В тени ведьм. История Ливары

Собрание могущественных ведьм и колдунов Запада продолжалось, и все внимательно слушали историю Неирты.

— То, что я услышала от ее наставницы, Мейлиры, хоть и удивило меня, но не вызвало подозрений, — внезапно закончила Неирта эту часть истории и вздохнула, добавив: — Да, это было нарушение наших традиций. И возможно, я по-другому должна была отнестись к тому, что тогда произошло. Но у меня впервые за долгое время в ковене появились сильные ведьмы. Я не могла упустить этот шанс.

— Мы соблюдаем традиции, чтобы молодые ведьмы, столкнувшись с неконтролируемым проклятием своего колдовства, не причинили вреда себе или другим, — сказала ведьма с длинными серебряными волосами. — Вы должны были наказать ее прямо тогда. Самым суровым образом.

— Вы так говорите, как будто никто из вас этого никогда не делал, — внезапно прервал ее городской колдун, с легкой насмешкой и вызовом глядя на других великих ведьм на этом собрании.

В конце концов спор утих: не все были готовы признаваться в нарушении собственных правил.

— Как так вышло, — вновь заговорил городской колдун, — что ты, Зуари, проиграла ей схватку, и никто не сделал после этого никаких выводов? Если самые сильные ведьмы терпят поражение от ведьмы, которой еще нет и двадцати, — вы должны были обратить на это внимание. Сообщить остальным, если не готовы были противостоять ей сами.

Лицо девушки пылало, когда она вышла вперед.

— Я не проиграла! — сурово ответила она. — Я одержала над ней уверенную победу. Она выглядела как высокомерная соплячка, которая думала, что может победить кого угодно. Да, ее колдовство было достаточно сильным по меркам учеников. Но она знала мало заклинаний, и я бы не сказала, что почувствовала от нее какую-то особую силу. Во время первой схватки я без труда победила ее.

— Зуари, прекрати бахвалиться, — внезапно прервала ее мать, глава ковена Айрикли. — Расскажи правду.

— Хорошо, — недовольно ответила девушка. — У нее оказалось... достаточно сил. Я не ожидала, что она окажется такой... могущественной. Но наше противостояние сил все равно было в мою пользу. Я была сильнее и лучше владела чарами, чем она. Это было тяжелее, чем со многими из нашего края, но не невозможно. Я просто делала все как надо — защищалась и атаковала, не делая сверхвыпадов, не растрачивая силы попусту, подбирая магию под ситуацию. И... я сломала ее барьер и одержала победу. Ее чары не настолько сильны, а защитные заклинания она использовала какие-то слишком простые.

— Зуари, — вновь прервала ее мать. — Расскажи, что случилось в последний день.

Колдун, уже слышавший эту историю, усмехнулся:
— Именно тогда вы должны были уже понять, что с ней что-то не так.

— Она просто применила хитрость! — с яростью ответила Зуари. — Она не смогла бы победить меня в честном бою. Почему это должно было нас испугать?

Улыбка колдуна стала еще злее:
— Расскажи нам, что случилось. Расскажи нам о том, что не должно было ТЕБЯ испугать.

— Это не важно, — внезапно вмешалась ведьма из восточного ковена. — Если она тогда не владела своей силой и не могла победить, то где и когда она обрела знание запрещенной магии?

Но никто не отвечал, пока не заговорила Неирта:
— На Юге.

— Как вы вообще допустили, что она отправилась туда? Ведьмы ковенов не должны ходить в те места. Тем более молодые! Почему это случилось? Как она вообще смогла преодолеть все заклинания, которые охраняют тот дом? Больше двадцати лет никто не мог туда проникнуть! — вопрошала женщина с серебряными волосами, тщетно пытаясь скрыть возмущение беспечностью местных. — Ни у кого из нас нет таких сил, чтобы преодолеть всю черную магию, которая окружает заброшенное логово Ведьмы.

— Мы сами ее туда загнали, — ответила Неирта, стараясь сохранять спокойствие, видя реакцию на свой ответ, — но мы не знали, что она сможет туда попасть. Всем известно, что есть только одно существо в мире, способное преодолеть темные проклятия, которые охраняют тот дом посреди болот.

— Даже Королю Тыкв это оказалось не под силу, — решила добавить Зуари.

Неирта недовольно посмотрела на прервавшую ее молодую девушку и продолжила:
— В этот дом не может попасть никто. Только одно создание Великого проклятия на это способно. И это — Ведьма.

