19 глава.
Стоит ли говорить, что в ту ночь мы с Румисой долго не могли сомкнуть глаз. Да, бабушка подруги милостиво разрешила ей остаться у нас. Хотя она, конечно, заметила наши расстроенные лица, но, к счастью, не стала допытываться, что стряслось. Проницательная Марина тоже сразу уловила, что мы с подругой чем-то подавлены и озабочены.
Когда Румиса осталась в комнате, а я направилась на кухню за фруктами, в коридоре мне дорогу преградила мама.
—Что у вас случилось? — Марина скрестила руки на груди, приняв свою обычную позу для допроса.
—Да ничего! — я попыталась обойти женщину, но та чутко заметила манёвр и ловко блокировала путь.
—Не ври, я ведь не слепая, — возмутилась она. — Что вы натворили? Опять нахамили преподавателю? Или сорвали пару? Я закатила глаза.Моё терпение было на исходе.
—Мама, ну что ты такое говоришь? — раздражённо выдохнула я. — Пару раз было недопонимание с преподавателем, и когда это было!
—Не забывай, он племянник главы города, — холодно напомнила мама. — Который, между прочим, начальник твоего отца.
—Ты про Ибрашку, что ли?
—Ибрагим Мусаевич! — строго поправила она.
При одном воспоминании об этом человеке у меня подкатил ком к горлу и захотелось заплакать.
—Мама, знала бы ты, что творит этот человек, ты бы не стала его так защищать.
—А что?.. — в её голосе мелькнуло недоумение.
—Это не твоё дело! — резко перебила я. — Дай пройти, меня ждут.
Мама крепко сжала губы, но промолчала. Развернувшись, она прошла мимо и скрылась в своей комнате.
Взяв с кухни всё необходимое, я направилась в спальню. А в голове меня уже вовсю терзала совесть, корила за скверное и грубое отношение к матери.
«Можно же было ответить мягче, — твердил внутренний голос, — найти другие слова, а не бросаться на неё с раздражением».
Тихо закрыв за собой дверь, я мысленно пообещала себе, что это — в последний раз. И впредь я буду по-настоящему стараться: буду добра и нежна с ней.
Усевшись на диване, мы с Румисой поставили поднос с фруктами и ягодами посередине.
— Ну и что в итоге будем делать? — спросила подруга.
— Отрежем себе языки и ничего не сможем сказать, — проглотив виноградинку, проговорила я. — Понятия не имею! Как подумаю об этом… Живот скручивает и ноги немеют.
— У меня так же, — с пониманием посмотрела на меня Румиса. — Сразу представляю Хаву… Как мы всё ей рассказываем… Как она плачет… Страдает…
— А если не расскажем? — спросила я и сама себе ответила: — Хава как дура будет ходить и не знать, что у неё творится за спиной. А этот козёл и дальше будет обманывать нашу глупышку.
— Есть ещё один вариант, — почему-то перешла на шёпот Румиса.
— Интересно.
— Сказать Ибрашке, что мы видели его с другой, пусть сам расскажет Хаве…
— Он же нас пошлёт подальше! — нахмурилась я. — Сразу говорю, это не прокатит.
— А что тогда делать? — с отчаянием проговорила Румиса.
— Я не знаю!
— Может, у Деши спросить? — предложила Румиса. — Ведём её в курс дела.
— Ну… В принципе, можно, — неуверенно ответила я. — Ведь они лучше дружат между собой, и Деши лучше нашего знает к ней подход.
— Хотя нет, — неожиданно отказалась от своей идеи Румиса.
— А что не так? Сама же предложила.
— Да Деши в рот заглядывает Хаве. И наравне с ней оправдывала Ибрашку. «Я с ним вне университета общалась, он хороший», — не помнишь её слова?
— Помню. Значит, Деши найдёт ему оправдание. Как и Хава. А мы станем крайними, — разрезая яблоко на две половины, я отдала одну Румисе.
Долго думая и перебирая разные варианты, мы пришли к тому, что утро вечера мудренее. Решили действовать завтра по обстоятельствам. Но, к сожалению, прошло пару дней, а мы с Румисой так ничего и не предприняли.
Совесть мучила нас невыносимо. Мы постоянно спорили друг с другом, смертельно устали от этой внутренней борьбы, но в итоге, словно последние трусы, ничего не сказали.
Видя Хаву, мы чувствовали уколы совести. Видя Ибрашку — нас охватывала такая ярость, что хотелось его задушить.
