В тени ведьм. История Ливары

Лекаря ждали только к полудню. Староста отправил за ним человека в соседнее поселение. В Заречном недавние болезни прошли легче, чем в Болотном, где, по слухам, умерло несколько человек. Одну тяжелобольную женщину отвозили туда на телеге, и через несколько дней она вернулась здоровой. Но нога брата выглядела все хуже, и пришлось обратиться за помощью. Уже несколько дней его бил жар, и многие шептались, что это проклятие.

Согласно древним поверьям, каждый человек, рожденный в их мире, проклят. И рано или поздно проклятие настигает его. У каждого оно проявляется по-разному — не всегда болезнью или ранением. Проклятие действует коварно: заставляет человека мучиться, вмешивается в его судьбу самым страшным образом. Рано или поздно это случается, и никто не может этого избежать. Будет ли это маленькое горе или большое, но оно придет. И каждый живет, ожидая, когда тьма сомкнется вокруг него, когда проклятие найдет его.

Но это было лишь поверье. Ливара сама видела людей, проживших счастливую жизнь, и считала, что этими байками только детей пугать. Однако время от времени даже у нее возникали сомнения. Особенно в такие дни, когда казалось, что все обернулось против нее.

Когда в дверь постучали, она пошла открывать. На пороге стоял староста, и у Ливары перехватило дыхание. Вслед за ним в дом вошла... та самая ведьма, к которой она ходила требовать прекратить проклятия.

Не дав Ливаре и слова сказать, староста посмотрел ей прямо в глаза и заговорил:

— Почетный лекарь из Болотного — Диарэна, — представил он ее.

Отец и мать благодарно закивали, провожая ее в комнату к брату. Та лишь на мгновение посмотрела на девочку, ничего не сказав.

Когда дверь за родителями закрылась, староста подошел к Ливаре:

— Молчи, если хочешь, чтобы твой брат выздоровел.

— Но... она...

— Знаменитый лекарь наших селений. Она не раз спасала жизни многим, за что мы ей все очень благодарны. Хоть ее услуги и не всем по карману.

Когда отец и мать вернулись, оставив лекаря наедине с братом, они выглядели немного удивленными.

— Мы благодарны, что вы лично ее привели, и нам не пришлось везти его — он в очень плохом состоянии, — сказал отец, обращаясь к старосте. А затем, все еще удивленно посмотрев на дочь, добавил: — Она попросила тебя зайти помочь ей.

Эта просьба, казалось, вызвала у него сомнения.

Староста, стоявший совсем рядом, прошептал еле слышно:

— Делай то, что она просит. И не вздумай говорить лишнего.

Комната брата уже пропиталась едким запахом какой-то травы, которую разожгла Диарэна. Но девочка знала, кто она на самом деле.

— Подойди, — приказала та, не обращая внимания, что в комнату вошли и остальные. Позади них стоял староста, пытаясь рассмотреть через плечо, что происходит.

— Прикоснись здесь, — указала она на повязку, поверх которой лежали травы и несколько разноцветных камней.

Затем с ее уст слетело несколько слов, значения которых не знал никто из присутствующих.

Ливара ощутила, как воздух вокруг вновь сжимается, словно она резко окунулась под воду. Она слышала вскрик матери и слова старосты:

— Спокойно — это излечит его.

Темные пятна перед глазами лишь на мгновение скрыли комнату. Словно что-то вытягивало из нее силы, заставляя ноги и руки дрожать. Но потом ощущения изменились — ее словно резко наполнило силой, тело стало легким, невесомым, будто она могла летать.

Ее рука излучала сияние, прикасаясь к поврежденной ноге брата, а камни вокруг сияли разными цветами.

Ведьма отошла чуть в сторону, наблюдая. А девочка, словно завороженная, смотрела, как теплое сияние, которое она ощущала всем телом, исходит из ее рук.

Внезапно Ливара стала задыхаться. Ведьма тут же оказалась рядом, и сияние погасло.

Ощущая головокружение, она посмотрела на тех, кто стоял позади. Мать плакала, отец стоял напряженный. Она посмотрела на брата — его лицо порозовело, на нем читались испуг и удивление.

Перед уходом ведьма подошла к девочке:

— Тебе лучше отдохнуть после этого. Хорошо поешь и полежи.

Та в ответ лишь кивнула. Когда Диарэна проходила мимо, Ливара видела, как родители сторонились ее, будто она стала воплощением проклятия.

— Что это значит? — успела она расслышать полушепот отца, обращенный к старосте.

Но ответа она не расслышала.

Ингвар молча провожал женщину к границе села.

— Может, кого-то попросить сопроводить... вас?

— Нет, не надо. Чем меньше людей знают мой путь, тем лучше. Некоторые меня видели и, может, даже узнали, — спокойно ответила она.

Уставший староста кивнул, наблюдая, как женщина сворачивает на дорогу, ведущую в другую сторону от Болотного. Она внезапно остановилась, еще не успев отойти слишком далеко.

— Ей не место среди вас, — сказала она.

Тот кивнул.

— Я знаю.

— Придумай, как это сделать.

Затем она снова пошла своей дорогой, спеша добраться домой до темноты.