***

Ливара вспоминала схватку с Зуари во всех деталях.

Потоки магии летали между ними непрерывным шквалом. Рыжеволосая ведьма произносила сильные заклинания, едва ли не быстрее ее. Воздух горел и сверкал, во все стороны разлетались осколки колдовства, заставляя других ведьм отходить и применять защиту. Стоял оглушительный грохот, и темные силы, возникающие от столкновения чар, разрезали воздух, меняя все вокруг.

— Я никогда не видела ничего подобного, — позже заявила ей Мейлира. — Это было похоже на настоящую войну. Пара ведьм получили ранения, просто оказавшись слишком близко к вам.

Их место схватки объял громадный торнадо, а Зуари висела над землей. Из ее рук неслись смертоносные заклинания, любое из которых могло убить. Не все из них можно было увидеть в физическом мире.

Ливара помнила свои ощущения — лучшая ученица Айрикли не давала ей возможности опомниться. Ответные заклинания, даже несмотря на то, что девушка вложила в них все свои силы, не могли пробить защиту рыжей ведьмы, парящей в небе. Разве она не нарушила тем самым правило, запрещавшее ведьмам сходить со своей позиции?

Атаки становились все яростнее, и в любой момент готовы были сломить слабеющие барьеры вокруг. Очередные два заклинания столкнулись, вызвав взрыв. Но Зуари продолжала парить, а Ливара не сделала ни шага назад, ощутив боль от того, что какое-то из заклинаний настигло ее.

Она не могла понять, как победить соперницу. Ее заклинания были сильнее, а защита казалась непробиваемой.

Темный силуэт, появившийся рядом, вторил, вспоминая тот бой:
— Глупая ведьма — мертвая ведьма.

— У меня не было шансов против нее — она сильнее! — внезапно закричала Ливара, но затем осмотрелась, не привлек ли ее поступок лишнего внимания. Пара ведьм, проходивших рядом, лишь покосились на нее. Впрочем, теперь на нее часто так смотрели, даже несмотря на ее поражение.

— Ты и не собиралась побеждать.

Уже намного тише, стараясь, чтобы ее не слышали, Ливара сказала:
— Ее заклинания сильнее. Ее защита сильнее. Если бы у меня были нормальные заклинания защиты, я бы могла попробовать победить ее.

Она не слышала злой смех Маурин, но ощутила его. А лицо с темными глазами сейчас выглядело еще более угрожающе.

— Попробовать??? — спросил темный силуэт.

Девушка не знала, что ответить. Она вновь ощущала бессилие, словно стала той самой ведьмой, которой была раньше — никчемной и не способной ни на что.

— Мне нужно стать сильнее. Мне нужно найти заклинания защиты, — сказала она призраку.

— Все, что тебе нужно, — это стать умнее. Никакие новые заклинания тебе не помогут. Так ты и умрешь, пробуя.

Тело все еще болело после полученных ранений, и никакие исцеления ей не могли помочь. Когда заклинание Зуари проникло сквозь ее защиту, оно ослабло и не убило ее. Но если бы она совершила всего одну ошибку, то это заклинание пронзило бы ее насквозь, мгновенно лишив жизни.

Маурин была права — она зря начала эту дуэль. Но по традициям ведьм она не могла отказаться. Но что тогда она сделала не так?

— Знаешь, что случается с теми, кто играет по правилам? — спросило наваждение, прежде чем исчезнуть.

***

— Тебе не стоит делать этого снова, она может случайно покалечить тебя! — Мейлира пыталась отговорить Ливару от её решения вызвать Зуари на очередную схватку. Но, кажется, её уже ничто не могло остановить.
— Я должна, — резко ответила девушка. — Я не могу ей проиграть.
— Но ты уже проиграла! Она сильнее тебя! Ты выучишь заклинания — и тогда вернёшься. Просто давай подготовимся.
— Нет, — отрезала Ливара. — Я сделаю это сегодня.

Это был последний вечер крупнейшего ведьминского шабаша в году. Завтра большинство из них отправятся в долгий путь домой.