В университете я теперь часто сталкивалась с Русланом. Он не заговаривал со мной, но как-то странно, пристально поглядывал. Взгляд у него был тяжёлый, изучающий — словно хищник высматривает жертву перед решающим броском. А может, это мне всё лишь казалось из-за переживаний за Хаву? Эмоции ведь могли искажать восприятие. Да ещё и экзамены на носу — дополнительный стресс, от которого всё видится в чёрном свете.
В пятницу последние две пары неожиданно отменили, и мы с подружками уже собрались прогуляться. Но тут позвонил Адам и сообщил, что они с Дошув и Гапуром скоро подъедут к нашему корпусу. Мы уговаривали Хаву остаться с нами, но она лишь торопливо собрала вещи.
— Ибрашке не нравится, когда я гуляю с вами и вашими парнями, — сказала она, и было заметно, что такое ревнивое отношение ей даже льстит. — Он ужасно ко всем ревнует.
Мы с Румисой молниеносно переглянулись, сжав зубы, чтобы не сорвалось ни слова. Деши сразу уловила этот взгляд и с подозрением уставилась на нас. К счастью, как раз подъехала маршрутка Хавы, и та, махнув нам на прощание рукой, поспешила к ней.
— Ну-с?.. И что это было? — тут же спросила Деши, недовольно глядя то на меня, то на Румису. — Почему вы так переглянулись?
— Ничего! — выпалили мы почти хором.
— Тебе показалось, — поспешно добавила я.
— Да и что нам, собственно, скрывать? — флегматично пожала плечами Румиса, делая вид, что всё это пустяки.
К нашему облегчению, рядом резко затормозила знакомая машина. Подъехали наши парни, и неловкий разговор моментально оборвался.
Свидание с Адамом прошло, как всегда, в очень приятной обстановке. Мы зашли в ближайшее кафе, и за вкусным обедом он начал обсуждать наше совместное будущее.
— А знаешь, что у меня нового? — начал он тему, которой явно очень хотел со мной поделиться. — Ты не представляешь!
— Что? — искренне заинтересовалась я.
— Так как наш дом ещё не достроен, а я собираюсь на тебе жениться сразу же после твоих экзаменов, — на одном дыхании проговорил парень, — нам нужно где-то жить.
— Ну да, — у меня перехватило дыхание.
Мысль о том, что скоро мы будем вместе, вскружила мне голову.
— Так вот, — Адам буквально сиял. — Я не хочу, чтобы мы жили с моими... Все эти вечные проблемы невестки и семьи мужа мне не нужны, как и тебе.
Я понимающе кивнула. Представить, что буду жить под одной крышей с Мартой... Бррр! Что может быть хуже?!
— Я решил снять нам квартиру, — продолжил парень. — И рассказал об этом Гапуру. Он сразу же предложил свою, которую ему подарил отец. Сказал, чтобы я снимал её сколько нужно. У него есть ещё и дом, а в квартире он всё равно жить не будет.
— Здорово, — как можно сдержаннее проговорила я, хотя мне дико хотелось вскочить и закружиться по всему заведению.
— Но ты не подумай, что я халявщик, — гордо произнёс Адам, поправив свои густые рыжие волосы, которые я так обожала. — Я сказал, что буду платить аренду. Пусть и меньше, чем обычно, но хоть какую-то. Гапур — отличный друг, но я не люблю пользоваться людьми.
— Да, ты прав, — с восхищением смотрела я на него.
Просто золотой человек. Прямо как цвет его волос.
— Правда, Гапур сказал, что деньги будет отдавать тебе, — засмеялся Адам. — Мол, женщины от денег не откажутся.
— Ну, — захихикала я. — Наверное, не откажусь. В хозяйстве всё пригодится.
— Кстати, ещё новость, — хитро поглядел на меня Адам. — Гапур тоже женится на Румисе после экзаменов.
— Серьёзно?! — сердце от счастья чуть не выпрыгнуло наружу. — Вот это да! Это же... Как я рада за них!
— А когда я говорю о нашей свадьбе, ты так не радуешься, — сделал обиженное лицо Адам.
— Я радуюсь, — покраснела я. — Просто не могу же я прыгать по всему кафе от счастья.
Парень громко рассмеялся, и многие гости стали с интересом поглядывать на нас.
— Жаль, что я не увижу такую сцену!
— Ты начни, а я подхвачу, — усмехнулась я.
Тут я кое о чём вспомнила.
— А Румиса знает, что у неё скоро свадьба?
