крохотные мальки, только все разного цвета и формы, и красных среди них не было. Выброшенный из воды энергией меча красночешуйчатый змееволк лежал поперёк палубы и едва дышал. Ци Булэ с занесённой саблей шагнул вперёд, готовый прикончить жуткую тварь, чтобы она больше никому не навредила. Но увидел, что горло монстра и так испещрено ранами — помимо сквозных, только что оставленных арбалетными болтами Юань Сюймяо, имелись и давние, уже нагноившиеся порезы.

Резаные раны покрывали почти всю шею змееволка, и теперь, когда он лежал кверху брюхом, повреждения стали прекрасно видны.

Горло у него потемнело до фиолетового и гноилось. Красночешуйчатый змееволк — тварь сильно ядовитая, изначально его смертоносный яд хранился в специальной железе, но этой особи её отрезали, отчего производимый им яд попадал в раны и стекал в желудок, продолжая отравлять самого монстра.

Ци Булэ охватил трепет: будь тварь была в расцвете сил, подумалось ему, вряд ли её удалось бы усмирить ударом меча командира... Ох, погодите-ка, откуда у командира столь огромная мощь? Фан Дуаньин ведь наотрез отказывался упражняться с мечом? Откуда же взялась эта пугающая энергия?

Кабу рассеянно изучал «пузырьки», а в голове его без конца билась мысль: Фан Дуаньин определённо не обладает такой чудесной силой, значит, т-т-только что сверхъестественные способности... применил п-п-предатель Юань? Неужели человек способен умереть, вернуться к жизни, отрастить восемь лишних чудесных меридианов, породить нечто из ничего и овладеть невидимой и смертоносной энергией меча?

Куда годится такое объяснение? Он потёр грудь — когда убийственная ци проникла в его меридианы, Кабу ощутил в ней непостижимую силу уничтожения и холод.

Погибель и могущество, равные небу.

И сражается эта сила не с людьми, а с небом и землёй.

Но, сражаясь с небом и землёй, не замечает людей в этом мире.

Для этого мечника человеческая жизнь легче лебяжьего пуха и не оставляет следов.

Жуть какая.

Подняв голову, Кабу присмотрелся к своему командиру. Фан Дуаньин, мертвенно-бледный и дрожащий, выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание, и походил на ощипанного перепела. Кабу невольно выдохнул с облегчением — его командир явно не был этим мечником. Рядом Юань Сюймяо стремительно бросился к издыхающему змееволку, но Фан Дуаньин из последних сил поймал его за воротник, так что тот затрепыхался в воздухе, словно черепаха — большего дурака представить сложно, какой уж из него воитель.

Тогда... неужели в реке Ланьцзян... есть призрак мечника? И некогда здесь утопился несравненный божественный воитель, а теперь вселился в его командира?

Ци Булэ внутренне трепетал от страха, Кабу метался от одной мысли к другой, зато Сяо Цуйлан оказался внимательнее их обоих.

Когда двое выскочили из воды, и энергия меча подбросила красночешуйчатого змееволка, не Фан Дуаньин тащил за собой Юань Сюймяо, а Юань Сюймяо положил руку на плечо Фан Дуаньина.

Как только Фан Дуаньин потерял контроль над энергией меча, она ледяными шипами полетела во все стороны — но отнюдь не в Юань Сюймяо.

О чём это говорит?

О том, что энергия меча определённо имеет отношение к Юань Сюймяо. Однако Сяо Цуйлан не верил, что предатель Юань обладает такой способностью. Изменник наверняка навлёк беду на какого-то несравненного мастера, думал он про себя, воспользовался каким-то коварным трюком и так завладел смертоносным искусством.

В отдалении Пэй Лун с Хуан Лиэром увидели, как Фан Дуаньин ударом меча подбросил красночешуйчатого монстра. Справившись с потрясением, император помрачнел.

— Не гневайтесь, ваше величество! — бухнулся на колени Хуан Лиэр. — Военный чиновник Фан владеет тайным навыками и непревзойдённым боевым мастерством — это удача для вашего величества! Благословение для Великой Юнь!

Бросив на него взгляд, Пэй Лун помрачнел ещё сильнее.

— Ты... — Осёкшись, он потёр лицо, вдруг немного успокоился и улыбнулся. — Хуан Лиэр, тебе ведь в этом году шестнадцать?

Ничего не понимая, юный евнух простёрся перед ним, не смея поднять голову.

— Рабу исполнилось шестнадцать после Нового года.

Пэй Лун шагнул вперёд, его сапоги оказались в пределах видимости.