Для Мейлиры это был самый необычный сбор ведьм, в котором она участвовала. Она наконец почувствовала себя настоящей ведьмой. Да, она побеждала не всех — даже в своём ковене, — но больше не была самой слабой ни в ковене, ни на всём шабаше. Бывшие подруги, которые раньше проводили с ней мало времени, считая, что лучше налаживать более полезные знакомства, теперь следовали за ней по пятам, расспрашивая про её колдовство. И она, посоветовавшись с бывшей ученицей, даже поделилась с несколькими ведьмами одним из заклинаний — «мусорным», как назвала бы его Ливара.

Всё стало лучше. Во время ночного праздника она больше не ощущала себя изгоем. Как-то ночью её пригласили в уединённое место — вместе с ученицей, но та, как всегда, отказалась, несмотря на все уговоры бывшей наставницы. Впрочем, и одной ей там было неплохо. В их небольшой оргии участвовали два колдуна и четыре ведьмы — редкое преимущество от мужского присутствия в таких сообществах. Хотя многие ведьмы, привыкшие к малому количеству колдунов, давно наладили отношения между собой. Сама Мейлира пока не определилась, какие связи ей ближе, и этот опыт оказался для неё любопытным: раньше ей не удавалось попасть на подобное мероприятие.

Некоторые ведьмы добровольно делились с ней заклинаниями. Но она сразу понимала, что они слабы, и благодарила вежливо, не требуя большего.

Однако всё, что касалось Ливары, тревожило её больше всего. Та стала центром внимания всего шабаша — особенно после победы над Ксанди и Вайглон. А за её схваткой с Зуари следили буквально все. Возможно, это было самое яркое событие встречи. Некоторые говорили, что оно напоминало настоящую войну, подобную тем, что ведьмы вели много лет назад. Последнее великое противостояние, в котором была побеждена Маурин Кровавая, произошло так давно, что Мейлира его и не помнила. Тогда погибло немало ведьм. А теперь столь же мощные чары использовались в дуэли между двумя ученицами.

Многие считали, что это — начало борьбы за власть, и что ковен Неирты Чёрной вскоре бросит вызов остальным. Если они впервые за много лет одержат победу, им позволят возглавить местные ковены, получать лучших учеников — способных, а не мальчиков и тех, кого никто не хочет брать.

Но Зуари победила — и казалось, что на этом всё закончится. Никто не ожидал, что что-то ещё произойдёт на этом собрании.

А теперь Ливара снова шла к своей сопернице — чтобы бросить новый вызов.

Мейлира не знала, что будет, если её бывшая ученица получит травму, которую придётся лечить месяцами.

Именно она, Ливара, научила её всему — всего за полгода. И это было лишь начало обучения. А кем бы стала Мейлира спустя несколько лет? Бывшая наставница даже представить не могла. Травма или случайная смерть Ливары означали бы конец всему. Только она умела находить новые заклинания, подсказывать, как усиливать магию. Да, не всё получалось, но Мейлира старалась — переучивалась произношению, жестам, рисункам.

С другой стороны, Ливара стала ещё более высокомерной, чем раньше. И было непонятно, как у неё вообще получалось находить новые заклинания. Она утверждала, что просто пробует слова и ощущает их силу — то, что они делают. Но было ли это правдой? Ведь Мейлира сама ощущала всё лишь смутно — словно приглушённый звук где-то вдали, а не внятный разговор рядом, который можно разобрать. Она даже не всегда могла уловить само колдовство.

Более того, Ливара с кем-то разговаривала — Мейлире казалось, ее бывшая ученица сходит с ума.

Она рассказала об этом Неирте — о нарушении традиций в использовании заклинаний, о том, что ее ученица, когда думает, что ее никто не видит, разговаривает с пустотой. А та в ответ попросила ее не беспокоиться и в случае чего обращаться к ней. Но вот она обратилась, а результата это вновь не дало. На что она вообще могла рассчитывать? Что их выгонят из ковена, сделав ведьмами-отшельницами? Что заберут у Ливары ее книги и запретят применять колдовство? Мейлира была не уверена. Неирта же лишь обещала провести с ними беседу.

Иногда, когда Ливара говорила, ее голос и лицо словно менялись — становились более жестокими и острыми, а глаза чуть темнели. В такие моменты непонятный страх одолевал Мейлиру. Это было похоже на какое-то проклятие.

Но что с этим можно сделать, она не знала.

Другие ведьмы и несколько колдунов заметили, что что-то происходит, когда Ливара направилась к Зуари. Они прекратили свой отдых и стали внимательно наблюдать, как девушка — которую некоторые уже считали безумной — бросает новый вызов сопернице, чье колдовство никто не мог оспорить в их большой общине.