— Наверное, уже знает. Кажется, Гапур сегодня хотел ей об этом сказать.
— Замечательно! — вздохнула я с облегчением. — Только, пожалуйста, не в один день.
— Конечно, нет, — подмигнул мне Адам. — Мы же не братья, а друзья, чтобы свадьбы в один день делать.
Масхуд должен был подъехать к университету после окончания моих пар. Он не знал, что несколько занятий отменили, поэтому я за десять минут до нужного времени уже в одиночестве ждала брата. Румиса уехала с Деши и её братом, так как они живут недалеко друг от друга.
Занятия в университете закончились, и студенты поспешили к выходу. Как всегда, многие парни смотрели на меня с нескрываемым восхищением. Я давно перестала обращать на это внимание. С тех пор, как в моей жизни появился Адам, мне перестало нравиться это внимание. Лишь его влюблённый взгляд грел мне душу.
Погружённая в мысли о любимом, я не заметила, как ко мне приблизился Руслан. Когда между нами осталось меньше трёх метров, я наконец обратила внимание на этого неприятного человека.
— Как прошло свидание с любимым? — ехидно спросил он.
— Не твоё дело! — отвернулась я от него.
— Знаешь, откуда я узнал?
— Откуда? — не удержалась я от любопытства.
— Мои люди — они везде…
— Ещё бы! — с презрением проговорила я, повернувшись к нему. — Сын прокурора! Как тут откажешь в слежке или в чём там ещё…
— Ты должна благодарить моего отца, — сухо произнёс Руслан. — Если бы не он, ваша семья оказалась бы на улице.
— Да? — с ненавистью заглянула я в его глаза цвета неба. — У меня есть догадка, кто поставил нас в такую ситуацию.
— Думаешь, это я?
— Я не думаю, я знаю!
Если мне казалось, что Руслан начнёт оправдываться, то это была большая ошибка.
— Ты ничего не докажешь! — прошептал он. — Кто тебе поверит?
— Уйди, пожалуйста, — холодно посмотрела я на него. — Разговор окончен! Сейчас мой брат подъедет, тебе лучше свалить как можно дальше.
— До встречи! — подмигнул сын прокурора. — Поверь, она будет очень скоро.
Он ушёл, а я так и не поняла, что значила его последняя фраза.
Стоило Руслану отойти, как я заметила машину брата. Масхуд остановился рядом, и я, открыв дверь, устроилась на своём любимом месте на заднем сиденье.
Брат повернулся ко мне, с интересом изучая моё лицо.
—Привет, сестричка!
—Привет, братишка!
—Двоек много собрала? —Нет, у меня одни единицы.
—Молодец! Ты точно моя сестра, — засмеялся Масхуд.
—Вижу, настроение улучшилось? Ещё бы, прокурор так нам «помог», — с досадой проговорила я.
—Да без разницы мне этот прокурор! — отмахнулся Масхуд. — Любовь моё сердце греет! —
Да? — подняла я брови, уставившись в затылок брата. — Случайно, её зовут не Марха?
—Откуда ты её знаешь? — пошутил брат.
—Как-то вместе ехали из университета, — ехидно ответила я. — Кажется, ты нас подвозил и всю дорогу разговаривал с Мархой. Она ещё умирала в тот день. Но как с тобой поговорила и всё, болезнь отступила.
Брат громко рассмеялся.
—Видишь, моя любовь спасла ей жизнь.
—Как мило, — прыснула я. — И когда свадьба? Может, мне уже приготовить наряд?
—Знаешь, — серьёзно начал брат. — Она очень приятная девушка. Скромная, воспитанная... Я бы хотел такую себе в жёны.
—Ну, — задумалась я. — Она... Я не помню, чтобы Марха участвовала в скандалах или как-то вела себя неприлично. В общем, хорошая девушка. Красавица!
—Значит, одобряешь мой выбор?
—Главное, чтобы мама одобрила твой выбор, — горько пошутила я, вспомнив мнение матери о моём Адаме.
А ведь Марха Марине наверняка понравится — уже хотя бы потому, что девушка из богатой семьи. Маме безразличны её красота, скромность... Главное — высокая каста, не стыдно будет представить как нашу невестку.
— Масхуд, — сказала я то, что хотела бы услышать и в свой адрес. — Это твоя жизнь и твой выбор. Тебе нравится Марха — значит, и нам она нравится. Захочешь жениться — я всегда поддержу.