— В семь лет ты вошёл во дворец, после Нового года тебе исполнилось только шестнадцать, однако ты хорошо помнишь дальнего родственника, похищенного пиратами и попавшего в Вольный город. Тебе известно, что «семья Су из Вольного города владеет более чем шестьюстами морскими судами, среди которых более двухсот военных кораблей и сто шестьдесят судов дальнего плавания». Что «Вольный город занимает около тридцати больших и малых островов, к сегодняшнему дню его население составляет уже несколько десятков тысяч человек, многие из которых связаны брачными узами с мелкими заморскими государствами». Не слишком ли многого Мы не знаем? — медленно проговорил император. — Ты сказал «Не гневайтесь, ваше величество! Военный чиновник Фан владеет тайным навыками и непревзойдённым боевым мастерством — это удача для вашего величества!» Хуан Лиэр... ты намекаешь, что тайные навыки и пугающая сила чиновника Фана — наша затаённая тревога.

Охваченный небывалым страхом, евнух принялся биться лбом об пол.

— Раб не смеет! Ваше величество, раб совершенно не имел таких помыслов...

— Как зовут твоего дальнего родича, что вошёл в Вольный город? — бесстрастно спросил Пэй Лун. — Как он связан с тобой?

Вся голова Хуан Лиэра покрылась холодным потом, на затылке забилась жилка.

— Э-э...

Пэй Лун погладил его по голове, и евнух ощутил, какие ледяные у него пальцы.

— Кто объяснил тебе, как всё устроено у клана Су из Вольного города? — продолжал император. — И кто велел тебе тайком подслушивать получаемые Нами известия и поддерживать связи с иноземцами?

Хуан Лиэр потрясённо вскинул голову.

— Ваше величество!

Пэй Лун надавил ему на макушку, схватил за загривок, зажав голубую жилку, и холодно произнёс:

— Если бы кто-то не перехватывал известия и не действовал изнутри и извне, Цзинь Лэлин не пошёл бы на подобную дерзость, а Ван Хэн не оказался бы под контролем и не посмел представить Нам такой доклад.

От хватки Пэй Луна лицо евнуха посинело, он задёргался, пытаясь сделать вдох.

— Дальний... родич... это... родная матушка... раба...

— Твоя мать? — нахмурился император, ослабив хватку.

— Раб собственными глазами видел, как матушку взяли в плен пираты, — зарыдал Хуан Лиэр. — Некуда было податься, только идти во дворец умолять о миске риса... Ваше величество... Потом этот изменник Цзинь Лэлин передал рабу запечатанное письмо от моей матушки, и поэтому...

— И где письмо? — не двинувшись с места, криво усмехнулся Пэй Лун.

Тело Хуан Лиэра содрогалось от рыданий.

— Письмо... — дрожащим голосом начал он. — Письмо в комнате раба, в подушке.

Пэй Лун помедлил.

— Вставай.

Евнух поднял голову.

— Твою мать взяли в плен пираты и увезли в Вольный город, а что с отцом?

Хуан Лиэр оцепенело уставился на него.

— Пусть Мы молоды, но не считаем себя глупцом, что прислушивается лишь к одному мнению и принимает его на веру, — насмешливо проговорил Пэй Лун. — Как зовут твою мать? Как зовут твоего отца? Где ты жил в детстве? Как зовут твоих дедушку и бабушку? Кто помог тебе попасть во дворец? Как зовут твоего благодетеля?

Теперь Хуан Лиэр по-настоящему переменился в лице.

— К несчастью, благодаря урокам Нашего наставника, Мы весьма мнительный человек. — Император выпрямился. — Стража!

Из-за его спины вышли охранники, заткнули евнуху рот и связали по рукам и ногам.

— Трижды обыскать жилище евнухов и прислуги, всё подозрительное передать Хэ Инлину.

— Есть, — ответили стражники.

— Сохраните задержание Хуан Лиэра в тайне, никому не позволяйте к нему приближаться, — добавил Пэй Лун.

— Есть!

Император махнул рукой, и стража удалилась. Затем медленно приблизился другой человек и поклонился ему.

Прибывший, одетый в повседневный сине-зелёный халат-чанпао, обладал внешностью человека элегантного и выдающегося. Это был не кто иной как Хэ Инлин.

Пэй Лун кивнул, и они вдвоём стали наблюдать за происходящим на «Морском волке».

Вдали от берега, на борту корабля Ци Булэ рубил гигантского змееволка, Сяо Цуйлан, рассеянно наблюдая за Юань Сюймяо, неожиданно споткнулся и упал, Кабу в поисках чего-то шарил по залитой кровью палубе.

Фан Дуаньин, опираясь на цзянь, смотрел в сторону Пэй Луна, явно на пределе физических и душевных сил.

Пока все суетились, раздался громкий плеск — Юань Сюймяо снова бросился в Ланьцзян.

На сей раз к его прыжку в реку все отнеслись с равнодушием — так или иначе... так или иначе, что бы этот человек ни делал, его поступки укладывались в рамки здравого смысла, только если оказывались неожиданными для присутствующих.