Слух о новой схватке разошелся довольно быстро.

— Будь осторожна, ваше колдовство может убить, — пробовала отговорить Ливару Мейлира.
Но та никак не отреагировала, словно погруженная в свои мысли.
— Ты придумала что-то? Новое заклинание?
Но Ливара лишь коварно улыбнулась и подмигнула. В такие моменты она казалась той самой молодой неопытной девочкой, которую Мейлира взялась обучать несколько лет назад. А не той ведьмой, которая сейчас бросала вызов самому сильному ковену, или той, что листала чужие книги, выбирая заклинания, словно нарочно стараясь оскорбить всех, кто бросил ей вызов и проиграл.

Их бой начался даже интенсивнее, чем в прошлый раз, и все вокруг сразу же начало переливаться и взрываться. В этом не было ничего необычного — именно так все и происходило в прошлый раз. Силуэт Зуари вновь воспарил в воздух. Ее соперница же продолжала стоять на земле, отражая смертоносные заклинания одно за другим и лишь изредка отвечая. Все было так же.

Ветер, молнии и ураган вокруг становились все сильнее, временами скрывая силуэты сражающихся.

Внезапно магия вокруг них словно пошла на убыль, и стало видно, что Ливара тоже поднялась метра на три над землей. Ее силуэт казался больше обычного. Или это только мерещилось.

Когда очередная молния осветила ее лицо, вздрогнула не только Мейлира. Острые скулы, темные глаза — лицо, которое помнили большинство присутствующих здесь ведьм. Тени плясали вокруг. И когда силуэт Ливары устремился к Зуари с невероятной скоростью, та, словно не сразу поняв, что происходит, всего на пару мгновений потеряла бдительность. Темный силуэт Маурин Кровавой, возникший на месте Ливары, застал ее врасплох. Заклинание поразило Зуари, и рыжая ведьма упала на землю.

Схватка была окончена. Видение исчезло — Ливара опустилась на землю там же, где и парила. Она не спеша подошла к поверженной противнице. Ее заклинание не сильно поранило рыжеволосую ведьму. Та все еще дрожала, видимо, так и не осознав до конца, что произошло.

Мейлира подбежала к своей бывшей ученице, поздравляя ее с победой. Но она была единственной, кто это сделал. В глазах остальных она увидела то же, что иногда ощущала сама, — страх. Зрачки Ливары все еще были залиты тьмой, и на ее лице играла злая улыбка.

***

Когда рано утром они собирались отправиться в дорогу — путь до людских поселений занимал несколько дней и его можно было проделать засветло — к ним подошла Неирта Черная.

— Нет такого красного камня, который теперь тебя защитит, — обратилась она к Ливаре. — Будь осторожна.

Ливара в ответ нахмурилась, а Мейлира не собиралась ей в очередной раз объяснять, что она сделала не так.

— Но я же победила! — Ливара легко улыбалась, довольная своей находчивостью. — Какая разница как?

— Не думаю, что это ваша последняя схватка, — сказала глава ковена. — И в следующий раз она уже будет готова.

— В следующий раз я тоже буду готова, — ответила девушка.

— Почему ты использовала образ Маурин, чтобы ее испугать?

— Потому что я помню ее страх перед Маурин, когда та уничтожила часть ее заклинаний, — быстро ответила Ливара. — Я знала, что она растеряется.

— Это было...

— Коварно и по-ведьмински? — закончила за нее Ливара. — Страх — это тоже оружие.

— Ковен Айрикли это тебе припомнит. Я не хочу начинать войну ковенов из-за тебя. Поэтому весной я тебе сообщу о своем решении — тебе придется на некоторое время воздержаться от собраний всех ковенов, пока они не успокоятся. И, думаю, тебе стоит понимать, что теперь ковен Айрикли проложит дорогу в твой дом.

— Я буду ждать, — девушка внезапно изменилась в лице, став более жесткой. — Пусть приходят.

Мейлира тихо вздохнула, ожидая новых проблем, а Неирта молча посмотрела на девушку и, пожелав пути под луной, минуя проклятия, ушла.

Но ковен Айрикли — ни одна их ведьма или колдун — так и не появился на пороге дома двух молодых ведьм. Ни той уходящей осенью, ни зимой, ни даже весной. И дело было вовсе не в погоде.