—Даже так? — брат взглянул на меня через зеркало заднего вида. — Ну... Спасибо, сестричка! Очень приятно, честно!
—Всегда пожалуйста!
Оставшийся путь мы проехали молча. Возможно, Масхуд думал о своей любимой, а я — о том, что скоро Адам отправит людей, чтобы засватать меня. А если отец откажет... то парень меня просто украдёт. Всего-то месяц — и мы будем вместе.
Приехав домой, меня ждал неприятный сюрприз. Папа и Висита сидели в гостиной, обсуждая работу. А мама вышла нас встретить.
—Нормально доехали? — спросила мама, и вопрос явно был адресован брату.
—Отлично, мамочка! — обнял Марину Масхуд.
Я же, положив сумку, молча направилась в гостиную. Подошла к отцу, и тот поднялся с кресла.
—Папа, как дела? — обняла я его.
—О, моя красавица! — воскликнул он. — Отлично! Чуть не ослеп от твоего сияния.
—Да? — захихикала я. — Ну извини, вся в тебя. Такая же яркая!
Затем я повернулась к брату.
—Висита, а ты как?
—Ну, не ослеп, как папа, но близок к этому.
Я села рядом и толкнула его в бок, а брат в ответ схватил меня за волосы и стал слегка тянуть их — не больно, просто дурачась.
Масхуд и мама вошли в комнату.
—Во сколько сегодня едем в гости? — спросила Марина у отца, усаживаясь на диван рядом со мной.
Масхуд занял второе кресло.
—Нас пригласили к ужину, — отец взглянул на часы.
— Поедем часов в шесть.
—К кому это вы? — заинтересовалась я.
—Не «вы», а «мы», — поправил Висита. — Прокурор пригласил всю семью.
—Новый друг нашей семьи, — Масхуд явно был не в восторге.
—Ну, удачи вам, — посмотрела я на отца. — Я не поеду... Неохота.
—Извини, Самира, но тебе придётся поехать с нами, — спокойно сказал отец, и в его голосе послышались железные нотки. — И это не обсуждается.
—Хорошо, папа, — не стала спорить. — Как скажешь.
Настроение сразу испортилось. Под предлогом, что хочу есть, я вышла из гостиной.
Зайдя на кухню, я уселась на стул и нахмурилась.
— Вонючий прокурор и его сын-идиот! — вырвалось у меня. — Что ещё вам от нас нужно? Как вы меня все достали!
Тут в комнату зашла мама.
—С кем это ты разговариваешь? — в недоумении уставилась она на меня.
—Я... голосовое сообщение отправляла Румисе в WhatsApp.
—А, ясно. А что ты наденешь на званый ужин?
—Думаю, что-нибудь чёрное.
—С чего бы вдруг? — неодобрительно покосилась на меня мама. — Ты же не любишь этот цвет.
—Хочу отравить сына прокурора, — холодно ответила я. — Не придётся переодеваться на траурные мероприятия.
— Самира, это очень глупая шутка! — вспыхнула мама. — У них хороший и красивый сын. Высокий, воспитанный, образованный...
—При папе так не говори, а то ещё заревнует, — ехидно усмехнулась я.
Мама покачала головой, но тут на кухню зашли братья, и пришлось сменить тему.
Когда я уже собралась выходить из комнаты, чтобы ехать в гости, зазвонил мой телефон. Звонила Румиса.
— Давай быстро, а то я еду в гости к прокурору, — пошутила я. — Мне не до тебя.
— Самира... — услышала я сиплый голос подруги, словно она простужена или плачет. — Тут такое случилось...
— Что такое? — сразу насторожилась я.
— Мама Гапура приехала к нашему дому и вызвала меня на улицу.
— Да ты что? — я застыла на месте. — Мальвина, кажется, её зовут?
— Да, — прохрипела Румиса, и только тогда я поняла — она плакала. Или плачет до сих пор.
— Что она тебе сделала? — во мне тут же закипела ярость.
— Она... она так отчитала меня, — жалобно проговорила подруга. — Говорила, что я никто, что я никому не нужна. Что её муж не допустит такую, как я, в их семью. Что у Гапура полно девушек получше... Что...
Она снова разрыдалась, не в силах продолжать.
— Вот ведьма! — крикнула я в трубку. — Милая, да плевать, что она там наговорила! Гапур знает? Ты ему сказала?
— Я... я с ним рассталась, — только и смогла выдохнуть подруга, и связь прервалась.
Я в ужасе застыла со смартфоном в руках, не в силах пошевелиться.