Пэй Лун с Хэ Инлином тоже ничуть не удивились: после того, как Юань Сюймяо «вернулся из мёртвых» от всех его странностей голова шла кругом.

Подумаешь, бросился в реку, ерунда какая.

Небо начало светлеть, и картина реки Ланьцзян постепенно открывалась взору, вдалеке смутно виднелись мачты больших кораблей.

На поверхность реки... всплыли всевозможные дохлые рыбины и креветки. Жуткое зрелище.

Юань Сюймяо с плеском вынырнул из тёмной воды, полной мёртвых рыб и креветок, сжимая в руке две верёвки, и радостно помахал Пэй Луну.

Он отыскал ещё два ящика с сокровищами, подвешенных Ши Чуньхэ под кораблём.

«Ночные цапли» Цзинь Лэлина действовали весьма осмотрительно: Ши Чуньхэ привязал ценный груз не к днищу корабля, а к якорю, чтобы они сдвинулись только когда судно отправится в путь.

Вот почему, когда гвардейцы Дунлин несколько раз ныряли в воду за разложившимися трупами, не заметили в иле ящики с сокровищами.

Пэй Лун моргнул при виде того, как его «наставник» превратился в искусного пловца.

— Ваше величество, сейчас очень холодно, лучше бы его превосходительству Юаню поскорее выбраться из воды, — усмехнулся Хэ Инлин.

— Мы помним... что Юань... — пробормотал Пэй Лун.

Его наставник происходил из семьи, где всё пропахло духом книг, с детства рос в столице и совсем не умел плавать.

— Иноземные дары из башни Небесного коня... — медленно проговорил Хэ Инлин и, запнувшись, переглянулся с императором.

— Половина иноземных даров найдена, — моргнув, продолжил Пэй Лун, — остальные украдены морскими разбойниками и увезены в неизвестном направлении.

— Подданный проведёт тщательное расследование, — не сдержал улыбки Хэ Инлин.

Помахав рукой, Юань Сюймяо снова нырнул под воду и долго не показывался.

Невозможно отыскать все иноземные дары, и Великая Юнь не сумеет, как десять лет назад, дать за них щедрое вознаграждение. А Юань Сюймяо собирается обменять эти драгоценности на серебряный рудник Красного песка, и Пэй Лун не только не мог его остановить, но даже надеялся, что он добьётся успеха.

Лучше бы серебряной руде, доселе не обнаруженной на острове Красного песка, оказаться настоящей.

Юань Сюймяо обещал надежду для Великой Юнь, и Пэй Лун надеялся, что он сумеет воплотить её в жизнь.

***

В тупике столичной улицы Сюньаньцзе.

Изначально здесь находилась чайная, да только дела велись плохо, расположение тоже не сыграло на руку, и теперь заведение, пока его не успели продать, стояло закрытым и пустовало.

Сейчас же на заднем дворе пыльной и безлюдной чайной вповалку лежали люди.

Барахтаясь из последних сил, они извалялись в глинозёме, так что изначально чёрный цвет одежды стал неразличим.

Один из них очень медленно полз наружу — ещё способный двигать руками, в отличие от покойников на заднем дворе, он подтягивался к выходу из чайной.

«Тук-тук-тук...» — чуть слышно стучали створки ворот.

Но снаружи на них висел медный замок, и они не открывались.

Человек внутри безнадёжно заколотил в них — один раз, другой, третий...

Запертые на замок деревянные створки ворот слегка покачивались, издавая тщедушный звук.

Словно предсмертный стон.

Здесь, в тупике улицы Сюньаньцзе, ближайшие здания пустовали, потому прохожие встречались редко.

«Тук-тук... тук...»

За дверями синюшная рука соскользнула со створки, оставив неясное кровавое пятно. Между пальцев мужчины кишели больше десятка тонких красных червей, некоторые из них уже переползли на створку и немедленно попрятались в трещинах.

Светло-красные тонкие и длинные черви, оказавшись на воротах, через некоторое время изменили цвет на желтовато-коричневый, а некоторые — на почти чёрный, идеально слившись с узорами на старой древесине.

Скорчившийся на полу мужчина таращился, как черви скрылись в створках ворот, и глаза его едва не лопались от гнева. Широко разинув рот, он издал сдавленный рёв, но не смог выдавить ни слова.

Кровавая слеза упала на пыльный пол. Мужчина больше не стучал, он вытянул палец и нарисовал на створке несколько штрихов.

Даже не закончив, он уронил окровавленную руку и больше не шевелился.

Лучи рассвета достигли заднего двора, озарив неясным бледным светом тела на земле, следы того, как они карабкались и ползли, и странный, начертанный кровью знак на обратной стороне ворот.

Это был круг.

С точкой посередине.

Конец первого тома

---------------------------

мой тг-канал: https://t.me/elriedreamer_translates